Шардоне

Зик и Фрида получали поздравление от семей Йегеров и Фриц. Это было очень необычно, потому что видеть их вместе на свадьбе казалось чем-то удивительным. Как ни странно, у Дины и Карлы были отличные отношения, несмотря на то, что Гриша изначально очень боялся за это. Женщины что-то обсуждали и веселились, будто бы они были не бывшей и нынешней женой одного и того же человека, а подружками детства. — Знаешь, Дина, я так рада, что Зик наконец-то женился! — воскликнула Карла. — Я думаю, что он теперь будет очень счастлив вместе с Фридой. Прям видно, как он светится. — Это точно! — подхватила Дина. — На следующей неделе они улетают на медовый месяц на Кубу. Я думаю, что кубинские колориты им уж точно не помешают. — Верно. Представляешь, они посетят живописную Касабланку! — Ух, их ждут чудесные ретро-автомобили и карибская экзотика! — Мама! — воскликнул подошедший Зик. — Вы что, с Карлой тут обсуждаете мой медовый месяц? — Именно его мы и обсуждаем! — Дина обняла сына и улыбнулась ему! — Какой ты у меня уже большой стал! Сам вступаешь в новую семью… У Дины на глазах выступили слезы. Зик протянул ей платок. — Ну, мама, что ты… — Я что, не могу поплакать на свадьбе у собственного сына? — Зик только крепче обнял собственную мать. — Ты у меня такая сентиментальная стала, мама. Карла, а Эрен зря времени не теряет. Посмотри на него! — Зик указал на своего младшего брата, который стоял рядом со столом, где подавали шампанское, в компании Микасы, Леви и Пик. — Я тут заметил, что он прям высматривал Микасу. Как считаешь, у них что-то есть? — Ой, не знаю… — улыбнулась Карла. — Но выглядит он довольным, как Чеширский кот. — Что-то с ним сегодня не то… — Дорогой… — Фрида подошла как раз в этот момент, взяв мужа за руку. — Ты всё ещё волнуешься за Эрена? — Да я не волнуюсь за него… — покачал головой Зик. — Просто мне кажется, что сегодня с ними что-то произойдёт. Вот увидите! Действительно, Эрен стоял рядом с Леви, Пик и Микасой и всячески улыбался последней. — Так, значит, Вам нравится Шардоне, мистер Йегер? — Микаса получала удовольствие от растерянного лица Эрена. Он стоял неподвижно, цепляясь за неё взглядом. Микаса бы соврала, если бы сказала, что ей не нравится эта игра, напротив. Но Эрену тоже было интересно, чем всё закончится. Он наслаждался процессом. — Мисс Аккерман, вы знаете, да. Мне очень-очень нравится. А Вам? — Я без ума от этого вина, правда. У него такие восхитительные нотки… Да, Микасе определённо нравилась эта игра. Эрен видел в этом иронию. А ей нравилось, как умело они отыгрывали свои странные роли. Когда пришло время первых танцев, и Зик и Фрида вышли на танцпол, Эрену и Микасе пришлось отвлечься. Это напоминало театр, где они были отнюдь не зрителями и даже не третьестепенными героями. Остальные гости тоже начинали присоединяться к танцу, и, на беду Микасы, она почувствовала тяжелую руку на своём плече. — Вы не хотите со мной потанцевать, Микаса? — тихо спросил Эрен. Он, что, издевался над ней? Насмехался? Почему всё казалось таким нелепым? Эрен ликовал. Он сам не знал, зачем позвал девушку на танец, но было в этом что-то забавное. Что-то интригующее. Микаса не знала, почему согласилась. Но когда она вышла, все вокруг стало лишним. Даже музыка. В голове были лишь его руки, которые держали её за талию, и его проникновенные глаза. Его зелёные глаза. Те же самые глаза, которые смотрели на неё тогда… Это все казалось наваждением. Это все казалось чем-то волнующим и впечатляющим. Свадьба продолжалась. И продолжался танец Эрена и Микасы, которые кружились на танцполе под медленную музыку и не замечали ничего вокруг. Микаса мечтает о любви. Эрен бежит от неё. Но так ли это на самом деле? Ведь ведет сейчас именно Йегер. Он нежно поглаживает её за талию, а она, наслаждаясь моментом вдыхает его одеколон, которым он успел воспользоваться, прежде чем выбежать из дома. Он долго смотрит на неё, не говоря ни слова, а она переходит с ноги на ногу в танце, ведомая им. Он улыбается ей своей дьявольской улыбкой, а она чувствует, как жар приливает к щекам. В этот момент все становится неважно. И когда танец заканчивается, Микаса