Аномалия Вестерова. Ошибка 220.

Пустота. Было совершенно отвратительное выворачивающее чувство пустоты. И шума. Как будто его очень сильно трясли, а может быть даже и били по голове. И вкус железа на языке. Его допрашивали? Шум сменился на звон и он невольно дернулся руками до ушей. Дотянуться удалось только левой рукой. Он открыл глаза и медленно перевел взгляд со своих коленей на пристёгнутую к креслу руку. Вторая была свободна. Он сглотнул. Вкус крови. Он поднял голову и обнаружил себя перед пультом управления корабля. Он Глава службы безопасности и он одет в свой скафандр. Он выполняет рейс в Аномалии Вестерова. И он ничего не помнит о рейсе, все как в тумане. Он повернул голову налево и увидел женщину в костюме капитана корабля. Он ее знал. Это была Арияна Теллин. Он всегда старался попасть на ее рейсы, похоже этот тоже был из таких. И она была мертва. С его места было не видно, что произошло, но весь китель был залит спекшейся кровью, и свисали лоскуты обожжённой кожи с невидимой ему стороны лица. Она точно была мертва. И сидела рядом с ним. На пульте горел Код Гамма. Он связал эти факты и потянулся к месту, где должен был быть имплант хранителя памяти. Там было пусто. В нагрудном хранилище была записка. Это был его почерк. Что ж ожидаемо. «Привет, Али! Когда ты читаешь эти строки, ты уже знаешь что все пошло по .плохому сценарию. Настолько плохому, что горит код Гамма и ты не в спасательной шлюпке. Где-то ты налажал. Но не волнуйся, твой имплант загружен в шлюпку, как и всех кого вы смогли достать. И я обязательно выясню, где мы ошиблись. Потому что ее убили, и ты был рядом. Поэтому рядом и остаешься. До конца. На корабле черти что и оно должно здесь и остаться. И ты знаешь, что для этого должен сделать. Код 0. Алистер Норманд.» Он посмотрел на свою уверенную подпись и аккуратно сложил бумажку обратно в хранилище. И снова посмотрел на капитана. Похоже он сам посадил ее, потому что следы крови были у самой двери входа к серверам, а это далеко от кресла. И посадил так чтобы видеть ее целую часть, ведь он правша. Ее рука лежала на маленьком выступе пульта между ними. Он снял маску и левой рукой дотянулся до кнопки переговорника. — Шлюпка готова? — прохрипел он в микрофон. — Готова, шеф. Мы все загрузили. Честью было служить с вами на одном рейсе, — сказал смутно знакомый голос. — Код ноль. Запускаю. — он должен был сказать все что хотел до выгрузки, а значит, сейчас нет смысла растягивать. Ключ оказался в привычном потайном отделении рига. Он откинул крышку защиты на пульте и вставил ключ. Тот подсветился зеленым. Значит где-то там, в капитанском кабинете точно такой же уже переведен в активное положение. Поворот ключа. «Внимание! На станции включен режим самоуничтожения! Научно-исследовательской комплекс Аномалии Вестерова и Рейс номер …двести… двадцать… благодарит вас за службу! Ваш вклад в изучении космоса будет отмечен! Пять! Чет-тыре! Три! Два! Один! А-Актива-вация!» Где-то там отстыковывается шлюпка. Где-то там, в системы вентиляции и снабжения закачивается специальный реагент. Сквозь бронированное стекло мостика было видно, как системы пожаротушения, и вентиляции начинают разбрасывать едкую пену. Взрывать корабль нельзя, это может дать ускорение шлюпке. Но его можно растворить. Сначала химией, потом плазмой. И мостик будет последним. Сзади отстрельнулись клапаны форсунок. Он положил руку на ее холодные пальцы. Она снова об этом не узнает.