Книга сказок Тёмного Леса

ㅤㅤЛюди боятся в этих краях спать. По ночам они слышат чужие нечеловеческие крики, которые режут слух, по коже словно каплями-льдинками стучат, а наутро — черные отметины, кровавые разводы, сотни царапин неизвестного происхождения. Они не помнят, не знают и боятся. Страх правит здешними землями, от него нет спасения и укрытия. ㅤㅤㅤА он, он король этих кошмаров. ㅤㅤС блестящим от удовлетворения взглядом смотрит, как по его владениям ходят сгорбленные человечки с напуганными глазами. Страх руководит миром, всегда им руководил, и он видит результат своего творения, сдерживая победные возгласы. Больше никто не рискнёт невпопад смеяться или возвышать свое жалкое существование над его жизнью. Как хрупка, всё-таки, задетая человеческая гордость, как ею легко управлять. ㅤㅤㅤДосадно, разве что, что никто не знает правителя в лицо. ㅤㅤОн для них тоже напуганный, потому что за пеленой ужаса мир такой же, в красных красках опасности, с врагом на каждом шагу. Так и пройдет их вечность, в поисках уголка, где можно засесть, спрятаться и умереть, хотя бы оставаясь счастливым из-за мысли, что здесь тебя твой личный монстр не достал. Каждый укромный угол и подвал отныне чье-то убежище, где так легко находить жертв. ㅤㅤХотя, обычно, они сами идут в его руки. Так наивно ища спасения, будто он единственный честный человек в этом забытом богами уголке мира. ㅤㅤㅤㅤЕго собственный уголок, поднятый из руин, построенный на чужих костях, плоти и крови. ㅤㅤ— Вы ждёте кого-то, господин? — и, сердце пропускает пару ударов, пока голова прокручивает голос в голове. — Вы очень сегодня взволнованы. ㅤㅤОчень важно держать себя в руках, не выдавать растущей в душе радости. Он с этим, как правило, справляется блестяще. ㅤㅤ— Сегодня никого ждать не придется, — разочарованный взгляд такого искреннего собеседника ни капли не ранит. И не должен. — Хотя от новых помощников я бы не отказался. ㅤㅤ— Вам мало меня? ㅤㅤ— Мне всегда всего мало, — он ловит губами воздух, словно желая поймать последнюю мысль, которая вот-вот сорвётся с губ и прозвенит среди каменных стен. Он сдерживается упорно. ㅤㅤ— Но у вас так много заготовок, господин, почему здесь только я? ㅤㅤ— Все остальные такие.. неидеальные, — словно от назойливой мошки он отмахивается от других своих работ. Они ужасны, они отвратительны, от них веет холодом и грязью, они слишком прогнили изнутри. Они не достойны даже взгляда на себя. — Другой такой идеал найти крайне сложно. ㅤㅤСобеседник смеётся, и у него на лице нет страха. Он не боится его, слишком слепо доверяет чужим рукам и голосу, и это одновременно пугает и будоражит. Насколько чужая вера в него может быть сильна? ㅤㅤ— В каждом из них есть частичка вашей души, господин. Не надо так о себе отзываться. ㅤㅤ— Коль так, то отныне мое имя будет жить вечно, — он забывает. Уже долгое время, тактично стирает из памяти все принципы, по которым его учили. ㅤㅤТворец всегда оставляет кусочек себя в своей работе. ㅤㅤㅤНасколько бы она не была отвратительна. ㅤㅤㅤㅤКак бы руки не тянулись ее выбросить. ㅤㅤㅤТолько созданные шедевры делают его бессмертным. ㅤㅤОн создал пока лишь один. Столь идеальный, что мурашки бегут по спине от восторга от себя же. Ни единой царапины, ни единого неправильного изгиба. Восхитительная и бесподобная человеческая кукла. ㅤㅤВ других частях леса его прозвали бы сумасшедшим. Но здесь, здесь, среди руин, свои правила, которые пишутся отныне только им. ㅤㅤКак сказал бы Сакуя, останься он человеком, то, что перед глазами гениального мастера — законы, создаваемые самим человеком, что одержим идеей. Закон в сознании переплетается с высеченным кровью правилом, а оно — с изуродованной некогда красивой идеей: создать больше, ещё больше... ㅤㅤㅤㅤㅤㅤ...идеальных шарнирных марионеток для своей коллекции.