Residual Hope

Экикё наведался чуть больше недели после того, как Изуку столкнулся с Каччаном. Изуку проснулся на диване, на котором редактировал свой летний проект, от стука. Изуку протер глаза, пока, спотыкаясь, подошел к двери. Обезболивающее делало свое дело, но в сочетании с ускоренным заживлением оно вырубало Изуку в течение первых нескольких часов после приема. – Привет? – Изуку прохрипел, открывая дверь. Затем он прищурился и наклонил голову. Возможно, ему стоило более внимательно прочитать о побочных эффектах своего лекарства. Экикё заставил себя выглядеть как можно более похожим на человека и нашел грязный плащ, чтобы накинуть его и скрыть большую часть своего тела. Это не особо скрывало его лицо. Если бы не тот факт, что он был “бездействующим” уже как семь месяцев, его почти наверняка поймал бы какой-нибудь герой или полицейский. В конце концов, решив, что это, вероятно, не галлюцинация – жюри все еще не пришло к выводу, что это был странный сон, – Изуку отошел в сторону и сказал: – О, привет, Экикё. Заходи? Экикё колебался с момент, прежде чем шагнуть внутрь. Как только дверь закрылась, он вздохнул с облегчением и позволил своему телу вернуться в гораздо более удобную аморфную форму. – Изуку, где ты был? Я уже три дня присматриваюсь к твоему беговому маршруту. Ты в порядке? Изуку хмыкнул, рухнув лицом на диван, стараясь не повредить левое плечо. – Хулиган. Кросс. Лекарства. Устал, – пробормотал он, переворачиваясь, чтобы посмотреть на своего друга, зависшего в конце дивана. Изуку сосредоточился достаточно долго, чтобы обдумать, было бы хорошей идеей позволить Экикё овладеть им, пока он был в отключке от болеутоляющих. Будет ли это ослаблять эффект, или Экикё будет таким же одурманенным? Есть ли какие-либо лекарства вредны для Экикё из-за его другой физиологии? – Шкет, прием. Внимание на меня. Ты ранен? Изуку зевнул и кивнул, заставляя себя сесть, чтобы показать, что он слушает. Увидев испытующий взгляд друга, Изуку закатал рукав, показывая полузаживший ожог. Он в основном затянулся, но кожа все еще была розовой и раздраженной. В некоторых местах начала шелушиться. Экикё минуту смотрел на ожог, прежде чем взять бутылочки с таблетками, чтобы прочитать этикетки. Изуку снова начал засыпать, когда Экикё глубоко вздохнул и снова привлек его внимание. – Изуку,ты сейчас в состоянии позволить овладеть собой? Я могу помочь зажить ожогу быстрее и обезболить его, чтобы ты мог прекратить прием обезболивающих и чувствовать себя более бдительно. – Ммм. Хотя, я наверное, снова засну. Это не проблема? – Нет, мне тоже не помешало бы вздремнуть. Последние несколько ночей почти не спал. Полторы минуты спустя они вместе сидели на диване, Изуку уже дремал. Один из них опустил свое тело, чтобы лечь на диван, и они заснули.

***

Экикё тусовался с Изуку в течение следующих нескольких дней, даже сопровождая Изуку, когда тот вернулся к тренировкам с Мамору. Или… когда он должен был возобновить тренировки с Мамору. – Извини, коротышка, – сказал один из водителей грузовиков. – Я не видел Мамору с субботы. Вчера он тоже пропустил свою смену. Босс не очень доволен им прямо сейчас. Я бы не хотел быть им, когда он вернется. Изуку нахмурился, но кивнул. – Думаешь, с ним что-то случилось? – спросил Изуку у Экикё, когда они уходили с контейнерной площадки. Последние два часа они расспрашивали, и никто в грузовом порту не видел Мамору с тех пор, как закончилась рабочая смена. – Не исключено. Возможно, ему пришлось затаиться, на случай, если копы или какой-нибудь герой начали вынюхивать его побочный бизнес. Если бы его арестовали, сплетни были бы повсюду. Значит, дело не в этом, – сказал Экикё, столь же взволнованный. Если бы кто-то преследовал Мамору… они сначала следили за ним? Знали ли они о его встречах с Грином и Сладжем? Пара повернула глаза, чтобы осмотреть свое окружение в поисках возможного хвоста, и они пошли немного быстрее. – Я поспрашиваю, чтобы найти тебе нового учителя. Если он залег на дно, он не вернется в эти края какое-то время. Если все не уладится, ему, возможно, придется открыть магазин в другом городе. Изуку надулся при этой мысли. Ему действительно нравился Мамору, но он понимал. Мамору не смог бы помочь своей сестре и племяннице, если бы его заперли. Семья была на первом месте. (Не то чтобы он должен был знать о семье Мамору-сенсея, но они были на экране блокировки этого человека. Семейное сходство было довольно очевидным.) Он просто надеялся, что его бывший учитель в безопасности, где бы он ни находился. Сосредоточившись на их следующем шаге, Изуку спросил: – Это то, что тебе снова нужно сделать одному? Экикё слегка переместился в их теле. – Да. Извини, шкет. Я думаю, что на этот раз я мог бы связаться с брокером, чтобы выпустить своего рода предупреждение “требуется помощь” для