Игра королей.13 карт и Т/И.REMASTER

— Сволочи! Не прощу! — Т/И неслась по коридору, даже не беспокоясь о том, что шум её громких шагов и гневного шипения эхом разносятся по всему дворцу. Шуршали ткани брюк и блузы, разлетались штанины и рукава, звенели украшения. — Предатели! Всех ваших дипломатов из страны вышвырну! Да и в самом деле. Наплевать. Единственное, что волновало королеву Н/Г — выход отсюда. Глубокая обида больно отдавала в груди. Ты никак не ожидала такой подставы от товарищей. И ведь не вторжение, не подстрекание населения к революции…натуральная война. Смотрят друг на друга так свирепо, будто глотки готовы перегрызть. Не братья, а кровные враги. И воюют не за ресурсы, не за территории, а за твою руку. Кому-то это могло бы показаться романтичным, но никак ни тебе. Как выражаются в народе: шутка хорошая, но ситуация страшная. Путь к спасению проходил через один из крупных залов, который к тому же служил парадным выходом из дворца. Как и ожидалось, массивные резные двери, которые доставали до самого потолка, были закрыты. Не просто закрыты — заперты. Потратив минуту на попытки сдвинуть громоздкие двери с места, Т/И махнула рукой на это дело, плюнула для уверенности и побежала дальше. До нужного восточного коридора рукой подать. Подбирая развивающийся плащ и длинные тяжелые штанины, которые со стороны напоминали юбку, девушка с ужасом отсчитывала отведенные ей секунды.

