You made me feel

— Микаса Со второго раза Микаса наконец-то оторвалась от окна, правда не понятно, что она могла там увидеть, кроме густого леса. Микаса повернулась на звук. Эрен слегка растеряно смотрел на неё. Ему пришлось несколько раз, достаточно громко её позвать, чтобы наконец-то вытянуть из собственных мыслей. — Прости. За что? Выйдя из машины, Микаса поправила платье, расправляя получившиеся складки. Она зачем-то оглянулась на Эрена, он оставался в машине, тыкая разные кнопки на панели. Собирается ли он уехать? Было бы правильно. Он итак очень помог тем, что довёз её сюда. Этого достаточно. Но немного неправильно было не попрощаться. Плевать. Стоп. Микаса резко затормозила, и принялась оглядываться по сторонам, а затем убедившись в чём-то, почти бегом побежала обратно к машине. Эрен заметил её только когда, она уже дёрнула ручку на двери. Микаса осмотрела сидение, на котором сидела, и заднее сидение на всякий случай.  — Что такое, что ты ищешь? — Эрен следил за резкими движениями Микасы, которая осматривала машину по тридцатому кругу. — Цветы. Я забыла цветы. — Микаса на долю секунды подняла на Эрена взгляд, и вернулась к своему занятию. — Цветы? — теперь Эрен смотрел на неё с абсолютным непониманием. — Я забыла купить цветы…- Микаса полностью высунулась из машины, и медленно повернулась спиной к салону. А потом со всей силы вцепилась в дверь, поджав губы. Эрен не понимал, что ему нужно делать, и как успокоить человека в такой ситуации. Стоит ли сейчас вообще её трогать? Он даже не мог себе гипотетически представить, что она чувствует, а главное, почему это вызвало такую реакцию. Казалось бы забыла купить цветы. Значит, нужно просто вернуться к въезду на кладбище и купить. Что Эрен и решил предложить.  — Ты иди, а я вернусь и куплю. Я быстро. — Эрен уже начал было застёгивать ремень безопасности, но его остановили. Когда они перешли на ты? — Нет, я сама. Спасибо большое за помощь. Можешь ехать домой. — Микаса помотала головой, всё так же стоя спиной к Эрену. — Нет, так не пойдёт. Я никуда не поеду .Хочешь ты того или нет, но я не смогу уснуть сегодня, зная что оставил тебя в таком состоянии. Единственное верное решение — это поехать вместе. Микаса так же медленно повернулась, и села обратно в машину. Она уставилась обратно в окно, почти не моргая. Эрену почему-то самому становилось очень плохо от этой тишины. Ему хотелось как-то отвлечь Микасу от её мыслей. Он не знал, о чём она думает и в какие воспоминания окунается сейчас. Не важно чем, но отвлечь. Только вот, он понятия не имел, на что она сейчас обратит внимание. —  Не против, что мы перешли на ты? — Эрен сразу же бросил взгляд на Микасу. Ноль реакции. — Нет. — послышалось со стороны, лишь через секунд тридцать. Это уже отлично. — Ты завтракала? — Эрен мысленно ударил себя по лицу. Это явно не лучший вопрос сейчас. — Нет, я не голодна была. К чему вообще все эти вопросы? У меня всё в порядке. Не пытайся отвлечь меня, я всё равно в какой-то момент перестану отвечать. Просто дай мне прожить этот день так, как я привыкла. Я уже просто привыкла. — Микаса наконец-то посмотрела на Эрена, да ещё как, прямо в глаза. Эрен лишь тяжело вздохнул, но оставил попытки как-то ободрить её. Ему скорее всего никак не понять её. Ведь его родители живы и здоровы. Он не знает, что такое терять близких. И не хочет даже представлять такое. Он даже ничего о Микасе не знает, а уже лезет, куда не звали. Есть ли у неё её кто-то из близких? Они так ехали молча оставшуюся дорогу. Эрен даже забыл включить радио. Тишина уже не давила, потому что теперь в собственную голову залезли собственные мысли. Эрен бы так и витал где-то в облаках, если бы они наконец-то не доехали на место. В этот раз Микасу даже не пришлось звать. Она сама вышла из машины, едва та остановилась. Микаса около пяти минут выбирала между хризантемами и георгинами, и всё же выбрала последние. Никто кроме неё самой не узнает, почему именно они. Сейчас Эрену хотелось как-то утешить Микасу. Хотя бы положить руку на плечо и помолчать минутку. Но он ничего не стал делать. Он просто молча поехал в обратную сторону. К