Все из-за физики

- То-о-ох... Тоха. Да, блять, Тоха! - Антона резко дёрнули за плечо. От теплоты нагретого места за партой, где больше не было противного Семёна, от монотонного гула школы, Петров даже не заметил как задремал. Он дёрнулся, пытаясь проснуться, даже не поняв по началу кто его так дернул. На секунду он даже испугался, что он не услышал звонка на урок и это его дёрнул учитель. В этом случае, можно было бы снова попрощаться со спокойной жизнью в школе. - А? Что? - Антон проморгался и глянул на друга, что сидел за партой напротив него. Это была не его парта, за которой он сидел обычно, а значит перемена ещё не закончилась, к тому же вряд ли учительница позволила бы Пятифанову развернуться спиной к доске так заметно. - Ты по ночам ваще спишь, нет? Что не перемена, то ты дрыхнешь, - Ромка фыркнул. Ну да, ему то хорошо, не надо ходить на кучу дополнительных, а потом ещё делать домашку и параллельно готовится к экзаменам. Хорошо ему. Антону было даже слегка завидно. - Не выспался просто... - Антон поправил очки, потирая щеку, на которой теперь был след от его рубашки. - Слуш, Тох... - Пятифанов заговорщецки наклонился к нему, уперев руки о чужую парту. - Выручи по-брацки, а? Антон оторвал взгляд от чужих рук и посмотрел на Ромку. Главное чтоб он не закатал рукава, а то иначе Петров совсем не поймет о чём идёт разговор. - С чем? - Тоша поднял бровь. - Да тут запара такая, прикинь! Меня отчислить нахуй хотят! - Ромка нахмурился, бросив взгляд на учительский стол. Ну надо же. И правда, с чего это вдруг его отчислять вздумали? Он же на все уроки ходит, домашку всю делает, учителям не хамит. Ну прям пай-мальчик же! - И что? - Антон тоже слегка склонился к Ромке, метнув взгляд с учительского места на друга, стараясь выглядеть участливо. В нос тут же ударил запах Пятифанова: резкий запах сигарет, которым он провонял целиком и полностью, и сильным одеколоном, которым он пытался скрыть предыдущий. Петров точно помнил, когда Рома начал так пахнуть. Нет, не запахом сигарет - ими он пропах кажется как только вылез из утробы, а одеколоном, это было сложно не заметить - Ромка словно чуть ли не всю бутылку выливал на себя каждое утро. Антон даже слегка поморщился от едкого амбрэ, что витал возле его друга. - Ну и вот... - тот благо этого не заметил, снова глянув на Тошу. - Сказали короче сделать вот эту тупую херню по физике, - Пятифанов бросил на стол учебник, где на одном из листов, с краю, была прикреплена розовая бумажка, а нужное задание было отмечено карандашом. Петров пробежался глазами: особо ничего сложного. Он снова поднял голову на друга. - Ты хочешь, чтоб я это за тебя сделал? - Ну типа? - Ромка дёрнул плечами. - Мне кажется это не лучший вариант, - Антон поправил очки средним пальцем. - Э? Не понял. Чё эт вдруг? - Пятифанов нахмурился, смотря на Тоху. - Наша учительница не глупая. Если я это за тебя сделаю - она тебя вопросами закидает по задачке. Ты на них вряд ли ответишь. Лицо Ромы стало ещё мрачнее - он задумался. - Черт... А ведь ты прав. И чего делать будем? - он сморщился, смотря на учебник, а потом поднимая взгляд на Антона, стараясь выискать в них хоть какую-то помощь. Пятифанов выглядел в этот момент так мило и жалко одновременно. Тоха вздохнул, потерев шею. - Думаю, я могу попробовать тебе ее объяснить. Может даже сам сделать сможешь. Я сегодня свободен, так что можем после уроков сегодня ко мне пойти, - Антон закрыл учебник и поднял глаза на друга. Тот сразу просиял. - Да без б! Ух, спасибо, Тоха, выручил! - Ромка привстал со стула и потянулся к нему, заключив в объятья. Петров слегка покраснел - редко когда подобное случалось. Одноклассник его был скуп на проявление такого вида эмоции, а когда дело доходило до телесного контакта - старался