этой области. Мои собственные контакты на данный момент почти исчерпаны. Все, кого я знаю и кому доверяю достаточно, чтобы спросить, слишком далеки, чтобы обучить тебя. Но если ты когда-нибудь переедешь в Нагою, я тебя прикрою. Изуку рассмеялся про себя, позволив улыбке проявиться только снаружи. – Заметано. Итак, ты собирался идти сегодня? Или… – Изуку замолчал, не желая показаться прилипчивым или нуждающимся, но все равно встревоженный мыслью об уходе еще одного друга, когда один из немногих только что пропал без вести. Экикё на мгновение замолчал, что-то похожее на нерешительность и размышления уплыло из его разума, хотя Изуку не мог расслышать никаких конкретных мыслей. Рядом включилась сирена, и Экикё повернул их голову в ее сторону. Если бы они прислушались, они могли бы услышать то, что звучало как драка. – Ну, я собирался, но я бы не хотел, чтобы ты пропустил тот бой героев, не так ли? Ну давай же. Ты критикуешь причуды, а я буду критиковать любую идиотскую схему, которую злодей пытался провернуть на этот раз, – сказал он, подталкивая их тело вперед. Изуку усмехнулся, понимая, что именно делает его друг, и совершенно не жалуется. К тому времени, когда уборка последствий драки была закончена, Экикё собирался заявить, что проголодался и что им пора возвращаться домой к ужину. Тогда он найдет какой-нибудь предлог, чтобы остаться на ночь. Хотя ему действительно нужно было уйти завтра; уже прошла неделя с начала одержимости, и ни один из них не желал рисковать, какие бы последствия ни произошли, если они превысят восьмидневный лимит Экикё. Однако Изуку намеревался наслаждаться компанией, пока мог. Он достал блокнот и ручку из шорт, пока они трусцой бежали к беспорядку. Его улыбка стала еще шире, когда он узнал героя, участвовавшего в этой разборке. Бамбуковый Человек, также известный как Такэсита Йошиаки, не был местным героем, что делало это удовольствие еще более редким. Изуку раньше видел его только в новостях и на форумах героев. Изуку быстро набросал заметки о его боевом стиле, основанном на каком-то виде боевого искусства с использованием оружия, учитывая мастерство, с которым он обращался со своими бамбуковыми тростями. Его причуда “Манипуляция Бамбуком”, также оказалась весьма универсальной. Когда злодею – одному из бесчисленных причуд с ножом или заостренными конечностями – удалось нанести удар по стороне героя, Изуку и многие другие прохожие ахнули, испугавшись, что они только что стали свидетелями убийства героя. Но им не стоило волноваться. Костюм мужчины сместился и застыл на стороне, на которую напали. Изуку понял, что костюм Бамбукового Человека полностью сделан из бамбуковых волокон. Герой специально оставил это отверстие! Лезвие едва вонзилось в костюм Бамбукового Человека, и герой воспользовался возможностью, чтобы прижать руку злодея к своему боку. Затем он ударил злодея свободной рукой, дезориентировав его настолько, что позволил герою схватить его и заковать в наручники Он писал яростно, стараясь сохранить каждую деталь. Сообщения на форуме совершенно не воздавали герою должного. Экикё рассмеялся в их общем пространстве. – Ты говоришь так о каждом герое, которого видишь лично. – Потому что это правда! – Изуку протестовал. Причуды героев были такими удивительными. И никто в сети никогда не удосужился записать все мелкие детали и хитросплетения, которые были так важны. Например, весь костюм Бамбукового Человека был доспехом, не похожим на него, или его навыки боя без причуд. У каждого из них было чему поучиться. Изуку запнулся и опустил ручку, когда ему пришло в голову, что он все еще думает, что может научиться быть героем. Его настроение резко падало между вдохом и выдохом. Там, где был его сон, в его сердце была знакомая боль. Почему он все еще вел себя так, как будто у него был шанс? Независимо от того, сколько знаний о причудах он получил, у него никогда не будет собственной причуды. Он никогда не станет героем и не будет держать свечку перед теми, кто им был. Какая польза от всех его заметок и теорий? Несколько раз, когда он вел себя как герой, он или жертва пострадали. Ментальный толчок насильно развеял ход мыслей Изуку и заставил его физически споткнуться. – Изуку, заткнись! – крикнул Экикё. – Тебе не нужна чертова причуда. Тебя и без нее достаточно. Ты помог мне, не так ли? И ты убедил меня не убивать ту женщину или кого-либо из десяти других людей, которых я, вероятно, уже убил бы, чтобы удовлетворить свою причуду. Ты, беспричудный, но добрый, Изуку сделал это. Да, мы накосячили в том переулке, но эта смерть лежит на злодее, а не на нас. Он был арестован и столкнется с последствиями благодаря нам. Изуку нерешительно кивнул, пытаясь не заплакать. Он все еще чувствовал себя виноватым, теперь вдвойне за то, что заставил Экикё беспокоиться о