Get Some | Возьми свое

~~~

— Ну, если бы ты не был таким медленным… — Ты был на гребаной Молнии! Любой бы был медленным рядом с ней! — Это стремное оправдание. — Если бы ты был на нимбусе 2001, я бы тебя уделал. — Да, Малфой, вини метлу… Гарри пригнулся, смеясь, когда в его сторону полетела шахматная фигура, промахнувшаяся мимо него и с визгом ударившаяся о ножку стола позади. Он сел, ухмыляясь, когда Малфой нахмурился, поднимая палочку, чтобы призвать шахматную фигуру. — Я устрою тебе гонку, когда погода наладится, — сказал Гарри, ложась на бок и подпирая голову рукой. — Если погода наладится, — проворчал Драко, подталкивая коня, чтобы заставить его двигаться по доске. Снаружи завывал ветер, а дождь стучал в окна, как и в течение всей прошлой недели. — Так и будет, не волнуйся, — сказал Гарри, натягивая на ноги одно из одеял, трансфигурированных Драко, чтобы согреться. В комнате, где они находились, было холодно. Они растянулись на полу старого класса арифмантики, в почти неиспользуемом крыле, на седьмом этаже. — Забини и все ваши ушли в Хогсмид? — спросил Гарри, наблюдая, как конь Драко с покорным согласием убирает одну из его пешек с доски. — Да, — фыркнул Драко.- Полные идиоты. — Ну, когда они уходили, дождя не было, я полагаю, — зевнул Гарри, перекатываясь на спину и закидывая руки за голову. — Да, но любой, у кого есть хоть капля мозгов, мог бы сказать, что будет дождь… Слушай, ты играешь или нет? — нетерпеливо спросил Драко. Гарри закатил глаза и перевернулся, быстро просканировав доску и передвинув свою королеву на одну клетку.- Думаешь, они что-нибудь подозревают, что мы оба снова пропали? Драко покачал головой.- Нет. После вчерашней драки на Зельях, я думаю, они будут больше беспокоиться, что мы убьем друг друга, если останемся без присмотра. — Ты сам начал, — сказал Гарри, приподняв бровь. — Ну, ты был готов взорваться. Если бы ты не швырнул в меня чем-нибудь, мы бы сейчас стирали кусочки Избранного со стен. — Наверное, ты прав, — размышлял Гарри. — Я всегда прав, — проворчал Драко. Гарри фыркнул от смеха и покачал головой, наблюдая за тем, как Драко делает свой ход. Хэллоуин стремительно приближался, и Гарри последние несколько недель тщательно соблюдал баланс: ссорился с Драко на публике и встречался с ним тайно, когда им удавалось выкроить пять минут. Сегодня был один из редких моментов, когда они смогли добиться большего, чем украденные поцелуи или торопливые тисканья во время внезапных встреч. Их друзья оставили их, чтобы побороть непогоду и пойти в Хогсмид, дав им несколько часов, которые они могли провести вместе. — Хочешь заняться чем-нибудь завтра? Улизнуть куда-нибудь или что-нибудь еще? — внезапно спросил Драко небрежным тоном. Гарри прищурился, глядя на него. — Я думал, ты занят? — Нет, — сказал Драко.- Не завтра. — Нет ты говорил, что занят. Ты сказал, что у тебя есть кое-какая работа с Тео, — сказал Гарри, не слишком стараясь, чтобы его тон не звучал обвинительно. — Была, — уклончиво ответил Драко. — Перенес кое что, — продолжил он, пока Гарри продолжал смотреть на него. — Не делай этого… — предупредил Гарри. — Ради всего святого, я сделал это не потому, что ты Избранный или еще из-за какой-нибудь ерунды, — усмехнулся Драко. — Тогда почему ты это сделал? — потребовал Гарри. — Потому что я возбужден, — ответил Драко. Гарри посмотрел на него, Драко поднял взгляд, и затем они оба ухмыльнулись друг другу, снова расслабившись. — Ну… как насчет сейчас? — предложил Гарри, вызывающе глядя на Драко. — Ты готов попасться? — спросил Драко. — Никого нет, все ушли в Хогсмид, — заметил Гарри. — Точно, — сказал Драко, нахмурив брови. — Где, черт возьми, они думают, ты находишься? — Для Драко все было просто: ему снова запретили покидать замок и ходить в деревню после того, как накануне он довел до слез пару первокурсников-хаффлпаффцев за завтраком в Большом зале. Гарри же пришлось придумывать собственное оправдание, чтобы не идти с остальными учениками. — Я сказал, что останусь, чтобы увидеться с Джинни, — сказал Гарри, рассматривая шахматную доску.