Квэнта Сильмариллион Энвинйа.

      Тэлэри долго жили в Валариандэ на берегу моря в ожидании возвращения Улмо, и они пришли к любви к морю и сочиняли песни, наполненные его звуками. И Оссэ полюбил их и музыку их голосов, и, сидя на камнях, говорил с ними. Поэтому велико было его горе, когда Улмо наконец вернулся, чтобы отвезти тэлэри в Валинорэ (XXV).       В 1149 году Древ 'Улмо вернулся в Валариандэ. К этому его больше всего побудили молитвы нолдор и Финвэ их короля, которые горевали из-за их разрыва с тэлэри и добивались, чтобы Улмо привез Эльвэ и его народ в Аман, если они согласятся прийти (LXI). И большинство из тэлэри ('все, кто следовал за Ольве (LXI)) оказались действительно готовы; но Оссэ был опечален. Ибо забота его была о морях Средиземья и берегах Внешних Земель, и он редко приезжал в Аман, если только не был призван на совет; и он был недоволен тем, что прекрасные голоса тэлэри больше не будут слышны 'на берегах Средиземья, которые были его владениями (LXI). Поэтому некоторых он убедил остаться*(1), и это были те эльдар, что долго жили на берегах Валариандэ, первые мореходы на земле и первые создатели кораблей. Их гавани находились в Сармомардо (Бритомбаре)*(2) и Хэкларисте (Эгларэсте), 'Южной Гаване Фалассэ' (XXVII).       Но некоторые тэлэри все еще жили на острове Балар (LXI). Кириамо (Кирдан) Корабел был их Лордом (XXVII). И вся прибрежная земля между Аркатсир (Дрэнгистом) и Валарэ, которой он правил, называлась Фалассэ. Но среди тэлери еще не было столь храброго духом, а среди их кораблей не было столь быстрых и сильных, чтобы они могли осмелиться покорить глубины Великого моря или увидеть даже издалека Благословенный Край и Свет Древ Валинорэ (LXI).       Родственники и друзья Эльвэ*(3) тоже не хотели уходить; но Ольвэ был готов отправляться (XXVII). Однако другие говорят, что хотя 'друзья и родственники Эльвэ также остались; но они бы с радостью отправились в Валинорэ и к Свету Дерев (который Эльвэ действительно видел), если бы Улмо и Ольвэ были готовы задержаться еще дольше, пока они все еще ищут Эльвэ. Но когда Улмо пробыл целый Год (а год Валар длится почти десять лет из нынешних), он ушел (LXI). И, наконец, в 1150 году Древ, Улмо взял всех, кто хотел взойти на Эрэссэа, и потащил их через глубины моря. А друзья Эльвэ остались позади, и поэтому они называли себя на своем языке эглат, Брошенный Народ. И они все еще искали Эльвэ в печали. Но ему не суждено было когда-либо вернуться к Свету Древ, как бы сильно он этого ни желал. И все же Свет Амана был в лице Мэлйанны (Мэлиан) прекрасной, и в этом свете Эльвэ был доволен (XXVII). И хотя эглат жили в лесах и холмах, а не у моря, которое наполняло их печалью, сокровенная часть их сердца всегда стремились на Запад (LXI).       Оссэ последовал за тэлэри, и в 1151 году Древ, когда тэлэри приблизились к заливу Эльдамар*(4) Оссэ воззвал к эльфам, и они узнали его голос, и 'они умоляли Улмо остановиться на какое-то время, чтобы они могли проститься со своим другом и в последний раз взглянуть на звездное небо. Ибо свет Древ, просачивающийся через ущелье в горах, наполнял их благоговением (XLII). И Улмо дал тэлэри, что они просили, и по его приказу Оссэ укрепил остров и укоренил его в основании Моря; и там тэлэри жили, как им хотелось, все еще под звездами небес, и все же в пределах видимости Амана и бессмертного берега; и они могли видеть издалека Свет Древ, проходивший через Калакирйан и касавшийся темных волн серебря и золотя их. Улмо сделал это тем охотнее, потому что понимал сердца тэлэри*(5), и на совете Валар он главным образом говорил против призыва, считая, что это будет лучше для квэнди остаться в Средиземье. Но Валар были мало обрадованы, узнав, что он сделал; и Финвэ опечалился, когда тэлэри не пришли, и еще больше, когда он узнал, что Эльвэ был покинут; и Финвэ знал, что он не увидит его снова, если только это не будет в чертогах Мандоса (XXVII).

