Не подарите ли вы мне этот танец?...

***

      Следующие пять дней проходили за работой как у Хисына, так и у Сонхуна. Омега решал вопросы по открытию западных портов, выдвигая свои требования для правительства Китая и выслушивая пожелания для своей стороны; альфа же долго и кропотливо собирал изделие для короля, стараясь сделать его идеальным со всех сторон под любым углом.       Вот наконец рабочая неделя медленно, но стремительно, движется к завершению и впереди два дня выходных. Правда у Сонхуна их не будет, он планирует все выходные работать, чтобы как можно быстрее завершить серьги. Альфа приходит в свою мастерскую-лавку рано утром, а уходит, когда глаза совсем не видят то, что нужно делать, а если бы не Сону, то перерывов на завтрак, обед и ужин бы тоже не было. Но Ким не позволит другу убивать своё здоровье, поэтому лично следит за его четырёхразовым питанием и редкими подъёмами из сидячего положения, чтобы размять спину, да и чтобы глаза хотя бы немного отдохнули.       На улице начинает смеркаться, Хисын сидит за рабочим столом и вчитывается в текст приказа, который сам написал десятью минутами ранее, осталось лишь подписать, но рука почему-то не хочет этого делать, поэтому он и не торопится анализируя. Если он допустит ошибку, она может стать роковой для его королевства, поэтому приходиться все перепроверять.       - … Вам нужно отдохнуть, вы устали. – Ли медленно отрывается от бумаг и поднимает глаза на Чонсона, что стоит с несколькими свитками, которые надо утвердить.       Король тяжело вздыхает и кладёт приказ на стол.       - Не до отдыха, Чонсон. – тихо говорит Хисын облокачиваясь на стул.       Спина болит, голова гуди, мозг просто отказывается воспринимать какую-либо информацию. Даже речь друга, кажется, синтезируется в голове омеги очень долго.       - Мы можем все это сделать утром. – Пак говорит это как само собой разумеющееся. - Давайте на сегодня закончим? Вам нельзя так нагружать себя.       - Хорошо, уговорил. На самом деле я уже не могу… - правитель прикрывает глаза.       - Хисын давай ты ляжешь, нельзя спать сидя. – альфа кладёт бумаги на стол и подходит к другу, взяв его руку. – Пойдём-пойдём, до кровати десять шагов. – правая рука короля осторожно помогает встать Хисыну. - Мне позвать слуг, чтобы тебя переодели?       - Я просто очень хочу спать сейчас. – Хисын медленно перебирает ногами, чтобы дойти сейчас до такой желанной кровати.       - Хорошо, немного осталось. – Чонсон придерживает осторожно и позволяет облокотиться на себя. - Продолжим тогда, как вы выспитесь и наберётесь сил. Я не позволю вам так убивать себя за делами государства. Они всегда могут подождать.       - Подписал бы я все сегодня, а это откладывать теперь на завтра....       - В таких делах нельзя торопиться, и ты это прекрасно знаешь.       Пак помогает Хисыну сесть на кровать, пока омега в вертикальном положении, он снимает комусины, оставляя их у кровати и укладывает кроля, словно маленького ребёнка, накрывая одеялом. Кажется, Ли успел заснуть до того, как коснулся головой подушки, потому что только тихое сопение на все свои действия слышит Пак.       - Спокойной ночи. – тихо говорит альфа, улыбаясь.       «Продолжим, как ты наберёшься сил.»       Чонсон забирает все бумаги со стола короля, тушит все свечи и выходит, закрывая дверь, сообщая, что Его Величество уже заснул и беспокоить его не надо. Однако Ли просыпается глубокой ночью, резко садясь на кровати и осматриваясь по сторонам.       «Я заснул? - омега честно не помнил, как это произошло, но сейчас он расслабленно выдыхает и ложиться обратно, подтягивая одеяло к груди. – А на чём мы закончили с Чонсоном?» - только такие воспоминания отказываются приходить, потому правитель недовольно выдыхает и поворачивается на бок, обнимая одеяло.       Хисын рассматривает шторы, что раздувает ночной бриз, в комнате прохладно, но омега продолжает смотреть перед собой, будто пытается, что-то или кого-то найти в темноте за тканью. Почему-то воображение решило нарисовать яркие красные глаза, что светятся в темноте и клыки, что белоснежно блестят на свету, а потом черный силуэт, что выходит из тени. Омега даже вздрагивает своему воображению и садиться на кровати, закрывая глаза и мотая головой в стороны, чтобы сбросить наваждение.       «Придумается же такое…»       Хисын дует губы и снова ложиться на кровать, теплее укутываясь в одеяло. Как-то резко похолодало в комнате, или так только показалось?       Только спустя даже 40 минут сон на руку снова не идёт. Король пробовал заснуть, но он находился на грани сна и реальности. Морфей будто не хотел открывать для него свои врата. Омега улыбается и встаёт, проходя к столу. Он зажигает несколько свечей в комнате и садиться на стул, где он, полагает, и заснул.       «Чтобы сейчас поделать? Почитать? Но не хочется.»       Взгляд цепляется за заколку, что лежит в приоткрытой шкатулке, которую делал Сонхун. Хисын улыбается и берёт заколку в руки, смотря на изделие. Ему настолько она нравится, что Ли ее постоянно перебирает и рассматривает при лучах света, что отражаются в драгоценных камнях.       «А ведь он так и не пришёл за своим фраком…»       И это на самом деле огорчало. Хисын соврёт, если скажет, что не ждёт этой встречи. Очень ждёт, только альфа, кажется, не очень-то и хочет приходить.       «Или может он тоже много работает? Тогда у него были такие красные глаза…»       Хисын оставляет брошь в шкатулке, кладёт чистый лист бумаги перед собой, а в руки берёт кисть, окуная ее в краску, начиная выводить иероглифы, которые превращаются в слова, а они в свою очередь складываются в предложения. Мысли сами появлялись на бумаге, только омега не позволял всем чувствам, что скрываются в сердце, вырваться наружу, контролируя написанное. Сейчас король превращается в самого обычного омегу, который пишет письмо. Правитель старается, чтобы это не звучало, как любовное письмо, но и не было деловой перепиской, потому что хочется живого общения как тогда в вечер торжества. Просто, без помпезности, с простым уважением, но без язвительности, намёков и без стараний угодить королю. Хисыну не хватает такого простого общения, честно. Но он не жалуется, не он выбирал такую судьбу, он просто родился в королевской семье. За него все решили, как только он появился в утробе матери. К тому же Ли обещал отправлять Чонсона. Прошла почти неделя, а альфа так и не появился на пороге дома Сонхуна. Непорядок. Надо исправлять. Но не отправлять же друга с пустыми руками? К тому же Хисын хочет написать письмо. Пусть это будет может не совсем уместно с его стороны, но омеге хочется… И в этот раз Хисын решает удовлетворить своё «Хочу!».       Закончив, он кладёт кисть на место и дует на бумагу, чтобы краска быстрее впиталась, а потом аккуратно сворачивает в трубочку.       «Надо отдать это Чонсону.»       Хисын кладёт это на край стола и идёт в кровать. А завернувшись в одеяло, омега надеется на крепкий сон перед следующим днём. Однако засыпает король не скоро. Сначала мысли о границах для Китая не давали покоя, а потом советники, которые как один говорят, что Рики хорошая партия для него. Только сам Ли так не считает. Как он может выйти замуж за альфу, что почти на 5 лет младше него? Это же немыслимо! Ладно бы Хисыну уже под 40 было бы, а ему только 22 год идёт. Ещё вся жизнь впереди! И никакой ребёнок не вписывается в планы омеги. Может Сонхун и младше, но с ним вообще нет ощущений, что он младше.       «Будто мы ровесники…» - Хисын улыбается, понимая, что почти все свободные мысли снова занимает Сонхун. – «Что со мной сделал этот альфа?»       Только омега никак не сопротивляется этим мыслям, наоборот поощряет их. Ведь думая об альфе с торжества на душе становится так спокойно и тепло, будто маленького Хисына обнимают родители, а эти чувства для короля очень ценны.       Так омега и засыпает с легкостью на душе и Сонхуном в голове.

***

      Утром Чонсон встаёт, когда слышит, что у него стоит его служанка, что будит его, когда альфа слишком долго спит. А вообще Чонсон - сова. И он ненавидит подъёмы с рассветом! Он лучше ночью все сделает, только бы ему дали поспать утром подольше. Вот и сейчас:       - Ваша Светлость, просыпайтесь, вас хочет видеть Господин Гуань Сяолун. – тихий голос разгоняет остатки сна. - Он просит вашей аудиенции.       - Вот пусть ждёт. Один из важных людей в Чосоне восполняет свой законный запас сна. – бубнит Пак, переворачиваясь к девушке.       - Мне так ему и передать?       - Встаю я, встаю. – альфа разлепляет глаза и со скрипом садиться. – Господи, кто придумал утро?...       - Мне подготовить для вас купальню? – служанка тихо хихикает.       - Да и одежду. И Гуань Сяолуну передай, пусть ждёт в зале переговоров, раз ему в такую рань приспичила моя аудиенция. – бубнит Чонсон, ероша волосы, чтобы немного разбудить сонный мозг.       - Завтрак после переговоров?       - Да, невежливо заставлять человека слишком долго ждать. – Чонсон вытягивает спину, что немного не успела отдохнуть, и снова ссутулится.       - Как пожелаете. – девушка кланяется и положив стопочку с одеждой у правой руки короля, уходит.       Посидев еще пару минут, Чонсон наконец собирает себя и собирается. Прохладная вода окончательно будит сонный мозг и Пак рад.       А проведя короткие и на самом деле ни к чему не пришедшие переговоры, Пак идёт к Хисыну, что уже должен был проснуться. Так и есть, король уже сидит полостью одеты и бодрый за рабочим столом и снова читает бумажки.       - Доброе утро. – Чонсон кланяется, а омега улыбается.       - Доброе. – Ли откладывает бумаги в сторону и встает, подзывая друга ближе, и альфа слушается. – Я решил пока оставить подписание приказа об открытии портов. Послушаем, что нам еще скажут, что-то не очень мне спокойно за это.       - Может стоить просить что-то взамен? – предлагает правая рука короля.       - Да, тоже уже об этом думал, но пока будем ждать. – Хисын берет письмо Сонхуну в руки. – У тебя сегодня важное поручение. – омега протягивает свиток. – Отнеси это Сонхуну и узнай, как продвигается работа. Пусть напишет ответ… - Ли вздыхает. – В начале следующей недели сходишь за ним.       - Хорошо. – Чонсон берет Свиток и прячет его в одежду. – Будут какие-то особые пожелания?       - Нет. – омега отрицательно машет головой. – Остановимся на этом, и вечером я тебя жду, сыграем пару партий.       - Как пожелаете. – Пак улыбается и кланяется.       Правая рука короля возвращается в свои покои и садиться за стол, достав чистый лист бумаги. Дела делами, а вот милый омега ни в перерывах между делами, ни ночью из головы не выходил, да и сам Чонсон обещал ему написать, и вот альфа исправляется. Долго думает, что написать. Представляет самые прекрасные текста в голове, что посвящают любимым и единственным, но в итоге Пак пишет не очень сложные для восприятия, но не менее приятные и трогательные строки, по его мнению, а он романтиком на бумаге никогда не был. А как текст написан, в уголке рисует сердечко. Ведь без него немного скучновато как-то, а в центре сердечка выводит милую мордочку львёнка, что отдалённо напоминает того, что изображён в основе его личной печати.       Спустя недолгое время Чонсон переодевается, берёт коня и скачет в город. Сегодня такая же прекрасная погода, как и предыдущие дни, и хочется немного задержаться в городе, чтобы совсем немного отдохнуть от работы.       «Может так и сделаю»       Пак оставляет верного коня Обсидиана в конюшне, сразу даёт пару монет конюху и идёт в нудный дом. Двери не заперты и это хорошо, все же он без приглашения и без предупреждения.       - Тук-тук, можно? - громко говорит Чон и просовывает голову в дверной проём.       - Да, проходите. - Сонхун откладывает все в сторону и встаёт, слегка кланяясь. - Здравствуйте.       - Здравствуй, Сонхун. - бодро говорит старший Пак и подходит к собеседнику. - У меня для тебя очень важное поручение. - Чонсон достаёт свиток из-за пазухи и протягивает его альфе напротив. - Приказано доставить лично в руки.       Сонхун же вопросительно смотрит на свиток, но сердце уже знает ответ на все вопросы.       - Это письмо от Его Величества?       - Да, ты все правильно понял. - старший кивает и отпускает свиток, когда младший его неуверенно берёт.       - Я... - Сонхун прижимает свиток к груди, как что-то самое важное, может отчасти так и есть. - Должен сейчас прочесть и написать ответ? - Пак жадный, очень жадный на лишние глаза и уши, которые могут увидеть, что ему написал король. Его личное и должно оставаться таковым.       Хотя Сонхун не ждёт чего-то сверхъестественного, честно. Возможно правитель интересуется, на какой стадии выполнения его заказ, или... А другого и быть не может. Они не приятели, они не друзья, их не связывает политика, они просто знакомые, что впервые встретились на торжестве по случаю годовщины коронации. И все.       - До следующего раза, Сонхун. Хисын обещал меня так больше не задерживать. - Пак смеётся и младший улыбается.       - Хорошо.       - Ты выглядишь уставшим, и днями и ночами работаешь? - правая рука короля осматривает альфу перед собой.       - Только днями. Ночью я почти ничего не вижу и смысла нет сажать зрение еще сильнее.       - У тебя плохое зрение?       - Я уже не первый год работаю ювелиром. Первое время приходилось работать и ночами. А потом зрение начало садится и теперь делать что-то в тёмное время суток почти невозможно.       - Тебе стоит чаще делать перерывы во время работы. - грозно говорит Чонсон и идёт к столу, за которым недавно сидел Сонхун.       «И правда стоит. Зачастую садишься и увлечёшься так, что день пролетает незаметно без перерывов.»       - Так красиво... - Пак берёт готовую серёжку в ладонь, рассматривая её. - Хисыну понравится.       - Я очень надеюсь...       - Я своего друга знаю намного лучше, чем ты. И я уверен, что ему понравится. - снова настойчивее говорит Чонсон.       - Я и не спорю. - брюнет улыбается. - Кстати о друзьях... - Сонхун твёрдо подходит ближе, облокачиваясь на стеллаж. - Что происходит между вами и Сону?       - А что должно быть между нами? - удивлённо спрашивает правая рука короля.       - Кажется, вы им заинтересовались?... - Сонхун смотрит прямо в глаза собеседника.       - Тебе не кажется. - соглашается старший. - Но это не совсем твоё де...       - Нет, это моё дело. - младший перебивает и делает голос ровным и холодным. - Сону - мой друг. Мой лучший друг. Все, что касается его, касается и меня. И я никому не позволю его обидеть. - Сон выделяет "никому", потому что за друга он горой, как старший брат.       - Сонхун, расслабься. - Чонсон выдыхает, стараясь разрядить атмосферу, потому что его впервые пугает альфа напротив и дело не в росте. - Я тоже самое могу сказать и тебе. Ты ведь тоже заинтересовался королём.       - Нет. - ответ твёрдый и уверенный, но это наглая ложь. - Он просто попросил составить ему компанию и мы просто прогулялись. Сейчас я просто выполняю его заказ. Ничего лишнего.       - А твои глаза говорят обратное. - Чон кладёт серёжку на стол и равняется с собеседником. - Они выдают тебя.       - Вас это не каса....       - Хисын - мой друг. - прерывает правая рука короля. - Он - мой король и мой лучший друг. - Пак использует ту же тактику, что и применял ранее младший.       - Можете не беспокоиться, я его не трону. - Сонхун уверенно смотрит в глаза напротив.       - Я за тобой буду следить.       - Я знаю, но и я за вами тоже. - уверенно говорит младший.       «Что этот малец себе позволяет!?» - но Чонсон не озвучивает эту мысль, наоборот- сдерживается. Только ему быть вмешанным в драку и не хватало, хотя Сонхун с виду очень спокоен.       Чонсон с вызовом смотрит на Сонхуна, находя тот же огонь в глазах напротив. Каждый из них чувствует феромон чужого альфы, что силён, только Сон внешне спокоен, а вот Чон, кажется, уже хочет броситься на соперника и разорвать его, чтобы не смел посягать на чужое.       - Сонхун... - сквозь зубы цедит правая рука короля.       - Я думаю, что вам сейчас лучше уйти. - спокойно говорит младший, смотря на то, как у собеседника чуть ли не пар из ушей идёт. - Вы на моей территории. - Сонхун снова не даёт слово сказать альфе напротив, а тот сейчас очень многое хочет сказать. - И я прошу вас сейчас уйти.       Чонсон сейчас хочет возразить, но понимает, что сдерживаться с каждой минутой труднее. Феромон фундука распаляет в нехорошем смысле альфу, поэтому он направляется к двери. Так и правда будет лучше сейчас. Сонхун не говоря ни слова кланяется. Он все равно уважает этого альфу и не важно, что произошло сейчас.       Только не успевает Чонсон и до дверного проёма дойти, как слышен хлопок двери и громкое:       - Сон~а, ты не поверишь! Я сейчас встретил тётушку Хан, представляешь Джисон замуж вых... - и в Пака врезается маленький ураганчик, имя которому Сону. - Ой. - Ким прижимает к себе мешочек, что держал в руках и чуть не выронил. - Привет, Чонсон.       - Здравствуй, Сону.       