***

Наконец знакомые стены. Пробежав вдоль ряда украшенных дверных проёмов до самого конца, ты завернула в последнюю спальню. Захлопнув за собой дверь с собственными инициалами, королева Н/Г тут же принялась ковыряться в замке, чтобы закрыть понадежнее. Страх, что сейчас кто-то с силой дернет дверную ручку, наоборот подстегивал. — Ну я вам задам, когда в Н/Г вернусь… — ворчала себе под нос Т/И, подходя к шкафу. Распахнув дверцы, она попыталась потянуть на себя потайную заднюю стенку и…ничего. Дёрнула ещё раз. И ещё. Никаких результатов. Пошарив пальцами по всей поверхности, ты убедилась в том, что там нет той самой сдвигающейся пластины. — Ерунда какая-то. Отойдя от шкафа на пару шагов, ты поняла, что с ним что-то не то. Мебель была крайне похожа на изначальную, однако были и несостыковки: все та же задняя стенка, к примеру. Упав на колени, Т/И стала глазами искать печать страны-изготовителя — Вероны. Там материалы дешевле… Скользя взглядом по гладкой деревянной поверхности, ты таки уперлась в клеймо и выгравированную пробу с двумя звездами — Куроград. — Куромаку… — ты поморщилась, — Вот же… — на ум приходила одна нецензурщина. — Скотина. Подскочив на ноги, глава Н/Г смахнула пряди волос с лица и, не способная совладать со своей злостью, со всей дури пнула шкаф перед собой. Мебель ударилась о стену и слабо качнулась. Твою разболевшуюся от стресса голову осенила идея: — Точно! Проход же должен остаться! Закатав аккуратные рукава роскошного наряда, ты скинула со своих плеч накидку и ухватилась за ребра шкафа. Рывок за рывком ты смогла кое-как отодвинуть эту махину на приличное расстояние. В целом, тебе хватило бы сил попросту снести несчастный гардероб одним махом, но в таком случае шкаф бы упал с таким чудовищным грохотом, что весь Карточный мир бы услышал. Пришлось сцепить зубы и, уперевшись ногой в стену, двигать мебель сантиметр за сантиметром. После каждого твоего движения шкаф зловеще пошатывался, будто бы одна из его ножек была короче остальных трёх: — Хреново вы в Курограде мебель делаете, мрази..! Наконец сдвинув преграду на достаточное расстояние, чтобы протиснуться, Т/И промакнула вспотевший лоб платком из рукава и осознала, что…никакого прохода нет. Прижавшись к стене всем телом, ты не почувствовала неровностей ни щекой, ни руками: ни следа, ни трещины. Твоё нижнее веко стало нервно подёргиваться. В глазах застыли слёзы, в груди собирался крик отчаяния. Последний туз из рукава нагло украли. Только ты попыталась собраться с мыслями и ещё раз всё обдумать, как вдруг в коридоре послышался чей-то резкий армейский шаг. — Пик… — одними губами пролепетала Т/И, даже не оглядываясь на двери. Задергалась вылитая золотом дверная ручка. — Т/И, я знаю, что ты там! — Пиковый король пытался скрыть свой раздраженный положением дел голос. Получалось у него так себе. Вжавшись спиной в стену, ты забегала глазами по спальне в поисках хоть какой-то зацепки. Единственным замеченным тобой вариантом оказался балкон. Ручка вновь дернулась. Восьмой клон врезал ногой по двери, но та всё равно не пустила нежданного гостя в покои хозяйки. — Выходи или я заберу тебя силой. В ответ на угрозы ты лишь закатила глаза. — Если он выбьет дверь, то я не успею убежать… — Т/И озадаченно чесала затылок, игнорируя агрессивный тон императора. Да пусть хоть зарычит. — Ладно, другого выхода всё равно нет. — Дава-а-ай, чем больше шкаф, тем громче падает...! – с этими словами королева Н/Г втянула воздух и повалила гардероб на пол прямо перед дверным проёмом. Судя по треску досок, Пик принялся пробивать себе дорогу ключом. — Живой не дамся! Пока восьмой возился с тем, чтобы открыть дверь, которую подпер шкаф, ты выскочила на балкон, задурнув за собой темные полупрозрачные шторы. Маскировка уровня богини досталась бы явно не тебе. Под громкий долбеж в двери девушка повисла на резном ограждении балкона по пояс, оценивая высоту и обстановку в целом. Парадные двери заперты с внешней стороны заслоном из громоздких ящиков, возле которых с гордым видом стояли вооруженные стражники — солдаты Пиковой империи: — Вот дебилы-ы-ы… Твоя догадка верна — выйти по-прямой не выйдет. Прыгать? Высота аномальная, ты сломаешь ноги и, в подарок, шею. — Не-ет, смерть пока в планы не входила, — Т/И огляделась вокруг. Никак иначе до машины и до Н/Г, соответственно, не добраться. Придётся играть по чужим правилам. Девушка оторвала ноги от мраморной поверхности, свесив руки с перил, — Если не отпустит, буду угрожать, что спрыгну… — скучающе бубнела ты, пытаясь найти хоть какие-то пути отхода. Неподалёку, чуть ниже (ага, на три метра), был другой балкон, примыкающий к одной из общих гостиных. Может, удастся избежать такой скорой поимки? В целом, это могло бы сработать, если взять должный разгон. – Бинго. Отойдя от перил на максимально возможное расстояние, ты стала считать удары. Приблизительно с пяти «залпов» Пик выломает дверь и сдвинет шкаф на достаточную дистанцию, чтобы пролезть в твоё логово. Раньше сбегать нельзя — нужно дождаться, когда он всё же вломится в спальню. Заманить. — Раз… — девушка нервно вдохнула, — Два… — снова послышался деревянный треск, — Три… — лязгнули дверные петли. Теперь Пика удерживал лишь подпирающий дверь шкаф, — Четыре… — громкий шум сдвигания чего-то тяжелого отрезвил тебя. — Пять. Разогнавшись, ты перемахнула через перила и спустя секунд пять полета коснулась ногами плитки соседнего балкона. Боль от падения с трех с половиной метров прошлась от ступней и засела в коленях, заставив тебя закрыть себе рот ладонями, чтобы не закричать от боли. Проехавшись по гладкой поверхности подошвой, королева едва не повалилась на свой королевский зад. Отряхнув одежду от витающей в воздухе пыли, Т/И с тихим болезненным скулежом шмыгнула в гостиную, боясь попасться на глаза Пику. Он ведь наверняка уже вломился в комнату и во всю ищет там следы беглянки. Проверив коридор на чье–либо присутствие, ты глубоко выдохнула и отравилась в самое надежное из мест, которое только пришло на ум. (А теперь развилка на то, какой клон и где нашел Т/И. Клоны идут не по порядку!) В тронный зал! По идее все клоны уже должны были разбежаться по разным углам дворца, а значит этот самый тронный зал пуст! Придерживаясь выражения «Хочешь что-то спрятать, оставь это на самом видном месте», ты максимально тихо и осмотрительно помчалась в ранее названное помещение. Вас нашёл Габриэль Pogo — Alice https://eu.hitmotop.com/song/73776147# Eyedress — She looks just like a dream https://eu.hitmotop.com/song/75315337# Alvaro Soler — El Mismo Sol (speed up) https://eu.hitmotop.com/song/74751364# Мысленно молясь всем известным богам и богиням, Т/И рысью мчалась по коридору, оглядываясь после каждого поворота и забиваясь в угол при любом неожиданном звуке. Из-за того, что сердце с безумной силой колотилось о ребра, ей казалось, что она не доживет до следующего утра. Поскорее бы всё кончилось… Завернув в, казалось бы, незаметный темный проход между залами, ты вновь оглянулась через плечо и…хлоп! На полной скорости врезалась в чужое худощавое тело. По спине градом сошли три литра пота. — Твою мать…! — ругнулась королева, инстинктивно цепляясь руками за хоть какую-то опору, лишь бы не упасть. Длиннопалые ладони сомкнулись на талии. Некто с трудом удержался на ногах, спасая тебя от падения на пол. Нервно выдохнув и передернув плечами, Т/И подняла глаза на своего «спасителя», после чего глубоко и крайне облегченно выдохнула, неосознанно сжав его плечи чуть крепче. — Ой, Т/И! — зрачки бубнового вальта на секунду сузились, однако тут же расширились. Эльфу пришлось напрячься, чтобы в темноте разглядеть миловидные черты женского лица. Получалось у него так себе. — Нашлась! Только я ещё не начал искать. — В смысле? — ты склонила голову набок, глядя в большие вытянутые глаза. — Как не начал? — В прямом, — ответил Габриэль и дернул ушами, точно также склонив голову набок. — Ещё не начал. Я потерялся. Но зато ты нашлась! Ты слегка смятенно, но при том умиленно усмехнулась. Румяные от продолжительного бега щеки ещё сильнее порозовели. От чего-то ты доверяла первому клону, без опаски стоя перед ним в кромешной тьме. — А за что я держусь? — внезапно спросил он, отвлекаясь от своей вроде как первостепенной задачи. — За меня, Гэб, — моментально отозвалась ты, не придав тому особого значения. Т/И в ответах на вопросы Габриэля отличалась виртуозным мастерством и незамедлительностью ответов. Хотя иногда всё равно приходилось задумываться. — А…А за какую часть тебя? — парень стал ещё