***

Легенда

.       Но некоторые говорят, что когда тэлэри попросили Улмо остановить остров, 'Улмо разгневался на них, однако удовлетворил их просьбу и оставил их на время. Тогда Оссэ ухватил остров и приковал его цепью к морскому дну, далеко в бухте Эльфийского-дома, откуда горы Валинорэ можно было лишь смутно разглядеть, ‘как и свет королевств за пределами того, что просачивается через перевалы холма (XXV). А когда Улмо вернулся, остров нельзя было сдвинуть или вырвать с корнем без опасности для тэлэри; и остров не двигался, а стоял один много веков. Рядом с ним не было других земель, и он назывался Тол Эрэссэа, или Одинокий Остров. Там долгое время жили тэлэри, и это долгое пребывание тэлэри врозь на Одиноком Острове привело к их отделению ‘как в речи, так и в обычаях (XLVIII) от ванйар и нолдор (XLII).       Однако поведение Улмо, описанное в легенде совершенно не свойственно Вала вод, хотя Оссэ и правда имел мятежный нрав, и другая история также рассказывает, что ’Оссэ последовал за тэлэри и, как говорят, в мятеже захватил остров и приковал его цепью к морскому дну (XXV). И третье предание говорит еще больше: ‘Тэлэри преодолели меньше половины расстояния, и Сумрачные Острова все еще виднелись далеко вдали, когда Оссэ и Онэн подстерегли тэлэри, плывущих на Тол Эрэссэа в западных водах Великого Моря, еще раньше, чем туманы Сумрачных Морей достигли их. Тогда Оссэ захватил тот остров своей огромной рукой, и вся великая сила огромного кита Уина едва могла тащить остров вперед, ибо в плавании и физической силе в воде никто из Валар, даже сам Улмо, не мог сравниться с Оссэ. Но в действительности, Улмо не было рядом, ибо он был далеко впереди, ища путь и ведя музыкой своих раковин огромное судно во мраке и тенях, которые собрал Оссэ. И прежде, чем Улмо успел вернуться, Оссэ с помощью Онэн остановил остров и привязал его к морскому дну гигантскими веревками из кожистых водорослей и полипов, которые в те темные дни за медленные века уже выросли до невообразимых размеров, обхватив колонны своего глубоководного дома. И пока Улмо призывал китов вложить всю свою силу, и сам помогал всей своей аинурской силой, чтобы сдвинуть остров, Оссэ складывал камни и валуны огромной массы, которые Мэлько древним гневом разбросал по морскому дну, и строил из них колонну под островом (XXV).       Напрасно Улмо трубил, и Уин плавниками своего неизмеримого хвоста гневно хлестал море, ибо Оссэ привел каждого рода глубоководных существ, которые строят себе дом и жилище из каменных раковин; и их Оссэ посадил у подножия острова: там были всевозможные кораллы, полипы и губки, похожие на камень. Тем не менее очень долгое время продолжалась эта борьба, пока, наконец, Улмо не вернулся в Валмар в гневе и тревоге. Там он предупредил других Валар, что солосимпи еще не могут быть доставлены в Валинорэ, ибо остров быстро врос в дно в самых пустынных водах мира (XXV). 'И Валар по большей части были недовольны (L).       Но война между Улмо и Оссэ была остановлена Валар, которые желали мира и не позволяли Улмо собрать народ Валар и напасть на Оссэ, чтобы оторвать остров от его новых корней (XXV).       Улмо вернулся на Одинокий Остров, и се! теперь он стоял на каменной колонне на дне моря, и взмыленный от работы Оссэ бродил вокруг колонны, крепко привязывая все разбросанные острова своих владений к океанскому дну (XLVIII).

