Airport for two

      Внезапно в зале раздался звук громко хлопающих дверей, отчего Айви резко вздрогнул, словно что-то тяжёлое обрушилось именно на него, а не на старые дверные проёмы. Открыв глаза, он невольно обратил свой взор на панорамные окна аэропорта, перед которыми стоял предполагаемый источник шума. Молодая девушка, не старше его самого, нервно тёрлась об стену, часто дыша. Короткая коричневая куртка с мехом, не менее короткая юбка и телесного цвета чулки — образ явно несоответствующий погодным условиям на данный момент. На лице заметные следы размазанной туши с губной помадой, а в волосах полный хаос, напоминающий воронье гнездо.       Видать, барышня известной профессии и уже до полуночи успела отработать первый заказ. Только, судя по зарёванному лицу, гонорар оказался не самым высоким или вовсе так и остался лежать в кармане жадного клиента.       С минуту незнакомка просто молча глядела на проезжавшие мимо аэропорта автомобили, что своими сигналами заметно пугали её, но затем, видимо, устав от этого занятия, она тихо опустилась на стул, пряча красные от мороза руки в карманы. Из тонких губ вырвался медленный выдох, а затем… по всему залу ожидания разнеслись громогласные рыдания:       — Подлец, гад! И зачем я поверила тебе?! И зачем я купилась на твои обещания?       Крики, слёзы тотчас смешались в единое целое. В одну секунду она вытащила руки из карманов, мёртвой хваткой схватившись за голову. Рыдания, нецензурные выражения разлетались по всему зданию, не на шутку пугая единственного пассажира, что нервно сжимал пальцами кружку с почти остывшим кофе. Уставившись на неё выпученными от страха глазами, Эштон не знал, что делать. Подойти и приласкать, как маленькую сестрёнку? Или дождаться, когда истеричка наорётся и сама закроет свой рот? Но барышня, судя по её состоянию, и не торопилась успокаиваться. Наоборот, когда крики стали ещё громче, несчастная начала причинять себе телесную боль. Она била себя по коленям, дёргала саму себя за пряди. Она не щадила себя, причиняя своему телу всё больше и больше страданий.       — Подлец! Будь проклят тот день, когда встретила тебя! Будь проклят тот день, — единственные слова, которые повторялись снова и снова.       — Ты сейчас всех людей здесь распугаешь! — собравшись с силами, как можно громче крикнул Эштон, хотя кроме него и истеричной девушки никого сейчас не было. — Хочешь, чтобы тебя под Новый год в психушку увезли? Перестань сейчас же! Перестань!       Незнакомка не успокаивалась. Казалось, она и вовсе потеряла над своими эмоциями контроль. Осознав, что так просто это всё не закончится, парень, поставив кружку с кофе на свободный стул, подошёл к несчастной и резко ударил ту по лицу. Рыдания тотчас прекратились, а несчастная истеричка на мгновение даже опешила. Видимо, не ожидала, что в пустом зале ожидания найдётся тот, кто таким дерзким способом остановит поток её истеричных рыданий.       — Полегчало? — немного нахмурившись, Айви глядел на чуть повёрнутое в сторону красное, как помидор, лицо, отмечая про себя немного нагловатый вид его обладательницы. Глаза, несмотря на наличие в них солёной жидкости, выражали желание что-нибудь оттянуть себе. И это что-нибудь наверняка выражается в денежном эквиваленте.       Внезапно незнакомка неуверенно повернулась к нему анфасом, вытирая кулаком сопли. Увидев того, кто бесцеремонно нанёс ей оплеуху, девчонка с ненавистью закусила нижнюю губу, смачно втянув носом воздух.       — Самый наглый, да? — осведомилась она, скомкав пальцами подол мини. — Тебя, по-моему, никто не просил вторгаться в чужую жизнь, да ещё бить девушку по лицу. Или ты думаешь, что если я представительница слабого пола, то не смогу ударить? Ошибаешься, я в детстве карате занималась, так что приём «как уложить мужика» мне известен. Поэтому лучше уйди, иначе в ближайшие дни будешь в травмпункте валяться и санитарок ублажать. — Малышка тут же ломанулась вперёд, желая вцепиться в ворот свитера парня, но тот, благодаря ежедневным тренировкам на службе, среагировал моментально. Одно движение рукой, и неуравновешенная уже сама лежала на стульях, схватившись пальцами за горло и при этом громко кашляя. Не теряя присутствия духа, Айви бесцеремонно схватил её за запястье, сдавив его так, что послышался хруст хрупких косточек.       — Никогда не нападай на мужчину, если не уверенна в своей победе, — прошептал он в самое лицо жертвы. — А иначе из твоего прелестного личика сделают месиво. — Девчонка со страхом смотрела в его непроницаемые серые глаза, чувствуя на себе их магнетическую силу, отчего её сердце готово было просто выпрыгнуть наружу. Видимо, никогда ещё ему не было так страшно.       — А с чего ты взял, что я не была уверенна в своей победе? — прохрипела она, по-прежнему ощущая чувство панической атаки. — По-моему таки я искренне верила в свой успех.       На её слова Эштон лишь усмехнулся и опустился на свободное сидение напротив собеседницы, облегчённо выдохнув.       — Ну, во-первых, — он загнул правой рукой указательный палец левой, — от тебя несёт запахом крепкого алкоголя. Во-вторых, ты на каблуках. А в-третьих, тобой сейчас движет не рассудок, а адреналин в крови. А когда его много, человек не в состоянии твёрдо оценивать ситуацию и совершает только больше глупостей, чем адекватных поступков.       Его слова повергли незнакомку в шок. Успокоившись, она медленно приняла вертикальное положение, слегка приоткрыв рот.       — Ты чё психиатр, что ли? Или нарколог?       — Как ни странно нет. Просто моя работа требует наблюдательности и умения давать оценку действиям других. Чтобы затем подбирать в организацию более выгодных сотрудников.       Эштон немного хмыкнул, дабы показаться представителем более спокойной профессии, а не работником разведывательного управления. Хотя, собственно говоря, почему разведчик не может быть психологом? Ведь он должен уметь грамотно втираться в доверие к объекту разработки, дабы вытащить из него необходимую информацию. А для этого ему необходимо знать особенности характера того или иного типа людей. Знать особенности поведения любого человека в том или ином состоянии, дабы потом выстраивать с ним правильную линию поведения. И сейчас накопленный годами опыт пришёлся как нельзя кстати.       — Надо же, какой интересный фрукт мне подвернулся. А я уже реально подумала, что ты сейчас меня скрутишь и вызовешь санитаров. А ты, оказывается, не такой. — Девчонка нервно хихикнула, но всё же с опаской окинула его взглядом.       — Ещё не вечер, как говорят рус… — Эштон запнулся, дабы вновь себя не выдать.       — Ну смотря для чего, — хрипло отозвалась собеседница. — Для того, чтобы здесь сидеть точно не вечер. А для санитаров без разницы — хоть вечер, хоть утро.       Её слова немного рассмешили парня. Заметив краем глаза свою кружку с кофе и вновь бросив взгляд на девушку, Эштон, немного подумав, забрал посуду с пирожным и поставил это всё перед незнакомкой.       — Давай на пополам? — красавица с интересом посмотрела на угощение, а затем в очередной раз на него. — Мне одному скучно это есть, а с тобой как-то веселее.       — Даже несмотря на то, что несколько секунд назад я порывалась свернуть тебе шею? — Они оба хихикнули, вспоминая недавнее происшествие.       — Ну, я признаюсь, тоже был немного груб, поэтому считай это моим извинением. — В очередной раз взглянув на картошку, девушка улыбнулась улыбкой ребёнка и осторожно разломила вкусняшку на две части. — Тебя, кстати, как зовут-то хоть?       — Ветой. Виолеттой. А тебя, улыбашка?       — Улыбашка, — повторилл её фразу мужчина. — Олегом, — соврал он, в очередной раз скрывая свою настоящую личность.       — Улыбашка тебе больше идёт, чем Олег, — Вета осторожно положила кусочек картошки в рот и слегка облизала языком нижнюю губу. Её действие на мгновение заставило Эштона напрячься и заёрзать на стуле. Уж очень сильно подобное заводило его, заставляя стеснить бугор между ног. — На улице нелётная погода, — как бы между прочим произнесла девушка, краем глаза наблюдая за снегопадом за окном. — Ты поэтому улететь не смог?       — Не совсем, — ответил Айви, делая глоток почти остывшего кофе. — Билеты закончились, а заранее забронировать не додумался. Да и время отлёта наступило так внезапно, что и думать было некогда.       — От нежелательного брака бежишь или просто захотел дислокацию сменить?       — Нет, просто командировка резко закончилась и начальство в экстренном порядке отозвало назад.       — Понятно, неместный, значит. — Вета с интересом посмотрела на него и заметив скромное портмоне, торчавшее из кармана зимних штанов, обречённо вздохнула. Видимо, хотела поживиться долларовыми купюрами, но скромный доход парня обломал все её надежды. — Я тоже неместная. Тоже чужая здесь, даже самой себе.       — Почему? — Айви наклонил голову, желая, сам не зная зачем, услышать её историю. Хоть и дал себе слово не вступать ни в какие отношения с женщинами. Тем более, с первыми встречными.       — Меня сюда ещё ребёнком из Тюмени привезли. Отец с директором «Газпрома» дружил, работал вместе с матерью у него. А потом родители развелись, у отца своя личная жизнь началась, у матери своя. И в итоге я одна осталась. В интернате жила, а там подружка по комнате предложила после выпуска пойти в местный стриптиз-клуб работать. Ну я и согласилась. На деньги хорошие просто повелась, хотя они и очень кстати были. Хоть комнату удалось снять, а не на улице спать. Бесплатная квартира от государства дело, конечно, хорошее, но, к сожалению, не всегда может соответствовать желаниям нормального человека. Вот. А затем хозяин… заведения, где я работала, стал принуждать меня с клиентами… ну ты понял. На первые три раза я… соглашалась, потому что хозяйка цену за найм задрала, а сегодня я сказала, что больше не хочу этим заниматься. Да к тому же ещё и клиент жадным попался, несколько тысяч зажал. Ну хозяин меня и выставил за порог, сказав напоследок, что я теперь грязная и ни один мужчина не даст мне чистой и бескорыстной любви. Если только из жалости. Поэтому я и пришла сюда, с желанием…       — Поиметь у богатого пассажира? — Вета с испугом посмотрела на собеседника, замечая с какой проницательностью тот смотрит на неё. Словно читает её душу, её мысли. — И как же ты, если не секрет, выжала бы из него эти деньги? Очередным сексом в туалете?       На мгновение она замолчала, чувствуя, как мурашки медленно заполнили её тело. Она опять испугалась его. В какой-то момент ей показалось, что он пытается вытрясти из неё душу, а затем, воспользовавшись её моральным опустошением, насильно заставит исполнять его мужские желания, что могут с лёгкостью добить если не тело, то душу.       С минуту они просто глядели друг другу в глаза, как бы соревнуясь за то, кто дольше из них выдержит это напряжение. Эти минуты казались им вечностью, но в конце концов парень громко вздохнул, скрестив на груди руки, принимая уверенную позу и тем самым ненадолго прервав зрительный контакт.       — А почему бы и нет? — почти огрызнулась собеседница, решив на свой страх и риск продолжить прерванный разговор. — Знаешь, сколько здесь таких собирается каждый день, которые только делают вид, что верны своим жёнам, а на самом деле нет? По любому какой-нибудь богатенький папик да нашёлся бы.       — И после этого ты говоришь, что хотела бы порвать с проституцией? — заметил Эштон, делая второй глоток кофе.       — Это было бы последним делом, — отрезала Виолетта, гордо прислонившись к спинке стула. — А дальше я бы начала новую жизнь, в другом месте.       — Вот так вот сразу? — парировал парень. — Ты думаешь, без образования, без денег у тебя это с лёгкостью получится?       — Абсолютно. Потому что в каждом городе какой-нибудь свой жирный карась да найдётся, перед которым только один раз вильни кое-чем и купюрка у тебя в кармане.       Вета злорадно засмеялась, однако, в этом потоке зловещего смеха Эштон уловил звуки плача. Она смеялась сквозь слёзы над своей жизнью, по законам которой была вынуждена существовать. И тут даже психологом не надо быть, чтобы сделать вывод о том, что человек находится на грани отчаяния. И смеётся не от радости, а потому что ему больно. Больно оттого, что у него нет надежды на лучшее.       — Прекрати, — спокойно, но твёрдо ответил парень, не меняя непринуждённое выражение лица. — Ты сейчас больше похожа на истеричку, чем на человека, желающего распрощаться со своим прошлым. Хотя, на мой взгляд, ты даже и не стремишься окончательно с ним расстаться. А иначе не бросалась бы словами наподобие «папик», «жирный карась».       Девушка лишь горько усмехнулась, вытирая рукавом тёплой куртки глаза, но из-за слёз только больше размазала по лицу тушь.       — Откуда тебе знать, чего я хочу? Ты сам-то знаешь, чего от жизни хочешь?       — Нууу в данный момент я хочу только одного — улететь из Ноябрьска, потому что ваш климат способен только сопли провоцировать, чем что-то тёплое.       Эштон старался не терять самообладание, хотя чувствовал, что под напором жалостливой девочки может вновь дать слабину, лишиться контроля над самим собой или ещё хуже раскрыться перед ней по-настоящему, и…       Внезапно ему вдруг в голову ударила одна мысль.       А что если контрразведчики по номеру телефона вычислили его место нахождения, и зарёванная Вета появилась здесь неспроста? Сейчас она развяжет ему язык, а завтра он будет смотреть на небо через железную сетку в российской тюрьме.       Значит, сейчас у него есть только один путь: завалить ненужную свидетельницу, списав её смерть на неудачное падение в состоянии сильного алкогольное опьянение. Тем более в ней спирту сейчас больше, чем в ближайшем ларьке. А там пока суть да дело, как говорят русские, у него будет возможность сбежать из Ноябрьска автостопом, не дожидаясь чёртовова рейса до Москвы.       На мгновение у него отлегло на душе и он уже мысленно представил, как будет выполнять намеченное, но внезапно Вета, заметив его поведение, вдруг отшатнулась и вытащила из кармана перочинный нож.       — Ты даже оружие носишь с собой? — со злобной усмешкой поинтересовался Айви, перебегая глазами с ножа на лицо девушки. Прекрасно отдавая себе отчёт в том, что этот маленький ножик для него, для профессионально подготовленного с спортивной точки зрения агента, ничто. — Думаешь, он защитит тебя?       — А почему бы и нет? Первый раз, что ли? — Вета пыталась вести себя дерзко и смело, не учитывая одного — своими действиями она только забавляет разведчика.       — Ну в таком случае у тебя сейчас есть все шансы оказаться за решёткой. И Новый год ты будешь встречать в компании своих коллег, которые тоже мечтали улучшить жизнь.       Недолго думая, парень медленно приблизился к девушке и одним движением схватил за руку, забирая из её пальцев холодное оружие. Кареглазая, не на шутку разозлившись, попыталась вцепиться в него зубами, но вместо этого получила очередную пощёчину.       — Вот так-то лучше, — процедил он сквозь зубы, пряча лезвие в карман. — А то ещё и правда прирежешь ненароком.       — А ты всегда так обращаешься со слабым полом? — зло прошипела несостоявшаяся убийца, прикрывая ладонью красную от удара щёку. — Только бьёшь, а на романтику уже неспособен?       — Просто по моему опыту после удара все женщины, как правило, начинают думать в нужное русло и принимают более адекватные решения. Хотя, на самом деле я способен и на другие действия, но только, как ты понимаешь, уже не здесь. — Вета напрягла слух, пытаясь понять смысл его фраз. — В туалетной кабинке, — как ни в чём не бывало ответил Эштон, делая очередной глоток кофе, но тотчас его сплюнул, потому что пить холодную жижу ему стало уже невыносимо. — Если хочешь, могу устроить релакс. Заодно и сам расслаблюсь.       — С первой попавшейся проституткой? — с сарказмом поинтересовалась собеседница.       — А почему нет? Ты девушка симпатичная, стройная, молодая. Восемнадцать, надеюсь, уже есть?        — Мне двадцать три.       — Ну вот, уже лучше. Ну что, пойдём?       Немного подумав, Вета вдруг медленно поднялась и направилась в указанное ей направление, попутно кинув взгляд на Эштона через плечо. Тот же, удостоверившись, что в зале ожидания нет ни одной живой души в виде посаженного шпиона, направился следом, уверенно потирая руки. Он решил таким образом проверить её на предмет жучка, которого девушки-разведчицы обычно прятали в нижнем белье, и таким образом подтвердить или опровергнуть свои подозрения о слежке. А заодно понять — стоит ли в самый пиковый для себя момент марать руки.       Туалетная кабинка оказалась так себе — с уровнем трёх звёзд гостиничного номера. С кафелем на полу, с горячей водой и даже с туалетной бумагой. Единственное, что немного отпугивало — запах. Видимо, про освежитель воздуха здесь никто толком не слышал.       — Проходи, не стесняйся, — Айви гостеприимно распахнул дверь женской кабинки, предлагая девушке зайти первой. На его просьбу Вета лишь хмыкнула, но повела себя уже более уверенно. Даже, можно сказать, профессионально. Зайдя внутрь, она тотчас скинула с себя сначала куртку, а затем и всё остальное. Кроме нижнего белья, видимо, решив предоставить сделать это заезженному «инженеру». Всё это время, пока красавица готовилась к процессу, парень внимательно следил за ней через щель, оставленную между дверью и кабинкой, пытаясь уловить в её действиях хоть один намёк на то, что она «заряжена». Но это было лишнее. Девушка вела себя спокойно, ничем не выдавая себя как шпионку. — Готова? — спросил он, при этом кинув взгляд на свои наручные часы.       — Готова, красавчик. Можешь лицезреть.       Несколько раз вздохнув и выдохнув, Эштон уверенно распахнул дверь кабинки и… едва не захлебнулся от увиденного. То, что предстало перед ним, повергло его в настоящий шок, заставив сердце выстукивать бешенный ритм. Стройное тело, плоский животик, белоснежное бельё с кружевом. Единственное, что заметно бросалось в глаза, была татуировка, покрывавшая всю левую руку. Рукав состоял из многочисленных красных роз с острыми шипами, умело выбитые мастером. Тонкий чёрный контур изящно подчёркивал ярко-огненные лепестки цветка и казалось, что они были словно живые, но не требующие подпитки.       — Зачем тебе это? — почти сурово осведомился Айви, показывая взглядом на руку.       — Ты про это? — посмотрев на художество, Вета хитро улыбнулась. — Эта татуировка отображает смысл моего псевдонима. В своих кругах я известна под именем Красная роза. Классно звучит, не правда ли?       — Почему роза? И почему именно красная? У тебя ведь цвет волос даже чёрный.       Услышав его ответ, девушка заметно скуксилась. Хитрая улыбка, что до этого играла на её лице, вмиг померкла, и на смену ей пришла высокомерность.       — Ты, видимо, из тех мужчин, которые ценят только внешность, — холодно ответила она, гордо выпрямившись. — Внутреннее состояние тебя, как охотника за женскими прелестями, мало интересует. Но всё же я тебе откроюсь. Меня так зовут, потому что я дерзкая и колючая, словно шипы этого цветка, — она резко ткнула указательным пальцем в одну из частей рисунка. — А красная, потому что в момент страсти я могу обжигать, как языки пламени, и могу быть такой же красивой и изящной, как лепестки розы. Но тебе, видимо, этого не понять никогда. Потому что ты холодный и бесчувственный, как глыба льда.       Девчонка со злостью стукнула кулаком по бочку, надеясь вызвать в мужчине чувство стыда, но тот остался таким же спокойным, ничуть не обидевшись на её громкие выражения.       — Но глыба льда зато способна охладить розу и превратить её в замёрзшую статую, и тем самым дать ей погибнуть. А на счёт моей эмоциональной холодности. Откуда ты знаешь, какой я? Ведь мы с тобой знакомы каких-то тридцать-сорок минут, и поэтому ты не вправе делать обо мне такие выводы, как следуя не заглянув в мою душу. Хотя бы потому, что я не пускаю туда случайно знакомых людей. А вот твою жалкую душонку я могу изучить хоть прямо сейчас.       Произнося последние слова, Эштон с каждой секундой уверенно надвигался на свою «жертву», на ходу скидывая свитер. Вета немного заскулила, пытаясь вжаться в стену, но в этот момент мужская рука уверенно схватила её за шею, слегка сдавив. Едва она хотела вскрикнуть, как мягкие губы с жаром накрыли её собственные и от этого возник вкус чего-то необычного. Чего-то странного, но в то же время чего-то… приятного. Она пыталась сопротивляться, пыталась вырваться, но мужчина налегал на неё всем телом, блокируя любые попытки сделать это. Осознав своё печальное, а может быть, и не совсем печальное положение, девушка покорно положила свои тонкие ручки ему на шею, уверенно сцепив их в замок. Ему это было только на руку. Приобняв правой рукой за талию, левой он аккуратно проскользнул в нижнее бельё и как можно нежно прошёлся пальцами по ткани, пытаясь нащупать прослушивающее устройство, но всё было чисто. Ту же самую операцию он проделал и с лифчиком, и опять результат оказался таким же.       Не теряя присутствия духа, он осторожно коснулся пучка густых волос и резко вынул из них маленький крабик, отчего они плавными волнами упали на плечи девушки, заставив его громко втянуть ртом воздух.       Но и локоны вместе с милым аксессуаром оказались такими же чистыми, по крайней мере без явных намёков на жучок.       — Знаешь, ты невероятно счастливый человек, — хрипло ответил сероглазый, стараясь контролировать внутреннее самообладание, дабы не сорваться и действительно не начать своё мужское дело. — И я с уверенностью могу сказать, что ты проживёшь долгую и очень счастливую жизнь.       Его немного хриплый голос вызвал на её лице смущение, отчего она и правда стала похожа на розу — такая же красная, такая же огненная.       — Ты что ясновидящий? — смущённо осведомилась девушка, встречаясь с его хитроватым взглядом и слегка игривой улыбкой.       — Можно сказать и так, — ответил Эштон и… медленно выдохнул, радуясь тому, что ему не придётся воплощать свои чёрные мысли о ликвидации красавицы. — Ты славная и вовсе не такая колючая, какой хочешь казаться. — Его комплименты таяли в ухе, вызывая в душе девушки трепет, смешанный с учащённым сердцебиением. — Одевайся, солнышко, нам пора выходить отсюда.       Айви поднял с пола свитер и ловко вывернул его на лицевую сторону, при этом бросив очередной игривый взгляд в сторону красавицы.       — И всё? А дальше? — Вета с изумлением смотрела на него, не желая признавать тот факт, что все её действия оказались напрасными.       — Солнышко, здесь довольно холодно, чтобы продолжать этот прекрасный момент. Поэтому, если не хочешь заболеть, лучше оденься и пройди, пожалуйста, в зал ожидания. И, — он вновь приблизился к ней, шепча в самое ухо: — не вздумай проворачивать это здесь с кем-то ещё. Поверь, даже самые безвыходные ситуации не стоят того, чтобы опускаться до такого уровня. — Он нежно провёл пальцами по красному личику, замечая, как в глазах скапливаются слёзы. Слёзы… неожиданного счастья.       — Ты сам-то расслабился? — шепчет она, пытаясь сдержаться.       — Да, — уверенно ответил Айви, смотря на неё непринуждённым взглядом, держа руки на поясе. — Мне немного стало легче. Надеюсь и тебе тоже, розочка.       Вета вновь слабо хихикнула, а затем смущённо подняла футболку с кофтой, прикрывая ими грудь. Эштон вновь вздохнул, а затем закрыл за собой дверь, погружаясь в свои размышления…