Сердца обоих начали биться быстрее. Пак хотел сейчас немного потратить время и попытаться найти дом, где живёт Сону или хотя бы район, а тут омега сам в него врезается.       - А ты уже уходишь? - спрашивает Ким. - Может останешься еще ненадолго?       - Нет, он уходит, Со. - чуть настойчивее говорит младший Пак.       - В этом весь ты, Сонхун! - вредничает омега. - Никакого гостеприимства от тебя не дождёшься! - недовольно бубнит Сону и берёт руку Чонсона. - Останься еще ненадолго. Я чай нам сделаю. - мягко улыбается и просит Ким, ведя гостя обратно.       Сонхун же закатывает глаза и садиться за стол. Сейчас он не хочет здесь видеть никого. Хочет, чтобы его оставили одного. Только выгонять друга не хочется, поэтому он просто продолжит работать, задумается о короле и никого не будет замечать. Так всегда происходит. И взяв щеточку в руки он до блеска полирует уже установленные камни.       Сону же усаживает гостя за небольшой столик и кладёт мешочек, что крепко держал в руках.       - А зачем ты к Сонхуну приходил? – начинает омега, стараясь делать все быстро: и стол накрыть и с альфой поговорить, и другу последние новости рассказать и вообще все сделать в лучшем виде.       - У меня было поручение, которое я должен был доставить? – Чонсон улыбается, смотря на то, как мельтешит омега.       - Правда? Ну ладно, я потом выведаю у него все, а то он же сам все не расскажет, клещами тянуть надо. – Сону ставит несколько вазочек с угощениями на стол, что всегда хранятся здесь, чтобы можно было хотя бы чем-то накормить лучшего. – Сон~а, пойдём покушаешь.       - Ешьте без меня. – бурчит младший Пак не отвлекаясь от работы.       - Ты с утра ничего не ел! – Возмущается Ким. - Мне потом что тетушке Ён говорить?! «Извините, Сон помешался на работе, а я не смог в него хоть что-то съедобное впихнуть.», так что ли? – омега подходит к другу, буквально вырывает все из рук, положив на стол и тянет альфу наверх, чтобы он встал.       - Сону!       - Ничего не знаю, шагом марш есть! – омеге удается поднять друга на ноги и подталкивает его к столу, сажая напротив Чонсона. – Чон~а, извини, но я просто обязан контролировать, чтобы он кушал. А то кожа да кости одни. Иногда Сон так погружается в работу, что достать его из нее получается с большим трудом.       - Ничего. – правая рука короля улыбается и согласно кивает.       Может Чонсон сейчас и не очень был рад третьему человеку, но видя, как Сонхун и правда много работает, слова омеги имели большой смысл. А сам старший Пак точно также лично проверяет, чтобы король был сытым и выспавшимся, ведь дела государства вытягивают достаточно сил из Хисына.       Омега же организовывает три чашки чая, ставя сначала себе и Чонсону по одной, а потом и Сонхуну, что устало выдыхает и берёт чашку в руки, согревая холодные ладони.       - Спасибо, Со. – тихо говорит младший Пак.       - Нашел за что благодарить, за заботу. – Сону садиться между альфами и тоже берет чашку в руки. – Жениться тебе пора, Сон~а, вот и все.       - Хочешь всю эту заботу на мою омегу спихнуть? – Сонхун смеётся.       - Может и хочу. – закатывает глаза омега. – Но был бы у тебя омега дома, ты бы захотел к нему раньше возвращаться и не засиживаться допоздна. – Ким двигает ближе чашку с чаем гостю, заметив, что тот пока к ней не прикоснулся. – Попробуй, Чон~а, это вкусно. – омега мягко улыбается. – Конечно, не как во дворце, но чем богаты.       Чонсон улыбается и пробует напиток. На языке остается приятный кисловатый привкус.       - Если честно, ни разу такого не пробовал. – хотя в королевском дворце можно найти все, что душе угодно. – Что это за чай?       - Это шиповник. – хихикает омега. – Он очень полезный. – поясняет омега. - В нем очень много витаминов. Неужели и правда не пробовал никогда? – и старший Пак отрицательно машет головой. – Ну вот, оказывается и простые люди могут вас удивить. – тихо смеется омега и альфы улыбаются.       И чаепитие проходит в лёгкой и ненавязчивой атмосфере, благодаря Сону, что быстро находил нейтральные темы для разговоров, чем и увлекал Чонсона еще больше. Альфа буквально не сводил взгляда с омеги, стараясь смотреть ему в глаза, чтобы не упустить ни одной детали. Любая улыбка, любой взгляд, любой жест – все приковывало внимание старшего Пака на омегу, и он любовался собеседником, поддерживая разговор.       Сонхун же больше держался особняком, приняв позицию наблюдателя. Он старался сейчас уловить любые действия, которые бы выдавали в альфе напротив плохого человека. Но таких не было. Только абсолютная влюбленность читалась в глазах приближённого короля. Однако Сонхун так просто не принимал альфу с распростёртыми объятиями в их круг общения, всё же Сону для младшего Пака особое сокровище – единственный друг. И если кто-то сделает омеге больно, альфа глотку обидчику перегрызёт и даже не обратит внимания ни на титул человека, ни на его материальное состояние.       - Сон~а? – слышит тихое Сонхун.       - Извините, я задумался, не обращайте внимания. – достаточно тихо говорит альфа. – Мне нужно вернутся к работе.       - Но ты… - уже начинает возмущаться Ким, ведь его друг ничего не съел, только выпил чай, но Пак его перебивает.       - Я не хочу ничего, Со. Спасибо. – младший Пак кланяется и встаёт из-за стола, убирая чашку и возвращаясь к работе.       Сону вздыхает и возвращает все внимание Чонсону, он позже поговорит с Сонхуном и поругает, и накормит, и заставит сделать зарядку - все устроит, но позже.       Сонхун же снова с головой погружается в работу. Он не замечает ничего вокруг: ни голосов, ни присутствие других людей в помещении. Пак снова будто один на один со своим изделием и ни единой посторонней души и предмета вокруг.