- Она тоже не смогла пойти, потому что у нее слишком много домашней работы. — Разве эта история не развалится в тот момент, когда она заговорит с ними? — спросил Драко, приподняв одну бровь. — Нет, я сходил к ней раньше, — сказал Гарри. — Провел с ней пару часов, а потом сказал, что мне нужно пойти и закончить кое-что, и пришел сюда. Она счастлива, другие счастливы, а я могу пообщаться с тобой. Все в выигрыше. — Ты такой лжец, — сказал Драко, его глаза блестели. — Мне это нравится. — Я знаю, — фыркнул Гарри. — У тебя неплохо получается вести двойную жизнь, — задумчиво сказал Драко. — Я не думал, что ты будешь таким. — Ты многого обо мне не знаешь, — пожал плечами Гарри. — Спорим, я знаю о тебе больше, чем ты обо мне, — сказал Драко, его глаза были прикованы к Гарри, и в его взгляде читался вызов. — Отлично, — сказал Гарри, садясь прямо, забыв о шахматной партии. — Ты скажешь что-нибудь обо мне, а я скажу что-нибудь о тебе, кто больше скажет, тот и победил. — Хорошо, — нетерпеливо сказал Драко. — Итак, первое, — он сделал паузу, словно раздумывая. — Ты говоришь на парселтанге. — Все это знают, — запротестовал Гарри. — Это должны быть вещи, о которых не знают другие, но знаем мы. — ЛАДНО, ЛАДНО. Тебе нравится говорить на парселтанге, — лукаво сказал Драко. Гарри пожал плечами, признавая правоту. — Ты амбидекстр, — немедленно сказал Гарри в ответ. Драко на мгновение удивился, а затем кивнул. Один, один. — Твои любимые сладости — шоколадные лягушки, — сказал Драко. — Ага, — кивнул Гарри. — А твои — сахарные мышки. — Сириус Блэк был твоим крестным отцом, — сказал Драко, и Гарри кивнул, почувствовав укол при упоминании имени Сириуса. Однако он не собирался зацикливаться на этом, поэтому сосредоточился на игре, в которую они играли, посмотрев на нетерпеливое лицо Драко. — Ты однажды сломал правую лодыжку, когда был младше, — сказал Гарри, и Драко действительно удивился. — Откуда ты это знаешь? — Это ведь не часть игры, не так ли? — поддразнил Гарри. Драко долго смотрел на него сквозь сузившиеся глаза, прежде чем снова заговорить. — Тебе не нравится сидеть спиной к двери. Это произвело на Гарри впечатление: даже Рон еще не догадался об этом, и Гарри часто приходилось просить его поменяться местами, а то весь урок он будет нервничать и отвлекаться. — У тебя иррациональная ненависть к Эрни Макмиллану, хотя вы двое, вероятно, никогда в жизни не разговаривали и не пересекались, — выпалил Гарри. — Она не иррациональна, он заноза в чертовой заднице, — сказал Драко. — Ладно, дай мне подумать, — сказал он, внимательно наблюдая за Гарри. — Пророчество, в котором говорилось, что ты должен убить Темного Лорда, могло относиться и к кому-то другому, — сказал Драко, в его глазах появился блеск триумфа. — Как, блядь, ты это узнал? — ошеломленно спросил Гарри. — Это не часть игры, не так ли? — язвительно ответил Драко. — Твоя очередь, сколько сейчас… пять, четыре в мою пользу? — Твой лучший предмет — зелья, но ты знаешь, что мог бы быть еще лучше, если бы тебе было не наплевать, — сказал Гарри. — Пять, пять, — уступил Драко. — Ты ненавидишь чернику. Шесть, пять. — А ты ешь ее каждое утро на завтрак, либо в кексах, либо в хлопьях, — тут же парировал Гарри. — И ты ешь чипсы со всем подряд и очень злишься, если кто-то берет еду с твоей тарелки. Ты никогда не садишься в тот конец стола Слизерина, который ближе всего к столу учителей, ты проводишь много времени, сидя под маленькой ивой у края озера, ты боишься летучих мышей, ты ненавидишь людей, идущих прямо за тобой… Драко удивленно смотрел на него, и Гарри пришлось улыбнуться. — Хватит, Малфой, я могу продолжать весь день. — Откуда ты все это знаешь? Я думал, ты даже не замечал мое существование все эти годы, — спросил Драко, выглядя искренне