Соулмейты

Марк просыпается через пару часов, отдохнувший и вполне счастливый. Но его настроение становится еще лучше, когда, спустившись на кухню, он обнаруживает Ману, с головой погрузившегося в приготовление завтрака. Он так и остается стоять возле двери, с веселой улыбкой наблюдая за тем, как мужчина носится по кухне, пытаясь успеть и нарезать салат, и приготовить кофе, и не дать подгореть яичнице. Это было забавно, хоть и немного глупо. Но с другой стороны ему было приятно, что Нойер решил позаботиться о нем. Хоть для соулмейтов в этом не было ничего особенно, но он все еще не до конца смог привыкнуть к том, что его родственной душой оказался человек, с которым он был знаком почти полжизни. Если говорить точнее, то больше десяти лет. Это был весьма внушающий срок по меркам человеческой жизни. Ну и по мнению Марка, конечно, тоже. В общем, к тому моменту, когда Нойер, наконец, заметил, что находится в комнате не один, Марк окончательно запутался в своих мыслях, которых в голове за последнее время стало через чур много. Для одного человека — катастрофически много. Поэтому, когда он все-таки вынырнул из глубин своего сознания, в очередной раз решившего проверить его нервы на прочность, он почти не удивился, обнаружив смеющегося Ману всего в нескольких шагах от себя. Он стоял, скрестив руки на груди, и едва сдерживал рвущийся наружу смех. — Ты там утонуть в мыслях решил? — И как ты только угадал, — наигранно недовольно проворчал Тер Штеген, — Вот только собирался написать завещание, а тут ты. — Не слишком вовремя, да? — сощурившись, уточнил Нойер. — Ужасно не вовремя, — согласился с ним Марк и усмехнулся, — Зато проснулся, кажется, очень даже. Ману серьезно кивнул и сделал приглашающий жест рукой: — Садись, а я пока разложу все по тарелкам. Вопреки безобразию, которое они устроили вчера, сегодняшний завтрак, приготовленный Ману, был безупречно полезным и здоровым. В прочем, стоит заметить, еще и достаточно вкусным. Поэтому Марк в полной мере смог насладиться не только завязавшейся беседой, но еще и едой. Сам он обычно редко настолько заморачивался с кулинарией, хотя все же старался придерживаться рациона. Сегодня ему повезло в том, что не пришлось ничего готовить. В ином же случае ему, как обычно, пришлось бы довольствоваться жаренными яйцами или бутербродами. После того, как с едой было покончено, Марк сам вызвался помыть посуду. — У тебя сегодня тренировка? Вопрос ненадолго ввел его в ступор, заставив судорожно пытаться вспомнить их график. Позавчера у них был матч, вчера выходной, а сегодня… Да, сегодня должна была быть тренировка, но вечером. Так что у него впереди был целый свободный день, который он мог и хотел посвятить общению с Нойером. Идея выбраться куда-то на улице показалась ему удивительно заманчивой. Так что все то время, пока он натирал тарелки губкой, он быстро перебирал в голове все места, куда можно было выбраться. — Не хочешь прогуляться? — А есть предложения? — Как насчет кино? — Только если не сопливая мелодрама. Мне и Томаса с Робертом в жизни хватает. Марк понимающе хмыкнул. — Надоели? — Заебали, — честно откликнулся Нойер. И через мгновение веселый хохот наполнил комнату. *** Спустя два часа они сидели на заднем ряду в кинотеатре и смотрели фильм, который был выбран Ману. Честно говоря, Марк не сильно разбирался в жанрах, но вроде бы это было что-то из научной фантастики. К его приятному удивлению, фильма оказался очень даже удачным. А карамельный попкорн, который опять послал всю диету к чертовой бабушке, настолько вкусным, что пришлось сходить еще за одной порцией. — Кажется, меня сегодня убьют, — усмехнувшись, Марк хлопнул себя по животу, — Потому что только что я съел свой годовую норму для вредной фигни. Нойер в ответ пожал плечами и отправил в рот еще горсть сладкого попкорна. Обреченно вздохнув, Марк последовал его примеру. Когда фильм, наконец, закончился, они неторопливо выбрались на улицу. И несмотря на все предпринятые попытки, чтобы их никто не узнал, к Тер Штегену подошли несколько подростков, протянув футболку с его фамилией. Ману остался немного в стороне, чтобы не привлекать к себе ненужное внимание. Потому что потом пришлось бы объясняться в интервью, почему он внезапно оказался в Барселоне, а ему этого совсем не хотелось. К счастью, ему повезло. Получив роспись, мальчишки тут же куда-то убежали, а остальные люди равнодушно проходили мимо, не обращая на него никакого внимания. — И часто тебя узнают? — немного спустя поинтересовался Ману, когда они уже сидели в машине и возвращались обратно. — Не так, чтобы это сильно раздражало. Скажем так, в допустимых пределах. Марк потянулся, чтобы включить радио, но на полпути замер и обеспокоенно повернулся к Ману. — Ты не против, если… Тот в ответ лишь махнул рукой. — Мог бы и не спрашивать, — и усмехнулся. — Я просто не хочу доставлять тебя неудобства, — немного растерянно откликнулся Марк и резко вздрогнул, когда Ману, улыбнувшись, положил ладонь ему на плечо. — Поверь, последнее, что ты делаешь — так это то, что доставляешь мне неудобства. — Правда? — Если хочешь, я могу доказать. И не дожидаясь ответа, Ману осторожно коснулся губами чужой щеки. Лишь на короткое мгновение, но этого было достаточно, чтобы заставить Марка смутиться еще сильнее. — Ох… — Марк, что бы ты не подумал, я ни в коем случае не тороплю тебя. Просто хотел сказать, что мне нравится проводить с тобой время. Марк тихо вздохнул и легко качнул головой. — Не знаю, что я должен сказать, но, наверное, спасибо. «Мне с тобой тоже» И невысказанные слова упали на его плечи странной тяжестью.