***

      Ни одна земля не была видна на многие лиги от утесов Одинокого Острова, ибо Сумеречные Острова на лоне Тенистых Морей лежали глубоко на сумрачном Западе, а Волшебные Острова лежали позади на востоке (XLVIII).       Дважды в день остров, на котором обитали тэлэри, ловил сияние славных Деревьев Валинорэ, и поэтому он уже был прекраснее, плодороднее и полнее чудных растений и трав, чем другие места во всем мире, где великий свет не был видим; солосимпи говорили, что березы уже росли там, и много тростниковых зарослей и дерна было на западных склонах. На Острове было много пещер, и береговая полоса белого песка простиралась у подножия черных и пурпурных утесов, и там в самые глубокие дни было жилище солосимпи (XXV).       Там Улмо сидел на мысе и говорил им слова утешения и глубочайшей мудрости; и все знания о море он рассказал им, и они внимали; и музыке он научил их, и они сделали тонкие свирели из раковин. Благодаря тому, что сделал Оссэ не было берегов, столь же усыпанных чудесными раковинами, как белые пляжи и защищенные бухты Тол Эрэссэа, и многие солосимпи жили в пещерах и украшали их этими морскими сокровищами, и звуки их задумчивых флейт мог быть слышен в течение многих долгих дней, слабо доносимые ветром (XXV).       Тогда сердце Фалман-Оссэ растаяло по отношению к ним, и он отпустил бы их, если бы не новая радость и гордость, которые он испытывал от того, что их красота жила таким образом посреди его владений, и их свирели доставляли вечное удовольствие его слуху, а Уинэн и оарни, и все духи волн были очарованы ими (XXV).       Но Оссэ иногда ездил в волнах в заливе Арвалина и созерцал великолепие холмов, ибо он, уставший от своих серебряных и темных рыб, молчаливых и странных среди глубоких вод, жаждал света и счастья на равнине, но больше всего пения птиц и быстрого движения их крыльев в чистом воздухе (XXV). И однажды несколько птиц пролетели высоко из садов Йаванны, и одни были белыми, другие черными, а некоторые были и черными, и белыми; и им, ошеломленным, среди теней, негде было поселиться, и Оссэ упросил их, и они устроились на его могучих плечах, и он научил их плавать и дал им большую силу крыла, ибо такой силы плеча у него было больше, чем любого другого существа, и он был величайшим из пловцов; и Оссэ лил рыбий жир на их перья, чтобы они могли переносить воду, и он кормил их мелкой рыбой (XXV).       Когда Оссэ вернулся назад, в свои моря, птицы плавали вокруг него или парили над ним на низком крыле, пронзительно крича; и Оссэ показал им жилища на Сумеречных Островах и даже утесы Тол Эрэссэа, и там они научились способам нырять и ловить рыбу, и их голоса стали резкими из-за суровых мест их жизни, далеких от мягких областей Валинорэ, или от плача под музыку солосимпи и вздохи моря. И теперь весь этот великий народ чаек, пеликанов и буревестников пришел в королевство тэлэри; и тупики, и гаги, и бакланы, и олуши, и горные голуби; и скалы были полны их болтовни и запаха рыбы, и большие птичьи конклавы проводились на их уступах, или среди длинных отмелей и рифов среди воды. Но когда Улмо услышал об этих новых деяниях, он был недоволен опустошением, учиненным среди рыб, которыми он наполнил воды с помощью Палуриэн (XLVIII).       