Ритм сердца

      Джастин и не помнил, когда в последний раз на него столь многозначительно смотрели три пары глаз. Но сейчас это было именно так. Во взгляде Майкла читалось безграничное удивление, Брайан демонстрировал иронически-снисходительную усмешку, причем как-то умудрился показать ее исключительно глазами. А Линдси не скрывала явной задумчивой заинтересованности. И заговорила первой:               — Брайан, а он говорил мне, что пять лет занимался танцами…               — Меня зовут Джастин, — показалось, или голос стал звучать увереннее? — Но как раз пять лет назад я эти занятия бросил, причем с удовольствием. Но если больше некому, я попытаюсь, если не слишком сложно…               — Наша привычная мамба не подойдет, — вдруг оживилась Линдси, подтягиваясь на руках и опираясь спиной на подушку. — Вы же все-таки мужчины…               — Оу, я рад, что ты заметила. — Джастину показалось, что Брайан, удостоверившись, что подруга пришла в себя, решил больше не сдерживать рвущийся наружу сарказм.               — А классическое мужское танго он может и не вытянуть, особенно эмоционально. — Линдси сделала вид, что ничего не слышала. — Надо придумать что-то не очень провокационное. На грани, но все-таки не за ней.               — Бред! — коротко отозвался скрестивший руки на груди и привалившийся к стене Брайан.               — А, может, надеть на него платье? — вдруг подал голос Майкл. Джастин почувствовал возмущение: и потому, что у него было имя, которое только что озвучил, и потому, что неприлично в присутствии человека говорить так, словно его нет! — Тогда получится танец-пародия.               Майкл встал в центре комнаты, как на сцене, и шутливо поклонился, заставив Джастина порадоваться тому, что он перестал быть центром внимания.               — Можно взять мелодию из «В джазе только девушки». — Майкл поднял руки и, тряся воображаемыми маракасами, начал переступать на месте, фальшиво подпевая: — Па-да-па-пам пам-пам. — А после бормоча себе под нос: — Я женщина, я женщина… — Выглядел он при этом настолько уморительно, что Джастин рассмеялся. Майкл же явно вошел в раж: — А, может быть, танец Дафны и Осгуда? — Майкл повесил одну руку в воздухе, будто обнимал кого-то, согнул вторую и начал двигать ей взад-вперед так, словно пихал кого-то локтем.               — Насколько я помню, Дафна была выше, — осторожно начал Джастин, снова радуясь — на этот раз тому, что мама в свое время заставила посмотреть старые черно-белые фильмы «для общего развития». — Поэтому платье придется надеть Брайану!               Да, ехидство в голосе было невозможно не расслышать, но Джастин и не старался его скрыть. В конце концов, он искренне старается помочь! Причем не для того, чтобы стать объектом глупых шуток!               Оглушительный смех Майкла и Линдси был ему ответом, причем подруга Брайана хохотала так заразительно и искренне, что с трудом можно было поверить в то, что всего лишь полчаса назад она задыхалась от рыданий.               «Вот и пойми этих женщин!» — пронеслось в голове у Джастина, вспомнившего Дафну: та тоже моментально перескакивала от драмы к комедии и наоборот, словно внутри нее существовал управляемый неведомо кем переключатель.               — Джастин мне нравится! Джастин может остаться! — провозгласила Линдси, размахивая руками, как будто дирижировала оркестром.               — Хватит! — голос Брайана прозвучал словно из другого мира. Или расколовшегося неба. Потому что каким-то непостижимым образом заполнил помещение, отодвинув все остальное на задний план и превратив во второстепенное. — Я не собираюсь устраивать цирк, поэтому давайте без этой чуши! Если делать что-то, то достойно! Или максимально приближенно к этому. Ты правда умеешь танцевать?               Переход был настолько резким, что Джастин не сразу понял, что Брайан обращается к нему. И что это вообще первые слова именно в его адрес. Но ответить поторопился:               — Я долго учился, но давно бросил. И не уверен, что вспомню…               — Твое тело вспомнит, — слова Линдси прозвучали так убежденно, что Джастин почти поверил и даже попытался улыбнуться. — Нужна идея для медленного танца, который хоть немного скроет разницу в вашем опыте — все самое сложное возьмешь на себя.               Это она говорила уже Брайану, который, судя по всему, демонстрировал молчаливое согласие. А Джастин старался на него не смотреть, поэтому подошел к Майклу, изучающему книжки и статуэтки на полках. Похоже, он тоже не знал, куда себя девать.               — У тебя есть какие-то предложения, Джастин? Может быть, что-то из личного опыта?               Вопрос Линдси застал врасплох, пришлось лихорадочно перебирать в голове все, что можно было хоть как-то привязать к танцам. Опыт… Блин, ему едва восемнадцать исполнилось! Еще ничего в жизни увидеть не успел… И рос не в Болливуде, чтобы ходить в школу, приплясывая! Школа… Выпускной!!!               — Не уверен, что это подойдет, но… — Что, теперь до конца лета стараться еще и не краснеть? Если бы это зависело от него… Джастин вздохнул и продолжил: — На выпускной я пришел с лучшей подругой, но хотел бы с парнем. Всех шокировать, станцевать под софитами так, чтобы гомофобы подавились собственной злостью. И сдохли от зависти! Но у меня не было шикарного парня… В смысле, вообще никакого не было…               — Джастин, ты гений! — Линдси вскочила с кровати и пошатнулась. Наверное, упала бы, не окажись Брайан рядом.               — Не скачи так! А то потом мой сын из тебя вывалится! Имей в виду, я на эту фигню со стаканчиком второй раз не соглашусь!               Едва слышное хихиканье Майкла потонуло в возгласе Линдси, которая осторожно ложилась обратно:               — До того, как он во мне окажется, еще месяца два, не меньше! Голова кружится иногда: из-за таблеток, которые начала пить. Пройдет, я к ним еще не привыкла.               — Значит, пока не привыкнешь, будешь двигаться медленнее! Учи своих неповоротливых толстосумов спокойным танцам, им же легче будет.               Линдси, как показалось Джастину, снова не обратила на его слова внимания — это что, главный способ взаимодействия с Брайаном? — и повернулась к Майклу.               — Дай, пожалуйста, плеер, он рядом с тобой.               Через несколько секунд Джастин услышал песню, которая была ему незнакома. Но уже с первых тактов незатейливая мелодия словно поймала на крючок:               «You can dance        Every dance with the guy        Who gave you the eye        Let him hold you tight               You can smile        Every smile for the man        Who held your hand        'Neath the pale moonlight…»               Было такое ощущение, что все вокруг становилось немного волшебным… Джастин закрыл глаза и словно очутился где-то под потолком. И оттуда, сверху, будучи бестелесным духом, наблюдал за Брайаном. Ничего не боясь, скользил глазами по красивому изгибу губ, которые давно мечтал поцеловать, по четкой линии скул, по падающей на лоб челке… Пусть он вредный и не обращает на него внимания — все равно хотелось, чтобы это мгновение не заканчивалось…               «But don't forget who's taking you home        And in whose arms you're gonna be        So darlin'        Save the last dance for me, mmm»               Джастин в этот момент был готов оставить не только последний танец, но и все, на которые мог бы оказаться способен. Да что там танцы — самого себя! Лишь бы только Брайан был рядом, позволяя наслаждаться своей красотой.               — Видишь, Брайан, он уже проникся! — Голос Линдси словно звал из другого мира, безжалостно разрушая грезы. — Значит, точно что-то получится!               — Хочется надеяться, — вздохнул Джастин, старательно изучая ничем не примечательный пейзаж за окном. Все же лучше, чем встретиться взглядом с Брайаном, на которого только что так откровенно таращился!               — Вот что я думаю, — не унималась Линдси, которая наверняка бы спрыгнула с кровати и принялась танцевать, если бы Брайан ей позволил. — Вы наденете классические костюмы, Джастин — с бутоньеркой. А ты возьмешь шарф, который будешь активно использовать — это привлечет внимание к тебе и отвлечет от него. Можешь в процессе еще и пиджак сбросить. А чтобы все было понятно, повесим транспарант с надписью: «Выпускной бал» — есть время найти художника, который его оформит, не думаю, что это будет дорого…               — Сам сделаю, — Джастин не мог на это не ответить. — С осени я буду учиться на художественном отделении Академии изящных искусств.               — Господи, Джастин! Сколько же у тебя талантов, о которых мы не знаем? — Линдси была явно удивлена, и это польстило, придав смелости.               — Вы ничего обо мне не знаете. — Джастин улыбнулся, пожав плечами, и заметил, как дернулся в его сторону Брайан, словно хотел что-то сказать или сделать, но в последний момент передумал и повернулся к Линдси и Майклу, который незаметно переместился на стул по другую сторону кровати.               — А как насчет нашей коронной поддержки? — спросил Брайан у Линдси. Джастин в этот момент не мог видеть его лицо. — Я думаю, она будет очень даже к месту.               — Брайан, а я так не думаю. Это сложно для вас обоих: нужна практика, подготовка…               — Он вряд ли весит намного больше тебя и кажется достаточно гибким. Как ты сама сказала, у него много талантов.               Интонация была такой, что Джастин мог бы моментально вспылить, если бы не догадался, что Брайан нарочно его дразнит. Вот только зачем ему это надо? Но все равно, Джастин почувствовал себя живым товаром на невольничьем рынке: не собирается ли Брайан пересчитать ему зубы, чтобы удостовериться в… Да в чем-нибудь!               Хотелось сказать что-то меткое, резкое, острое — пусть Брайан запомнит и больше…               Но Джастин не успел: Брайан направился к выходу, бросив отрывистое:               — Завтра после обеда, не объедайся и надень удобную обувь. Мой дом последний слева.