***

      Хисын долгое время не мог сосредоточиться на бумагах государственной важности, потому что мысли постоянно возвращали его к Сонхуну. Королю очень интересно, как он отреагировал на письмо. Хотелось бы увидеть это идеально-прекрасное лицо. Альфа удивился? Может внутренне обрадовался? Может у него были какие-то надежды на их общение.       «Или же Сонхуну все равно, и ему тоже от меня нужно только одно? Но он был так вежлив и обходителен, неужели это и правда могло быть притворством?»       Омега понимает, что люди способны на все ради достижения цели, но ему так не хотелось думать о том, что Сонхун пытался его очаровать только ради богатства и власти. Поэтому, как начались такие мысли, омега откидывает бумаги и идёт в сад, прихватив первую попавшуюся в руки книгу. Он слишком много думает о том, кого по идее уже должен был забыть. Выйдя в сад и отправив служанок назад, омега идет по аллее. Он в собственном дворце и уверен, что здесь ему нечего боятся, поэтому так спокойно часто гуляет один без сопровождения охраны и слуг.       Ли останавливается неподалёку от скамьи, где они сидели тогда с Сонхуном. Кроль уже хочет пойти и сесть, раскрыв страницы нового романа, как слышит за спиной.       - Ваше Величество. – и Хисын вздрагивает, оборачиваясь, он совсем не ожидал здесь кого-то увидеть сейчас.       Но перед ним в трёх шагах стоит Рики собственной персоной, что легко улыбается и кланяется.       - Извините, я не хотел вас напугать.       - Просто не ожидал вас увидеть здесь и сейчас. – Хисын выдыхает и расслабляется немного. – Вы гуляете?       - По правде говоря - да. У вас роскошный сад! Он даже и близко не стоит с тем, какой у нашего кроля. – король понимающе кивает, он не знает, что ответить. – А еще… - Ли только сейчас замечает небольшой букет Жонклий. – Позвольте вам преподнести это. – Рики кланяется, протягивая цветы королю.       «Где он их достал?...» - омега смотрит на букет и понимает, что не хочет его брать, но хотя бы из вежливости нужно. – «Жонклии не растут в нашей полосе, а значит он определенный смысл вкладывает в них.»       На самом деле цветы прекрасны! Нежно-розовые бутоны со множеством лепестков, края которых лишь слегка белые, собраны в букет средних размеров. Правителю не хочется пересчитывать количество цветков сейчас, может он сделает это потом, но не факт. Только Хисын изучал язык цветов, когда был подростком, ему было интересно, и сейчас ему не нравится ситуация, потому что Жонклии дарят при желании партнёра, симпатии, возвращении привязанности, как бы говоря: "Люби только меня!" – и ни один из этих пунктов Ли не нравится. Однако король натянуто улыбается, но все же берет протянутый букет. И не важно, что уже сегодня ночью его сожгут, но грубо отказать альфе напротив он не мог, все же Рики ребёнок.       Эх, знал бы только Хисын, что мысли у этого “ребёнка” далеко не безобидные и Нишимура и правда дарит Жонклии с этим подтекстом. И Рики стоило очень много трудов и денег, чтобы их достать и преподнести королю, но на что только не пойдёшь, ради цели.       - Спасибо. – тихо шепчет Хисын, была бы возможность, он бы промолчал, но это будет очень неприлично с его стороны.       - Рад, что вам понравилось. – альфа выпрямляется и довольно улыбается.       - Нишимура-сан, вас отец искал. Вам стоит найти его. – Хисын хочет побыть один без этого альфы и без посторонних.       - Тогда разрешите вас оставить. – Рики кланяется и идёт во дворец.       Король же расслабленно выдыхает только когда альфа скрывается из виду. Натянутая улыбка моментально пропадает с лица омеги, и он идёт к скамейке, где изначально и хотел почитать. Цветы он кладёт рядом и искренне надеется, что забудет о них за время, пока будет проводить время с книжной подружкой. Хисын снова шумно выдыхает и разворачивает обложку, начиная вчитываться в текст.       «Интересно, а будь Сонхун на его месте, какие бы он цветы подарил?» - конечно, омега сомневается, что альфа осведомлён в значении цветов, но это не отменяет любопытства.

