Вороново проклятие

Глаза закрываются… Глубокий вдох наполняет грудную клетку свежим, солоноватым и холодным воздухом. До ушей, откуда-то справа, доносится ругань местных моряков, разгружающих только-только прибывший корабль. Солнце давно не было видно на небосводе. Казалось, что этот огненный шар совсем разленился и не собирался показываться на небе даже на пару минут. Морской ветер треплет густые, курчавые волосы и мягко оглаживает бледное лицо. У пристани гулко прохрустывает лёд. Скоро фьорд совсем заледенеет… Устало вздыхаю, потирая переносицу. "Следует доложить об этом отцу…" За спиной развевается тяжелый белый плащ, зачем-то одетый перед выходом на улицу. Я совсем отвык от через чур тёплой одежды. В последнее время (в особенности после возвращения на родину с Юга) шерстяные ткани кажутся через чур тяжёлыми. Подмечаю взглядом какую-то особую усталость местных. Оборачиваюсь на стук небольших каблучков по каменной выкладке. Женщина с синяками под глазами и бледной как снег кожей (сквозь которую едва проглядывают синеватые сосуды), улыбнувшись кланяется мне. На удивление мороз не охватывает щеки жителей румянцем. Порой кажется, что здесь все люди выточены, словно фигуры, из огромной глыбы льда. Слегка кланяюсь в ответ, приветственно улыбаясь, и следую в сторону дворца сквозь узкие переулки. Отчеканиваю ритм по каменной дорожке как когда-то, выхаживал под знаменем родного государства на юге. Отец всегда любил военные походы, в особенности, когда от этих походов имел значимую для государства выгоду. Этот человек, кажется, считал своим долгом отправлять в эти походы меня и моего братца… "Трудности закаляют мужчину."-Именно эти слова я слышал каждый раз, когда упирался и увиливал от участи оказаться в бою. Не военный я человек… Чего не скажешь про моего брата. В строю его все кликали Ворон. Он смел, силён и довольно ловок. Каждое движение на поле боя несло смерть врагу. Как вспомню тот бешенный, захваченный азартом взгляд, отразившийся в моей сабле, так дрожь пронимает… Центральная улица, ведущая к площади, расширилась. Небольшая часовня предстала перед моим взором. Помню, как бегал сюда, будучи совсем мальчишкой, чтобы, отлынивая от занятий, тайком почитать ту или иную книгу о битве с драконами... Невольно улыбаюсь и перевожу взгляд на протянувшиеся кругом, на всю площадь, пёстрые прилавки. Когда-то довелось стащить яблоко у одного торговца. Знатно тогда огребал от Отца… Колокольный звон вдарил по перепонкам. "Что-то я совсем придался воспоминаниям." Одёрнув запутавшийся в ногах плащ, спешу к обеду. Опаздывать будет крайне невежливо с моей стороны. Плутая меж улиц, замечаю знакомые ворота, миную стражников, влетаю во дворец. Тепло обдаёт промёрзшие на морозе уши от чего те в миг вспыхивают, разгораясь красным… В точности как факел! Отполированный мраморный пол слегка отблёскивает в свете свечей. Эхо от каждого шага разносится сердечным пульсом по углам. Громоздкие люстры освещают зал с огромными окнами. Бордовые парчовые шторы обрамляют огромные окна, которые тянутся по всему залу добавляя света. Приятный запах пыли и чего-то до боли родного пробивает нос. Следую по богато украшенным коридорам. Хоть этот дворец и выглядит относительно мрачно, что-то всё же есть в этом мраке. Что-то животрепещущее, что заставляет душу таять, разливаться теплом в груди. Обеденный зал. Предстаю перед отцом и старшим братом в поклоне. -Здравствуйте, Отец. Прошу простить за столь поздний визит. Тяжелая рука слегка стукает по столу предлагая присесть. Отец постарел. Быстро переглядываюсь с нахмуренным Вороном. Повязка на его глазу всегда меня пугала. Благодарно кивнув, приступаю к трапезе и тут же давлюсь от услышанного... -Дети мои, время идёт… Я не молодею. Как бы то не было… Я обязан назначить приемника. – твёрдо прозвучал отцовский голос, эхом отдавшись в моих пятках, куда унеслось с быстротой света моё сердце. В зале повисло напряжённое, точно гробовое молчание. Все мои внутренности тут же перевернулись, скрутились в огромный комок от волнения… Брат тут же покосился на меня одним, слегка прищуренным, глазом. Во взгляде отчётливо читалось “Только посмей занять моё место, щенок. Тебе несдобровать...”. Я нервно сглотнул, выжидая вердикта и чувствуя, как мои поджилки невольно затряслись. -Кристофер, ты взойдёшь на престол. Займёшь моё место. Маркус, ты же, мой хороший мальчик, будешь его наместником и советчиком. Слова, как гром среди ясного неба, свалились на мою голову вместе с огромным чувством навязанного долга. Я перевёл взгляд на Ворона. Его глаза непонимающе округлились, в них замелькали искры гнева и непонимания. -Почему? Отец, я же старше, мудрее и опытнее. Почему этот щенок?!-вспылил Маркус, подрываясь с места и потряхивая чёрными как смоль волосами, но… Он тут же сник под строгим взором правителя… ...Мне же оставалось лишь вжиматься в стул, нервно теребя край скатерти, и наблюдать за тем, как огромная дверь в обеденный зал громко хлопнула…