Новое начало

Проснувшись, Реджина сладко потянулась, но спустя пару секунд зажмурила глаза, морщась от боли. Голова жутко гудела, а дневной свет, что пробивался в окно, доставлял дискомфорт сонным глазам. — Доброе утро, красавица, — прозвучал настолько бодрый голос, что её аж взбесило. Реджина по инерции плотнее натянула на себя одеяло, прикрывая тело, как будто Робин чего-то там не видел, открыла глаза и направила взгляд на мужчину. Робин уже успел выпить кофе, позавтракать и принять душ, поэтому выглядел свежим и бодрым, и улыбался своей этой милой улыбкой, которая бесила девушку, потому что нравилась. И когда он улыбался, ей хотелось стукнуть его, чтобы он перестал лыбиться и приковывать её внимание к ямочкам на щеках, но одновременно с этим хотелось любоваться его улыбкой. Она простая и беззаботная, искренняя, и не несёт за собой подтекста. — Держи, — мужчина протянул девушке стакан воды и таблетку аспирина. Он хотел оставить их на тумбочке, но, как оказалось, она уже проснулась. — Спасибо. Реджина села и поджала одеяло в подмышки, чтобы оно не свалилось с обнажённой груди. Она запила таблетку и вернула Робину стакан. — Который час? — Почти 10. Не хотел тебя будить, ты так сладко спала. — Прошу, не надо всего этого… — потёрла виски. — Всех этих речей, красивых слов… Я благодарна за вчерашний вечер, мне действительно было весело, и ночь была потрясающей, но на этом всё. Мне не нужны отношения, и не нужен мужчина. — Это был всего лишь секс. Я понял, не идиот. — Ты не мог бы принести мне моё платье? Думаю, мне лучше уйти. — Прими душ, позавтракай, а потом я довезу тебя до города. — Робин… Не нужно быть таким милым и интеллигентным. Я доберусь сама. Просто отдай мне мою одежду. — И как ты, интересно, собираешься это делать? Если не забыла, у тебя закончился бензин. Робин посмеялся. Ёжик выпустил свои иголки. Он уже скучал по той милой девушке, какой она была вчера. Это её защитная реакция, он понимал. — Я не претендую на тебя. То есть, я бы с огромным удовольствием за тебя поборолся, но оно тебе не нужно. Если ты хочешь сбежать — беги, я не буду тебя держать, потому что стучаться в закрытую дверь, которая никогда не откроется, я не собираюсь. Просто прими помощь, потому что она тебе нужна, не усложняй. Мы переспали, в этом нет ничего смертельного, так что, прошу, перестань, пожалуйста, вести себя со мной так, будто я сделал тебе что-то плохое. Твоё платье на спинке стула. Спускайся вниз, тебя ждёт завтрак. Реджина вдруг ощутила дикий стыд за своё поведение. Робин помог ей, скрасил её вечер, был мил и добр, в его компании ей удалось забыть, почему она оказалась в его доме, и вместо благодарности она обидела его. Реджина умылась, причесалась и спустилась вниз. Она заглянула на кухню и нашла там Робина. Он пригласил её за стол, поставил перед ней тарелку с аппетитным завтраком и чашку кофе. Девушка виновато смотрела на него, и не заметить вину в её взгляде было трудно. — Что? — спросил Робин. — Я хотела бы извиниться. Ты прав, я… Ты мне не враг, а я веду себя как идиотка. Прости. Я безмерно благодарна тебе за помощь. — Не бери в голову, — улыбнулся он. — Всё нормально, я не обижаюсь. Ешь, пока не остыло. Реджина наколола на вилку кусочек омлета, и он буквально растаял у неё во рту. Было нереально вкусно, и она снова уставилась на мужчину. — Это… Ты умеешь готовить? Он не понимал, почему её это удивляло, а она в свою очередь не понимала, как можно быть таким идеальным. Хоть что-то должно быть с ним не так, хоть какой-то минус должен присутствовать. — Я живу один. Чем я, по-твоему, питаюсь? Конечно, я умею готовить. — Очень вкусно. Далее её завтрак прошёл в молчании, и когда она уже допивала кофе, поедая вкуснейший круассан на свете, раздался стук в дверь. Робин направился к двери, а Реджина почему-то напряглась, наверное, чувствовала, что незваный гость пришёл по её душу. Она отправилась вслед за мужчиной и спряталась за углом гостиной, откуда был идеальный вид на входную дверь. — Здравствуйте. Простите, что