Второй шанс?

Снова этот офис. Уже пятую ночь видеть одно и тоже, совершать всё те же действия и сидеть как на иголках, обращая внимание на каждое дуновение ветра становится тошно. Как славно, что эту ночь Майкл объявил для себя последней. Сегодня всё прекратится. Осознание этого успокаивало, но и отчего-то пугало. Парень не собирался спасаться из аттракциона, который в ближайшем времени будет гореть ярким пламенем. Умрёт отец, умрёт и он. И как же было жаль, что воссоединиться с семьёй на том свете не получится. Элизабет и Кессиди уже давно в раю, а старший сын со своим прогнившим, в душе и снаружи, отцом, будут гореть в аду. Мог ли Майкл назвать остатки человека в костюме аниматроника, но с сознанием его родителя, отцом? Наверное, нет. По крайней мере, не хотелось. Все те погибшие дети… Подобное нельзя забыть. Майк не знал, для чего Спрингтрап каждую ночь пытается пробраться в офис охраны. Парню это было неинтересно. Даже находиться с ним в одном здании до жути напряжно, а уж подпускать к себе и вовсе страшно. Это не его отец. Опять вентиляция дала сбой, о чём оповестил громкий сигнал из планшета. Это вывело охранника из своих мыслей. Уже второй раз за час, но это перестало удивлять ещё на третью ночь. И вновь кликанье мышкой на компьютере и переключение между камерами. Всё это происходит уже автоматически, поэтому можно было уйти обратно в собственные рассуждения. В голове невольно всплывали самые различные воспоминания. Все из того времени, когда всё ещё не пошло по наклонной. Когда Элизабет была жива, а Кэссиди не оказался в челюсти Фрэдбера. Если бы не всё это, как тогда бы сложилась судьба каждого из членов семьи? Если бы только Майкл был хорошим старшим братом. Если бы Генри не спроектировал систему захвата, а Уильям не взялся за убийства. Уже ничего не исправить. Майкл слишком отвлёкся. Пять часов утра на часах, а за стеклом офиса стоит ужасающая фигура аниматроника и вновь сигнализирующая вентиляция даёт отчёт о сбое в системе. Всё было напрасно? Вспышка слишком яркого света в глазах не даёт ходу мыслей идти дальше. Смерть? *** Яркое солнце светит прямо на лицо, через щель в шторах. Лежать с закрытыми глазами становится некомфортно, поэтому юноша открывает глаза и щурится, когда яркий свет начинает ослеплять глаза. Пришлось принять сидячее положение и протереть слезящиеся глаза руками. Кажется, погода сегодня будет хорошая. Погодите. Парень смотрит на свои руки, будто стараясь что-то осознать. Взгляд невольно поднимается на зеркало перед собой. В зеркале можно было увидеть брюнета с зелёными глазами, лет 17-18 на вид. Потребовалось несколько секунд, чтобы наконец понять. Это его собственное отражение, а парень перед ним, никто иной, как он сам. Майкл Афтон. Вот только, выглядел он намного моложе, чем помнил себя последний раз. Что это значит? Это...сон? Но я ведь умер тогда, разве нет? Афтон попробовал себя слегка ущипнуть. Ощущение были точно таким же, как и при жизни. Пазл в голове не хотел складываться. Что вообще происходит? Задавать самому себе вопросы, на которые пока невозможно было дать ответ, помешал звук уведомления на телефоне. Майкл окинул взглядом кровать и увидев мобильный, сразу взял его и первым делом посмотрел сегодняшнюю дату Мне сейчас... 18 лет? Включив его, парень хотел прочитать пришедшее сообщение, но требовался пароль. С этим трудностей не возникло. Сколько Майк себя помнил, всегда на телефоне был один и тот же пароль. День рождения отца. Почему именно отца? Дата красивая. Сначала причина была именно в этом, а с появлением новых телефонов, другой пароль было просто лень придумывать. Сообщение от... Мама? Кажется, это был список продуктов. Теперь в голове полная каша. Если это сон, то почему всё такое реальное? Почему он всё ещё не горит в аду за свои грехи? Если мама ещё не ушла, то... Мальчик подорвался с места и буквально выбежал из своей комнаты, осматриваясь. Да, это их с семьёй дом. В коридоре пахло овсянкой, а с кухни раздавались звуки гремящей посуды и...