старательнее вглядываться в темноту, при том чуть сильнее сжав пальцами женскую талию. Т/И напряглась, чувствуя, как худая ладонь неуверенно соскальзывает с пояса вниз, к ягодицам. Разумеется, Габриэль не собирался к ней приставать или откровенно домогаться. Скорее наоборот. Эльф действовал из чистого любопытства и даже беспокойства: а вдруг он тебя за какое-то интимное место держит? Неприлично ведь. Правда первый не знал, что грань приличия он уже пересёк. — За талию! — ляпнула ты, не зная, как остановить чужую руку. Он ведь не знает, что делает. — Это тут? — ладонь вальта улеглась на округлость бедра. Голос его звучал настолько наивно, что даже мило. И ведь его не смутил тот факт, что твоя «талия» так низко и такая выпуклая. Ну хоть за задницу не схватил (хотя был близок), уже молодец. — Нет, тут, — Т/И сама нашла в темноте заблудшую мужскую ладонь и, оторвав её от своего бедра, уложила обратно на талию. — А! — он удивленно и даже восхищенно снова сжал женский бок, вызывая легкую щекотку и табун мурашек по твоему телу. — Так я тут и держал, разве нет? — Габри, давай о другом… Что там было? — поинтересовалась Т/И, позабыв о минувшей тревоге. Крайне безобидный на вид Габриэль вселял надежду в лучшее. Умиление вскружило голову. — Ну, по плану. — М-ммм… — сосредоточенно протянул он, в то же время шевеля ушами из стороны в сторону, будто антеннами: старался уловить все поступающие с эхом звуки. — Что-то про посадить на трон… Я прав? — Ты прав, — кивнула ты и вновь улыбнулась вальту. Зрачки в его глазах достигли совсем небывалых размеров. Края ушей резко опустились вниз. Ощутив приятное прикосновение тонких пальцев на своих волосах, Габриэль, похоже, в край растаял. — Тогда ты позволишь мне...? — не договорив вопрос до конца, он притих и уставился на тебя. Большие черные зрачки напоминали два громадных кошачьих глаза. — Позволяю, — кратко подтвердила Т/И и расслабленно выдохнула. — Хорошо! — бубновый мигом смахнул с лица гримасу удовольствия и легко подхватил королеву на руки. Худощавое телосложение оказалось крайне обманчивым. Ты сдержала смешок, сомкнув длинные ноги. Встав поближе к стене, валет вслушался в тишину коридоров. — Пусто, — и это даже не вопрос. Слабо кивнув своим мыслям, он сосредоточенно нахмурился и двинулся в путь. До тронного зала отсюда рукой подать, но осторожность не помешает никому. Ухватившись за длинную шею и поджарые плечи, Т/И с затаённым дыханием наблюдала за тем, как уверенно и ничуть не спешно Габриэль шел к своей цели, без вздоха отдышки держа девушку на руках. Тонкие женские пальцы случайно задели оперение стрел в колчане. — Я правильно иду? — подозрительно серьёзно спросил эльф, старательно вглядываясь в кромешную тьму коридора. Зрачки его максимально расширились, ловя любые частицы света, которых и так было в недостатке. — Вроде да… — неубедительно пробормотала ты и сощурилась. — Ничего не вижу… — Я тоже, — отозвался Габриэль и вдруг замер. Перехватив тебя всего одной рукой, будто держит не взрослую женщину, а котенка, он чиркнул пальцами куда-то в сторону стены. Из длиннопалой ладони выстрелил короткий сноп золотисто-медных искр. Что-то зашипело и темноту озарил свет непривычно искрящегося огня. — Так лучше? — Тут всё это время был факел?! — недоуменно воскликнула ты, упираясь руками в плечи вальта и уклоняясь от его торчащих ушей, чтобы разглядеть чудесатость на стене. — Тише! — шикнул на тебя Габриэль, приставив выбивший искры палец к губам. Затыкать подобным образом он мог лишь тебя: остальные получали по губам, причем неслабо, ведь эльф силу не контролировал. Ты послушно накрыла рот ладошкой. — И всё-таки, я правильно иду? Ответом послужило громкое и вполне членораздельное «Угу!». Валет вновь умостил руку под твоими бедрами, вторую сместив на плечи. Навострив уши, он стал делать более уверенные шаги в некотором роде осветленную темноту. Спустя пару-тройку минут вы всё же добрались до пункта назначения. Габриэль лёгкими шагами обошел стол против часовой стрелки и остановился в шаге от своего престола. Посредине высокого изголовья слабо поблескивали грани медово–рыжего янтаря в форме ромба, напоминающего бубну. Красноватый отлив прибавлял ему сходства. Осадив помещение долгим взглядом, бубновый валет выдохнул. Подойдя к широкому круглому столу, он усадил туда притихшую тебя, после чего снова кивнул самому себе. Обойдя свой трон, Габриэль скрылся из твоего поля зрения. Т/И стала пытаться заглянуть за преграду сбоку, вытягивая шею. Внезапно громадная мебель стала отъезжать назад. — Габри, ты чего? — позвала ты его, не бросая попыток увидеть вальта. Парень тут же выглянул из-за трона. Отряхнув ладони, он вновь торопливо поднял девушку на руки, после чего усадил уже на свой престол. Т/И слабо усмехнулась, слегка ёрзая пятой точкой по новому месту. Вроде бы трон точно такой же, но ощущается всё равно иначе. — Я хотел смотреть тебе в глаза, — Габриэль легко и не задумываясь ответил на вопрос невесты. Королева тихо вздохнула, касаясь своей груди. По кончикам пальцев прошла вибрация от гулко стучащего сердца. Её тронула такая искренняя нежность. — Теперь ты — моя жена? — валет оглянулся на поверхность стола и, заметив головной убор напротив твоего же трона, снял свою охотничью шляпу с пером, уложив её подобно твоей. После уселся напротив тебя на стол и упер локоть в колено, подперев им щеку. Беспардонный вопрос в купе с прямым зрительным контактом заставили Т/И смущенно хихикнуть и широко улыбнуться. — Ещё не жена, — поправив его, ты деловито закинула ногу на ногу. — Когда ты сделаешь мне предложение руки и сердца, я стану твоей невестой, а ты моим женихом. А когда заключим брак — стану женой. — А я — твоим мужем? — словно любознательный ребёнок, Габриэль старался вникнуть в суть твоих слов. Т/И многозначительно кивнула. Бубновый валет вдумчиво почесал затылок. — Ромео говорил, что это делается с кольцом… — пробормотал он, опуская ногу со стола и слегка выпрямляясь. Ты склонила голову набок, вскинув бровь. — Ты станешь моей невестой? А потом женой? А взгляд будто у котёнка, который умоляет взять на руки и унести домой, в тепло. Габриэль ничуть не давил на жалость и не пытался тобой манипулировать — он не умел. В этом была его суть — он настолько чист, что его даже ненавидеть не за что. Сердце в груди продолжало больно колотиться о ребра. — Стану, — почти не медля, ты сцепила руки и зажала меж бедер, с интересом глядя на собеседника в ожидании дальнейших действий. Края эльфийских ушей дернулись вверх, после чего медленно, постепенно краснея от начала до конца, опустились вниз, к плечам. Габриэль неосознанно ссутулился, будто его неизведанным притяжением потянуло к земле. — Станешь…? Правда станешь? — зрачки в больших глазах стремительно меняли размер, иногда даже не одновременно. Ты запуталась, смотря то в один, то в другой. — Правда-правда, — Т/И почувствовала, как на смену зияющей черной дыре в груди разлилось тепло, что через кровеносные сосуды распространилось по всему телу. К щекам прильнул жар, лучами касаясь и лаская подрагивающее женское сердце. За спиной бубнового вальта противно зазвенели, почти заорали, настольные часы. Габриэль резко выпрямился, будто по поверхности стола пустили ток. Чувствительные эльфийские уши и острый слух охотника сыграли злую шутку. Спустя секунды две на весь замок завыла…главная сигнализация «Сердца мира». Т/И ощутила, как нечто вроде сверх звука проникло в ушную раковину, едва не разрывая барабанные перепонки. Что-то гудело, цветные стекла витражей трескались и сыпались, двери готовы были слететь с петель, но даже ужасающий шум их падения не заглушил бы центральной системы сигнализации. Бубновый валет зажмурился, зажав уши руками, как испуганный ребёнок. — ДА КАКОГО ЧЁРТА?! — ты даже не услышала собственных слов. Перед глазами всё тряслось и дрожало — четким оставался лишь сжавшийся силуэт Габриэля. Только королева нашла в себе силы подняться и попытаться выключить орущую сирену, шум вмиг прекратился. В ушах противно звенело, как из старого радио. Т/И недоумевала, от чего сирена выла так громко — оглохнуть же можно. — Э–э–а–а–а… — нечленораздельно протянул валет, моргая двумя глазами поочередно. Зрачки его превратились в едва заметно извивающиеся каракули, будто на глазном яблоке расписали шариковую ручку. Держась за голову, он сполз со стола, слегка пошатываясь. — И не говори… — устало поддакнула Т/И, массируя виски, чтобы прогнать головную боль. Заметив состояние жениха, она подскочила с трона и придержала того под локоть.