ещё большей, могильной, тишине. Когда Микаса вышла из машины, и уже без оглядки и препятствий пошла в самую глубь кладбища, Эрен не знал, как правильнее поступить. Правильнее было бы остаться в машине, и спокойно подождать. Всё же, это дело очень личное. Всё в Микасе говорило о том, что она каждый год готовиться в этому дню. Но чёрт Эрена дёрнул пойти за ней, и возможно испортить долгожданную встречу с родителями. Он шёл на довольно большом расстоянии, иногда останавливаясь у неизвестных могил, или у тех, где выгравированные буквы было давно не разобрать, а могильная плита начала уходить под землю, стирая остатки воспоминаний о человеке. Он делал это нарочно, давая Микасе несколько минут побыть наедине. Может, он и вовсе не решится подходить. Так и останется стоять у могучего дуба, в десяти метрах. Но он подходит ближе. И ещё ближе, пока не оказывается у самого заборчика. Микаса сидит неподвижно спиной к нему на крохотной лавочке. Дальше двинуться он не посмеет. Он не имеет права заходить на чужую территорию, в чужой дом. Микаса молчит. Молчит с тех самых пор, как оказалась рядом с семьёй. Может из-за него? Он всегда видел, как люди приходящие на кладбище говорят с родными, а потом быстро уходят в слезах. Вот и все его представления о кладбищах. — Я прихожу сюда уже семь лет. Сначала я приходила каждые выходные. Говорила без умолку; рыдала и просила вернуться. Потом было больно, и я не приходила вообще. А когда набралась сил и пришла, то всё заросло травой и я долго винила себя. Теперь прихожу раз в год, именно в этот день. Этот ужасный день, который семь лет назад перечеркнул всю мою жизнь. Наверное, тебя удивляет, что я молча сижу и пялюсь на два куска камня. Я просто больше ничего не могу выдавить. Ни слов, ни слёз. Мне даже рассказать нечего. Да и имеет ли это смысл? Услышит ли меня кто-то? — Микаса так и сидела спиной, лишь на последней фразе безнадёжно покачала головой. А Эрен просто слушал, стараясь не издавать ни звука. Он кажется даже старался не дышать слишком громко. Он и пошевелиться не мог. Для было слишком странно, что ему излили душу, почти не зная его. Теперь он также как и Микаса вглядывался в два надгробия. Он видел двух улыбающихся людей, которые очевидно любили друг друга, и любили Микасу. Но судьба поступила с ними слишком жестоко. Теперь уже и самому Эрену ничего не хотелось говорить. Спустя пол часа, он первый направился к машине, слыша откуда-то сбоку разговоры других людей. Через десять минут и Микаса вернулась в машину. Но к его удивлению на её лице появилось что-то иное. Будто она встретила на улице старого друга. Она больше не была так печальна.  — Ну что, поехали? — Эрен повернулся в сторону Микасы, пытаясь немного улыбнуться. Где-то внутри осел какой-то неприятный осадок. Микаса лишь кивнула, не поворачивая голову в его сторону. — Назови свой адрес, отвезу тебя домой. — Эрен уже тоже не смотрел на неё. — Не хочу домой сейчас. — Микаса отвернулась к окну, пряча глаза. — Куда тогда?  — Не знаю, но не домой. Я знаю, что ты устал, и мы не знакомы почти, и что звучит это по-детски и бредово, но можно я тоже поеду к тебе? Я могу просто посидеть на кухне, если она у тебя есть. Не обращай на меня внимания. — Микаса по-прежнему смотрела в окно, произнося каждую фразу с длинными паузами. Эрен стараясь не показывать своего удивления, смотрел вперёд на дорогу, но голова сама повернулась в сторону, а глаза немного увеличились в размере.  — Ну уснуть, сейчас я точно не смогу, да и не собирался. Я же говорил, что поспал ночью. Поэтому, если так тебе станет легче, то можем поехать ко мне. — Эрен чувствовал себя как-то странно и волнительно. Он понимал, что Микасе сейчас тяжело, и что в обычный день она бы такого не сказала, но ведь они даже не друзья, и перешли на ты буквально час назад. Микаса шла немного на расстоянии от Эрена. Она рассматривала каждый кустик во дворе, а потом подняла голову на дом, уходящий ввысь. Она даже посчитала количество этажей — двадцать пять. Ей очень хотелось надеяться, что он живёт не на последнем. Она не знала боится ли высоты, потому что сама живёт лишь на