сделать его как можно короче. Но тут видимо волна благодарности накрыла Пятифанова как волной, оттого объятья их продлились дольше обычного. И чем дольше это продолжалось тем сильнее заливался краской Антон. По спине прошёлся табун мурашек, чувствуя как на ней лежат мозолистые сильные руки. Антон часто ловил себя на том, что засматривается на руки Ромки. Они чем-то напоминали ему отцовские, особенно когда Рома повзрослел - сильные, мозолистые, со старыми шрамами и новыми ссадинами, со сбитыми костяшками и неухоженными ногтями. Антону хотелось их касаться, провести пальцами по костяшкам и подняться выше - к запястью, обвести видные вены на нем и эту костяшку с внешней стороны. А потом пойти выше по руке - к локтю, потрогать чувствительную кожу со внутренней стороны, а потом снова выше к плечу, затронув бицепс. По началу все не было настолько плохо, но чем дальше, тем больше это походило на какие-то эротические фантазии, которые заставляли Антона дёргаться каждый раз, как Рома касался его. И это ужасно напрягало. Антон не хотел портить дружбу с Ромой, особенно из-за своих грязных, пошлых, пидорских фантазий. Пятифанов наконец отстранился от друга и подмигнув ему, довольно улыбаясь вернулся на свою парту. А тут и звонок оповестил о начале урока. Оставшийся день пролетел быстро, поскольку в голову Антона закралась идея. Мерзкая, противная, но от чего-то такая манящая, что в животе сладко заныло. Петров поерзал на стуле от предвкушения, ожидая конца урока. Но чем ближе он был, тем больше Антон терял уверенность в своем плане. Не известно как Рома на это отреагирует: может перестанет общаться, изобьет или того хуже - расскажет об этом всем? Его размышления прервал голос: - Тохаа! Да еп твою мать, ты опять уснул что ли?? - Рома пощелкал пальцами у него перед носом. Такой жест тут же отрезвил Антона, заставив перевести несколько хищный взгляд на руки. - Мы идём к тебе нет? - Рома уже ждал его с портфелем на плече. - А... З-знаешь, Ром.... Наверно, нет, - он не хотел этого говорить. Совсем не хотел! Это было не то! - Чего? - Ромка даже опешил и с непониманием глянул на Антона. - Тоха блять, не по-пацански поступаешь! - он оскалился, опираясь на парту кулаком. Ну все. Давать заднюю уже поздно, если конечно Тоша не хочет выглядеть в глазах своего друга охуенным приколистом, которому хорошо бы вмазать разочек для профилактики. - Просто... - Петров глубоко вздохнул, пытаясь справится с нервозностью и поднял на Рому глаза. - Просто я вспомнил, как я попросил у тебя поларойд. Когда мы за него еще в камень-ножницы-бумага играли, - Антон старался дышать ровно и спокойно, стараясь всеми силами показать серьезность своих намерений. - Ну и че? - Ромка непонимающе нахмурился, не до конца допирая куда его друг ведет. - А то. Помнишь, что ты мне тогда сказал? Что ты такими дорогими вещами не разбрасываешься, - Антон встал, начав плавно и с излишней аккуратностью складывать вещи в портфель. - И предложил мне сыграть... - Ну и? - с раздражением выдыхает Пятифанов, надеясь поторопить Антона. - Ну и то, что мое время - тоже ценный ресурс, Ром. И вместо того, чтоб помогать тебе, я бы мог сам заняться подготовкой к вступительным экзаменам. Ну или к примеру с Олей поиграть... Или еще чем-нибудь заняться... - Антон водил глазами по классу выглядя нарочито спокойным. Однако сердце у того колотилось как у испуганного зайчонка: он опасался, что Пятифанов просто рассвирепеет от такой наглости, ведь никто не смел ему перечить, а тут какая-то блоха решила себя главной почувствовать. Однако, когда Антон уже был готов давать заднюю, посмеяться и сказать, что это все была шутка, Рома неожиданно усмехнулся и выпрямился. - Плохо я на тебя повлиял. Такие речи задвигаешь, охуеть не встать, - тот тихо