***

Своеобразный будильник оповестил каждого из ищущих о том, что их время вышло. Измотанные и разочарованные поражением, все, как один, с недовольными физиономиями вошли в залу. Кто-то молча переваривал разгром, а кто-то едва не рвал на себе волосы. — А лопоухий где? — удрученно ворчал Вару, шагая чуть ли не впереди всех, — Гляди ж потеряется и с голоду…сдохнет, — прервавшись на долю секунды, он замер, после чего снял очки и зажмурился, протирая их краем плаща. Вновь нацепив окуляры на нос, пиковый валет раздраженно выдохнул и перешел в режим капризного ребенка. — Да как так-то?! Этот скудоум её нашел, а я нет?! — Смотреть противно… — ты закатила глаза и отвернулась от вереницы явившихся королей, скрестив руки на груди и надувшись. Обида на предательство не отпускала. — Не суди книгу по обложке, — беспристрастно осадил пикового Данте, гордо глядя на своего вальта. Пускай были в его голосе ноты разочарования и легкой досады, однако бубновый король предпочел держать лицо и вести себя доброжелательно. Заинтересовавшись спокойным тоном, ты удивленно оглянулась на философа. — Габриэль, Т/И, мои поздравления! Рад за вас. В алых глазах блеснул огонь отчаяния. Валет одолел короля. Ты смерила его понимающе-сожалеющим взглядом, после чего вновь обернулась на первого клона, игнорируя остальных индивидов. — А мне теперь можно называть тебя своей королевой? — наконец прогнав из головы противный звон, Габриэль вопросительно уставился на Т/И. Получив кивок, он решил не останавливаться на достигнутом. — Правда можно? А Ромео продолжит? А ему тоже можно? — Боюсь, что Ромео теперь нельзя, — задиристо пробормотала ты, зарываясь пальцами в непослушные русые волосы. Бубновый валет довольно вдохнул, будто обласканный кот. Со стороны «проигравшей» кучки послышался отчетливый театральный выдох. Твоё лицо озарила надменная ухмылка. — Какая жаль… Вас нашёл Зонтик Алекша НОВИЧ — Тихий Океан https://eu.hitmotop.com/song/67241915 Буерак — Неважно https://eu.hitmotop.com/song/58443608 Элли на маковом поле — Хочется быть к тебе ближе https://eu.hitmotop.com/song/78393019# Julia Michaels, Niall Horan — What A Time https://eu.hitmotop.com/song/61664325# Благополучно обойдя наполненные странным шумом и возней коридоры, Т/И прижалась к стене, усмиряя гулко стучащее сердце. Нужно лишь затаиться в тронном зале и дождаться конца этого кошмара. А потом…пиши пропало. Им не избежать гнева королевы Н/Г. Сделав несколько финальных рывков, ты пулей влетела в зал и, закрыв глаза, судорожно выдохнула, спиной прильнув к холодной стене. Пришлось снова успокаивать сердце: — Паничка сгинь, сгинь скорее… Если паническая атака неизбежна, атакуй первой… Держась за грудь, ты не замечала никого вокруг. Осталось всего лишь… — Т–Т/И?! — широко распахнув глаза, Т/И до боли впилась ногтями в кожу под ключицами. Дрогнувший голос шестого клона заставил её сердце и заодно душу сделать в груди сальто, упасть в пятки, застрять между ребер и чудом вернуться обратно на законное место. — О создатель, Зонтик! — взвизгнула ты, с трудом отнимая руку от сердца, чтобы не порвать блузу, — Балда, чтоб тебя черти драли…! — на глубоком выдохе Т/И подняла взгляд на трефового вальта. Красные глаза, похоже, наполнились слезами. Ясно читалось в его взгляде: «Это я балда?!». Его расстроили твои слова. Неужто ты не рада его видеть? На деле же совсем наоборот. Вскоре тебе стало стыдно за своим слова: — Фух… Извини, нервы ни к черту. Хорошо, что это ты. Ещё разок ругнувшись для профилактики, королева вальяжно прошлась по длинному ковру прямо к широкому столу, уперевшись в его поверхность руками. — Ты, кстати, чего тут? — поинтересовалась жертва заговора, склоняя голову к плечу. — Да я и участвовать не хотел… Это же против твоей воли, — обиженный взгляд вальта опустился вниз, на стол. — Да и меня никто не заставлял тебя искать. Бездействием я, конечно, мало чем помогаю, но всё же… Ты понимающе притихла, мысленно ругая себя за то, что ровняла всех под одну гребёнку. Не все предатели. Не все лгуны. — Почему ты не обратила внимание?! — меланхоличный тон внезапно сменился тревожно-взбешенным. Валет трефы возмущенно нахмурил брови. — На что? — в противовес ему ты вскинула брови и запрыгнула на стол, шагая по нему, будто модель по подиуму. Твой наряд, кстати, и вправду демострировался на национальном показе мод Н/Г. Из всех работ ведущих дизайнеров и модельеров ты выбрала самый привлекательный и углубленный в культуру образ. — Я же...! Ну…! На азбуку Морзе! — Зонт хотел было уже ударить кулаками по столу, однако, так как на нем стояла ты, решил этого не делать. Голос его треснул на финальной реплике. Казалось, что его эта ситуация задела куда больше, чем тебя. — А-а-а… — саркастично соглашаясь, протянула Т/И и вышла на середину стола, — Так вот это… — она расставила ноги чуть шире плеч и, сложившись пополам, склонилась к гладкой поверхности, барабаня пальцами полнейшую ахинею. — …было азбукой Морзе? Вот я дура, спасения своего не узнала. Слегка светящиеся голубые глаза наполнились слезами. — Дурак тут только я… — всхлипнул трефовый и упал лбом в стол прямо перед твоими ногами и своим беретом, который он оставил рядом с национальным головным убором Н/Г, — Ты же не знаешь азбуку морзе… — один за одним послышались сдавленные всхлипы и хлюпанье носом. — Надо было сказать сразу...! Я бы помог тебе… Хоть чем-то… — Во-первых, — ты подошла почти вплотную к раскисшей голубой лужице и точно также склонилась вниз, чтобы быть на одном уровне с его глазами, пальцами аккуратно отодвинув берет в сторону. — Ты-то чего так расчувствовался? Не тебя же делят. — Это нечестно! — вскинув голову, треф задел кончиком носа твой подбородок и уперся взглядом миловидное женское лицо. Т/И от его резкого подъема даже не дернулась, зато сам Зонт залился краской и откинулся на спинку трона, изголовье которого украшал поблескивающий, чистый, словно слеза, голубой циркон. Закрыв лицо руками, он проглотил часть стекших по губам слез и продолжил, едва не заикаясь, — Насильно мил не будешь. Это несправедливо, даже пятилетние дети это понимают! Если ты никого не выбрала, значит никого не любишь…так зачем насильно и замуж?! — прервавшись на рваный выдох, валет не желал останавливаться. — Даже если ты сядешь на свой трон, они не отстанут… До конца жизни будут тебя грызть, заставлять заключать с ними все эти конфедерации, пакты, альянсы…! Слушая его тираду, полную гнева и обиды за тебя, ты немо соглашалась и кивала в такт его словам. Даже присела от всей этой экспрессии. Королевский ум осенила догадка. Неожиданная вспышка ярости и истерики Зонтика вызвана не тем, что его к чему-то принудили. Наоборот, его злило то, что принуждают тебя. Когда шестой наконец замолчал и со слегка виноватым видом уставился на Т/И, королева приоткрыла рот, не успев собраться с мыслями. Помотав головой из стороны в сторону, ты пришла в себя. — А во-вторых… — переваривая сказанное трефовым вальтом и собственные догадки, девушка сглотнула выделившуюся слюну и продолжила. — ...ты кое-что упускаешь. Глава Н/Г аккуратно подползла к краю стола и умостилась меньше чем в полуметре от Голубого Зонта. Тот слегка нахмурился, не понимая, от чего ты так спокойна в таком-то положении. В его заплаканных глазах Т/И выглядела не просто ангелом, а каким-то невероятным божеством, которой любые трудности и страхи нипочем. Даже в такой сумбурной обстановке она умудряется сохранять спокойствие и придумывать план действий в придачу. Богиня… — У тебя, мой милый зареванный друг, есть шанс меня спасти, — ты легким движением рук, словно фокусница, изъяла из рукава свой собственный расписной платок и аккуратно промакнула румяную щеку вальта шелковой тканью. В голубых глазах вновь читался немой вопрос: «А как?». В бою столкнулись две кардинально непохожие друг на друга мысли, от победы одной из них зависит судьба не только королевы Н/Г, но и всего её государства. Твоей изначальной целью был побег из «сердца» и ничего более. План попасться кому-то из самых лояльных или понимающих клонов почти увенчался успехом — нужно лишь попросить…отпустить по-хорошему. Тем более, что Зонтик не поддержал общей затеи и даже искать тебя отказался. Однако из этого и вытекла проблема, мешающая первой цели. Т/И до глубины души тронул тот трепет и напор, с каким валет трефы отстаивал твои права и мнение. Лишь он из всей стаи волков отказался нападать на загнанного в угол зайца. И сейчас запуганная жертва бьется в догадках, довериться ли своему хищнику. Да и тем более…как и сказал Зонт, даже если он тебя отпустит, остальные семеро тебе жизни не дадут, поедом есть примутся. Глубоко выдохнув, ты отбросила эту глупую затею в дальний угол. — Зонтик, — ты ласково погладила его по уже сухой горячей щеке. Холод твоих пальцев ничуть не отпугивал шестого. Совсем наоборот: он, будто истинно верующий, внимал твоим словам, словно божьему посланию. Казалось, даже не дышал. — Возьми меня в жены. Спаси меня от них. Нежную девичью натуру слабо укололо пламя тлеющей любви. А потом ещё раз. И ещё. Сердце в ребрах вспыхнуло свечой. Глупо бежать от тех чувств, что ты таила. Раз уж такой шанс… — Ты… Что… Я…? — обрывисто лепетал валет, кладя длиннопалые ладони на твои изящные руки, и бережно сжал их, боясь хоть на секунду отпустить. Будто бы его милая Т/И растает, как дивный образ во сне. — Я-я только за! Но ты...правда хочешь? — Хочу, — ты улыбнулась, томно прикрыв глаза. Деликатно высвободив свои пальцы из чужих рук, королева мягко, даже интимно, прижала мужскую ладонь к своей груди. Туда, где так гулко билось сердце. — Правда хочу. Ведь я тебя люблю. Зонтик почти бесшумно втянул воздух, широко распахнув глаза. Тебе даже удалось более менее отчетливо разглядеть свое отражение в его зрачках. — И я…тебя… — пролепетал он на одном дыхании. Его руки перестали дрожать. Он вслушивался в биение твоего сердца, чувствуя в своей груди тот же ритм. Сердца бьются в унисон. — люблю… С трудом отняв ладонь от твоей груди, валет вскочил со своего престола и выпрямился во весь рост, возвышаясь над тобой почти на полголовы. Т/И с полными любви и нежности глазами наблюдала за тем, как её спаситель борется с внутренним стеснением и спорит с самим собой, имеет ли он право коснуться тебя и обнять. Не успела ты и моргнуть, как худые руки уже обвили твою талию, приподнимая над поверхностью стола. Чтобы трефу не пришлось держать тебя на руках, ты привстала на колени и уложила подбородок на мужское плечо. Зонтик не дрожал, не всхлипывал и не стонал от мук совести. — Правда…люблю, — пробормотал он у тебя над ухом, обдавая теплым выдохом. — Только не плачь, а то и я начну, — промурчала Т/И, цепляясь тонкими пальцами за худые плечи. — Обещаешь? — Обещаю, — уверенно ответил Зонт, улыбаясь тебе в висок. Уголки его глаз были на удивление сухи.

