А cozy cocoon of love

      — Да, но Дэн абсолютно имеет право злиться на него, — говорит Элисон, не сводя глаз со своего журнала.       — Не говорю, что не имеет. Просто Эндрю не изменить её методами. Или чего она хочет? — сказал Нил, пытаясь сосредоточиться на новом расписании команды.       — Иметь значение — я полагаю, — Элисон перелистывает страницу и вальяжно кладёт свою руку на бедро Нила.              — Ну тогда ей придётся очень постараться, хотя стоит ли игра свеч?       Физически Нил не реагирует, но отмечает в голове, что прикосновение его ещё больше расслабило. Чёрт, он ощущает себя псом, которого дрессируют. Стоит Элисон подойти, как он сразу готов подставить свою голову, подать ей свою руку, все его нейроны готовы в ожидании контакта.       Он помнит, как лисы отреагировали на его резкие изменения после каникул у воронов. То есть, почти никак. Ведь их предупредили, что это сработает как триггер для Нила. Их глаза были полны боли и злости, что уж говорить об Элисон. И тогда Нил почувствовал вину, что не может полностью довериться им.       — Вот думаю, какой цвет тоналки взять для твоего лица. Вот этот подходит под цвет шеи, но затемнять тогда будет сложно, — Элисон перебирала весь свой арсенал — целый туалетный стол, полный всяких разных тюбиков и флаконов с косметикой. При этом всё было в беспорядке, но её это, видимо, не волновало. Она старалась делать вид, что всё в порядке, но каждый раз видя его синяки, а в некоторых местах и шрамы, её лицо краснело, а глаза начинали слезиться.       — Хэй, прости меня, — произнёс Нил.       Остановившись перед столиком, она подняла голову и посмотрела на Нила через зеркало. Ни грамма боли или сострадания, сейчас единственная её читаемая эмоция была злость.       — Блять, тебе сейчас лучше заткнуться, если собираешься брать хоть какую-либо часть вины за это на себя, — она резко указала на лицо Нила.       И намеренно не поднимая глаза на его отражение, продолжила выбирать подходящие цвета. Она предложила ему закрасить его синяки, чтобы не привлекать лишнее внимание.       — Тогда, спасибо, — Нил дотронулся до её предплечья, слегка поворачивая в свою сторону, — за то, что помогаешь.       — Я понимаю, ты не обязан объясняться, — по её дрожащим рукам было видно, что слова даются сложно, хоть интонация и была намеренно лёгкой, — просто хочу чтобы ты знал, я всегда готова выслушать тебя.       Нил знал. И этого знания ему было достаточно, он не нуждался в проверке или демонстрации. Тем более эти воспоминания не приносили ничего хорошего. Ему хотелось перекрыть всё плохое чем-то спокойным и тихим.       Зачесав чёлку Нила назад, Элисон принялась закрашивать самую видную рану (не считая татуировки, конечно). Нилу было так хорошо в этот момент, он автоматически расслаблялся в её руках. Сейчас, слегка откинув голову, он прикрыл глаза под светом ламп и позволял Элисон дотрагиваться до себя. Дыхание стало глубоким, плечи опустились.       Вот её руки начинают работать над правой бровью, где находится небольшой порез. После опускаются к синяку под глазом. Проходятся по скулам, некоторые раны там почти прошли, хотя всё равно отдавали синевой. На переносице у него довольно сильный ушиб, над ним она возится чуть дольше, сначала замазывая чем-то красным. Татуировку она не трогает, её решили просто заклеить пластырем.       — Ну вот, почти закончила. Только надо губы чем-нибудь увлажнить, — Элисон отошла, в поисках бальзама для губ. Двусмысленность фразы они оба решили проигнорировать.       — Не советую слишком часто облизывать губы, раны не сойдутся, будут трескаться и болеть ещё сильнее.       — Хорошо.       До чего волнительно было ощущать подушечки пальцев Элисон на своих губах. Вопреки всем своим заверениям, что Нилу рядом с ней просто очень уютно, ситуация приняла неловкий оборот. Вместо того, чтобы разрядить обстановку, Нил уставился Элисон в глаза.       Она была довольна собой. Она чувствовала это напряжение, понимала состояние Нила, даже по своему подливала масла в огонь, когда слегка подула на его губы. А потом тоже подняла взгляд и улыбнулась. Самодовольно и хитро.       — Хэй, отлично выглядешь. Для пущего эффекта я бы добавила стрелки и блёстки, — сказала она, поворачивая Нила к зеркали. Сама же встала сзади и, положив одну руку на плечо, другой начала поправлять его причёску.       — Да, спасибо, — ответил Нил, прижавшись затылком к её животу и улыбнувшись.