Левый глаз Дьявола

— Проклятие! — Монстр! — Чудовище! Бэй Доу сжимается в маленький комок, прижимая к груди небольшой амулет, который когда-то достался ей от старосты. Она трясется, стараясь спрятаться от гневных взглядов прихожан. Маленький храм на окраине деревушки, где она росла, всегда был полон людей по выходным. Все собирались ради Архонта Моракса, которому поклонялись в Ли Юэ. Его восхваляли, ему молились, прося о помощи. И каждый знал, что Архонты, которые правили в этом мире, были не единственными. Были также и твари, порожденные Бездной, о которой обычные люди боялись даже говорить, прикладывая палец к губам каждый раз, когда кто-то начинал произносить страшное “Орден”. Ведь нет ничего ужаснее, чем накликать на себя несчастье. Бэй Доу поднимает заплаканное лицо, стараясь найти старосту в толпе людей. Она вертит головой, надеясь, что её не потащат прочь из церквушки прямо сейчас. Когда она так беспомощна, так слаба. Девочка поднимается с колен под шепотки прихожан, сжимая амулет в маленьком кулачке. Левый глаз горит огнём, словно кто-то пытался выдрать его с корнем. Она чувствует, как кровь стекает по щеке, капает с подбородка на пол храма, пачкая половицы. Кроваво-красная пелена застилает все вокруг, но она упорно вертит головой в поисках своего опекуна. Того, кто принял бы ее любой. Со всеми кошмарами, несчастьями и монстрами за спиной, которые тянулись за Бэй Доу, словно она была проклята. — Пожалуйста… — тихо молит девочка, протягивая руку вперед, ища того, кто смог бы отвести ее домой. В то место, где она смогла бы чувствовать себя в безопасности. Бэй Доу чувствует, как кто-то толкает её вперед. Она снова падает на колени, зная, что завтра на этом месте появятся синяки. Голова разрывается на части, словно изнутри прорастает что-то ужасное, неправильное. Она поднимает взгляд, ищет-ищет-ищет, но не находит. Жители расступаются в страхе, отводя глаза в сторону. Лишь бы не попасть под взгляд разных глаз, один из которых являл собой саму Бездну. Пустая глазница, из которой вытекала кровь, а в глубине… горела красная искра, которая без сомнений, не предвещала жителям деревни, и самой Бэй Доу, ничего хорошего. “Настоящее проклятие”, “Зря староста взял ее под свое крыло”, “Монстр” послышалось со всех сторон. Шепотки давили на и так воспаленный мозг, отдавались в ушах болью, которая заставляла Бэй Доу хмурится. Она поднимается, пряча взгляд за отросшей челкой. И сбегает. Бежит, не оглядываясь, сквозь толпу. Сквозь деревню. Туда, где она смогла бы спрятаться от презрительных взглядов, могла бы уткнуться в рубашку старосты. Ведь он был тем, кто принял ее в семью. Маленькую странную сиротку, которая приносила одни лишь неприятности. Слезы и кровь застилают глаза, но она упорно заворачивает за угол, вбегает на знакомый двор, чувствуя, что ноги перестают ее держать. Бэй Доу забегает на крыльцо, буквально сшибая дверь в дом. Только здесь она была в безопасности. Однако, в доме стояла звенящая тишина. Ни шорохов, ни шагов, даже дыхания не было слышно… Словно тут никто и не жил. Страх закрался в сердце Бэй Доу. Она идет дальше, надеясь найти старосту в одной из комнат. И находит. Он лежал на полу, руки были раскинуты в разные стороны, а глаза раскрыты в ужасе, словно он увидел нечто ужасное. Только вот Бэй Доу это совсем было не важно. Ей была важна не причина, а то, что ее единственный близкий человек был мертв. Оставил ее в этом жестоком мире, где все были против нее. Она упала на колени рядом с ним, прижалась лицом к бездыханному телу, пачкая рубашку кровью. Громкий вой, похожий на звериный, разбил тишину. *** Ночной воздух Ли Юэ всегда успокаивал её, помогал собраться с мыслями. Только здесь, под бесстрастным взглядом звезд, она могла отдохнуть по-настоящему. Жизнь слишком сурово обошлась с маленькой сироткой, но она сумела встать на ноги. Подняться с колен, на которые ее когда-то толкнули. — Эй, Капитан, Вы так все веселье пропустите! — послышался голос из-за двери, заставляя Бэй отвлечься от созерцания неба. Она опустила повязку обратно на лицо, пряча уродливый глаз под тканью. — Иду, иду, — крикнула в ответ пиратка, слабо улыбаясь. Только спустя много лет она нашла свою семью. Бэй Доу вернулась в таверну, сразу находя взглядом своих ребят: те как всегда сели в глубине, набрав себе разных вкусностей и выпивки. Она подошла ближе, ярко улыбаясь и беря из рук своего Квартмейстера предложенную кружку. Садится рядом, стараясь сосредоточится на разговоре, но то и дело её мысли утекали в прошлое. Из задумчивости ее вывел внезапный вопрос, который она слышала слишком часто. — Что у Вас под повязкой, Капитан? — спрашивает моряк, переваливаясь через стол и заглядывая в лицо Бэй Доу. В его руках кружка пива, взгляд затуманен дымкой алкоголя, которого он выпил слишком много. Сегодня команда Алькора вернулась в родную гавань. Трюм корабля ломился от сокровищ, которые моряки нашли за время своего путешествия. Именно поэтому вечером в таверне было очень шумно: команда “Южного Креста” решила отдохнуть, проводя свой вечер за разговорами, выпивкой и едой. Они веселились, с радостью рассказывая зевакам, которые собрались в таверне, о своих приключениях. За столом стало слишком тихо. Все замолкли, косясь на того, кто посмел задеть болезненную тему. Никто не видел Бэй Доу без повязки… Она словно родилась вместе с ней, вросла в образ девушки. — Не думаю, что такое стоит обсуждать за столом, — отвечает Доу, хмуря брови и отводя взгляд от красного лица своего подчиненного. Она давно продумала эту историю, каждый штрих отшлифовала, чтобы ни у кого не было вопросов. И все равно находились некоторые, которое хотели заглянуть под повязку. Туда, где все еще горел огонь Бездны. Дальше разговоры продолжились, словно и не было этой странной заминки. Только иногда Бэй Доу ловила на себе заинтересованный взгляд того самого моряка, который спросил про повязку. Именно поэтому она решила уйти пораньше, чтобы спрятаться от этого навязчивого взгляда, который прожигал в ней дыру. Хотелось сбежать на корабль, закрыться в каюте и не выходить, чтобы никогда снова не услышать страшное “Монстр”.... Только вот в планы того самого моряка это не входило: спиной Доу чувствовала, что за ней идут. Не успела она обернуться, чтобы возмутиться, как ее прижали к стене и сорвали повязку, заставляя девушку зажмурится от яркого лунного света. Пьяный моряк схватил пиратку за лицо, заставляя открыть глаза. Последнее, что он успел увидеть перед тем, как почувствовал клинок на своей шее, был глаз, некогда скрытый повязкой. Глаз, который принадлежал самой Бездне.