беспокою, но машина моей невесты стоит напротив вашего дома. Вы не видели её? Брюнетка среднего роста. Я её жених, мы вчера повздорили, и она ушла. — Ж-жених? — поперхнулся Робин. Робин не знал, стоит ли впускать этого парня и выдавать местоположение девушки, но с другой стороны, какое он имел право препятствовать. — Её зовут Реджина? — Да! — воскликнул Грэм. — Так вы… Она здесь? Постойте… Между вами что-то есть? — Что? Нет! Грэм предположил это, потому что выражение лица Робина выдавало досаду. Жених? Почему она не сказала, что собирается замуж, а вместо этого залезла к нему в постель? — Ты не имеешь права задавать подобные вопросы. Реджина вышла из укрытия, спасая хозяина дома от неловкой ситуации. Это не его беда, и не ему с ней разбираться. — Не после того, что ты сделал. — Реджина… Ты жива, слава богу! Я уже передумал все наихудшие варианты. Почему твой телефон недоступен? — Потому что для тебя я мертва. — Прошу, давай поговорим. — Может лучше пойдёшь потрахаешь мою подругу? — Реджина, прекрати. Я искал тебя всю ночь и приехал в это богом забытое место ради тебя, — в голосе пронеслось раздражение. — Какой герой! Мне в ладоши тебе похлопать? Она остановилась в прихожей, в нескольких шагах от мужчин и прижалась плечом к стене, скрестив руки на груди. — Так, давайте вы войдёте в дом, я вас оставлю, и вы спокойно поговорите, — сказал Робин. Грэм перешагнул порог, Робин закрыл дверь и прежде чем уйти, посмотрел на Реджину с немым вопросом в глазах: «Всё будет хорошо?» Девушка кивнула Робину. — Я на кухне, если что, — сказал хозяин дома и поспешил уйти. — Какая забота, — напрягся Грэм и проводил мужчину взглядом. — Что между вами? — посмотрел на невесту. — Он трахает меня, и покруче, чем ты, — очень хотелось уколоть Грэма, хоть и завершение предложения было чистой правдой. — Ты лжёшь, — усмехнулся мужчина. — Тебе можно, а мне нет? — Я совершил ошибку… Реджина, у нас свадьба на носу, ты должна дать мне шанс всё исправить. Он не воспринял всерьёз её слова, потому что это же Реджина — девушка, что ко всему относится ответственно, и случайный секс — не про неё. — Ошибку? Ошибку?! — взбесилась Реджина. — Ты изменял мне с моей лучшей подругой! — прокричала она. — На свете миллионы женщин, почему, чёрт возьми, именно она?! Эмма — самый близкий мне человек после родителей, она мне как сестра, она — моя семья, а ты отнял её у меня! Как ты мог?! — То есть, ты винишь меня одного? — Я виню вас обоих! — крикнула девушка. — А себя? Себя ты не винишь? — Что, прости? — она была сбита с толку таким вопросом. — Эмма была рядом всегда, в то время как ты вечно пропадала на работе! Ты же то приходишь после полуночи, то остаёшься ночевать на работе! — Ты не можешь упрекать меня в этом! Ты же знаешь, я делала это не специально. — Да, да, не специально! Я тоже хирург, Реджина, но однако все семейные праздники провожу дома и хотел, чтобы ты делала то же самое! Но чужие детишки для тебя важнее собственной семьи! На твоём месте была Эмма! Она помогала коротать одинокие вечера! — Кувыркаясь с тобой в постели? — Нет! Деля со мной ужин, который я заказывал для нас с тобой. Смотря со мной фильм, который я выбирал, исходя из твоих предпочтений! Вспомни, сколько раз ты пропускала дни рождения моих друзей! Вместо своей девушки я приводил её подругу! На меня смотрели, как на идиота, и подкалывали тройничком! — Ну прости, что для меня спасти жизнь ребёнку важнее какой-то там вечеринки! — А сколько раз ты не приходила домой на ужин, а я ждал тебя, как идиот! Ты даже не удосуживалась позвонить и сказать, что задержишься. Сколько планов ты разрушила, сколько отпусков отменила! — Вас шестеро хирургов, тебя всегда могли подменить в любую секунду! А я одна, на мне держится целое детское отделение! И если мне нужно отменить свидание или остаться ночевать в больнице, чтобы спасти жизнь ребёнку, я это сделаю без зазрения совести! — Но сейчас-то ты нашла, кем себя подменить! — упрекнул девушку. — Просто ты слишком мягкая и бесхребетная! Ты видишь слёзы