Итак, солосимпи танцевали на кромке волн, и любовь к морю и скалистым берегам проникла в их сердца, и все же они со страстным желанием смотрели на счастливые берега, куда давным-давно были перевезены ванйар и нолдоли. Но ванйар и нолдор по прошествии времени обрели надежду, и их скорбь стала менее горькой, когда они узнали, что их родичи обитали в благодатной земле, и Улмо взял тэлэри под свою заботу и опеку. И они обратились к строительству своего дома; и Аулэ научил их очень многому знанию и мастерству, и Манвэ тоже. Теперь Манвэ любил больше ванйар, и от него и от Омара они научились искусству песни и поэзии глубже, чем все остальные эльфы; но нолдоли были любимы Аулэ больше всего, и они многому научились в его науке, пока их сердца не стали беспокойными от жажды большего знания*(6), но они достигли великой мудрости и великой тонкости искусства (XLVIII).       Как уже говорилось, 'Валар дали ванйар и нолдор дом и жилище. Но даже среди лучезарных цветов залитых светом Древ садов Валар, нолдор все еще жаждали временами увидеть звезды. Поэтому в окрестных горах была сделана расщелина, и там, в глубокой долине, спускавшейся к морю, возвышался зеленый холм Кор. С запада на него падал свет Дерев, и его тень всегда лежала на востоке; и его восточная часть смотрела на залив Эльфийского Дома (Эльдамара), на Одинокий Остров и на Сумрачные Моря. Свет Благословенного Царства устремлялся вперед по этому ущелью и зажигал волны сиянием золота и серебра, и касался Одинокого Острова, и его западный берег стал зеленым и прекрасным. Там расцвели первые цветы, которые когда-либо росли к востоку от Гор Валар (ХLI).       В 1161 году Древ случилось так, что после того, как тэлэри прожили сто лет, по нашему исчислению, на Одиноком Острове*(7) (XXVII), их сердца изменились и потянулись к Свету, изливавшемуся из Амана (XXVII) чрез море на их остров; и они разрывались между любовью к музыке волн на их берегах и желанием снова увидеть своих родичей и созерцать великолепие Валар. Но в конце концов желание света оказалось сильнее (ХLII).       Поэтому Оссэ научил их ремеслу кораблестроения, и когда их корабли были готовы, он принес им в качестве прощального подарка множество сильнокрылых лебедей (XXVII). Но другие говорят, что это 'Улмо научил тэлэри ремеслу кораблестроения; и Оссэ, подчинившись Улмо, принес им в качестве прощального подарка сильнокрылых лебедей (XXVII). Лебеди были самыми гордыми из всех птиц Оссэ, и Оссэ поселили их на Тол Эрэссэа, чтобы они летали вдоль его берегов или плавали вглубь страны вверх по его потокам; и Оссэ оставил птиц там как подарок ‘Йаванны (L) в радость солосимпи (XLVIII). И солосимпи очень обрадовались и лебеди были новые для них существа; и на озерах Тол Эрэссэа*(8) тэлэри плавали на плотах из упавших деревьев, а некоторые запрягали в них лебедей и мчались по водам; но самые выносливые из тэлэри осмеливались выйти в море, и чайки влекли их, и когда Улмо увидел это, он очень обрадовался (XXV).       И ‘се! Ванйар и нолдоли много жаловались Манвэ на разделение с солосимпи, и Валар тоже желали, чтобы тэлэри были привлечены в Валинорэ; но сначала Улмо не мог придумать никакого способа это сделать, кроме как с помощью Оссэ и оарни, и не смирялся с этим. Но теперь Улмо спешил домой, к Аулэ, и эти двое*(9) быстро доставили их на Тол Эрэссэа, и с ними был Оромэ, и там впервые в мире за пределами Валинорэ была срублена древесина*(10). Из распиленных досок сосны и дуба Аулэ сделал большие сосуды, подобные телам лебедей, и покрыл их корой серебристых берез или… собранными перьями маслянистого оперения птиц Оссэ, и перья были прибиты гвоздями и прочно заклепаны и скреплены серебром, и Аулэ вырезал для деревянных сосудов носы, подобные поднятым шеям лебедей, но сосуды были полые и не имели ног; и веревками большой силы и тонкости чайки и буревестники были запряжены в них, ибо птицы были приручены руками солосимпи, потому что их сердца были обращены Оссэ к тэлэри (XXV).       