Замёрзшая душа

      Сариэль почти бежала по коридору дворца и благодарила Валар за свою сообразительность. Правитель Мирквуда уж слишком пристально ее рассматривал. Возможно, уже догадывался. И предпочитал догадки подтверждать или опровергать. Если бы она выбрала покои рядом с Трандуилом, то чтобы делала сейчас? Ее комнаты находятся на уровень ниже. Стражи подумают, что она направляется в больничное крыло. И если Владыка спросит, дать точного ответа они не смогут. Эльфийка, оказавшись в покоях, решила ополоснуться. Пока девушка принимала водные процедуры, пришла Миримэ. Она подготовила прекрасное сиреневое платье для Королевы, венец и простые, но удобные балетки. Девушка достала разнообразные заколки и гребень и встала рядом с туалетным столиком, ожидая хозяйку покоев. Сариэль вздохнула, вытирая лицо полотенцем и выходя из купальни. Она не сразу заметила служанку. Они хорошо общались, но все же не были близкими подругами. — Миримэ, тебе не обязательно называть меня госпожой, когда мы наедине. Я предпочитаю свое имя, нежели титул. — Королева в который раз начала разговор об этом. Но девушка была не приклонна. — Ну что вы, Госпожа! Не пристало Владычице со служанками дружбу водить. — И был ее ответ неизменным.       Так что эльфийке пришлось постараться придать лицу беззаботность. Только Миримэ не тысяча лет, она очень внимательна и все замечает. Служанка обеспокоенно оглядела Королеву. — Что- то случилось, Госпожа? Вам не здоровится? — Сариэль улыбнулась и покачала головой. Никто не должен знать. — Все в порядке, Миримэ. Не беспокойся. Лучше помоги мне привести волосы в порядок. — Эльфийка плавно прошествовала к столику с зеркалом и присела на невысокий стул.

~*~*~

      Сказать, что Владыка удивлен, это ничего не сказать. Он никогда не подумал бы, что его жене снятся кошмары. Со стороны она выглядела веселой и беззаботной, нежели сам Трандуил. Пламя дракона являлось ему почти каждую ночь, оставляя всего несколько часов для мирного сна. Мужчина вздохнул, оглядывая величественный сад. С момента ухода девушки не прошло и двадцати минут, как венценосный синда сбежал на воздух.       Он шествовал по белоснежной плитке, которой выложены дорожки, и его серебристая мантия, тихо шелестя, следовала за ним. Голову занимали невеселые думы. Таур все время возвращался к тому взгляду, опущенному в пол. Неужели Сариэль действительно тоскует здесь? У нее ведь есть его сын. Он даже разрешил ребенку называть ее матерью. Разве этого недостаточно? Мужчина шел к тренировочной площадке, хмурясь и оглядывая окружающую его природу. Сейчас весна, но не единый цветок не распустился на ветвях. И так каждый год. С уходом Эллериан его душевное состояние пошатнулось, а жизнь леса связана с ним напрямую. Владыка вздохнул и прикоснулся к lobelii alida. Куст спал и даже не думал выкидывать бутоны своих прекрасных синих цветов. Почувствовав присутствие синды, листья встрепенулись. Растение слышало и охотно отзывалось на зов Короля. Трандуил улыбнулся, слегка приподняв уголки губ, и поднял взгляд, устремляя его на воинов и их тренировку. Он искал взглядом капитана стражи и своего сына. Хоть Леголасу сейчас восемь, он уже во всю познавал военное дело. Владыка не всегда мог с ним заниматься, поэтому это дело было поручено Эфирону, отвечающему за стражей дворца. Сначала мужчина заметил светловолосую голову принца, а затем и его учителя.       