***

Вы бы могли простоять так ещё очень долго, возможно даже всю вашу дальнейшую жизнь, однако ничто не вечно. Тебя смущало какое-то тихое и едва ли заметное тикание. Оно появилось недавно. Т/И повернула голову, мазнув носом по щеке вальта: — Что это? — О чем ты? — шестой выглянул из-за твоего плеча, вскинув брови. — Ты слышишь? — женская рука соскользнула с плеча на подтянутый торс. Зонтик прислушался к общей тишине залы. — Это… — он ненадолго задумался, — Вон, смотри! Это часы, там, на столе. Их работа становится громче, когда отведенное время подходит к концу, — цитируя слова старшего брата, шестой внезапно запнулся и побледнел. — О нет… — Что? — ты встала на ноги, вопросительно глядя на клона. — Их надо выключить! — Зонт взволнованно таращился на настольные часы. — По их сигналу должна сработать сигнализация дворца! — Не продолжай, — оборвала его Т/И и кинулась к часам, боясь потерять время. Писк становился всё громче. Занимаясь проектировкой «Сердца Мира», ты отлично знала, насколько громкая здесь сигнализация. У неподготовленного человека уши лопнут и ручейком вытекут мозги. Упав на колени, королева принялась вертеть своеобразный будильник в руках, рассматривая со всех сторон. На часах кнопки выключения не оказалось. Была одна единственная, та самая, на которую нажимал Куромаку…которая не работала — остановить таймер не выходило. Видать, механизм был рассчитан на то, что выключать это «чудо техники» не придется. Зато и тут клеймо Курограда поднасрало. Отключить эту «бомбу» можно лишь одним способом — сломать, нарушив работу шестерней и микросхем. Однако ничего колющего или режущего, что могло бы пронзить сие безобразие, под рукой не было. Зонт также был безоружен. Отойдя на пару шагов, ты уже смирилась с участью вышибания мозгов сверх звуком, однако твою голову вновь осенила идея. — Зонтик, закрой уши, — скомандовала ты для перестраховки и снова приковала взгляд к часам. — А лучше отвернись. Отойдя на пару шагов, Т/И в рондате замахнулась ногой и на приземлении со всей силы врезала ею по несчастному будильнику, пробив его носком обуви насквозь. По столу разлетелись куски корпуса, пара шестеренок и крохотные винтики. — Во-от, теперь порядок, — ты аккуратно отряхнула одну ногу о другую и поправила штанины, после чего обернулась на своего ненаглядного. — А если бы ты поранилась?! — шестой оторвал руки от висков, обеспокоено глядя на тебя. — Можно было просто уронить. Или об стену там… — Так не интересно, — пожала плечами Т/И, отворачиваясь от кучки сломанных механизмов. Вальяжно прошагав к краю стола, она, как первая леди Н/Г, которая любит махать ногами из стороны в сторону, дождалась протянутой руки кавалера. Зонтик, как очень юный и неопытный джентльмен, сориентировался не сразу, однако тут же решил наверстать упущенное. Обхватив его руку, ты легко спустилась с поверхности стола. Валет подвел тебя к своему трону. Ты, пожав плечами, уселась на престол будущего мужа, деловито закинув ногу на ногу и подперев щеку ладошкой. — Теперь ждем остальных предателей. Вроде не долго осталось, м?

***

Наконец тронный зал «озарили» опечаленные мины. Все как на подбор: грустные и с болью в глазах. Каким-то «волшебным» образом они догадались, что пришло время возвращаться. Видать, у каждого свои часы были. Пиковые яро спорили меж собой, выбившись вперед и не оглядываясь на остальных. Их ругань была слышна ещё в коридоре. Их в моментах пытался осадить Куромаку, раздавались окрики Феликса, но, похоже, без толку. Заслышав знакомый мотив, вы с Зонтиком переглянулись: он недоверчиво выдохнул, чуть ссутулившись; ты хмыкнула, предвкушая дальнейший разворот событий. — Да быть не может! — воскликнул Вару, не слушая восьмого. — Просто взяла и пропала! Никто кроме тебя её не видел! Никто! Глянув в сторону стола, пиковый валет так и не услышал ответа короля и застыл на месте, показательно нахмурившись и открыв рот. — Ну-у-у… Зонтик видел, — Т/И расплылась в довольный улыбке. — В отличие от тебя, он клювом не щелкал. Необычно язвительный тон принес тебе неимоверное удовольствие в душе. В последнее время наружу рвалось неистовое желание поставить всех и каждого на место, а Вару так нем более. Зонт слабо сжал твою ладонь в смущении и скрытой благодарности. — Полагаю, отныне Т/и теперь почётно может называться королевой Зонтопии, — взял слово король трефы в попытке разбавить неловкое молчание, пусть его и распирала ревность в купе с гневом. Виски стали отдавать болью. — «Королева Варуленда» звучит лучше…! — ядовито шипел пятый, не скрывая зависти. — Моей королевой… — одними губами произнес валет трефы, лилейно посматривая на тебя. Бросив короткий взгляд на стол, Зонтик легко дотянулся до ваших головных уборов на нем и, не расцепляя сплетенных пальцев, передал тебе твой аксессуар. Слегка смущенно, он надел свой берет. Раскрутив на пальце национальный предмет одежды Н/Г, ты точно также закинула его себе на макушку. Всю романтику данной сцены портил Вару и его острый язык: — Куролес, а ты оговорился! Правильно: «Королевой Нюнетопии»! Второй клон, похоже, был не в восторге от подтруниваний Вару. Легче не становилось от слова совсем, но нервные клетки, потраченные на данный бред, не восстанавливались. — А из тебя желчь так и льется? — ехидничала ты, надеясь заткнуть надоедливого клона. Ненадолго, девушка взглянула на Пика. Её внимание не было обусловлено просьбой или чем-то помимо этого, всего лишь интересом, однако Пиковый король расценил это по-своему. Звонкий подзатыльник парировал новую колкость, которая не успела сорваться с губ пятого и увидеть свет. — Благодарю, — довольно выдохнула ты, поправив головной убор. Восьмой смерил тебя на редкость спокойным взглядом. Во внутренний сад! Создатель сохрани Ромео и его бурную фантазию! Хотя…скорее его творческую натуру и гибкий ум. Если бы не каждодневные мольбы и уговоры червового короля отстроить внутренний сад, то не было бы того идеального места, что сейчас спасет твою задницу от восьми покушающихся на неё клонов. Под прозрачным стеклянным куполом, дабы растения получали необходимую долю солнечных лучей, распустились самые разные виды деревьев и цветов на любой вкус. Немного (вру, много) повозившись с почвами, удобрениями и всем прочим, Т/И, Ромео и кучка ученых из всех стран смогли подобрать единый климат помещения. Ты никогда бы не подумала, что одной из самых главных и вызывающих тревогу проблем будет вопрос уровня влажности воздуха в этом самом саду — ива спокойно цветет и пускает корни, а любимая мухоловка Вару сохнет. Как так? Однако ваши старания увенчались успехом: каждый из приходящих в сад правителей находил здесь какой-нибудь цветочек да расточек, что моментально приковывал внимание к себе, заставляя задержаться в цветнике подольше. Габриэлю нашептала птичка, что в дворцовом саду растет некий эпидемимум — эльфийский цветок, и тащил к нему Т/И, чтобы она рассказала ему всё о данном растении в деталях. Куромаку проводил тебе целую экскурсию, в мельчайших подробностях рассказывая о деревьях, их породах и материальной ценности, хотя ты, вообще-то, сажала всё это самолично, однако послушно слушала, почти не зевая. Данте зазывал королеву Н/Г вместе помедитировать (подремать) у пруда под ивой или в дальнем, «азиатском» углу сада, где около декоративного ручья распустились сакура и магнолии. Феликс носился по скверу как угорелый и пытался поймать для тебя обитающих там бабочек или кузнечиков, а в решающий момент падал в кусты, роняя следом тебя — толи хотел скрыть свой провал, толи так и задумывал. Вару всё пихал Т/И к своему любимому растению — еле живой венериной мухоловке, которая при всей своей сухости и запущенности на удивление успешно пожирала мух. Зонтик скромно уводил глаза, надеясь на твою компанию: изо дня в день он наблюдал за генцианами, подбирая с земли каждый упавший лепесток — ты боялась помешать, однако всё равно сопровождала вальта. Ромео в конце каждой недолгой прогулки протягивал тебе пышный букет, собранный на ходу: вчера он дарил розы, сегодня — тюльпаны, завтра вручит пионы. Пик молча заправлял стебель фиолетовой лилии тебе за ухо и отправлялся в сторону выхода, бормоча что-то про духоту и обилие запахов. Как ни странно, чаще всего в дворцовый сквер тебя звали короли красной масти. Оба они были близки к природе, как к чему-то возвышенному, однако в разной степени. Нередко им приходилось посоперничать за простую десятиминутную прогулку по одной из тропинок сада, а ты и не замечала. Сейчас бы попивать чай в одной из этих обвитых лозами растений и цветами беседок, а не вот это вот всё… Вас нашёл Данте Dirty Heads — Vacation https://eu.hitmotop.com/song/49518136# Upon the Firmament — Honkai: Star Rail https://downloads.khinsider.com/game-soundtracks/album/honkai-star-rail-svah-sanishyu-2023/10.%2520Upon%2520the%2520Firmament.mp3 Lady Gaga & Bruno Mars — Die With A Smile https://eu.hitmotop.com/song/78217674# Аккуратно прикрыв за собой стеклянные двери палисадника, Т/И огляделась. Удостоверившись в безопасности местности, она перешла на легкий прогулочный, но малость крадущийся шаг. Идя по украшенной тропе, ты старательно приводила мысли в порядок. Всё хорошо. Всё очень хорошо. В саду тихо, слышимость отличная, любой шорох будет четким сигналом бросаться в укрытие. А укрытий в цветнике, понятное дело, полным полно. Кусты здесь пышные, деревья высокие, ветви на них раскидистые, а листва густая — пусть хоть в перископ смотрят, ничего не увидят.