И вот пляжи на западных берегах Тол Эрэссэа, даже в Фалассэ Нумэа (Западный Прибой — название области на Тол Эрэссэа), были переполнены этим народом эльфов, и там было выстроено действительно великое множество лебединых кораблей, и крик чаек над ними не прекращался. И солосимпи большими толпами поднимались на борт и забирались в полые тела этих новых сосудов, созданных искусством Аулэ. И пока одни тэлэри грузились на корабли, все больше их сородичей выходило на берег, идя под звуки бесчисленных свирелей и флейт (XXV). И тэлэри запрягли лебедей в свой флот белых кораблей, ’и лебеди несли белые корабли тэлэри по безветренному морю (XXVII).       Когда все погрузились на корабли, и чайки неслись в сумеречном небе, Аулэ и Оромэ находились на самой передней и самой мощной галере, и семь сотен чаек были запряжены в нее, и она сверкала серебряными и белыми перьями, и у нее был золотой клюв и глаза из гагата и янтаря. Но Улмо ехал по морю в своей запряженной рыбами карете и громко трубил о поражении Оссэ и о спасении прибрежных эльфов (XXV). И вот без помощи ветров корабли тэлэри притянуло в Валинорэ (XLII).       Но Оссэ, видя, как эти птицы погубили его, был очень подавлен, однако из-за присутствия трех Валар и из-за своей любви к солосимпи, которые к тому времени очень возрасли в числе, он не досаждал их белому флоту, и таким образом они прошли через серые лиги океана, сквозь тусклые звуки и туманы Сумрачных морей, вплоть до первых темных вод залива Арвалин (XXV). Так в конце концов они пришли в Аман и к берегам Эльдамара; и там нолдор с радостью приветствовали их (XXVII).       И когда приблизился тот странный флот к Валинорэ, полные страстного желания глаза тэлэри смотрели на Благословенную Землю. И там стоял Таниквэтиль*(11), и он багровый и темный с одной стороны от мрака Арвалина и Сумрачных Морей, и сияющий славой с другой из-за света Древ Валинорэ. И когда моря омывали эти древние берега, их волны задолго до того, как они разбились, были вдруг освещены Лаурэлин, если был день или Сильпионом, будь то ночь*(13), и тени мира на воде исчезли почти внезапно, и волны смеялись. Но проем в горах на тех берегах позволил мельком увидеть Валинорэ, и там стоял холм Кор, и белый песок бежал вверх от залива навстречу ему, но его подножие было в зеленой воде*(12), а за холмом песок из золота уходил дальше, чем может догадаться глаз, и даже за пределы Валинорэ; кто кроме Улмо слышал или видели, что там? но, несомненно, там раскинулись темные воды Внешних морей: они не имеют приливов, очень прохладны и так тонки, что ни одна лодка не может плавать. на их груди, и лишь несколько рыб плавают в их глубинах (XLVIII).       А на холме Кор бегала и веселилась толпа, и весь народ ванйар и нолдоли вышли из ворот Кора и ждали, чтобы приветствовать прибытие флота на берег. И корабли тэлэри покинули тени и были охвачены ярким сиянием внутренней бухты, и вскоре они стояли высоко на берегу, а солосимпи танцевали и дудели, и смешались с пением ванйар и нежной музыкой нолдоли. Далеко позади лежал Тол Эрэссэа в тишине, и его леса и берега были неподвижны, ибо почти все войско морских птиц улетело вслед за эльдар и стенало теперь у берегов Эльдамара. Но Оссэ пребывал в унынии, и его серебряные чертоги в Валмаре долгое время оставались пустыми, ибо долгое время он не приближался к ним ближе, чем край тени, откуда доносились стенания его морских птиц (XLVIII).       Но Оссэ был весьма расположен к солосимпи, прибрежным флейтистам, и если Улмо не было поблизости, Оссэ сидел на рифе в море, и многие из оарни были рядом с ним, и Оссэ слушал голоса тэлэри и наблюдал за их порхающими танцами на берегу, но Оссэ не смел снова отправиться в Валмар, из-за силы Улмо в советах Валар и… гнева того могущественного, что поставил остров на якорь (XLVIII).