голос. Майкл отчётливо услышал голос Элизабет. Сердце кольнуло. Она жива. Нарастающее чувство непонятной паники заставляло начать дышать слишком часто. Воздуха будто не хватает. Звон в ушах и давление будто со всех сторон. Где-то вдалеке слышится собственное имя. — Майкл! Не делай вид, будто не видишь меня! Голос маленькой девочки, что стояла внизу лестницы, резко вывел из угнетающего состояния. Та недовольно топнула ножкой и скрестила руки на груди, мило надувая щёчки. Кажется, она не первый раз пыталась докричаться до брата — Извини... Ты что-то хотела? Слова кое-как получилось выдавить из себя. Каждое из них далось невероятно трудно. Элизабет перестала дуться и опустила руки, теперь глядя на Майкла как на дурака. Она ничего не помнит — Все уже на кухне и ждут только тебя! Как можно так долго спать? Спускайся! Девочка убежала обратно на кухню, а Майк ещё какое-то время стоял и смотрел на то место, где только что стояла его сестра. Было трудно поверить в происходящее. Сейчас, юноша вспомнил. Та вспышка, она...разве не означал смерть? Аниматроник за стеклом, сигнал о поломке... Отец, он...тоже там… Это нельзя было назвать очередным вопросом самому себе. Он точно был там. Майк был уверен в этом. Наконец спустившись по лестнице, Афтон прошёл на такую знакомую кухню. Увиденное заставило застыть на месте, а на глазах навернулись противные слёзы. Он знал, что здесь увидит, но от этого не стало легче. Вся семья жива и каждый член семьи сидит за столом, на своём месте, как ни в чём не бывало. Всё как прежде. Элизабет, Кэссиди, мама и... Уильям. Последний сидел ровно перед входом на кухню, и, как только зашёл старший сын, тот поднял взгляд на него. В этот момент, в глазах мужчины можно было прочитать многое, так же как и в глазах Майкла. Они оба всё помнили. До мельчайших деталей. Стало противно от одного только взгляда на этого человека. Они оба убийцы, вот только, в отличие от Майкла, Афтон-старший убивал преднамеренно. Он не любил никого из членов этой семьи. Майклу всегда так казалось. Мужчина только и делал, что возился со своими роботами. Мог не появляться дома днями, зависая на работе на пару с Генри. Дома лишний раз предпочитал отмолчаться, вместо того, чтобы банально узнать, как у его детей дела в школе. Всё это раздражало Майкла. А вспоминать то, чем занимался мужчина в последний год до своего заточения в костюме Спринг Бонни, даже вспоминать не хотелось. — Доброе утро, Майкл. Ты какой-то бледный, всё в порядке? Я там тебе список продуктов отправила, сходишь сегодня? Голос мамы заставил вернуться в реальность. Кажется, из "транса" вышел не только старший сын. Уильям, услышав голос жены, наконец перевёл взгляд с сына, на тарелку с едой. Опять молчит Юноша покачал головой и сел на своё место. Еда хоть и выглядела аппетитно, но есть совершенно не хотелось. Мозг до сих пор отказывался понимать, почему все живы. Почему отец тоже всё помнит и какого чёрта всё такое настоящее. Все уже начали есть, кроме двух старших мужчин в доме. Майклу было совсем не интересно, что сейчас на уме у его отца. Наверное, не интересно. Ну что может быть хорошего в мыслях у убийцы? Послышался вздох матери — Ну что же вы не едите? Всё ведь остынет... Опять вчера поругались? Афтон старший посмотрел на жену и вздохнул — Я несколько задумался, извини. Мы вчера не ругались Всё тот же будничный и абсолютно ровный тон. Как сильно он раздражал Майкла раньше, так раздражает и сейчас. Поймав на себе вопросительный взгляд мамы, парень таки начал медленно есть кашу. Было тихо. И только звуки соприкосновения ложек с тарелками раздавались по кухне. До тех пор, пока кто-то не подал голос. — Пап, ты вчера сказал, что сегодня у тебя выходной. Может сходим куда-нибудь все вместе? Пожааалуйста. Мы так давно нигде не были, ты всегда занят работой... В последних словах девочки можно было услышать действительную грусть по этому поводу. Она умоляющим взглядом посмотрела на папу, ожидая от него ответа Уильям не особо с ним торопился. Я, кажется, помню этот день... Он не... — Хорошо, но что думают остальные по этому поводу? Согласился? Он согласился? Но я же помню, что он тогда отказал. Что ты задумал? В глазах девочки, казалось, загорелись звёзды. Та с надеждой и радостью посмотрела на старшего брата, маму и Кэссиди. Но как же было трудно Майклу на него смотреть. Поэтому, он не смотрел. Он знал, что выдаст его мозг при одном взгляде на мальчика. — У меня сегодня тоже выходной. Поэтому, мы можем правда куда-нибудь съездить. Кэссиди лишь кивнул и продолжил есть. Оставался ответ от старшего ребёнка. Как бы ему хотелось отмолчаться, как иногда это делал его дорогой отец. Желания куда-то ехать не было. Но оставлять свою семью с Уильямом, Майкл не собирался — Я еду Кажется, это всё реально.