посмеялся, скаля желтоватые зубы. - Ну хорошо, мистер-сама-занятость, чего ты хочешь? - он выпрямился, становясь больше Петрова раза в два, если не в три, и сунул руки в карманы олимпийки. Сам Антон кое-как сдержался, чтоб не вздохнуть с облегчением. Столько лет прошло, но он до сих пор побаивался Рому, но что самое печальное - не без основательно. Между Бяшей и Пятифановым, редко, но случались стычки, когда они бились чуть ли не на смерть. Но Антон, в отличие от Бяши, не славится спортивной кондицией или хоть какими-то знаниями в области уличных драк. Смотреть как всю дурь вышибает Ромка из каких-то парней одно, а вставать на против него в драке - совсем другое. И вот последнего Антону больше всего не хотелось бы. Его метод — это выяснение отношений в горячем споре и забрасыванием оппонента аргументами, пока тому нечего будет возразить. Но Ромка слишком долго работать языком, а уж тем более головой не шибко любил, а вот кулаками - это запросто. - Что я хочу... - Антон сложил губы бантиком, смотря пол, изображая бурную мозговую деятельность. - Давай реще, а то до второго пришествия тут простоим! - Ромка снова нахмурился, сложив руки на груди, по его беглому взгляду, который ходил по всему кабинету - уже пустому - было видно, как он нервничает. Если подождать еще чуть чуть, то начнет ногой топать. Антон усмехнулся. - Хорошо, я придумал, - Антон закинул остатки учебников и пенал в рюкзак. - Расскажу дома. Идем, - он обогнул Ромку, выглядя крайне довольным, успешно провернутым планом. Однако это была первая часть, пускай она и была самой сложной. Теперь же, вопрос стоял в том, как долго Рому будет сдерживать несделанная домашка. Как долго Рома сможет продержаться, прежде чем отскочит от Антона как от прокаженного, ударит его по лицу, а после забьет до смерти своими сильными руками? Петров жарко выдохнул, думая об этом. Он хочет попробовать. Хоть раз в жизни. Ведь если он этого не сделает - будет жалеть всю оставшуюся жизнь. Он должен рискнуть. Дорога до Антонова дома пролетела очень незаметно. Каждый из парней был в своих мыслях, а потому шли молча. Лишь Пятифанов время от времени выругивался, наступая в своих вообще-то летних кедах в сугроб, который оказывался ему по колено. Сняв куртки, они уже было поднялись на второй этаж - в комнату Антона, но тот остановил своего друга. - Иди руки помой. - Чего? - такая неожиданная просьба не могла не озадачить Рому. - Нахера? - Надо. Просто иди и помой. До локтей и с мылом. Я пока задачник по физике найду, - Тоша резко развернулся, преодолевая оставшийся путь по лестнице один. Его друг все так же озадаченный стоял посреди прохода. Но только зайдя в свою комнату, Петров не без удовольствия услышал тяжелые шаги вниз и приглушенный звук воды. Рома вернулся в комнату, опуская рукава олимпийки. - Ну так что? Че те надо-то? - он глянул на Антона. - Садись на кровать, - тот с толикой властности указал рукой на кровать. Рома поднял бровь, но послушно прошел и сел. - Закатай рукава, - последовал следующий приказ. Тот снова послушался. - А теперь дай мне руку, - Антон неожиданно опустился на колени, заставив парня перед ним занервничать от такого действия. - Тох, ты че... - Тебе нужна помощь с домашкой или нет? - Петров даже сам удивился тону, которым он это сказал. А он и не знал, что он так умеет! Рома несколько недоверчиво протянул Тоше руку ладонью вверх. Парень ласково, взял теплые пальцы Пятифанова в свои и прикоснулся губами к ладони. Услышав, как Ромка собирается запротестовать, тот бросил на него взгляд, который ясно говорил, что если тот скажет хоть слово - физику будет решать сам. Тот очень четко поняв посыл клацнул зубами, закрыв рот. Антон горячо выдохнул, опалив дыханием чужое запястье. Все в этом мире резко прекратило