Распутица

Слишком пасмурный день для Мондштата. Обычно местная природа славилась своей лучезарностью и теплотой характера, однако сегодня это определение никаким боком не подходило под окрестности, что постепенно затапливала дождевая вода, образуя грязевые потоки, в которых буквально можно было тонуть. Всё небо затянули свинцово серые тучи, перекрывая солнце металлической заслонкой, из-за чего воздух наполнился некой тяжестью, прожигающей лёгкие при вдохе. — Как долго ещё ехать? — с ноткой раздражения, но всё с той же высокомерной улыбкой на фарфоровом лице поинтересовался рыжеволосый парень, сидевший внутри крытой повозки. — Боюсь, мы не приедем в срок, господин Чайльд, — долго думая, какие слова подобрать, произнёс мужчина, сопровождавший парня в виде кучера. — Лошади еле передвигаются, ливень адский, распутица, все дела. — Да черт с... — хотел было выругаться Тарталья, однако повозка одним колесом встряла в густой грязи, тем самым покосившись вбок и прервав брань Чайльда звонким ударом его лба о балку, удерживающую настил плотной ткани. Дерево не хило так соприкоснулось с головой рыжеволосого. Недовольно шипя и сдерживая искры из глаз от резко обрушившейся боли, парень приложил оголенную внутреннюю часть ладони к ушибленному месту, растирая так, словно это действие ослабит его страдания. — Приехали... — подавленно произнёс кучер, осматривая повозку. — Что такое? — Чайльд не поленился выползти из своего уюта, досадно опуская взгляд на подчинённого, что корячился над операцией по извлечению колеса из грязи. — Не поддаётся, придётся идти пешком до... — ...До Мондштата, — Тарталья обернулся к городу, а точнее к его массивным белокаменным стенам. Вот уж не думал он, что заглянет сюда с просьбой уберечься от непогоды. В этот момент парень не понимал что он испытывает: унижение, недовольство, а может всё вместе да притом с лихвой с другими, не лучшими восприятиями? Это неважно. В любом случае переступать невидимую линию он не хотел, увы, выбора не оставалось, ведь ливень лишь усиливался. Его спутник отстегнул лошадей, беря их под узду и удаляясь вместе со своим господином по направлению к главным воротам, так и слыша недовольное цыканье и косые взгляды со стороны Тартальи. Миновали они небольшое расстояние довольно быстро. Грязь сменилась камнем, как-никак условия для передвижения улучшились, но главная задача состояла совершенно в другом. — Стоять. Представьтесь для начала, — в унисон прокричали стражи, скрестив свои копья, тем самым баррикадируя главный вход. — Да кто... — "Да кто вы такие" хотел продолжить Чайльд, уставший с дороги, так ещё и не мирившийся со своим малоизвестием в этой части Тевайта, но его перебил слуга, тут же получая взгляд, полный презрения в свою сторону. — Мы путники. Наша повозка встряла в грязи, разрешите нам провести ночь в стенах сей города, — начал мужчина. — Не положено с некоторых пор чужаков пускать. Вы наверняка в курсе происходящего. Маги бездны совсем взбунтовались, — ответил один из стражников, чётко давая понять, что пройти люди не смогут. С очередным поручением по доставке семян одуванчиков из одного конца города в другой Итэр вальяжной походкой прогуливался под дождём. И в дождь, и в снег, и в град услуги блондина всегда были активны. Завидев знакомое лицо около родных стен, парень на секунду остановился, потирая глаза. Словно тень, он подкрался ближе. — Пропустите их, — начал Итэр, с некой усмешкой наблюдая за гримасой Тартальи и его прилипшими насквозь мокрыми рыжими локонами ко лбу. — Но, почётный рыцарь... — растерявшись вступил в диалог второй стражник. При всем своём желании он не хотел нарушать закон, изданый магистром Джинн, неизвестно чем подобная выходка могла обернуться. — Я знаю этих людей и беру их под свою ответственность. — Твёрдо заявил блондин. Он был знаком с Тартальей, и хоть первое впечатление о нём сложилось, грубо говоря, не самое лучшее, доброе сердце Итэра молило уломать охранников на допуск к территории даже для такого, как Чайльд. После этих слов мужчины переглянулись, всё же пуская путников в стены города в знак уважения и доверия к Итэру. Блондин показал где можно оставить лошадей, подчинённый Чайльда остался там же, ведь не особо доверял местным жителям, естественно прикрывшись тем, что вороные скакуны не самого лучшего нрава, то стало задатком их породы, а следовательно могут слишком перенервничать в незнакомой обстановке. Итэр возражать не стал, провожая Тарталью до таверны. "Скудно и дёшево" — хмыкнул рыжеволосый себе под нос сразу, как только увидел интерьер, выполненный в охотничьем стиле: щитки с головами всякой живности, подавляющее количество которых являлось оленьими, меховые ковры, низкие стулья и столы из тёмного дерева, центром заведения являлась барная стойка, куда и завалились парни. Всё это казалось настолько заезженным, что гостю просто хотелось выкрикнуть пару оскорблений в адрес хозяина таверни за полное отсутствие чувства стиля, но до сих пор предвестник имел манеры, оставляя своё не очень скромное мнение при себе. Чарльз поприветствовал глубокоуважаемого путешественника, даже внимания не обратив на персону, что сидела рядом, отчего рыжеволосый стиснул зубы до боли в скулах. Как уже можно было понять, он был скуп на внимание. Избалованный мальчишка привык брать почтение людей количеством моры на его счёте, однако здесь, видимо, никого богатства не интересовали. Подобные принципы уж слишком нагружали взгляды на мир человека, что привык жить лишь валютой. — Какими путями, Чайльд? — Итэр опрокинул порцию яблочного сидра, с явной насмешкой завязывая диалог. — Повозка застряла, — прокряхтел Тарталья в ответ, искренне не желая говорить о передряге своему излишне доброму врагу. — Вам повезло, что я проходил мимо, — путешественник мило улыбнулся. Чайльд решил, что его прямо сейчас вывернет в кружку с яблочным сидром, хотя на вкус, как считал сам парень, он вряд-ли бы изменился после подобного. Такое замечание "гордый орёл" пропустил мимо ушей, продолжая глотать напиток. Да, он любил дразнить людей язвительными шутками, но терпеть не мог их в свой адрес, особенно если они касались подобных безвыходных ситуаций. Вечер они провели в молчании, иначе было никак, у парней попросту не было общих тем для разговоров, хотя, пожалуй, нет, одна была, но обсуждать её они не собирались, ведь являлись представителями противоположных сторон конфликта.