***

      Мало кто из солосимпи жили на Коре, большинство же имели необычные жилища среди прибрежных скал, и Улмо пришел и остался среди них, как прежде на Тол Эрэссэа, и это было время его величайшего веселья и доброты, и все его знания и любовь к музыке он изливал на тэлэри, и тэлэри горячо выпили их. И они сочиняли музыку и сплетали захватывающие нити звуков, шепчущихся в пещерах вод, или колеблемых нежным ветром гребней волн; и тэлэри сплели их с плачем чаек и эхом собственных прекрасных голосов среди прибрежных скал, в которых они жили. (XLVIII)       Солосимпи часто плавали по ближним морям на своих лебединых кораблях, или влекомых птицами, или гребли большими веслами, которые они сделали по подобию перепонок лебедей или уток; и тэлэри вылавливали раковины с морского дна и обрели богатство тонких раковин этих волшебных вод и бесчисленное множество жемчужин самого чистого и звездного блеска: и это было одновременно их славой и усладой, и завистью других эльдар, которые жаждали чтобы жемчужины сияли в украшении города Кор (XLVIII).       В 1162 году Древ Ольвэ, владыка тэлэри, с помощью Финвэ и нолдор начал строительство Алквалондэ, Лебединой Гавани, на побережье Эльдамара, к северу от Калакирйа (XXVII). И Ольвэ был Кириаран (король мореплавателей) тэлэри Валинорэ (XXXI).       Там тэлэри жили на длинных берегах Эльфийского Дома (Эльдамара), и если бы они хотели, они могли бы увидеть свет Дерев, и могли бы посетить золотые улицы Валмара и хрустальные лестницы Туны на Коре, ‘на Зеленом Холме (L). Но чаще всего они плавали на 'своих быстрых (L) кораблях по водам залива Эльдамара или ‘ходили по волнам на берегу (L) и танцевали в волнах, а их ‘длинные волосы, блестящие, как пена (L), мерцали в свете, приходившем из-за холма. Много драгоценностей нолдор дали им: опалы, алмазы и бледные кристаллы, которые тэлэри рассыпали по берегу и разбросали по заводям, ‘и по пляжам Залива Фэйри (ХLIX). Чудесны были пляжи Элэндэ в те дни. И много жемчуга тэлэри добыли себе из моря, и чертоги их были из жемчуга, и из жемчуга были дворцы Эльвэ в Лебединой Гавани (XXV) освещенные множеством светильников (L).       Альквалондэ, Лебединая Гавань, ‘на берегу к северу от перевала Кор (ХLIX) была их главным городом и гаванью для их кораблей*(14); и их корабли были сделаны в виде лебедей, белые, с клювами из золота и глазами из золота и черного янтаря. Ворота этой гавани представляли собой арку в скале, высеченной в море, и лежали они на границе Элэнорэ (Земли Эльфов), к северу от Калакилйа, Прохода Света (ХLII), где свет звезд был ярким и ясным (L). Там они создали городок и гавань Альквалондэ, то есть Лебединую Гавань, названную так потому, что они пришвартовали там своих лебедей и свои лебединые лодки*(15) (XXXV).       С этого времени, когда три рода эльдар собрались, наконец, в Валинорэ, начался Полдень Благословенного Края и его полнота блаженства и славы, длившаяся много веков*(16) (ХLII).

***

      Тэлэри — всадники пены, народ вод, эльфы бесконечных гулких пляжей, заливов, гротов и голубых лагун, серебряных песков, усыпанных лунным, звездным, солнечным светом, камнями из хрусталя, бледно горящими драгоценными камнями, жемчугом и опалами, на сияющей окатанной гальке (LVII). Тэлэри в целом были несколько ниже по росту и меньше по стати, чем Нолдор (LX) *(17).

Примечания.