озадаченным. — Ну, твоя лодыжка… в квиддиче ты всегда отталкиваешься другой ногой, хотя она не такая сильная, и иногда, когда ты болтаешь ногой на уроках, она задевает что-нибудь и издает ужасный хруст. — сказал Гарри. — Это было не так уж сложно заметить. — Я пытался спрыгнуть со всей парадной лестницы в поместье, когда мне было десять, — сказал ему Драко, немного задумчиво. — Я знал, что если отец узнает, он будет в ярости, потому что он уже говорил мне не делать этого, поэтому я никому не сказал, что ушибся в течение нескольких дней, вот почему ее до конца не смогли вылечить. Его взгляд снова переместился на Гарри и тут же снова стал подозрительным. — Но откуда ты знаешь все остальное? — Я провел много времени, наблюдая за тобой, на шестом курсе, — признался Гарри. Лицо Драко вытянулось. Гарри сразу же захотелось взять свои слова обратно и придумать какую-нибудь ложь, чтобы остановить печаль, которая смешалась со стыдом на лице Драко. — Ох, — тихо сказал он. — Не надо, — вздохнул Гарри, протягивая к нему руки. — Пожалуйста, не надо. — Ничего не поделаешь, ты же знаешь, — пробормотал Драко, отводя взгляд от протянутой руки Гарри. Гарри встал и перешагнул через шахматную доску, сел, скрестив ноги, рядом с Драко и положил руку ему на колено, в то время как тот внимательно смотрел в другую сторону. — Малфой, перестань. Это было много лет назад, и ты глубоко увяз в том, с чем не мог справиться, никто тебя не винит. Драко ничего не ответил, поэтому Гарри взял его лицо в руки и притянул к себе. — Что я могу сделать? Скажи мне… Его слова оборвались, когда Драко яростно поцеловал его, прижавшись губами к губам Гарри. Он отстранился, его глаза горели. — Отвлеки меня, — прошептал он. — Сделай что-нибудь, что заставит меня забыть об этом, хотя бы на минуту. Гарри наклонился и вновь поцеловал Драко, отпустив его лицо, чтобы притянуть его к себе на колени за запястья, проведя руками по спине и по бокам. Драко прижался к телу Гарри, его ноги обвились вокруг его талии, они неистово целовались. Гарри стремительно возбуждался. — Вернемся в мою комнату, — задыхался Драко, отводя руки Гарри от пуговицы на брюках. Гарри бездумно кивнул, встал и схватил свою сумку, когда Драко взмахом палочки развеял шахматную доску и одеяла, схватил Гарри за руку, повернулся и побежал к двери. Драко рывком распахнул дверь и едва взглянул в обе стороны, прежде чем потащить его за собой по коридору. Гарри чувствовал прилив адреналина и боролся с желанием хихикнуть- это был один из тех случаев, когда Драко заставлял его чувствовать себя четырнадцатилетним, легкомысленным и безрассудным, и ему это нравилось. Они дошли до конца коридора, и Драко быстро выглянул из-за угла, потянув Гарри за руку, чтобы сказать ему, что все чисто. Они почти дошли до конца и находились всего в двух коридорах и одной лестнице от входа в Западную башню, когда за следующим углом услышали голоса, приближающиеся к ним. Гарри схватил Драко и потащил его в сторону за гобелен, оказавшись спрятанными в маленькой нише, крепко держась друг за друга и внимательно прислушиваясь к доносящимся голосам. Это были трое второкурсников или первокурсников, которым, судя по всему, не разрешили ходить в Хогсмид. Гарри пришлось подавить смех, и Драко нетерпеливо отмахнулся от него с ухмылкой на лице. — Заткнись, — прошипел он, выглядывая из-за края гобелена. — Нам действительно следует быть осторожнее… Драко, подожди! Драко схватил его за руку и вытащил из-за гобелена, направляясь к лестнице, по которой им нужно было спуститься. Они чудесным образом больше никого не встретили, пока добирались до Западной башни, бежали вверх по винтовой лестнице и все время смеялись. — Здесь никого нет, — позвал Драко, просунув голову в дыру в полу, через которую винтовая лестница вела в гостиную. — Хорошо, а теперь пошевеливайся, — усмехнулся Гарри, подталкивая Драко на последних нескольких ступеньках и направляясь к