It's Been So Long

      Ты просыпаешься оттого, что кто-то легонько пинает тебя по лодыжке.       Ты стонешь, яркий свет вокруг тебя вызывает у тебя головокружение, когда ты кашляешь, твое горло болит от удушья до потери сознания. У тебя тоже горит нос.       –Давай, вставай.       Ты в замешательстве оглядываешься и понимаешь, что была привязана к одному из металлических стульев. Ты была... снова на главной сцене в атриуме, на тебе был яркий прожектор, из-за которого было трудно разглядеть, кто тебя будил.       Ты щуришься от света и понимаешь, что фигура перед тобой была женщиной – у нее светлые волосы, шапочка и... и знакомые зеленые глаза.       –...Несси...?       Это прозвище, кажется, волнует ее – она пристально смотрит на тебя.       –Не называй меня так.       Нет-нет, нет, этого не может быть.       –Ты жива? – это все, что ты можешь прохрипеть, наблюдая, как она встает перед тобой, луч прожектора над головой отбрасывает тень на ее черты под полями шляпы.       –Конечно, я жива. – в ее голосе звучит раздражение. – А тебе-то какое дело?       –Это... Это я, Несси! Это Т/и! Разве ты не узнаешь меня?.. Мы... мы вместе были детьми.       Она на мгновение оглядывает тебя с насмешкой на лице.       –Хорошая попытка, леди. Я тебя не знаю.       –Н... Нет, да, ты это делаешь! Я Т/и Т/ф! Ты Ванесса Афтон... мы... мы привыкли... мы привыкли говорить людям, что мы сестры, и мы...       –Смотри. – обрывает она тебя, уперев руки в бедра. – Я не знаю, откуда ты знаешь мое имя или что ты пытаешься здесь сделать, но у меня нет на это времени. Сегодня не та ночь, леди.       Она начинает пятиться, а ты борешься со своими узами.       –Подожди, ты не обязана этого делать. Давай, Несси, просто... отпусти меня. Пожалуйста!       Ты пытаешься не казаться здесь истеричной, но что, черт возьми, ты должна делать?! Ты думала... последние чертовы ДЕСЯТЬ лет ты думала, что она погибла вместе с твоими родителями в том пожаре! Если бы она была жива, какого хрена ей исчезать?! Ее похитили?! Нет-нет, если бы ее похитили, у нее было бы другое имя, верно?       Слезы текут из твоих глаз, когда она уходит от тебя, качая головой, как будто это ты здесь сошла с ума.       –Подожди, подожди, подожди... – ты пытаешься умолять ее остановиться - поговорить с тобой, рассказать тебе, что происходит, но она игнорирует тебя, уходит через дверь, предназначенную только для персонала, и скрывается из виду.       Ты застряла в вихре эмоций, весь твой ужас, горе, печаль и гнев достигли кульминации в слезах разочарования, когда ты борешься с веревками, надеясь, что Ванесса плохо завязывает узлы.       Почему... ПОЧЕМУ это происходило?! Сначала пропадает Грегори, потом ты встречаешь разумных аниматроников, а потом начинаешь влюбляться в одного из них, а ПОТОМ находишь имя своего мертвого дедушки, нацарапанное в жутком убежище...       Потом была Ванесса...       Боже, что было не так с этим местом?!       А потом были истории - те истории, которые рассказывала тебе твоя мама, были ненастоящими. Страшные истории об убийце в костюме кролика, похищающем детей и запихивающем их тела в аниматроников. Старые, которые, вероятно, сейчас гнили на свалке. Это было правдой - все, что ты когда-либо слышала. Ты переживала все это прямо сейчас!       Как будто это место живое. И это всё пытается добраться до тебя.       Тебя отрывает от твоих мыслей объявление по громкоговорителю.       –Внимание, раздражающий придурок. – начинает Ванесса, ее голос эхом разносится по всему атриуму - и, вероятно, по всему Пицца-плексу. – У меня есть кое-что для тебя, Грегори. Приходи на главную сцену за особым сюрпризом.       –НЕТ!..       Ты кричишь, пытаясь перерезать веревку, опрокидываешь стул и падаешь на землю.       Нет, нет, нет-нет-нет-нет Грегори и Фредди, вероятно, искали тебя прямо сейчас, и если они войдут сюда и увидят, что ты в беде, они придут тебе на помощь, не задумываясь. Это ловушка, но ты не можешь позволить ей заполучить их. Ты не можешь позволить ей использовать тебя в качестве приманки!       Поскольку стул теперь был опрокинут, ты смогла пошевелиться достаточно, чтобы опустить веревки на ножки стула, освободив свои ноги.       Но освобождение твоих ног сделало только многое.       Прыгающая фигура привлекает твоё внимание прежде, чем ты успеешь сделать какие-либо шаги, чтобы убежать.       Эта штука с кроликом вернулась. Тот, который тебя задушил.       –Ванесса? – ты можешь почувствовать, как тебя трясет, зная, что Ванесса, которую ты знала в детстве, больше не была твоим другом. Больше не твоя сестра. – Это ты там?       Кролик качает головой, вытаскивая руки из-за спины, чтобы показать белую ткань.       Ты бы начала брыкаться ПРЯМО СЕЙЧАС, но этот псих явно одержал верх, и если бы он понял, что ты освободила свои ноги, он бы просто снова связал тебя. Ты должна подождать, пока он отойдёт от тебя, прежде чем ты сможешь просто уйти, все еще привязанной к стулу.       Кролик поднимает тебя с пола, снова ставит твой стул вертикально, прежде чем он подойдёт к тебе сзади и начнёт завязывать тебе рот белой тканью. Ты пытаешься сопротивляться и качаешь головой, чтобы ему было трудно заткнуть тебе рот кляпом, но без рук, чтобы защититься, и без четкого выстрела, чтобы ударить его, ты беспомощна.       Как только тебе заткнули рот кляпом, твой крик приглушен, кролик гладит тебя по голове, как ребенка.       –Хорошая девочка~       Глючный, почти электронный искаженный голос хвалит тебя, когда он начал отпрыгивать от тебя, гарцевать и расхаживать по сцене, протягивая к тебе руки, когда приятная, игристая мелодия начинает заполнять атриум.       Играет музыка.       –Не могу дождаться встречи с тобой, так что присоединяйся к семье аниматроников!       Кролик танцует кругами вокруг тебя, пока ты плачешь, дрожа, когда ты смотришь, как он бросает перед тобой листки бумаги, каждый с другим рисунком.       Первым был рисунок женщины с фигуркой из палки, с красными каракулями на шее и груди, со словами “Мама-медведица” тем же почерком, который ты видела в мусорной пещере, написанной над ее головой. У нее крестики вместо глаз.       Следующий - каракули головы Фредди и треснувшей открытой груди, грубо нарисованные пружины и шестеренки по всей странице, черные каракули вокруг его шеи. У него крестики вместо глаз. Этот рисунок помечен как “Папа-медведь”.       И последнее - это просто лист бумаги, на котором яростно нацарапан красный цвет.       Этот был помечен как “Медвежонок”.       Грегори.       Кляп заглушает твои рыдания, и ты в отчаянии смотришь на кролика, задаваясь вопросом, почему... почему он это делал.       Кролик машет лапой на прощание, прежде чем исчезнуть в темноте вокруг прожектора. Ты едва можешь оторвать от него взгляд.       От грохочущих басов вокруг тебя у тебя начинает болеть голова, а твои отчаянные глаза осматривают комнату вокруг тебя.

