Аномалия Вестерова. Ошибка 220.

— Спасательная шлюпка рассчитана на двоих. — Так точно шеф. Готов остаться и закончить тут все. Это как? Все эти дни, все то, что они сделали будет помнить один Доин?! Как прятались в вирусологии, как он вычислял лекарство, как с четвертой попытки смог повторить чужую ошибку и создать что-то совершенно неожиданное?! Как они дежурили у палаты ГСБ? — Нет! — это было больше похоже на писк. И Доину стало дико стыдно за этот недостойный звук. Но улетать отсюда без Эйрана, который спасал их всех он не был готов. Они оба непонимающе на него уставились — Отставить. — спокойным голосом приказал Норманд. — Ваши воспоминания за эти дни, Тэнгер, гораздо важнее моих болезненных галлюцинаций в камере. Даже если что-то будет утеряно Наритовым, вы там присутствовали и сможете помочь восстановить события. Шлюпка для тех кто представляет большую ценность для НИКАВо, и исследований. Не спорь. «Неужели они зря его спасали? Они же спасли! Вылечили!» — Доин отвернулся к стене шлюза, чтобы скрыть свою обиду. — Наритов. — Да, Гсб. — Вы принесли модуль данных от сканера? Доин молча достал из пакета и протянул полковнику. — Почему двое? — Минимизация массы, Наритов. Вся шлюпка весит чуть меньше четырех тонн. Масса, которая по имеющейся статистике стабильно покидает аномалию без повреждений содержимого. Это шлюпка, а не катер. — Но корабль больше… Норманд выразительно посмотрел на молодого химика. — Сколько рейсов вы уже отлетали? — Этот двадцать седьмой… — И сколько без выгрузок? — Два всего. — Да вы везучий. — усмехнулся ГСБ. — И упорный… Редко кто больше двадцати летает. — А вы-ы сколько? — Двадцать пять из тридцати семи успешно. Теперь тридцати восьми. Эйран присвистнул. — То бишь сравняетесь… А я-то салага всего десятку первую летаю. — Ну вот и померялись, — Норманд вставил в очередной металлический стержень карту данных и протянул ее детективу. — Засовывайте все в шлюпку. Как это делать я показывал, там не перепутаешь, а потом ко мне на мостик — забирать черный ящик. Наритов, у вас еще вопросы есть? Может вспомнили что-то, что надо обязательно забрать со корабля, у нас еще два часа до точки невозврата. Доин лихорадочно стал вспоминать что он выгрузил, и что могло еще пригодится. За эти двадцать часов он успел поработать бегло перекопировать данные ботаники, и все отчеты что было от своей лаборатории, и все записки со своего планшета, и коллеги. Никогда еще ему не приходилось изучать так много всего не относящегося к его непосредственной работе. Его удивил огромный объем работы, что проделывали он и его коллеги на корабле за эти две с половиной недели. Он чуть было не зачитался отчетами биологов, но вовремя себя одернул. И теперь все казалось таким важным. Каждый планшет, каждый терминал. Каждое воспоминание или теория оставшееся в голове исследователей. Он знал, что хранитель памяти не идеален, что туда даже в штатном режиме списывается не все воспоминания, что очень много так и остается не дешифрованным в мозгу. Ему это объясняли еще на момент подписания контракта, но сейчас оно осознал, как много может потерять. Деталей, которые никогда не казались ему ценным. — Я… — Он сглотнул и уставился на ГСБ. — Я не знаю. Я выгрузил что только можно. И кофейное дерево это все разобрал несколько раз. Но я не ботаник. я не. — Все в порядке. Я убежден, что вы сделали все что было возможно в столь ограниченное время. Тэнгер? У вас еще что-то? — Нет, шеф, вроде все. — Тогда относите и я вас жду. Приятно было работать с вам Наритов. И спасибо, что тогда боролись за меня. — Норманд пожал Доину руку. Доин хотел сказать, что это заслуга в основном Тэнгера, и лекарство тоже не его открытие, и что ему очень жаль, что места всего два. Но из слов удалось выдавить из себя только: «Мне тоже, полковник Норманд.» *** — Уверены