арке, ведущей в его комнату. — Уже не терпится? — сказал Драко с ухмылкой на лице. — Ага, — вздохнул Гарри, положив руки на талию Драко, когда они, спотыкаясь, прошли через дверь в комнату. Едва дверь закрылась и заперлась, как они прижались друг к другу, жарко целуясь. Пальцы Драко тут же ухватились за джемпер Гарри и попытались стянуть его через голову, но Гарри схватил его за руки, покачав головой. — Нет, если только ты тоже снимешь свой, — сказал он. — Нет, — сказал Драко, качая головой. — Почему нет? — потребовал Гарри. Он помнил отказ Драко снять рубашку в первый раз, когда они остались наедине, и с тех пор ничего не изменилось. Каждый раз, когда Гарри пытался снять рубашку Драко, тот нетерпеливо отбрасывал руки и опускал их намного ниже. — Ты знаешь, почему, — яростно сказал Драко, не сводя глаз с него. Гарри задумался на мгновение, а затем причина пришла к нему быстро и легко, как будто он знал ее все это время и просто ждал подходящего момента, чтобы признать ее. Гарри потянулся к левой руке Драко, и тот попытался отдернуть ее, но Гарри держал крепко, его пальцы обхватили запястье Драко. Он медленно просунул руку под рукав джемпера Драко и потянул манжету рубашки, которую он носил под ним, вниз, чтобы расстегнуть пуговицу. Он затаил дыхание и медленно закатал оба рукава. Драко не пытался снова отстраниться, но он не смотрел на него. Челюсть его была сжата, он смотрел куда-то поверх плеча Гарри. Гарри уставился на потускневшую метку на предплечье Драко, чувствуя что-то странное внизу живота. Жалость, смешанная с чем-то еще, что он не мог определить. — Тебе было больно? — спросил он, и Драко кивнул. — Я не думаю о тебе хуже из-за этого, — мягко продолжил он, обводя контур Метки пальцем. — Ты с самого начала был невысокого мнения обо мне, — с горечью сказал Драко. — Ты знаешь, что это изменилось, — сказал Гарри и поднял руку Драко, нежно целуя мягкую кожу его запястья чуть ниже Метки. — Я не хотел этого, — сказал Драко, по-прежнему решительно отводя взгляд. — Я знаю, — сказал Гарри и, заключив Драко в объятия, крепко поцеловал его. Драко ответил на поцелуй, и Гарри почувствовал, как напряжение покинуло блондина, его плечи и спина расслабились под руками Гарри. На этот раз он не колебался. Он просунул руки между ними и взялся за низ джемпера Драко, жестом приказывая ему отодвинуться, чтобы он мог стянуть его через голову. Драко позволил ему, и после того, как Гарри отбросил джемпер в сторону, он потянулся к пуговицам рубашки. Руки Драко инстинктивно поднялись, когда Гарри дотянулся до третьей пуговицы, удерживая его пальцы. — Если ты будешь испытывать чувство вины из-за этого, я тебя ударю, — угрожающе сказал он. — С чего бы это? — спросил Гарри, ошеломленный. Драко вздохнул и потянулся, сам расстегивая пуговицы на рубашке. Гарри наблюдал за ним в полном замешательстве, и как только все пуговицы были расстегнуты, Гарри жадно потянулся вперед, стягивая рубашку с плеч Драко и сканируя глазами его грудь. Его взгляд остановился на шраме, пересекающем грудь Драко, — длинной белой линии, тонкой, но все же заметной. Рубцовая ткань слабо блестела на свету. Он на мгновение нахмурился, а затем остановился в шоке. Он сделал это много лет назад в туалете… — Вот дерьмо, — прошептал он, осторожно проводя пальцем по длинной и неровной линии. — Да, дерьмо, — бесцветно ответил Драко, снова уставившись в никуда, протягивая руку и отталкивая руку Гарри, не глядя. Гарри беспомощно смотрел на него, внутри него бушевали мириады противоречивых чувств. Его немедленной реакцией было попытаться попросить прощения, но какой в этом смысл? Ущерб уже был нанесен. За желанием извиниться быстро последовало желание оправдать свои действия, а затем желание извинить их. После всего этого — не важно, что сказал Драко — накатила почти невыносимо сильная волна вины, которая захлестывала его и заставляла чувствовать себя так, словно все это произошло