третьем. Ухоженный подъезд с хорошим освещением, чистое зеркало в лифте и комнатные растения на первом этаже. Конечно, в таких домах чаще всего находится консьерж, который немного косо посмотрел на Микасу, но лишь поздоровался с Эреном. И кажется, только в кабине лифта Микаса поняла происходящее, но виду подавать не стала. Эрен встал лицом к дверям, и спиной к Микасе. Ему наверное и самому было неловко, или, он просто не давал Микасе почувствовать неловко себя. Эрен жил всего-навсего на одиннадцатом этаже, по меркам этого дома конечно. Лифт, как казалось Микасе, ехал вечно. На каждом этаже было всего по четыре квартиры. У Эрена была самая отдалённая от лестницы и лифта. Микаса какое-то время оставалась стоять у лифта, не решаясь пройти дальше, пока Эрен уже открыв к тому времени дверь не позвал её. — Ты заходишь? — Эрен жестом пригласил Микасу внутрь. — Да, иду. — Микаса шла медленно, будто боясь чего-то за порогом чужой квартиры. Когда Микаса оказалась внутри, то сразу увидела гостинную. Прихожей как таковой не было. Зато очень просторная гостинная, и ещё две дополнительные спальни. Сняв верхнюю одежду, Эрен сразу позвал Микасу на кухню. Кухня тоже была очень большая, с панорамным балконом. Вообще везде было достаточно убрано. Эрен однажды упомянул, что сам убираться не любит, а пользуется услугами клининговой компании иногда. Но очень иногда. На кухне было как будто всего слишком мало. Мало вилок, ложек, ножей, тарелок. И всего две кружки.Она ведь своей просьбой могла поставить Эрена в неудобное положение. У него ведь могла быть девушка, или даже жена. А может и есть.  — У меня совсем ничего нет в холодильнике. Да даже чая. Наверное, я быстро сбегаю в магазин, а ты подожди меня здесь. Можешь осмотреться пока что. В общем делай что захочешь. — Эрен заглянул в холодильник и даже в каждый шкафчик, но абсолютно везде было пусто. Микаса уже действительно проголодалась, и даже из вежливости не могла возразить. Да и к тому, же Эрену самому нужно что-то есть.  — Или лучше заказать доставку. — Эрен на мгновение посмотрел на Микасу, но потом снова продолжил одеваться. — Нет, надо чтобы что-нибудь лежало, а доставку можно и попозже заказать. Дверь захлопнулась, а Микаса осталась одна в чужой квартире. Это вообще можно считать нормальным? Для Эрена судя по всему можно, ведь все люди разные. Может он достаточно доверяет ей? Часто ли тут бывают другие люди? Очень интересно. Микаса решила действительно осмотреться в квартире. После кухни её ждала та самая гостинная, которая сперва показалась ей огромной. Но на деле, это была комната просто намного большее, чем её собственная. Мебели было совсем немного. Скорее всего Эрен был любителем минимализма. Все выглядело очень удобным. А широкий кожаный диван, накрытый пледом так и манил к себе. Перед диваном висела огромная плазма, покрытая слоем пыли, которую было отчётливо видно из-за бьющего в глаза света из широченного окна. Книжный шкаф, почти во всю стену, столик перед диваном и всё? Вся мебель выглядела дорого и сочеталась между собой. Пространство выглядело не то что неуютным, а просто неживым. Из этой комнаты Микаса поспешно удалилась, надеясь увидеть весь уют в спальне. Но и спальня не обрадовала. Огромная двуспальная кровать с высоким матрасом, небольшая гардеробная комната, ещё один балкон, плазма, висящая перед кроватью, но уже значительно меньше, и прикроватная тумбочка. Снова всё казалось каким-то неживым. Самым живым оказался робот-пылесос в углу. Но осталась ещё одна комната. Микаса потеряла уже всякую надежду. И третья комната просто добила. Там стоял только компьютерный стол с компьютером, который явно никто давно не включал, и кресло. Всё. Она окончательно убедилась, что Эрен живёт один, а к тому же не бывает дома. Но потом она вспомнила, кем он работает и всё встало на свои места. Что делать теперь она не знала. Хотя Эрен и сказал, что она может делать всё что захочет, но почему-то даже смотреть телевизор казалось неловким. Поэтому Микаса всё же решилась присесть на диван в гостинной, который оказался к слову очень мягким и удобным. Микаса и сама не заметила как уснула.