Леголас упражнялся в стрельбе из лука, а рядом возвышался сероглазый воин в легких, кожаных доспехах. Его длинные каштановые волосы были откинуты за спину, а руки скрещены на груди. Он то и дело подходил к мальчику и делал негромкие замечания, внося поправки в стойку, осанку и расположение рук наследника. Тот хмурился и молча кивал, устремляя взгляд дальше. В тридцати метрах от них располагалась мишень. Из нее торчало три стрелы, каждая из которых устроилась на дальнем кругу от центра. Леголас злился и Трандуил это видел. Но также видел он и упорство, с каким его сын снова натягивал тетиву. Adar приблизился к yondo и махнул воину рукой, чтобы ничего не говорил, видя его стремление поприветствовать своего короля. — N'dela no'ta, Legolas! — Мальчик резко обернулся, опуская лук, и радостно улыбнулся. Отец не часто приходил к нему. Обычно его занимали важные, государственные дела. — Сосредоточься на цели и отпусти тетиву. — Принц кивнул и, встав в стойку, сконцентрировался на мишени. Стрела быстро начала свой путь и так же быстро его закончила, оказываясь точно в центре. Трандуил чуть искривил губы в улыбке, в душе гордясь сыном. Но внешне все та же надменность и насмешливость. Он величественно кивнул наследнику и покинул тренировочную площадку.       Он направился дальше по извилистым дорожкам, в глубь сада. Туда где росли его любимые деревца вишни. Король любил это место особенно весной, когда, соответствуя его имени, начиналось бурное цветение. Там они с ушедшей супругой часто проводили время вместе, сбегая от дворцовой суеты. Мужчина медленно брел между деревьев, оглядывая каждое. Они тоже не цвели, лишь понемногу покрывались молодой листвой. Думая о восстановлении леса в целом и сада в частности, Трандуил не сразу заметил нынешнюю супругу. Темноволосая дева сидела на небольшой белой скамейке, аккуратно касаясь нижних ветвей одной из вишен. Облачена Королева в нежно сиреневое платье, отлично подчеркивающее ее фигуру. Шелк рукавов струился вдоль тонких, почти белых рук. Всю спину прикрывали темные кудри, что удерживал милый, изящный венец, украшенный мелкими камнями и цветами. Владыка остановился, борясь с одолевшим его оцепенением. Ветви в руках Tari цвели нежно розовыми цветами, каких он уже давно не видел. Эллет ласково улыбалась им. Синда чувствовал злость, медленно поднимающуюся в нем. Как она посмела появиться здесь? Прикасаться к его деревьям? Сидеть там, где сидела Она? Мужчина внезапно продолжил шаг. — Mani naa lle umien?! — Его вопрос прозвучал грубее, чем ему хотелось бы. Сариэль, испугавшись, резко отпустила ветвь, поднимаясь со скамьи. Она была удивлена приходом мужа и напугана одновременно. — Aiya, herven… — Девушка растерянно сцепила руки в замок и смотрела прямо в глаза мужчины, отмечая его злость. Но чем она вызвана, для нее загадка. Владыка сделал еще шаг к жене, склоняя голову, поскольку Королева доставала ему едва до плеча своей макушкой. — Mankoi naa lle sinome? — Таур пытливо вглядывался в ее озадаченное лицо. Сариэль искала ответ, который не разозлил бы супруга еще сильнее. — Я… Извините, Владыка. Я… Всего лишь гуляла. Неужели мне нельзя? — Девушка окинула деревья взглядом и вернулась к чуть резковатым, но правильным чертам мужского лица. Льдисто-голубые глаза стали менее колкими, внимательно глядя в немного заслезившиеся синие. Сариэль не понимала, что не так? В чем она виновата и как вызвала недовольство синда. — Гулять я тебе не запрещал. Но ты должна знать, Сариэль. Сюда нельзя. Не только тебе, остальным тоже. — Он хмурился и сжимал руки за спиной. Светлая память о возлюбленной не должна оскверняться. Только Королева не согласна с этим. — Mankoi? Разве я как-то навредила? Посмотрите на это древо! Его гроздья тянулись ко мне и я позвала их. И веточки отозвались, раскрывая свои прелестные бутоны… — Девушка снова коснулась растения и улыбнулась. — Farn, замолчи bess. Что ты знаешь об это месте? Что ты знаешь, а??? Ничего! Heka! И не смей появляться мне на глаза! — Трандуил все ниже наклонялся к супруге. Его разозлила ее радость. Что вызвало у нее это чувство? И тот факт, что по зову Сариэль цветы распустились, Владыку взбесил. Весь гнев он излил на Tari и не жалел об этом.       