шумно выдыхает и отстраняется от него, быстро шагая к столику с вином, чтобы выпить всё залпом. Алкоголь обжигает горло, но ей всё равно. Она хочет, чтобы этот неприятный комок ушёл. Она хочет, чтобы этих зелёных глаз больше не было в её памяти. И как назло он подходит к ней ближе. Он шепчет ей на ухо: — Вам понравился танец, мисс Аккерман? — Мистер Йегер, к чему весь этот цирк? — Микаса храбрится. Она знает, что блефует, но её блеф просто изумителен, как казалось Эрену. Он довольно прищурился и, усмехнувшись, просто смотрел на неё. — Красивая ты, Микаса. — сказал парень после долгой паузы. — Хватит, Эрен, пожалуйста! — покачала головой Аккерман. — Зачем ты притворяешься, будто между нами ничего не было? Ей стало почему-то больно. Заигравшись, она забыла, что перед ней стоял человек, который бросил её после проведённой вместе ночи. — Давай потише, пожалуйста, это же всё-таки свадьба… — Эрен не успел договорить. Пододвинувшись поближе к Микасе, он пролил на неё бокал вина. На её чудесное красное платье. Гости свадьбы, конечно, этого не заметили. Они все были увлечены Зиком и Фридой. Но Микаса, почувствовав, как жидкость попала на платье, начала тяжело дышать. — Чёрт, Эрен! — зашипела она. — Прости-прости! — Ты хоть когда-то можешь делать что-то нормальное??? Ты! — Тише, — Эрен поставил бокал на столик и подошёл к Микасе ещё ближе. Она только закачалась из стороны в сторону на каблуках. — Ты сколько выпила? Все хорошо? — Нет, рядом с тобой ужасно. — Приму за комплимент. Пойдём в уборную, там точно есть фен. Просушим твоё платье. Не будешь же ты ходить с мокрым пятном. Эрен заботливо взял Микасу за руку и прошмыгнул с ней в здание так, что никто особо их и не заметил. Все веселились и пили вино. Персонал показал им, где находится уборная, они быстро зашли, и Эрен закрыл за ними дверь. Микасе стало не по себе. Всё как тогда, три месяца назад, когда она позволила себе утонуть в зелёных глазах незнакомца. Только теперь этот незнакомец уже не был незнакомцем. Это был назойливый Эрен Йегер, который почему-то имел очень даже соблазнительные руки. Он провёл пальцами по ткани, прикрывающей грудь, которая и была намочена вином. — Что ты делаешь? — возмутилась Микаса. — Снимай платье, я просушу. Ты, кажется, очень быстро напиваешься, дорогуша. — Я не… — Снимай! — Да не буду я снимать при тебе платье! — Мне кажется, я не тот человек, которому ты можешь это сказать, потому что я там видел буквально всё. — Йегер загадочно ухмыльнулся. Микаса только разозлилась на него. — Снимай, обещаю, трогать не буду. — Не буду я снимать! Ты извращенец! — Я, может быть, извращенец, но я видел там каждую родинку. Кстати, у тебя очень милый шрамик на левой ягодице! — Ты!!! — возмутилась Микаса. — Я тебе сейчас голову оторву! — Не надо мне отрывать голову. Лучше давай я расстегну тебе платье! — Не надо расстёгивать мне платье! — Ты не сможешь сушить платье в сушилке, пока оно на тебе. Как видишь, фена здесь, оказывается, нет. А сушилка есть! Микаса была готова сколько угодно злится, но в конце концов приняла предложение. С огромным пятном на груди ходить не хотелось остаток вечера. Эрен осторожно повернул её спиной и расстегнул молнию. Платье с треском страз упало на пол. Микаса предстала перед ним в красном кружевом белье. Конечно, Эрен не смел трогать её. Он просто стоял и пытался смотреть в какую угодно сторону, но даже в чёртовом зеркале она отражалась. Её чёрные, как смоль, волосы красиво переливались в свете уборной… И она всё ещё манила его, но он даже думать не смел об этом. Микаса понимала, что не особо пьяна. На этот раз её разум не был затуманен, да и выпила она немного. Но легкая эйфория все же горела в ней. Она приблизилась к плечу парня, когда он поднёс платье к сушилке. — Эрен… — Микаса, что ты делаешь? — он почувствовал, как её длинные ноготки проникают к нему под рубашку и слегка царапают кожу. — Микаса… — Прости, я просто… — она убрала свои руки, но он отбросил платье на раковину и трепетно прижался к её губам, поцеловав девушку. Она не сразу ответила на поцелуй. Сначала думала, но через несколько секунд все же прикусила его нижнюю губу. Она