***

Данте сонно приоткрыл глаза, услышав шум чьих-то шагов: тихих, неторопливых и по-женски вкрадчивых. Смешавшись с алой листвой цветущего клёна, Данте нашел единение с природой. По правде говоря, он даже не хотел что-либо делать — просто пришел сюда, в свой любимый островок спокойствия, планируя провести тут все отведенное на поиски время. Излишни тяготы в делах амурных, ведь любовь проверить может лишь степенность бытия. Поведя плечом, третий лениво повернул голову в сторону тонкого цокота невысоких каблуков. Мысленно король бубны взвешивал две увесистые чаши позолоченных весов. На одной из них возлежала вся его пылкая любовь к правительнице Н/Г, этой статной и при том нежной женщине, что своей воинственностью рассеивала любую неуверенность в чем-либо и влюбляла в себя ещё сильнее. На другой, точно такой же чаше массивным грузом тянули всю конструкцию вниз его моральные устои и, что удивительно, совесть, которая еще на стадии обсуждения того самого плана «Б» твердила об аморальщине всей ситуации. Однако в решающий момент общего соглашения бубновый король промолчал, наблюдая за происходящим лишь из интереса. В нём не было того жгучего собственничества и жуткой ревности, что была присуща некоторым его собратьям. Данте, возможно, даже мог бы стерпеть тот факт, что ты досталась не ему. Мог, но не хотел. Философ полагал, что какое-то время его бы изнутри поедала досада, а в голове роились бы сотни и тысячи различных исходов, при которых он остался бы в выигрыше. При которых он бы заполучил твою руку, без доли сомнений отдав своё сердце. Благое дело — любовь… — За двумя зайцами погонишься — ни одного не поймаешь, — как бы незаинтересованно, будто убеждая самого себя, протянул он, уже думая вновь провалиться в сон, но веки предательски открывались при каждой попытке их закрыть. Темно-красные, словно винные воды, ресницы ни в какую не хотели касаться щек. Сердце в груди горело огнем, будто бы разгорался очаг. Казалось, сама душа заставляла Данте подняться с места и приложить усилия. — Если Т/И в течение этих трех минут придет сюда и по своему обыкновению начнёт болтать с карпами… Так и быть, попрошу её руки. А уж если согласится… — зевнув и глубоко, расслабленно выдохнув, он затаился. — Будь, что будет. Возможно, мы с ней осколки одной судьбы, а возможно и разных судеб, — изрек он и довольно улыбнулся, успешно переложив ответственность за всю операцию на матушку судьбу. Т/И невзначай забрела в один из самых отдалённых уголков сада — тот, где они часто медитировали с Данте. Хотя…кто тут медитировал: пока ты старательно задвигала все проблемы и тревоги за грань сознания, приходя к внутреннему душевному равновесию, третий беспардонно похрапывал рядом. Не сказать, что тебя это слишком смущало — ты была рада любой компании. От мыслей о Данте стало грустно. Т/И безумно расстроил факт абсолютного игнорирования твоих взглядов, умоляющих о помощи, со стороны каждого из клонов: кто-то отводил глаза, делая вид, что не причём, кто-то смотрел прямо и не мигая. Прямо как бубновый король. Слишком задумавшись, ты неосознанно сгорбилась и в унынии поплелась к мостику, который перетекал из опушки с магнолиями к сакуре и клёну, проходя через не глубокий, но обширный пруд. Пёстренькие рыбки безмятежно пускали пузыри у самой кромки воды, не боясь слабых вибраций от чужих шагов. Уйдя глубоко в свои мысли, Т/И позабыла об осторожности, выдав себя каждой живой душе сада. Сорвав подсыхающий лепесток с низкой ветви магнолии, ты сжала его в худой ладони — листик слабо хрустнул, ломаясь на мелкие кусочки. Раскрыв руку, ты осыпала водную гладь цветочной пылью. Рыбы тут же оживились, посчитав, что пришло время прикорма. Стая рыже-белых карпов метнулась к рассыпанному лепестку. — Эх, дурачки. Это не еда, глупые… — бормотала Т/И, дергая пальцами, дабы стряхнуть с них прилипшие кусочки листика. Из груди вырвался вздох разочарования, — Прямо как я. Взяла и поверила им. Вот дура. От краткого монолога перед немыми слушателями стало будто бы легче. А почему бы, собственно, и нет? К несчастью, подавленные эмоции не умирают. Их заставили замолчать. И они изнутри продолжают влиять на человека. Пока за ниточки девичьей души дергают гнев и отчаяние, Т/И может принять немало необдуманных импульсивных решений и к добру это явно не приведет. — Нет ничего опасней, чем подавление собственных эмоций… — подытожил Данте, слушая твою тихую тираду, полную горечи. Обида и ярость отступили в темные углы груди, оставив у руля лишь грусть и разочарование. При всей своей осмотрительности, ты оставалась добродушной и наивной по своей натуре. На лице, искаженном гримасой печали, расцвела улыбка. Глупая, едва ли напоминающая ту слегка кривую, но всё же умильную улыбку Т/И. Глаза, судя по блеску под пробивающимися солнечными лучами, наполнились слезами. Глядя на опустошенное лицо королевы, третий клон не мог оставаться в своем укрытии. Ярко-рыжая шевелюра прекрасно сливалась с окружавшей его листвой клена, однако больше это укромное место было ему не мило. Философ желал лишь одного — утешить дорогую сердцу женщину, что стоит прямо перед ним. Быть может, так решила их свести судьба? — И всё же мы — осколки единой судьбы, — спокойный и пышущий теплом голос прозвучал прямо над ухом. Бубновый, воспользовавшись замешательством и временной отстраненностью правительницы, настиг её за пару жалких десятков секунд. Ты дернулась от неожиданности, вырванная из собственных мыслей. Круто развернувшись, Т/И прижалась тазом к перилам моста. Воздух в груди сперло, а в глазах паника. Две сильные крепкие руки с порослью пунцовых волос, объятые светлой тканью одежд азиатского кроя, преградили пути отхода с двух сторон. Девушка застыла на месте, будто мраморная статуя: только рвано вздымающаяся грудь и искрящиеся в глазах слёзы придавали жизни её фигуре. Судорожно сглотнув, ты нахмурилась, не спеша ничего предпринимать. Худые пальцы с силой сдавили перила моста — красное дерево хрустнуло. Давящая тишина раздражала обоих правителей. — Не стоит бежать от собственной судьбы — всё равно не уйдёшь, — Данте смотрел ровно и прямо, без капли стыда в алых глазах. Густые брови расправились. Его лицо, на удивление, не выражало ни грамма эмоций — абсолютное спокойствие. Лишь умиротворенная улыбка оставалась при нём. Бубновый король провел широким большим пальцем по твоей щеке, вытирая убегающую слезинку. Жест вышел настолько легким и при том беспардонным, будто в вашей жизни подобное — рутина. Заметив, что третий клон подозрительно бездвижен, девушка осмелела. Быть может, морали в Данте больше, нежели собственничества. Вдруг удастся договориться? — «…Убегая от судьбы, он, как это обычно бывает, мчится ей навстречу…», — выдохнула ты и притихла, внимательно следя за каждым движением оппонента, опасаясь неожиданного резкого выпада. Т/И процитировала главного героя одной философской книжонки, которую Данте преподнес ей в качестве подарка. Книга ведь лучший подарок, не так ли? И ты, чтобы не расстраивать товарища, взяла и прочитала эту несчастную книженцию от корки до корки, вобрав в себя огромное количество различных премудростей. Проще говоря бросалась цитатами и поговорками в бубнового тем же образом, каким это делал он сам. С тех пор вас нередко сравнивали: кто-то бесился, что в кругу правителей стало на один сборник «анекдотов» больше, кто-то подмечал из интереса, кто-то констатировал факт: «Т/И имеет схожесть с Данте в сорок процентов». В какой-то мере эти схожесть и сравнения философу даже льстили. В самых крепких парах люди зачастую очень похожи друг на друга и внешне, и душевно. — Да-а… всё так, — протянул он, уводя взгляд в сторону и склоняя голову набок. Ты