***

      Спустя время чай заканчивается и Чонсон понимает, что ему теперь точно пора возвращаться во дворец.       - Сону, извини, но мне нужно домой, дела не ждут. – тихо говорит альфа.       - Да, конечно, я провожу. - омега улыбается и встаёт.       - Спасибо за чай и угощение! Все было очень вкусно. – младший Пак немного кланяется, благодаря хозяев.       - Почаще заглядывайте к нам, господин Пак. - смеётся Сону, и они идут с Чонсоном на выход.       Только когда они оказались на улице и смогли вдохнуть полной грудью чистый и свежий воздух, альфа поворачивается к Киму.       - Сонхун всегда такой? - спрашивает он, останавливаясь.       - Закрытый и отстранённый? - переспрашивает омега, потому что понятие “такой” очень растяжимое, на что получает кивок. - Да. Он очень не любит большое скопление людей новые знакомства и шумные компании. Сон предпочитает тишину, спокойствие и одиночество. Но нельзя так, наверное, поэтому у него такой друг как я. - смеётся Сону. - А то бы совсем зачах в четырёх стенах и за работой. У Сона нет друзей, кроме меня. И я волнуюсь за него. Знаю, он уже не маленький, но все же...       - Ты очень хороший друг Сону. Возможно, мне даже есть чему у тебя поучиться. - уверенно говорит правая рука короля.       - Ладно, давай не будем о грустном? - Сону осматривается, а убедившись, что их не видят, берёт руку альфы. - Ты обещал написать... И я ждал...       «Только от тебя ни весточки, Чонсон. Даже нет банального "Извини, у меня дела. Встретимся, как я буду посвободнее.”»- омега закусывает губу.       - Прости, Сону. Мы всю неделю работали и ложились в ночи, вставая с рассветом, правда не было свободного времени. - альфа достаёт из-за пазухи небольшой свиток и вкладывает его в маленькую ладошку, зажимая бумагу, чтобы не выпала. - Но я свои обещания держу всегда.       - Когда ты будешь свободен теперь? Мы сможем погулять? - Сону подходит ближе и облокачивается на крепкую грудь, положив румяную щёчку на место, где под рёбрами бьётся сердце альфы, и ритм учащённый.       - Я не буду обещать, Сону. Но Хисын сказал, чтобы я пришёл сюда в начале следующей недели с проверкой. - альфа смеётся и омега тоже. - Ты же здесь часто бываешь. Думаю, я смогу тебя украсть на пару часиков, и мы погуляем.       - Ладно, хорошо. – соглашается омега отстраняясь.       «Значит, ещё подожду. Кто умеет ждать, дождётся большего.»       - Тогда до встречи? - спрашивает Сону, заглядывая в чужие влюблённые глаза.       - Разумеется. - Чонсон оставляет поцелуй на тыльной стороне ладошки и идёт за конём, он уже загулялся, как бы король его не потерял.       Сону же, проводив альфу взглядом, возвращается в дом, садясь у Сонхуна и положив руку ему на плечо.       - Сон~а.       - Он ушёл? Я не заметил, как вы закончили. - альфа откладывает все и роняет голову на плечо омеги.       - Да, все хорошо. - Ким запускает пальчики в волосы друга и мягко перебирает их, иногда массируя кожу головы.       - Он такими влюблёнными глазами смотрит на тебя, Со~я. - Сонхун улыбается. - Возможно это твой шанс на счастливую жизнь.       - За меня не беспокойся, Сон~а, у меня все хорошо. Я не пропаду. - тихо говорит омега. - А вот за тебя я волнуюсь... - признаётся Сону.       - Со мной все в порядке, Со. - альфа натянуто улыбается.       - Пойдём домой? - омега поворачивает голову в сторону друга. - Ты устал.       - Король не должен ждать....       - Сон~а, он не маленький. Определённо должен понимать, что это не быстро делается. И поверь твою усталость и чересчур усердную работу он точно не оценит, а оценит только изделие. - Сону обнимает плечи друга. - Давай, вставай, пойдём. Я тебя провожу.       - Но... – вообще-то середина рабочего дня.       - Я здесь за всем присмотрю, не переживай. - Сону поднимает друга, и они идут в дом Пака.       Сонхун даже и сопротивляться не хочет, знает, что он и правда очень мало отдыхает.       - А если кто-то будет недоволен. - явный намёк на короля. - Я буду ругаться за то, что ты и так работаешь от рассвета и до заката, тебе тоже отдых нужен.       - Мой любимый защитник-омега. - Сонхун смеётся.       - Не твой. - бурчит Ким. - И твоим не буду. - но омегу на это только очень крепко обнимают.       - До тех пор, пока у тебя нет мужа - мой. И не спорь! - подушечка указательного пальца тыкается в кончик носа омеги.       - Отпусти меня, идти неудобно. – Ким дергает плечами, недовольно надувая губы.       - А меня все устраивает. – довольно говорит Сонхун.       - Я тебя сейчас побью на глазах у всего селения, ясно?! - возмущается омега и его отпускают. – Так-то лучше. - Сону улыбается и продолжает идти, взяв друга под руку.       Все в городе уже привыкли, что они близки, поэтому не кидают косых взглядов, хотя незамужный омега со свободным альфой в обнимку идёт, но все знают об этой сладкой "парочке". Конечно, пускали слухи, что омега безумно влюблён в этого альфу, правда второй его не замечает, но на эти языки КимПак только лишь закатывали глаза вдвоём. Потому что их дружбу может разрушить только невозможное, а такого пока еще нет.       