Глупый о́ни и Пёс Войны

      Горо работал в кафе «Сангономия» уже пару лет точно. Талант бариста он открыл в себе не так давно, поэтому решил бросить свою работу в издательстве — начальница была настолько жуткой, что перспектива оказаться и вовсе безработным его не пугала. Яэ Мико — так звали ночной кошмар Горо — отреагировала на его уход вполне спокойно, послав воздушный поцелуй и пожелав удачи на любовном поприще.       «Наконец-то нашел маму для своих щенков? Мог бы и не уходить, а взять отпуск…» — примерно так она тогда и сказала. Горо вспыхнул только при воспоминании об этом. Он вел достаточно прибыльную колонку, поэтому не понимал такого отношения к себе. Наверное и сама Мико не держалась за свою работу.       В «Сангономии» работать было… интересно. Управляющая Кокоми старалась не загружать его работой, но вскоре поняла, что Горо и правда достаточно талантливый, чтобы вести смены в одиночку. Как же тогда рад был Казуха, у которого появилось чуть больше выходных. В целом в кофейне было тихо: сюда приходили постоянники, редко забредали новые посетители, на перерывах приходили служащие из соседних офисов. Все любили Горо и его кофе. Он стал вроде как символом кофейни, даже знаменитая «русалка Кокоми» на вывеске не являлась для людей запоминающейся деталью. Все говорили: «о, пойдем в кафе с сиба-ину… Да-да, «Сангономия», именно туда». Поначалу это было даже неловко, а потом Кокоми решила выпускать мерч. Ручки, футболки, значки — от всего этого голова была кругом, и Горо задавался одним вопросом: откуда вообще у управляющей столько сил и денег на это все?       Сегодняшний день не предвещал ничего плохого, Горо все также стоял за прилавком и протирал его, клиенты заходили на обеденном перерыве, приветливо ему улыбаясь. Почти ежедневно к нему заходила одна приятная дама с сыном, у которого была футболка с лицом Горо. Этот мальчик постоянно хотел потрогать его хвост и ушки, и иногда Горо сдавался и отдавал себя на растерзание ребенку. Признаться честно, многие мечтали потрогать его собачьи «особенности», но только Кокоми могла потрепать его по голове и задеть уши. Бариста хотел, чтобы его воспринимали как человека, трудолюбивого сотрудника, а не собачку, которая с радостью встанет на задние лапки и выполнит любую команду. Да, шумиха вокруг его персоны сильно смущала. Клиентов, кстати, после обеденного перерыва не было.       — Ох, неужели я могу выйти на перекур? — сам себя спросил Горо, потягиваясь. Все люди и не-люди ушли, а внутри никого не было. Пусть пространства было мало, но пару столиков здесь умещались, да и было очень даже уютно. Шарма придавал и аквариум во всю стену, где плавали большие и красивые астронотусы. Было не слишком рационально использовать такое украшение, ведь бюджет маленькой кофейни был таким же небольшим, но Кокоми попросила предоставить все проблемы ей.       Горо был готов уже стянуть фартук и выйти из-за прилавка, но, навострив уши, услышал дверной колокольчик.       — Хээй, пёсик-бариста! Доброго дня!       Не нужно было смотреть в сторону гостя, чтобы понять, что это был он. Большой, косматый, будто бы вышедший из сказок, демон. Безумно добродушный и глупый демон, которого в районе Ватацуми точно никто не боялся. С самого первого дня работы этот бугай приходил в одинаковое время, словно по часам, заказывая один и тот же кофе. С самого первого дня он доставал Горо, к чему тот уже привык и, кажется, приобрел иммунитет к персоне демона.       — Добрый день, господин о́ни, — сквозь зубы процедил Горо, вновь подходя к прилавку. Его хвост также раздраженно дернулся, от чего Итто рассмеялся, показав белоснежные клыки. Удивительно, ведь он ежедневно приходил сюда за кофе. Горо сделал пометку, что нужно поинтересоваться у какого стоматолога он наблюдается. — Вам как обычно? — спрашивает Горо, зная, какой будет ответ.       — Да, капучино со сливками и Ваш номер, — выдает Итто зазубренную фразу, наклоняясь. Он ставит локти на прилавок, почти что улегшись на нем. Если честно, Горо боялся за его сохранность. За сохранность прилавка, не Итто. Еще чуть-чуть и демон мог серьезно пострадать от когтей бариста.       — Ничем не могу помочь со вторым пунктом, — унимая раздражение, отвечает Горо и отворачивается к кофе-машине. Итто щекочет кончик его хвоста своими когтями, на что бариста отдергивает его и прижимает к себе. — Не переходите границы, глупый о́ни, иначе я заверну вам тайяки с бобами за счет заведения!       — Я рад, что ты помнишь про мою аллергию на бобы!       Итто засмеялся своим басом, послушно отходя от прилавка. Ему всегда нравилось видеть чужие эмоции, а эмоции Горо — это что-то с чем-то. Правда он не имел привычки докапываться до своего собачьего приятеля дольше положенного, улавливая ту тонкую грань раздражения и реальной злости. Он дождался свой кофе, расплатился, но не ушел. Горо вопросительно посмотрел на о́ни, скрещивая руки на груди. Сегодня перерыва у него, видимо, не будет.       — Тогда может свидание? — спрашивает демон, вставляя трубочку себе в кофе. Неторопливо и нежно, будто бы он совсем не собирался уходить. — Это ведь не так сложно. Серьезно, скоро фестиваль, пойдем.       Горо открывает рот, теряя дар речи. Это было чем-то новым. Немного смутившись, он фыркнул.       — Многоуважаемый о́ни, вы не умеете проигрывать? — выдыхает Горо, выходя из-за прилавка и стягивая фартук. Демон жадно разглядывает его тонкую талию, живот, руки под тонким слоем одежды. Эта водолазка смотрится на бариста чужеродно, но она так чудесно подчеркивает его достоинства, что Аратаки не может оторвать свой взгляд. Горо видит, что у Итто начинают сверкать глаза от предвкушения. — Нет — значит нет.       Демон хмурится, наблюдая за нетерпеливым Горо. Тот достает пачку сигарет из своей куртки, которая висела на гостевой вешалке, и кивает на выход.       — На улице попьете, вперед, — подгоняет Горо, а Итто остается только тоскливо вздохнуть. Других клиентов не намечалось, поэтому бариста выбрал меньшее из зол — прогнать дотошного гостя.       — Тогда давай поспорим, — все-таки выдает Итто, когда Горо закрывает кофейню. Он старается не смотреть на своего поклонника, но это предложение вызывает в нем интерес. Глубоко в душе Горо был очень азартным человеком, а еще всегда сдерживал свое слово.       — И на что ты предлагаешь спорить? — скептически спрашивает бариста, с легкостью перейдя на «ты». Его ухо все-таки дернулось, не скрывая интерес. Он не считал Итто плохим парнем, но его постоянные подкаты на рабочем месте рушили его репутацию. Даже Казуха смеялся над ним! Это было просто невыносимо.       — Я удивлю тебя, а ты сходишь со мной на свидание, дашь номер телефона и сделаешь кофе за свой счет, — пока Итто все это перечислял, то загибал пальцы и улыбался. Горо был возмущен такой наглостью, но не хотел отказывать. Он нервно достал сигарету и вставил между своих губ, пытаясь щелкнуть колесиком зажигалки. Она очень вовремя сдохла.       Итто посчитал, что бариста молча согласился с ним, и на его лице расплылась широкая улыбка. Демон вызывал у Горо странные чувства, но проигрывать он не хотел. О́ни с легкостью выудил зажигалку из кармана своих штанов, а после помог Горо поджечь кончик сигареты. Будто специально носил для такого случая. Бариста недовольно посмотрел на Итто, после чего вместе с дымом с его губ сошли два слова:       — Не удивил.       О́ни рассмеялся, а после весело подмигнул Горо, заставляя его вновь смутиться.       — Хорошо, господин-пёсик, Аратаки Итто не проигрывает и не берет свои слова назад!