только вчера. Зная, что Драко плохо отреагирует на извинения или любые слова, которые Гарри мог сказать, поэтому он попытался сделать единственное, что он мог придумать. С комом в горле Гарри наклонился, его дыхание коснулось кожи Драко, и нежно поцеловал кончик белого шрама. Он почувствовал, как у Драко перехватило дыхание, а дрожащие пальцы коснулись его волос. Гарри почувствовал себя на взводе, когда снова поцеловал грудь Драко, прекрасно зная, что тот может сорваться в мгновение ока и стать злобным, особенно в такие моменты. Проворные пальцы медленно спустились вниз и нащупали край джемпера Гарри, затем крепко ухватились за него и медленно потянули вверх. Гарри почувствовал облегчение: этот жест словно давал понять, что Драко в порядке, и теперь они могут забыть о следе, оставленном Гарри на его бледной коже. Очки Гарри были сбиты, когда Драко стянул джемпер через голову, но ему было все равно. Драко снова обхватил Гарри за шею, и он наслаждался прикосновениями кожи к коже, проводя ладонями вверх и вниз по тыльной стороне рук Драко, от плеча до локтя, а затем по его спине. Его прикосновения были легкими и заставляли Драко дрожать в его объятиях и прижиматься грудью к груди Гарри. Нос Драко ткнулся в его щеку, и Гарри поднял голову, его глаза были полузакрыты, он неглубоко дышал, когда взгляд Драко переместился на его губы. Драко потянулся к нему, и Гарри слегка повернулся в другую сторону, его губы едва коснулись губ Драко. Тот потянулся за ним, Гарри слегка наклонился, чтобы он не смог дотянуться, и медленная и нерешительная улыбка искривила губы Драко. В ответ Гарри издал короткий тихий смешок и наклонился, наконец-то нежно поцеловав его. Поцелуи недолго оставались нежными: разгоряченный ощущением прижавшейся к нему бледной кожи, Гарри не мог держать себя в руках. И, видимо, Драко тоже не мог. Он толкнул его на кровать и Гарри потянул его за собой, их неистовые поцелуи не прекращались даже тогда, когда Драко снял с себя туфли, носки и расстегнул брюки, спуская их вниз, а затем скинув их. Гарри отчаянно проделал то же самое со своей одеждой, а затем они легли бок о бок, одетые только в боксеры, целуясь изо всех сил. Боже, как хорошо было быть так близко к кому-то, чувствовать, как руки скользят по обнаженной коже. Гарри натянул одеяло на них обоих, и Драко еще сильнее прижался к нему, одна из его длинных ног проскользнула между ног Гарри. Он не мог не посмотреть вниз, его пульс участился еще сильнее при виде их переплетенных ног и их одинаковых эрекций, которые напряглись под тканью боксеров. Рука Драко потянула его лицо вверх, и он снова поцеловал его. Судорожно вздохнув, когда Драко прижался бедрами к Гарри, ему было все равно, что произойдет, он слепо позволял Драко делать с ним все, что тот захочет, потому что это было так приятно. Драко потребовалась каждая унция самообладания, чтобы не завалить Гарри и не трахнуть его. Он подозревал, что тот, скорее всего, позволит ему это, но сегодня был не тот день. Он не собирался подталкивать Гарри к тому, о чем тот может пожалеть. Он застонал, когда Гарри перекинул ногу через его бедро, прижимая их друг к другу еще сильнее, в то же время Гарри втянул язык Драко в свой рот, нежно посасывая его… Раздался щелчок, ужасный скрипящий звук, а затем шаги, которые резко прекратились. Они замерли, понимая, что этот звук может означать только одно… Драко оглянулся так быстро, что у него хрустнула шея, а затем его сердце ухнуло вниз, когда он увидел Блейза Забини, стоящего в дверях, его широко раскрытые глаза следили за следом сброшенной одежды, который вел к кровати Драко. Его взгляд переместился выше, к Драко и Гарри. Оба полуобнаженные, все еще обнимающие друг друга и слегка задыхающиеся. — Вы пара тупых, тупых, тупых ублюдков. — Тихий взбешенный голос Блейза нарушил тишину, и Драко утыкаясь в плечо Гарри, закрыв глаза и понимая, что теперь у них точно серьезные проблемы.