Сону спокойно заводит Сонхуна прям в дом и провожает до комнаты.       - У тебя тут опять холодно. Как здесь можно жить? – Сону ёжиться и закрывает открытое окно и задёргивает занавески. – Так все, а теперь спать. Я лично проконтролирую, чтобы, когда тётушка Пак пришла, ты еще спал и набирался сил. – грозно говорит Сону. – За лавку не беспокойся, все будет в полном порядке, обещаю.       - Ладно, спасибо. – Сонхун кутается в одеяло, чтобы омега не бузел и сам не накрыл его еще одним одеялом, и ложиться, почти моментально засыпая.       Ким согласно кивает и возвращается в лавку друга. Сколько он себя помнил, то всегда был здесь, все своё свободное время, хоть родители и настаивают на том, чтобы он сел за станок, Сону же пока говорит, что успеет. Замуж выйдет и сядет. Только, наверное, не стоит опускать то, что омега не торопится связывать себя узами брака с альфой? Потому что, конечно, его не раз водили на смотрины, но Сону на каждого кандидата находил причину, по которой так или иначе он вновь и вновь избегал брака. Родители даже уже не раз предлагали сосватать его с Сонхуном, потому что они постоянно вместе – раз, Пак завидный жених – два, да и пора бы уже омеге семьёй обзаводиться – три. Но и Сону и Сонхун были против этой затеи со стороны старших, потому что оба не могут представить себя супругами друг друга.       Нет, ну серьёзно, они вместе начинали учится, они вдвоём заставляли себя вырисовывать иероглифы, осваивая грамоту, а потом и чтение. Ещё с детства они обожали купаться в речке, что находилась в лесу, а потом лазали по этим самым деревьям, разумеется падали иногда с них сдирая кожу, но потом наклеив “спасательные” листочки, чтобы кровь больше не текла, бежали гулять дальше. Конечно, другие ребята звали их, чтобы поиграть вместе, но длилось это сближение недолго. Сонхун слишком закрытый был в детстве, а Сону такой же гиперактивный, но они оба сходились на мнении, что им и вдвоём хорошо, поэтому у них образовалась собственная компания.       Они вместе начинали учится играть в падук. Конечно, сначала это превратилось в «выбей мою фишку своей, и у кого на поле не останется ни одной фишки, тот и проиграл», но со временем правила игры начали немного укладываться, правда только в голове Сонхуна, Сону не хватало терпения на эту игру, поэтому иногда омега обиженный уходил домой, когда Пак слишком увлечённо пытался играть первые партии, забывая про друга, по мнению Кима, но уже на следующий день все возвращалось на круги своя. Омега понимал, что у альфы просто очень настойчивое желание к знаниям, а ему бы поиграть, поэтому они договорились, что конкретное время играют, а потом уходят учиться. Правда учится уходил только Сонхун, Сону же находил себя в вышивке. Правда терпение юному омеге хватало всегда максимум на час, а потом он просто бросал пяльцы и уходил гулять. С годами усидчивость развилась и сейчас Ким с удовольствием вышивает в своё свободное время.       Сонхун никогда не забудет, как они с Сону подглядывали за соседкой и у омеги внезапно началась течка. Тогда еще 12-летний Сонхун даже и не знал о такой особенности организма омеги, поэтому очень перепугался за друга, ведь второму было очень больно. Но благо дом Сону был недалеко, и маленький альфа смог отнести лучшего друга домой, где были родители Кима.       И вот как после этого всего можно жениться? Ментальная близость – это прекрасно во всех смыслах слова, но ведь в браке немаловажная и физическая близость. А как соединяться телами с лучшим другом, которого знаешь с ног до головы, ни Ким, и Пак не представляли. Да и не было у обоих никогда острого желания обниматься постоянно и везде, целоваться и подобное. Хотя Сону честно хотел, чтобы они с Сонхуном научились целоваться друг на друге, но потом эта немного безумная идея омеги забылась и больше никогда не вспоминалась.       Сону прибирает помещение, со стола друга убирает весь мусор, аккуратно раскладывая все вещи в ряд, он знает, что Пак любит порядок во всём, поэтому и решает немного помочь; кладёт всю посуду на место, а потом достаёт свиток, что дал ему Чонсон. Сейчас ему никто не помешает прочесть то, что и предназначается ему. Ким садиться на тахту и складывает ноги по-турецки. Немного дрожащими руками омега разворачивает бумагу, уже желая начать бегать глазами по тексту, правда в глаза бросается достаточно крупный рисунок в левом нижнем углу. Очень забавная мордочка льва, кажется, так мило разместилась в красном сердце с неровным контуром.       «Он его кровью что ли рисовал?» - омега хмурится и касается кончиками пальцем красной “краски”, только кожа ощущает не шероховатость бумаги, а что-то мягкое и гладкое. – «Нет, не кровью. Это очень даже хорошо!» - смеётся своим же предположениям. – «Но рисовать он не умеет, или же времени не было, потому делал все в спешке.» - хотя Сону рад и такому простому милому львёнку в сердечке. – «Это он себя со львом ассоциирует что ли?»       Омеге интересен выбор животного для рисунка, но решает потом спросить об этом альфу, а сейчас, глубоко выдохнув, наконец сосредотачивается на написанном тексте.