почувствовала, как он улыбнулся через поцелуй. — Эрен, что мы делаем? — Я не знаю… Зачем… Зачем мы это делаем, Микаса? — Я тоже не знаю. Я… — она снова прислонилась к его губам, проведя по ним языком. Вкус Шардоне был хорошо знаком Эрену. Он не удержался и проникнул своим языком ей в рот. Горячо. Очень горячо. Он взял её за талию и провёл пальцами по коже, оставляя пылающие следы. — Микаса, давай остановимся. Надо остановиться. — Не хочу! — жёстко сказала девушка и ещё ближе пододвинулась к нему. — Давай, Йегер, покажи мне, что ты можешь. Он не удержался. Ее кружевное нижнее белье полетело вниз вместе с их самообладанием. Микаса задрожала, и ей пришлось опереться на кафель, пока Эрен нежно придерживал её за талию. Он целовал ее бёдра, опустившись на колени. Это было странно, опасно и спонтанно, но Микасе это до ужаса нравилось. Ей нравилось чувствовать его горячее дыхание. Ох, как оно дурманило. Микаса точно дышала, и, когда Эрен ополоснул пальцы в раковине, и вставил один из них в неё, она застонала. Её ноги подкосились от его движений, но он бережно придерживал её. — Что такое, Микаса? — между поцелуями бёдер спросил парень. — Что-то вспоминается? — Заткнись, Эре… — договорить его имя она так и не смогла. Лишь вцепилась в его плечо своими длинными ногтями. — Пожалуйста. — О чем ты просишь, мисс Аккерман? Может быть, так? — он вёл в неё второй палец. — Или, может быть, так? — Эрен прикусил кожу её бёдра, отчего Микаса застонала. Он, конечно, уже знал, что она любила на самом деле. — Или тебе хочется вот так? — он переместил вторую руку на ягодицу и сжал её. — Эре… Я хочу всё! — Всё? — удивился Эрен. Он продолжал покусывать ее бёдра, а затем резко переместился к половым губам, вынув пальцы из влагалища, заменив их страстными поцелуями. Микаса застонала, сильнее вжимая в себя Эрена. Он жадно проводил языком, яростнее шлепая её ягодицы. — Эрен… Я сейчас… — Я знаю… знаю… — Йегер весь был мокрый. Он улыбался сам себе. В конце концов, сейчас из-за него кончала та же самая девушка, с которой он был три месяца назад. Если бы Эрену сказали утром того дня, когда Зик сообщил ему про свою свадьбу, что он переспит с очаровательной красоткой, а зачем встретится с ней через три месяца и закроется в уборной имения, чтобы снова заняться с ней сексом, то он бы непременно рассмеялся. Но сейчас было не до смеха. И на этот раз Эрен не хотел больше оставлять её ни на минуту. — Эрен, пожалуйста! — он встал с колен и поцеловал Микасу в губы. Она ответила ему. Она облизывала его своим языком, настойчиво проникая в рот. — Ты такая неугомонная, мисс Аккерман. — Эрен улыбнулся девушке и, поцеловав её в шею, развернул её к себе спиной. — Как хорошо, что у моего лучшего друга лежит огромная коробка презервативов прямо в прикроватной тумбочке. — Ты берёшь презервативы у своего друга? — удивилась Микаса и, повернувшись, посмотрела на Эрена. — Ну да… — Купи свои, ради всего святого! — воскликнула Микаса, когда он плавными движениями нагнул её к раковине. — Обязательно куплю. Мне кажется, что теперь они станут моей постоянной покупкой. — Очень надеюсь! — у Микасы в глазах слегка потемнело в глазах, когда Эрен аккуратно вошёл в неё и начал двигаться. Эти ощущения, знакомые ей ещё с прошлой их ночи, заставили её дрожать. Заставили стонать. Она вжималась в раковину, когда Эрен увеличивал темп. Ей это нравилось. Она наслаждалась каждым мгновением, и, когда парень кончил, она чуть не упала, но он ловко и аккуратно подхватил её, чтобы ей не было больно. — Это было великолепно, мисс Аккерман! — подмигнул ей Эрен, а затем, подобрав ее её белье с пола, осторожно натянул его на её обнаженное тело. — Мы снова сделали это. — Как безрассудно! — наигранно воскликнул Эрен. — Как безрассудно и сладко. — Эрен… — Могу я, все-таки пригласить тебя на свидание, а, Микаса? — улыбнулся Йегер. — Вау, меня приглашает на свидание человек без штанов. Это что-то новенькое. — Бесстыдница! — В среду в шесть! — заманчиво улыбнулась Микаса. — В том самом баре… — Я приду! — Эрен взял в руки платье девушки, и его лицо озарила ещё более коварная улыбка. — Слушай, а платье-то… Платье высохло само!