нем. Он немного отстранился, позволив Экикё взять на себя контроль, пока сам пытался привести свои эмоции в порядок. В последний раз, когда он орал на месте геройского боя, медики подумали, что он ранен, и не отпускали его 30 минут. Экикё вздохнул вместе с ними, беря контроль. Затем он сделал шаг вперед. К разъезжавшемуся полицейскому строю. – Экикё? Экикё не ответил, но позволил немного уверенности и решимости достичь Изуку через их связь. Изуку не стал его останавливать, но отправил мысленный вопросительный знак в ответ, когда они подошли к Бамбуковому Человеку. Их никто не остановил, хотя с блокнотом в руке все, вероятно, думали, что он собирается попросить автограф. – Я не беру тебе автограф, шкет, – сказал Экикё с притворным раздражением. – Просто слушай. – Простите, Бамбуковый Человек? — сказал Экикё вслух. Герой повернулся к ним и улыбнулся, увидев их. – Здравствуй, парень. Что я могу сделать для тебя? – Ваша причуда такая крутая! – воскликнул Экикё с поддельным энтузиазмом; Изуку поморщился, услышав это. Хотя, по-видимому, больше никто этого не замечал. – Могу я задать вам несколько вопросов? Бамбуковый Человек взглянул на полицейских, которые были на месте происшествия, прежде чем расслабиться. – Конечно, парень. У меня есть несколько минут, пока я жду детектива, который объявит мой отчет. – Вы контролируете любой бамбук, верно? Даже обработанные вещи вроде вашего костюма? Бамбуковый Человек поднял бровь. – Да, хотя костюм сделан специально. Искусственный шелк слишком далек от оригинала, чтобы я мог его использовать. Изуку задумался о том, как компания поддержки могла сделать костюм героя достаточно "сырым", чтобы использовать его с его причудой, но достаточно мягким, чтобы его можно было носить без сыпи. Должен ли он был в прямом контакте с бамбуковыми волокнами, чтобы управлять ими? Мог ли он носить более мягкую майку, чтобы защитить кожу? И если ему не нужно было находиться в непосредственном контакте с бамбуком, чтобы управлять им, почему бы не использовать бамбуковые сюрикены? Или он мог иметь плащ или носить на себе полоску бамбуковой ткани, которая служила бы как щитом, когда он был жестким, так и противоударным одеялом, когда он был мягким. Он может даже функционировать как спинная доска или носилки в сценарии спасения. Слезы Изуку были давно забыты, когда он обдумывал возможности. Он даже не заметил, как снова вернул себе контроль над их телом. Он действительно слышал, когда Экикё повторил один из его вопросов герою. – Нужно ли прикасаться к бамбуку, чтобы управлять им? Потому что, если нет, вы можете иметь плащ или противоударное одеяло, сделанное из того же материала, что и ваш костюм, и использовать его в качестве щита. Или носилки, если вас вызовут на помощь при стихийных бедствиях. Герой уставился на них и несколько раз моргнул. – Я… я должен быть в контакте с ним, чтобы контролировать его, но на самом деле это довольно хорошая идея. Я всегда хотел плащ еще в школе, но мои учителя наложили вето на него как на опасность удушения, – сказал герой, усмехнувшись и пожав плечами. – Однако поддержка полностью разрешила бы как шоковое одеяло! Спасибо. У тебя какая-то причуда интеллекта или что-то в этом роде? Изуку снова отшатнулся, вспомнив, кем он был по сравнению с человеком перед ним. В ту секунду, когда Бамбуковый Человек услышит, что он беспричудный, отмахнется от всего, что они только что сказали. Изуку сильно удивился, когда Экикё закатил глаза. Тогда его друг сказал: – Никаких причуд интеллекта. Я просто учился, чтобы заниматься анализом и поддержкой всю свою жизнь. У них в голове Экикё сказал: – Ты не должен выставлять себя напоказ каждый раз, когда кто-то поднимает тему причуды, шкет. Он никогда не спрашивал, есть ли она у тебя вообще, только была ли у тебя связанная с интеллектом. Пусть делает свои предположения. Таким образом, ты завоюешь доверие прежде, чем у них появится шанс стать мудаками. Некоторым из них будет все равно, если они уже знают, на что ты способен, когда узнают об этом. Тем временем Бамбуковый Человек улыбнулся. – Потрясающе! Не могу дождаться, когда ты закончишь обучение. Я скажу своему агентству держать тебя в поле зрения. Как тебя зовут? – Мидория Изуку, – сказал сам Изуку. Он все еще нервничал и чувствовал себя неуверенно, но Экикё доказал свое мнение. Его анализы не были бесполезными. Даже если бы он никогда не стал героем, его работа могла бы помочь людям или, по крайней мере, помочь людям, которые помогают людям. – Давай, Изуку. Пойдем домой. Твоя мама скоро будет готовить ужин. Я думаю, она сказала, что сегодня будет мапо тофу, – сказал Экикё, мысленно погладив его по голове и взъерошив волосы. Изуку улыбнулся и помахал на прощание Бамбуковому Человеку, который уже шел, чтобы поприветствовать детектива. – Да, звучит как план.