заметила абсолютно мирный настрой. Философу было будто всё равно на происходящее. При любых склоках он оставался не при делах, лишь изредка разбавлял тишину своими пословицами да цитатами. Сейчас он, похоже, предпринял ту же тактику. — Данте… — негромко позвала его ты, ловя заинтересованный взгляд. — Я могу…задать вопрос? Если позволишь. — Весь во внимание, — он кивнул, немного отстраняясь. Видать, ему это ограничение тоже было не по нраву. Данте ведь славился как бесстрастный, но при том свободолюбивый клон. Он не приветствовал любых ограничений прав, свобод и оставался противником насилия. Нередко ему удавалось уладить конфликты между собратьями, пусть он и не прикладывал усилий. Сделав шаг назад, король бубны и вовсе предоставил тебе возможность просто взять да и сбежать. Будто бы того и ждал. Захотелось говорить откровенно. — Ты был за идею о…насильном браке? — ты украдкой взглянула на него, надеясь заметить хотя бы долю изменений на расслабленном лице. Ни одна жилка не дрогнула. — Нет, не был, — Данте выбрал самый краткий из ответов, ограничившись всего тремя словами. Ты осталась слегка озадаченной. — Тогда почему не остановил? — Т/И стала говорить чуть увереннее, осмелела. — Я надеялась на тебя. Думала, что ты мне поможешь. — Я и помогаю, — философ улыбнулся чуть шире. — На всё воля судьбы. Если бы я вмешался, то…кто знает, может мы бы и не говорили сейчас. Ты потупила взгляд, уходя в размышления. Достаточно часто, чтобы подобрать должный ответ его словам, тебе приходилось брать дополнительное время, дабы отпор вышел в той же манере. Пользуясь твоей заминкой, Данте продолжил. — Как видишь, сейчас мы оба здесь и твоя судьба…в твоих же руках. Моё дело — предоставить тебе выбор. Твоё дело — выбрать то, к чему душа лежит, — он пожал плечами в привычной, малость развязной и надменной манере. — Ну и? — ты вскинула бровь, скрестив руки на груди и глубоко выдохнув. Ситуация начинала занимать тебя всё больше и больше. От былой тревоги не осталось и следа. Данте в твоей жизни оставался тем человеком, что одним лишь своим присутствием разгонял любые сомнения и страх. Было трудно признаться самой себе, что ты обрадовалась, увидев перед собой именно его, а не кого-либо ещё. — Я слушаю. — Могу предложить тебе два исхода. В одном случае, я могу помочь тебе, отпустив с миром. Могу помочь добраться до тронного зала без осложнений. Займёшь свой престол и останешься в выигрыше, — прикрыв один глаз, философ стал ждать твоей реакции. Вариант казался привлекательным и вполне себе выгодным, однако…выигрышным он не был. Условия игры не позволяли тебе остаться независимой в своем государстве. Подняв глаза на безмятежное лицо, ты поинтересовалась: — А второй? Данте слегка удивленно приподнял брови, после чего вновь расплылся в ухмылке. — В ином случае, я делаю тебе предложение руки, взамен отдаю своё сердце. Дальнейшее развитие событий ты уже знаешь. Как я и сказал, моё дело — предложить. Выбор за тобой, — он развел руками, пряча ладони в широких рукавах одежды. — Насилие не способно спасти что-то хорошее. И тебе это хорошо известно. — Если я соглашусь? — на сей раз Т/И склонила голову набок, своим моментальным ответом надеясь выбить философа из колеи. В подтверждение своих слов она распрямилась и сделала шаг навстречу. — В тебе я уверена. — Я буду счастлив, — вновь обратившись в краткости, Данте оставался верным своей невозмутимости. Ты тихо усмехнулась, заметив еле видный румянец на загорелых веснушчатых щеках. Не дожидаясь твоих дальнейших слов или иной реакции, бубновый король подхватил тебя на руки, разворачиваясь на пятках самодельных варадзи, что были присущи буддийским монахам. Т/И удивленно вздохнула от неожиданности, одной рукой обхватывая плечо и шею третьего клона. Данте без капли напряжения на лице перехватил девушку одной рукой, держа под бедрами. Пальцами свободной руки он на ходу сорвал только распустившийся пышный цветок магнолии, до которого самостоятельно ты бы даже не допрыгнула. Заправив короткий стебель тебе за ухо, философ расслабленно выдохнул, будто бы мысленно соглашаясь с тем, что его работа почти закончена. Он победил, даже не прикладывая как таковых усилий. Всё в его стиле. — Ты знаешь короткий путь? — сдерживая смешки, девушка чуть наклонила голову, длинными ниспадающими прядями закрывая обзор своему кавалеру. — Не-а, — отрицательно и крайне довольно отозвался Данте, приподнимая подбородок и носом сдвигая твои струящиеся водопадом волосы. — Ответ на все невзгоды заключается в мужественном движении вперед с верой. — Твоё мужество не угаснет, если я подскажу дорогу? — ты слегка завалилась на его плечо, позволяя себе расслабиться в чужих руках. — Мужество воспитывается изо дня в день в упорном сопротивлении трудностям, — третий лениво запустил руку в скрытый карман широких штанин, после чего аккуратно дополнил. — Показывай. — Вон там направо и до конца вниз. Будет проход в главный зал и оттуда до тронного минута, — девушка услужливо перекинула свои волосы на другую сторону, дабы клон хоть что-то перед собой видел, и пальчиком указала на нужный им проход. — Премного благодарен, — Данте тут же свернул в коридор по твоей указке, всё также расслабленно держа одну руку в кармане. До тронного зала и вправду добрались достаточно быстро. Не прошло и трёх минут, как философ распахнул широченные двери, дабы ты не ударилась о ребро дверного полотна затылком. Королева слегка сползла вниз, решив, что придется вставать на ноги и своим ходом добираться до трона, но не тут-то было. Данте, как истинный, пусть и ленивый, джентльмен, усадил тебя на свой престол всё той же одной рукой, для твоего же удобства встав на одно колено. Переглянувшись, вы без лишних слов одновременно посмотрели на стоящие на столе часы, чей тик был слышен даже в самом конце коридора. Философ, похоже, что-то об этом знал. Подойдя к часам чуть ближе, он забрал лежащий рядом головной убор, что принадлежал тебе. Приставив два пальца к губам, он прикрыл глаза и одними губами прошептал нечто нечленораздельное, после чего отвернулся вовсе. Что-то позади него зашипело. Подходя к тебе с традиционным аксессуаром Н/Г в руках, Данте со спокойной миной проигнорировал взрыв и разлетающиеся от него искры за своей спиной, будто бы он к этому непричастен. Подобному спокойствию можно было лишь завидовать белой завистью, не иначе. На столе остался темный след, будто там сгорело несколько коробок со спичками. На твой вопросительный взгляд с нотками возмущения третий немного поразмыслил, после чего лениво пожал плечами, опираясь на спинку своего престола сбоку: — Время не ждёт и не прощает ни одного потерянного мгновения. Ты закатила глаза, усмехаясь, и подперла щеку костяшками пальцев, оглядываясь. Обивка трона Данте, казалось, по мягкости напоминала королевскую перину. Спинка была украшена украшена ромбовидным алым камнем, не пропускающим свет сквозь огранку. Из всех драгоценных минералов на престолах правителей лишь красный нефрит третьего клона не был прозрачным целиком, как бы отделяя Данте от остальных. Т/И будто бы и не замечала этого раньше. — Рад приветствовать вас, королева Сукхавати, — слегка задиристо протянул философ, надевая на тебя свою монашескую шапку, что съехала тебе на глаза. — Спаси-и-ибо, — саркастично протянула ты, глядя на жениха. — Что такое "Спасибо" в сравнении с тем бескрайним чувством благодарности в человеке... — затянул он, нахлобучив твой головной убор себе на макушку в попытке уподобиться тебе самой. Королева Н/Г засмеялась себе в кулак. Её позабавил вид высокого и крепкого мужчины с традиционно женским аксессуаром на голове. Однако Данте не придал этому значения, широко и довольно улыбаясь.

