Боевая душа, приправленная зельем

      Издал разочарованный вздох, потому что на месте, в котором меня всегда встречали и провожали родители, ни отца, ни мамы не оказалось. Как добраться домой — это вопрос, который меня волновал в данный момент. Идей было немного: первая — аппарировать самому, что было довольно рискованно, вторая идея — найти ближайшее малолюдное место, вызвать «Ночного Рыцаря» и добраться до крестного, а уже от него через камин в собственный мэнор. Идя по платформе с чемоданом, я услышал голос, который в ближайшее время предпочел бы не слышать. — Гарри, постой, — Том уверенно направлялся в мою сторону. Хотелось просто выть от происходящего. Почему он ко мне пристал, почему он не может оставить меня в покое и вообще, что он хочет от меня? — Чего тебе, Реддл? — окинув взглядом всё так же идеального однокурсника, я посмотрел ему в лицо. Тот лишь улыбнулся. — Ты как собираешься домой без портала добираться? — хитро спросил слизеринец, поправив свою и без того идеальную прическу. — Откуда ты вообще знаешь? Хотя, это не мое дело, отвали от меня, Реддл, — я развернулся, собираясь уходить, но он меня остановил, схватив за предплечье. — Не горячись, мне твоя мама дала порт-ключ и сказала, чтобы мы вдвоем отправились домой, — я широко раскрыл глаза в ответ на эти слова. Как мама могла так поступить, она же знает, что я на дух не переношу Реддла. Предательство в чистом виде. Так, спокойно: вдох-выдох. — Во-первых, я с тобой никуда не отправлюсь, а во-вторых, это лишь мой дом, ты мне никто, равно как и моим родителям, — вырвавшись из цепкого захвата слизеринца, я направился искать безлюдное место, стоило отправиться к Сириусу, возможно и пожить у него некоторое время. Реддл походу решил не возвращаться в приют, а жить все лето в мэноре, мама ему всегда это любезно предлагала, но тот, к счастью, отказывался. Почему же он не мог отказаться и в этот раз?

***

      Почему Гарри так не любил Реддла? Да он и сам не знал ответа на этот вопрос. Возможно, потому, что слизеринец так же хорошо учится, как и он. Они постоянно сражаются за первое место в рейтинге учеников Хогвартса, в итоге, каждый год оба оказываются на первом месте. Возможно, потому, что мать Гарри так сильно любит его, словно он её второй сын, а если быть точнее — первый. Нет, причина явно не в том, что Реддл подмял под себя весь слизерин. Гарри считал, что те, кто находятся в кружке слизеринца — простые идиоты с деньгами, которые были выгодны Реддлу. Тот, будучи полукровкой, нуждался в финансовых ресурсах. Мало кто противился тому, что полукровка занял вершину иерархии целого факультета, все гласно согласились с этим, и так же все негласно согласились с тем, что эту вершину Реддл делит с Поттером. Тот сам это заявлял, пытаясь затянуть Гарри на собрания. Живя все шесть лет в одной комнате в Хогвартсе, Гарри пытался сохранить нейтралитет, не переходя в открытую войну, но отношение Тома к нему было, мягко говоря, странным. Тот постоянно пытался втянуть его в разговор. Реддл спокойно принял отказ Поттера на четвертом курсе, когда тот предложил присоединиться к нему. Гарри ответил, что он всегда будет лишь на своей стороне, и Реддл смирился с этим. Поттер — единственный, кто сохранил нейтралитет, все остальные приняли сторону Тома, став его соратниками, хотя, честно говоря, простыми слугами. Реддл, приходя после собрания своего дивного кружка, спокойно рассказывал Гарри, что там происходило: кого он пытал, кого хвалил, а кому задания давал. Эти моменты были наполнены спокойствием, в такие моменты Гарри не ненавидел Тома.

***

— Сириус, ты не представляешь что произошло, — произнес парень, аккуратно выходя из камина. — Да неужели, чем же ты меня удивишь на этот раз, змейка? — Блэк, который сидел на небольшом зеленом диванчике рядом со своим братом, комично поднял брови, встал с дивана и заключил крестника в объятия. Поттер отстранился от объятий и сел возле Регулуса Блэка, который помогал ему с зельями.       Юный Поттер был просто ужасен в зельеварении, но практика и прекрасный учитель сделали свое дело, Снейп с недовольным лицом ставил ему «Превосходно» уже несколько лет подряд. — Похоже, Реддл проведет все летние каникулы в Поттер-мэноре, — жалобно произнес Гарри, с двух сторон послышались смешки: один Регулуса, второй Сириуса. — Чего вы смеетесь? — спросил мальчик, не видя причины для такой реакции. — Гарри, пойми, это выглядит довольно странно. Если бы к кому-то из слизеринцев заявился Реддл, то они бы от счастья сознание потеряли, — сказал старший Блэк, присев рядом с крестником. Сириус был хорошо наслышан о маленьком полукровке, который завоевал внимание сотни чистокровок и, честно говоря, это стоит уважения. — Я — не другие слизеринцы, я — Гарри Джеймс Поттер, наследник Поттеров и Гриндевальдов и мне плевать на какую-то грязнокровку, — спокойно произнес Гарри, встав и направившись к камину: «домой нужно». — Не похоже на это, — ответил на его слова крестный, Гарри уже кинул горсть пороха в камин и шагнул в него.

***

      Том сидел на диване в главном зале Поттер-мэнора и нервно постукивал пальцами по деревянному быльцу. Его раздражал Поттер: тот был слишком красивым, умным, влиятельным и ему это далось от природы. Он ненавидел Гарри из-за того, что влюбился в него. Слова, которые тот бросил на платформе, что «ты мне никто», больно осели на душе. Реддл никогда не мог подумать, что влюбится, да и в кого? В невыносимого Поттера, который не искал последователей, выгодных связей, но все люди тянулись к нему и предлагали все, что имели, так как тот обладал природным обаянием.       Чертовы чувства к Поттеру, появились еще в конце третьего курса. Эти чувства были настолько новыми, что просто хотелось сброситься с Астрономической башни от безысходности. Как было странно видеть в своих мокрых снах Поттера, как было странно просыпаться со стояком и идти дрочить, представляя Гарри. Принятие своих чувств, казалось, было самым тяжёлым. Но в итоге самым тяжёлым оказалось добиться взаимности от Поттера. Тот был непроходимым идиотом, который не видел чувств, которые проявлял к нему Том. Ни комплиментов, ни помощи, ни попыток подружиться и даже подарки он не замечал, от слова вообще. Первое лето после третьего курса в одиночестве, без Гарри, в приюте было очень сложным: не хватало стычек, ссор и дуэлей, в которых они стояли в паре на ЗОТИ. Потом Тому выпала прекрасная возможность быть рядом с Гарри даже летом. Реддл был хорош в зельях, а Лили Поттер, которая искала себе ученика, разглядела в слизеринце потенциал и сделала ему предложение стать её учеником, тот немедленно согласился. Честно говоря, Гарри, который до этого практически не обращал на него внимание, стал его открыто недолюбливать и это довольно сильно ударило по Тому.       Камин вспыхнул зеленым огнем, оповещая о прибытии наследника.