свое существование - теперь был здесь только Антон и предмет его эротических фантазий. Губы его скользнули по шершавой ладони, на которой еще красовалась не пойми откуда взявшаяся ссадина. Он двинулся дальше - к запястью. Его влажный язык сначала легонько, но потом куда более смело, двинулся по выступающим венам. Чужая рука неожиданно вздрогнула и где-то сверху послышался напряженный вдох. Антон чуть шире приоткрыл рот, касаясь кончиками зубов нежной кожи на запястье, широко проводя по ней языком, оставляя влажную дорожку. Эйфория накатывала с головой, приятная щемящая боль из груди перетекла в живот, а после еще ниже - в пах. Но Антону было все равно, даже если он кончит себе же в штаны. Его мысли будто отключились от реальности и теперь не существовало даже самого Ромы - были лишь его руки. Петров ласково прикусил кожу возле вены и сдвинулся в бок, все таки обведя языком эту ненавистную костяшку. Перевернув руку, тот провел губами по кисти, переходя на костяшки, целуя каждую незажившую ранку на них. Потом настал черед пальцев, которые так и не скрылись от Тошкиных зубов и языка. Он взял один палец в рот, обведя его языком и слегка прикусив. И тут до него резко дошло, что Рома слишком уж долго молчит. Возбуждение как рукой сняло и вместо него пришла паника. А вдруг это слишком? Вдруг Антон сейчас собственными руками - или точнее ртом - просто рушит всю их многолетнюю дружбу. Он поднял взгляд на Рому и сам не заметил, как залился румянцем. Пятифанов сидел, красный как вареный рак, закусывал нижнюю губу так сильно, что еще чуть-чуть и он откусит ее напрочь. Уши и шея так же горели. Сам Ромка изо всех сил пытался дышать ровно и не издавая ни единого звука. Свободной рукой он натягивал олимпийку вниз, вцепившись в нее пальцами так сильно, что костяшки побелели. Ромка смотрел вроде бы на Антона, но такое ощущение, будто сквозь него, так что даже не заметил, как тот поднял голову, встречаясь с ним взглядом. В этот же момент Пятифанов вздрогнул всем телом и чуть не подскочил, собираясь выпрыгнуть из комнаты в окно, прямо головой в снег, который бы наверняка растаял, как только он бы его коснулся, но взятая в плен рука мешала ему совершить это действие. - Р... Ром... Ты... - Петров опустил взгляд на место, которое так старался прикрыть его друг. - З-заткнись! - Антону резко закрыли рот рукой, держа за щеки. - Блять, просто заткнись! Я не педик, ясно!? Антон удивленно смотрел на парня, но после перевел взгляд на руку. А вот это было неожиданно. То есть... Рома так возбудился только от облизывания руки? Хотя кто бы говорил, сам Антон был готов кончить себе в штаны буквально секунду назад, облизывая эту самую руку! Так что уж точно не ему его осуждать. В прочем, Тоха и не хотел. Руки Петрова ласково прошлись по открытой коже Ромки, поглаживая внутреннюю сторону локтя и проводя в низ к запястью. Хулиган снова вздрогнул, только чужие пальцы коснулись его. Ладонь, закрывающая чужой рот, была плавно опущена. Повисло ужасно неловкое для обоих молчание. - Это... - первый не выдержал Антон. - Мы... вроде физику делать хотели? Да какая уж тут физика, если у обоих в штанах по стояку! - Да какая уж тут физика... - как-то обреченно прочитал Тохины мысли Ромка. Вот уж точно. Снова повисло молчание. Петров обвел глазами пол, после чего пройдясь взглядом по бедрам в спортивках. А у Пятифанова не только руки были хороши оказывается! Ромка вздрогнул от прикосновения к колену и от скользящего движения вверх. - Тогда... Может я помогу тебе с еще одной проблемой? - Антон многозначительно пододвинулся ближе к ногам друга, проводя еще и второй рукой по его бедру. Ромка ошалело смотрел на все это, но потом лишь усмехнулся, снова оскалив острые зубы. - Тогда я в долгу не останусь, зайчик.