*(1) Как Валар призвали эльдар потому, что им хотелось слышать смех эльдар в своих землях, так Оссэ хотел удержать эльдар — чтобы тоже слышать их смех в своих владениях. Но и Валар и Оссэ исходили из своего желания, а не из того, что было бы лучше для эльдар и тем более не из Замысла, который пришли исполнить в Арде. *(2) Слово Сармомардо не дано Профессором, но составлено из квэнийских корней «галька» и «дом», что соответствует тиндарскому Brithombar. *(3) Здесь впервые упоминаются «родственники Эльвэ». Впоследствии мы узнаем имя одного из этих родственников — Эол. Так как Эльвэ и Ольвэ Перворожденные (это нигде не говорится прямо, но подразумевается по ряду косвенных высказываний), то эти родственники могли появиться только от браков неупомянутых в истории сестер и братьев Эльвэ и Ольвэ (хотя скорее все же сестер, так как в дальнейшей истории мы знаем о существовании других царственных женщин, о которых не говориться — например, о жене Куруфинвэ). *(4) Приблизились к заливу Эльдамар в действительности означало, что тэлэри были на полпути между Внешними и Внутренними Землями, *(5) Похоже, что Улмо единственный из Валар действовал в интересах эльдар. *(6) «Преображенные мифы»: «Но сказано, что приглашение, данное эльдар, и жизнь без опасности со стороны Мэлькора на самом деле не соответствовали Замыслу Эру. Приглашение возникло из-за беспокойства, и можно сказать, из-за отказа в доверии к Эру, из-за беспокойства и страха перед Мэлькором, и решение эльдар принять приглашение было связано с подавляющим эффектом их соприкосновения, пока они были еще в их неопытной юности. с блаженством Амана, красотой и величием Валар. Это имело катастрофические последствия в уменьшении числа эльфов Средиземья и, таким образом, лишении людей значительной части предполагаемой помощи и обучения их «старших братьев» и подвергании людей более опасному воздействию силы и обмана Мэлькора. Кроме того, поскольку природе эльфов фактически было чуждо жить под защитой в Амане, а не (как предполагалось) в Средиземье, одним из последствий стало восстание нолдор». *(7) Хотя по «Квэнта Нолдоринва», тэлэри жили на острове ‘сто лет Валинорэ, каждый из которых был равен десяти годам Солнца, которое было создано позже (ХLII). По «Поздним Аналам Валинорэ, в 2010–2110 годах Валар (1010–1110 года Древ), «благодаря деяниям Оссэ, как рассказывается в другом месте, тэлэри не сразу пришли в Валинорэ, но в это время жили на Тол Эрэссэа, Одиноком Острове, в Великом Море, в пределах видимости Валинорэ» (XXXV). Согласно этой записи, остров был в прямой видимости Валинорэ и тэлэри прожили там 1000 солнечных лет. *(8) Так мы узнаем, что на Тол Эрэссэа были реки и озера, очевидно, с пресной водой. Но непонятно, откуда на острове посреди моря были источники пресной воды. *(9) Оссэ и оарна? *(10) Удивительно, что эльфы пришли в мир в 950 году Древ, и две тысячи лет спустя в 1150-х годах Древ они все еще не рубили деревья. Возможно, это преувеличение. *(11) В русскоязычном сообществе принято говорить о Таниквэтиль «она», в то время как Профессор называл Таниквэтиль «он». Соответственно, вопреки стереотипу, правильно говорить о Таниквэтиль «он» — There stand Taniquetil and he is purple and dark of one side… (XLVIII). *(12) Метафора травы? *(13) Таким образом, у нас есть свидетельство, что в Валинорэ цветение Лаурэлин считалось днем, а Сильпиона — ночью. *(14) Альквалондэ главный город тэлэри, но не единственный. Однако, возможно, это была единственная гавань. *(15) «Пришвартовали своих лебедей и свои лебединые лодки» звучит довольно странно, если не знать полного описания Альквалондэ. Но позднее в главах мы узнаем, что в гавани тэлэри стояли корабли в виде лебедей, а выход из гавани венчала каменная арка, на вершине которой гнездились лебеди. Видимо, эти лебеди были питомцами тэлэри, и именно о них сказано «пришвартовали своих лебедей и свои лебединые лодки» *(16) Это был 1161 год Древ, тогда как Полуднем Благословенного Края и целым периодом радости Валинорэ был назван 1000-й от воспламенения Древ (XXXV). *(17) В заметке «говорится о Кэлэборне, что он был «линда Валинорэ» (то есть одним из тэлэри, которые сами себя называли линдар, певцы), «и что они считали его высоким, как и указывало его имя («серебряный-высокий»); но тэлэри в целом были несколько ниже по росту и меньше по стати, чем Нолдор» (LX).