***

      Вернувшись с перерыва, Горо предпочел забыть об этой встрече. Он всегда старался не акцентировать внимание на влюбленного в него демона, что, наверное, делать не стоило. Казуха всегда говорил, что этот Итто очень вежливый и хороший о́ни, Горо стоило просто согласиться и перестать играться. Это было сложно, потому что бариста привык быть один, а Аратаки не выглядел надежным. Хотя если подумать: он ходил сюда на протяжении полугода и все еще флиртовал только с Горо, не переключая свой интерес на кого-то другого.       — Аргх, я не понимаю, что делать! — проскулил Горо, сползая под прилавок. Если Итто удивит его, то все закончится. Либо о́ни поймет, что Горо редкостный тупица, либо влюбится еще сильнее и по наставлению Яэ Мико у них появятся щенки. — Так, я еще слишком молод, чтобы становиться папой, не стоит думать про щенков…       — Золотце, ты все-таки решил завести семью? И стоило уходить сюда ради этого…       Помяни черта…       — Добрый день, — подскочил Горо, направляя испуганный взгляд прямо в глаза бывшей начальницы. Яэ Мико выглядела все также чудесно и пугающе одновременно, офисный костюм делал ее еще более грозной. Она рассмеялась, поднося руку ко рту. — Ээ, что будете заказывать?       — Ого, ты так растерялся. Мне латте на соевом молоке, а тебе — успокоительное. Стоишь, дергаешься, что-то под нос бормочешь, даже жалко стало. Почему хвостик не вычесываешь? Обычно это тебя и успокаивало, — продолжает добивать его Яэ Мико.       — Н-нам нельзя, шерсть будет везде, — испуганно пробормотал Горо, отворачиваясь от девушки, чтобы спрятать глаза и взяться за работу. Серьезно, при виде нее он готов был расплакаться и сжаться в комок, лишь бы не чувствовать эту нагнетающую ауру.       — Да не бойся ты так, кусаться не буду, — снова смеется кицунэ, переходя на шепот и страшно округляя глаза. — Так кто будет отцом твоих щенят?       — Никто! — резко кричит Горо, дергаясь и чуть ли не проливая на себя кипяток. — Я… Это просто мысли вслух, которые Вы точно не должны были услышать. Расплачивайтесь и уходите, Ваш офис ведь находится в другом конце города.       Он возится какое-то время перед кофе-машиной, а после ставит стаканчик на прилавок и пытается недовольно посмотреть на Яэ Мико, но выходит плохо. Чужой взгляд снова парализует его.       — Я была тут проездом, не нужно так кричать, — отвечает она спокойно, протягивая Горо купюру. — Сдачу можешь оставить себе — на уход за хвостиком.       Хихикая, кицунэ уходит из кофейни, оставляя Горо краснеть и злиться в одиночестве. Сегодня и правда был отвратительный день. Серьезно, к такому удару бариста был не готов. Он отправляет Казухе плачущие смайлики, надеясь, что его товарищ хоть как-то сможет оказать поддержку.       День окончился спокойно, и Горо быстро добрался до дома, где упал в кучу подушек и свернулся в клубок. В голове назойливо крутились мысли. Нужно ли было как-то контролировать ситуацию с Итто? Вообще стоила ли эта игра свеч? Ведь в глубине души Горо чувствовал странное тепло, когда о́ни приходил в кофейню…