Все взгляды устремлены на тебя~! Мы можем провести тебя через нашу темную фантазию!

      Текст тебе незнаком – возможно, это песня, которая так и не была выпущена, которую кролик использовал, чтобы заманить Грегори в атриум.

Узнай, через что мы прошли. Мы можем научить вас смеяться над трагедией~!

      Подожди - ты ЗНАЕШЬ эту песню. Она воспроизводится в конце демо–версии игры, основанной на слухах, связанных с пиццериями, - ты играла в нее со своими друзьями. Но ты так и не прошла бета-тестирование. Откуда, черт возьми, у кролика эта музыка? И если он не Ванесса, то откуда они знают, как управлять звуковой кабиной?       И как он включил музыку отсюда?       Ты боришься, наблюдая, как кролик прикладывает палец к своему фальшивому рту, прежде чем исчезнуть в одной из фотобудок, затаившись в засаде.       Его ловушка срабатывает, и ты замечаешь, как взъерошенный Грегори входит в комнату с Фредди, который тоже выглядел еще более разбитым, прибыв в лифте, чтобы заметить тебя, когда ты продолжала бороться, качая головой на них обоих.       Они должны получить памятку, чтобы НЕ ПРИХОДИТЬ И НЕ СПАСАТЬ ТЕБЯ, потому что они оба бросаются вперед, бегут вниз по эскалаторам и пересекают главный этаж.       Ты качаешь головой и ПЫТАЕШЬСЯ указать ногой на фотобудку, и уши Фредди расплющиваются, когда он оглядывается, вероятно, понимая, что это действительно была ловушка. Он использует руку, чтобы мягко остановить Грегори.       Он должен сказать Грегори оставаться на месте, прежде чем броситься вперед, игнорируя тот факт, что ты качала головой, немедленно двигаясь, чтобы с легкостью защелкнуть веревки на запястьях, совершенно не подозревая о фигуре кролика, подкрадывающегося сзади к твоему ребенку.       В ту секунду, когда твои руки свободны, ты вскакиваешь со стула, вытаскиваешь кляп и позволяешь ему упасть тебе на шею, когда ты бежишь, крича все время, как чертова СУМАСШЕДШАЯ, прежде чем спрыгнуть со сцены, через Грегори и на кролика.       Ты не видишь нож в его руке, пока не оказываешься уже в воздухе, и ты едва можешь повернуться, чтобы избежать этого, твоя рубашка и бок разрезаны.       Рана, однако, всего лишь порез, и ты не позволяешь ей помешать тебе обхватить руками шею кролика, используя свое плечо, чтобы яростно ударять ее головой об пол снова и снова, пока музыка продолжалась вокруг вас, заглушая ваши крики.       Потому что ТЫ не заперта там вместе с НИМ. ОН заперт здесь с ТОБОЙ.       Ты УСТАЛА убегать, бояться и быть добычей этого ублюдка – ты УСТАЛА от того, что тебя терроризирует убийца в маске. И ты ДЕЙСТВИТЕЛЬНО устала от того, что Грегори находится в постоянной опасности.       Ты не убийца. Ты даже не жестокий человек.       Но ты готова устранить одну из угроз здания.       Фредди бросается к тебе, но если он говорит, ты не слышишь его из-за музыки, которая гремит над вами, и ты доверяешь ему охранять Грегори, пока ты разбираешься с этим кроликом.       Кролик может ударить тебя коленом между ног, подталкивая тебя вверх, когда он пытается ударить тебя ножом – и это тоже достало бы тебя, если бы Фредди не оттащил тебя от кролика, прежде чем ты смогла сорвать с него маску и разорвать его лицо на части, независимо от того, ударил он тебя ножом или нет.       Фредди тянет тебя за собой, где ты заключаешь Грегори в объятия, когда Фредди делает шаг к кролику, руки сжаты в кулаки по бокам, готовый закончить то, что ты начала.