матерей и не можешь отказать в помощи! Я тебя не узнаю! Не веря своим ушам, Реджина приоткрыла рот, слова резанули по самому сердцу, в разы больнее измены и предательства подруги. — Это всё ты! Это ты сделал меня такой! Я была сильной и твёрдой, я умела отстраняться, и эти дети не были детьми, они были просто пациентами! Я выполняла свою работу, не терзаясь за них! Но ты сказал, что я слишком грубая и чёрствая, и я изменилась ради тебя! — Вот не перекладывай вину на меня! Я тут ни при чём! — А кто постоянно говорил мне: Реджина, так нельзя! Реджина, это грубо! Реджина, ты должна извиниться! Реджина, тебе нужно перестать быть такой злюкой! Кто постоянно тыкал меня в это носом? — Я… — вздохнул мужчина, а затем завёл старую песню: — Мы с тобой даже ни разу не слетали к моим родным, я брал Эмму вместо тебя! Она всегда была рядом! — Вот здесь работа ни при чём! Ты знаешь, как я ненавижу самолеты! — Ты могла бы пересилить свой страх, но, видимо, не очень хотела! — Мои родители разбились на самолёте, Грэм! — прокричала она со слезами на глазах. — Ты… Ты… — Эмоции нахлынули так внезапно, что она просто задыхалась не в состоянии подобрать слов. — Убирайся отсюда! Я ненавижу тебя! И безумно жалею, что потратила столько лет своей жизни на такого кретина, как ты! Реджина распахнула входную дверь и, заливаясь слезами, попыталась вытолкать мужчину из дома, но тот схватил её за локоть. — Я уйду отсюда только вместе с тобой! Тебе нужно остыть, а потом мы поговорим нормально. Он потащил её на улицу, но она вырвалась. — Я никуда с тобой не пойду! Грэм схватил девушку за плечи и впечатал её в стену. — Не беси меня, Миллс! У тебя полно недостатков, но я люблю тебя и отпускать не собираюсь! — Отошёл от неё! — прорычал Робин. Он подлетел к паре, схватил Грэма со спины за куртку и вытолкал его за порог дома. — Нападать на беззащитную женщину — это так по-мужски, да? Проваливай! Грэм кинул недобрый взгляд на Реджину, перевел глаза на Робина, может, он и собирался предпринять что-то, но Робин одним лишь взглядом говорил, что не стоит ему этого делать, и мужчина ушёл. Закрыв дверь, Робин повернулся к Реджине. Она стояла ровно там, где и была, спиной прижимаясь к стене. Голова была опущена, а лицо закрыто ладонями. Она тихо плакала. — Реджина… — он подошёл к ней и опустил руки на её плечи. Девушка подняла голову и посмотрела в глаза мужчине, но эмоции нахлынули, а сдержать их она не смогла и разрыдалась, припадая к мужской груди. — Пойдём. Обняв девушку, Робин привёл ее на диван, и пока она плакала у него на груди, он поглаживал её по спине и волосам. — Ты слышал весь разговор, да? — спросила она, когда истерика прекратилась. — Я не подслушивал, просто вы слишком громко кричали. Повисло молчание, которое Робин вскоре нарушил. — Значит, детский хирург? — Ага, — промычала она. — Я из семьи врачей. Моя мать — акушер-гинеколог, а отец — кардиохирург. Я окончила школу раньше остальных и уже в 16 поступила на медицинский, а в 25 возглавила детское хирургическое отделение. — Звучит круто. — Спасать детишек, дарить им вторую жизнь — это самый чистый кайф. Робин улыбнулся, и ему пришлось побороть в себе желание поцеловать эту очаровательную девушку. — Прости меня… Вчера я узнала, что он мне изменяет, а потом… Потом ты, алкоголь и… Я использовала тебя… — Думала, если тоже изменишь, то тебе станет легче? — Она согласно кивнула головой. — Но легче не стало. — Теперь кивнула отрицательно. — Ну… Зато благодаря этому уроду у меня был классный секс с потрясающей девушкой. Робин улыбнулся, вызывая улыбку на лице девушки. — Ты хороший, Робин, даже слишком, и твоей девушке очень повезло бы с тобой. — Она подняла голову, отрываясь от его груди, и посмотрела в глаза. — Но я не могу убить в себе чувства к Грэму за один день. Робин, смотря в глаза девушке, провел ладонью по её щеке, стирая остатки слез. — Ты говорила, что у тебя никого нет. Нам не обязательно строить отношения из-за проведённой в одной постели ночи. Я могу быть тебе другом. Просто другом.