На глаза девушки все же навернулись слезы. За что он так с ней? Почему он так жесток? Эллет скользила взглядом по идеальным чертам и не видела там ничего, кроме отчуждения и пренебрежения. С ее губ сорвался полувздох-полувсхлип. Первые слезы прочертили мокрые, неровные дорожки к подбородку. — Amin feuya ten’ lle! — В груди безудержно рвалось сердце. Оно разбито. Робкая надежда на что-то хорошее безвозвратно вырвана. Видимо именно ей не повезло видеть мужа именно таким. — Delotha lle… — Слова прошептаны охрипшим голосом, но Таур услышал. Он уже хотел ответить, крепче сжимая левую руку в правой, как в дерево позади них врезалась стрела. Оба обернулись на нее, а затем подняли головы выше, к пригорку, с которого стреляли. Над veru возвышался наследник. Он продолжал держать лук, недовольно прищурившись, а затем, убрав его, бросился вниз. По ходу бега щеки его раскраснелись, но мальчик не терял серьезности. Леголас остановился в шаге от родителей и, уперев руки в бока, потребовал ответа: — Вы что, ругаетесь? — И приблизился к матери, заглядывая в лицо. Но девушка не позволяла увидеть предательской влаги, старательно отворачиваясь. Принц мимолетно глянул на отца, не утрачивающего своей надменности не при каких обстоятельствах и взял Королеву за рукав платья. — Nana? Ты плачешь? — Сариэль вздрогнула и быстро утерла соленые капли. Откинув волосы, девушка шмыгнула носом и попыталась улыбнуться. Получилось не очень.       Улыбка оказалась кривой и неестественной. — Ну что ты, мой хороший. Конечно же нет. Мы не ругаемся и я не…не плачу, — подавив в себе зарождающуюся истерику договорила эллет. — Просто у нас с твоим папой, — Трандуил вздрогнул. Для него это слово неожиданно, после его-то слов. — появились некоторые разногласия. Но мы их уже решили и мне пора идти. — Королева все увереннее подавляла боль в груди и улыбалась сыну. — Точно-точно? — Леголас все же не верил. Как бы он не старался, примерить родителей полностью у него никогда не получалось. Сариэль кивнула, опровергая подозрения. Принц окинул мрачным взглядом Владыку Лихолесья, молчащего и видимо не собирающегося отвечать. — Составь своему отцу компанию вместо меня, ладно? — Девушка хотела поскорее оказаться в своих покоях и нарыдаться вдоволь, чтобы не было так горько. Наследник угрюмо кивнул и с ее губ слетел облегченный вздох. Она присела в реверансе, даже не глядя на мужа. Ей уже все равно, что он сделает. Вряд ли Король остановит жену.       Сариэль развернулась и покинула теперь запрещенное для нее место. Она ни разу не оглянулась, покидая сады. Эллет спешила в свои покои, благодаря Эру, что никто не встретился ей на пути.       Владыка раздраженно выдохнул, наблюдая за удаляющейся супругой. Все же он был груб. Сын недовольно поглядывал на него из подлобья, но ничего не говорил. Это к лучшему. Ему не нужны расспросы, по крайней мере, сейчас. Мужчина окинул прощальным взглядом вишни. — Идем, Леголас. Я поведаю тебе одну интересную историю. — Мальчик не ответил, а лишь поплелся следом за величественно шествующим Королем. Влетев в свои комнаты, девушка заперла двери. Это так по-детски, рыдать на постели, уткнувшись в подушку. Но Сариэль это сейчас совершенно не трогало. Сняв так понравившиеся ей туфельки, она упала на колени перед кроватью и, сложив руки перед собой, оперлась о ее поверхность. Сдерживаемые рыдания вырвались наружу. Всю ее сотрясал плачь. Королева-тень еще долго проливала горькие слезы на шелковые простыни. Сон пришел к ней уже заполночь, позволяя спать без ужасов прошлого.