шеф? Еще не поздно поменяться. Я не против. — Тэнгер. У тебя шанс покататься на вип-шлюпке. Используй его. Забытых рейсов будет еще полно. Эйран взглянул на усевшегося на кресло ГСБ. Тот сноровисто достал из пояса стяжки и ловким движением пристегнул себя к подлокотнику. — А это зачем? — Экстрактор в первый режим, детектив. — Норманд отключил блокираторы шлемы и пластины разъехались, открывая шею и голову. -А дальше вы все знаете. — Вы на первой или на второй станции? — На второй. Найти вздумал? — Он натянул на лицо маску и включил полную подачу. — Да, выпивкой угостить. — Эйран еще раз убедился, что режим выбран именно первый и приложил экстрактор к голове полковника. — Вам рассказать? — Пожалуй. У тебя тридцать минут. И спасибо. — слегка приподняв маску тихо ответил полковник. — Так точно шеф. Первый режим выглядел почти так же ужасно, как и второй. Эйран придерживал голову и увидел, что в все отличие было в том, что в сначала был укол обезболивающего или усыпляющего и ожидание пока пациент отключится. А дальше такие же штифты. и маленький желтый цилиндр в его руке. Эйран тут же отправил его в контейнер, отбросил экстрактор окинул мостик взглядом и понес оба тяжеленых контейнера. Доин ждал его у дверей шлюза. Запустил продувку воздуха внутри. — Ну чего… Раздевайся да полезай. Тебе левую или правую? — Правую наверно. А тебе с контейнерами помочь? — Не, там все просто. — Да уж. И не ящик, и не черный. — разочаровано взглянул на оранжевый цилиндр в ногах у детектива. — А костюм куда? -Было видно, что Доину неловко раздеваться. — Да здесь бросай, не пригодится. — Эйран отвернулся чтобы не смущать приятеля. — Там очистка будет. Неприятная. Глаза не открывай. — Ага. За спиной открылся и закрылся шлюз. Эйран отстегнул свой шлем и кинул его в стопку вещей химика. Под звуки шипения душа в соседнем отсеке снял с себя скафандр и полетный костюм. Достал из кармана помятую пачку. Зажигалку и наконец-то закурил. Впервые за эти три дня. Зеленый сигнал на двери появился раньше, чем закончилась сигарета, но торопиться он не стал. Докурил, затушил окурок ботинком скафандра и открыл шлюз. Без экзоскелета костюма черный ящик был ужасно тяжелым, но к счастью продумали и это так что он закатил оба контейнера и нажал закрытие зверей. Адский душ, после которого горела вся кожа, и, наверное, вылезли все волосы. Но все это уже не важно. Эйран засунул последний контейнер в податчик. Здесь и правда все было просто. Как детская игра с кубиками. В отверстие проходил только определенного типа контейнер, который к тому же имел и цветовую маркировку. Он проверил крышки остальных модулей и залез в свою левую капсулу. Как в трубу или дуло какого-то оружия. Перед ним оказалось малюсенькое окно, через которое он увидел такое же лицо напротив в синей подсветке. Доин как мог улыбнулся. Фиксаторы обхватили его тело со всех сторон в этой узкой трубе, а вокруг головы сжалось металлическое кольцо. Об удобстве тут не заботились. Ледяной металл обжигал горящую от химии кожу. Под подбородком сомкнулась мембрана вокруг шеи. Минимизация массы. Нужен только хранитель памяти. — Готов? — Эйран? — Да. — Ты ведь знаешь, что из аномалии не вылетает никакая органика? — Знаю. Но предпочитаю об этом думать только после того, как пойдет газ. — Мы ведь не вернемся домой. — Мы уже дома. Не парься. — Я не хочу вас забывать. Ни тебя, ни полковника. То, что вы сделали… — Станция один. Блок Д-семьсот-девять. Покажешь, что ты так в этом кофе с ванилью нашел? — Шлюпка готова? — прохрипел в металлической банке голос полковника Норманда. — Готова, шеф. Мы все загрузили. Честью было служить с вами на одном рейсе. — ответил Эйран за двоих — Код ноль. Запускаю. Зашипел усыпляющий газ. — Одноразовый корабль, Одноразовые вещи, Одноразовые люди. Доин, угадаешь что не одноразовое?