«Сону... Со~я... С того момента, как мы виделись в последний раз, прошло достаточно времени, и я даже немного соскучился уже по шумному тебе. Твоя улыбка греет сердце, а глаза пленят... И кажется, я попался в эти сети. Мне хочется слушать все твои истории, которыми ты делился тогда, твои глаза так светились, когда ты их рассказывал. Ты выглядел самым счастливым на этой планете, но мне показалось, что я на дне твоих глаз увидел, что тебя что-то тревожит... Очень надеюсь, что это не так! Не знаю, когда мы сможем встретиться в следующий раз, работа, Со~я, работа, но постараюсь вырваться как можно скорее. Чонсон»

      Сону снова смеётся, когда снова видит забавную мордочку льва. Это “произведение искусства” очень греет быстро бьющееся сердечко маленького омеги. Ким прижимает письмо к груди и улыбается. Вроде такие простые строки, но они дают понять, что, кажется, он не безразличен Чонсону, и омеге это важно. Потому что добиваться человека, когда у него в мыслях и в сердце другой, это как об стенку горох – бесполезно, а сейчас у омеги появляется шанс на то, что его чувства и правда могут быть взаимны.       «Надо будет позже написать ему ответ и передать в следующую встречу. В крайнем случае попросить Сона передать.» - только Ким отвлекается от своих мыслей как замечает на столе друга тоже свиток, но чуть большего размера. Что-то он не обратил внимания, когда убирался, хотя брал его.       «Сону кто-то написал?» - омега складывает свое послание в кармашек. – «Но кто?...»       Сонхуну никогда не писали любовных писем, только на словах выражали чувства. Правда, одна омега пыталась что-то собственноручно-приготовленное носить, но это тоже не увенчалось успехом. Почему Ким решил, что любовное? Он сам не знает. Сердце подсказывает так. И вот маленькие пальчики уже касаются трубочки бумаги и разворачивают его. Но стоит только Сону заметить подпись “Хисын”, как он сразу сворачивает письмо и кладёт на место.       «Нет, я не буду читать любовные переписки Сона, он сам мне расскажет, если захочет.» - Сону смотрит на свиток, но боясь поддаться соблазну, убирает письмо в стол и идет за прилавок, залезая в блокнот с эскизами изделий друга. – «Может у него какая-нибудь новая задумка есть?»       Сонхун всегда показывал Сону новые эскизы и спрашивал мнение омеги, особенно, если дело касалось украшений, потому этот блокнотик Ким может спокойно листать без зазрения совести.

***

      Со временем Хисын так погружается в жизнь героев, что и не замечает, как он сначала забирается на скамью с ногами, облокачиваясь на подлокотник, и в этом положении проходит пара часов. На улице ярко светит солнце, совсем недалеко шумят волны – и все это так идеально вписывается в сюжет, где девушка и юноша сбежали из родительского дома и отправились жить на побережье океана.       - Ваше Величество. – Хисын отвлекается от страницы и улыбается, видя перед собой друга.       - Чонсон. – омега свешивает ноги и ровно садиться, закрывая книгу. – Я уже думал, что ты вернёшься теперь только к вечеру. – Ли кладёт ладошку на скамейку рядом с собой и Пак садиться, предварительно взяв букет, что лежал рядом, в руки.       - На самом деле я и правда хотел найти одного человека, но он сам пришёл к Сонхуну, потому мы как не иначе все равно встретились. – альфа улыбается и смотрит на цветы в своих руках.       - А что за букет? – интересуется он. - Никогда не видел таких цветов.       - Это преподнёс Рики. – Хисын пожимает плечами. – Не важно. - закатывая глаза. - Лучше расскажи, как там Сонхун? Работает? Ты же видел те серёжки, да? Он их закончил?       - Да, работает. – правая рука короля спокойно слегка улыбается и кивает. - Пока он не закончил, но он очень усердно выполняет их, все же очень сложная работа. И да, получается очень красиво.       - Хочется уже поскорее их готовыми увидеть. – воодушевлённо говорит омега.       - Увидишь и наденешь, не беспокойся, но, наверное, стоит сказать портным, чтобы они тебе сшили что-то, с чем можно было бы носить те серьги. У тебя не так-то много подходящего розового, а точнее, совсем нет.       - Да, ты прав, определённо стоит. – согласно кивает король и встаёт. – Сходишь со мной? Поможешь выбрать ткань, ты явно помнишь вид украшения намного лучше, чем я. – хихикает омега.       - Ты сейчас мне льстишь. – Пак встаёт. – Но как пожелает мой король, с удовольствием помогу. – Чонсон берёт букет в другую руку. – А с этим что делать?       - Отдай Сонхи, пусть уберёт пока, а вечером, как все заснут – сожжёт их.       - А? – удивлённо хлопает глазами альфа.       - Мне не нравятся эти цветы, хоть и красивые. – Ли гордо поднимает носик. – Идём. - и они возвращаются во дворец.       Спустя время в апартаментах портного, Хисын с помощью Чонсона наконец останавливает свой выбор на ткани. Нежно-розовый цвет, поверх него будет струящаяся полупрозрачная ткань, что будет расшита узорами из золотых нитей и розовых, сделанных под металл, и простой белый материал для пояса - будет идеально смотреться в комплекте с серьгами. Да, обычно подбирают украшение к наряду, но в этот раз все наоборот. К тому же правая рука короля абсолютно уверен, что Хисын будет носить серёжки постоянно, почти не снимая. Сделав необходимые зарисовки у себя в блокноте, портной низко кланяется и приступает к раскройке материала, а король и Чонсон уходят в покои короля.       Остаток дня проходит за бумагами, которые Хисын все еще не подписывает, что-то останавливает. Было решено провести несколько советов, которые будут касаться только границ с Китаем, а потом уже понять подписать приказ или нет.

***