***

— Да ладно?! Не видел и всё тут? — в коридоре отдаленно послышались чужие возгласы. Ты выдохнула, готовясь к очередному цирковому представлению. Философ, похоже, был готов всегда. — Повторяю для инвалидов по слуху, я — видел! — кто-то, в кого тыкать пальцем опасно, уже переходил на яростный ор. — И почти поймал! — Почти не считается, — язвительно подначивал своего короля Вару, — Понятно всё с тобой, лошара. — Успех обычно приходит к тем, кто слишком занят, чтобы его искать, — будто бы виновато протянул Данте, вызвав у тебя смешок. Поглядывая на него, ты подметила, что твоему жениху для полноты его образа не хватает длинных драконьих усов. Он бы наверняка наматывал один ус на палец при любом удобном случае. — Данте?! — вскрик Феликса в ту же секунду доказал всеобщее поражение. — Так и знал… — разочарованно пробормотал Пик, раздраженно выдыхая. Послышались ахи и вздохи разных тембров и тонов. Как Т/И подметила, в хорошем расположении духа оставались лишь Габриэль и Зонтик. Бубновый валет, как она поняла, был не слишком заинтересован в этих голодных играх, а треф так и подавно: его воодушевил тот факт, что ты восседала на чужом троне с улыбкой, а не со слезами на глазах. — Мои поздравления, Данте, — сухо проговорил Куромаку, как бы подводя итоги произошедшего. Ты почувствовала большую горячую ладонь где-то в районе шеи. Философ как бы невзначай поправил бутон магнолии в твоих волосах, после чего его рука сползла на твоё плечо. Девушка, чувствуя некоторую интимность всей ситуации, деликатно коснулась пальчиками широкой мужской ладони, немо подтверждая тот факт, что результатом она вполне себе довольна. Впрочем, никто не осмелился возразить. Вас нашёл Ромео The Features — From Now On https://eu.hitmotop.com/song/48331715# Steve Lacy — dark red (speed up) https://eu.hitmotop.com/song/75169406# Oingo Boingo — Louise https://eu.hitmotop.com/song/76025489# The Smiths — Back To The Old House https://eu.hitmotop.com/song/76876049# Stephen Sanchez — Until I Found You (Em Beihold Version) https://eu.hitmotop.com/song/75773403# Меряя шагами вымощенную плиткой дорожку сада, ты осматривала кустарники по обе стороны от себя, заглядываясь на цветущие розы. Убрав выбившуюся прядь челки за ухо, Т/И склонилась над пышным алым бутоном, вслушиваясь в приятный аромат: — М-мм… Благодать… Пригладив бархатные лепестки пальцами, девушка двинулась дальше, желая наградить своим вниманием и другие растения в саду. Умиротворенная атмосфера и чарующие ароматы усыпили всю твою бдительность — ты даже забыла, что оказалась здесь благодаря не самому приятному стечению обстоятельств.

***

Король червы шёл на зов сердца. И, возможно, последней не атрофированной любовью к Т/И извилины. Ромео буквально захлебывался в мечтах о тебе, вашей свадьбе и дальнейшей жизни, даже не обращая внимания на то, куда его ведут ноги. Тут налево, крайний коридор справа, стеклянная дверь, средняя тропа. Блуждая по саду, он всё сильнее уходил в себя, углубляясь в воспоминания о ваших прогулках. В тепличном воздухе, пропитанном цветочными благовониями, седьмой отчетливо ощущал аромат тебя. Не парфюм, не испарины пота, сугубо твой природный запах, что был так чист и знаком во всей этой какофонии сладких нот. — Где же ты… — одними губами шептал седьмой, прижимая забытую тобой перчатку к груди и оглядываясь по сторонам в попытке найти хотя бы намек на женский образ. Зелень листвы с яркими пятнами бутонов застилала кругозор, ничуть не помогая ситуации. — Ну где же… Бешено бьющееся сердце пропустило удар, заставив Ромео на долю секунды потерять сознание и тут же очнуться. Он увидел её. Т/И кружилась по саду, словно истинная цветочная нимфа — там, где ступала её нога, тут же оказывались цветочные лепестки, струящиеся водопадом из её рук. Она склонялась над каждым кустарником и одиночным цветком, мягкими и легкими движениями рук поднимая в воздух хранящуюся в сердцевинах пыльцу. Залюбовавшись на дивный стройный силуэт, седьмой клон бесшумно присел на траву, затаившись в кустах. Ему не хотелось прерывать столь чудный момент, что скорее напоминал сон. Т/И была так спокойна и при том неотразима в его глазах. Наклонившись к кусту белых роз, ты принюхалась и ощутила покалывание щекотки в носу. Чуть сморщив личико, девушка сдавленно чихнула, поднимая облако пыльцы со всего кустарника в воздух. Слабо отшатнувшись от клумбы с розами, Т/И тихо рассмеялась, подставляя усыпанное веснушками из перги лицо под солнечные лучи. — Будь здорова, лапушка… — мечтательно мурчал Ромео, наблюдая за твоими грациозными и при том самую малость неуклюжими движениями. Благо, все те слова любви, что вертелись на языке, он говорил шепотом, дабы не спугнуть объект своих обожаний. Чихнув ещё раз, ты снова усмехнулась, вытирая нос и щеки шелковым платком, который так мечтал заполучить седьмой клон. Прекрасные девы в знак своей любви отдавали воинам свои платки, отпуская их на поле боя. Ромео, разумеется, ни на какой фронт не собирался, тем более что в Карточном мире воин или других масштабных сражений не планировалось, однако от этого твой плат не становился менее недосягаемым. Червовый на каждом собрании наблюдал за тем, как ты теребишь в руках этот отрез ткани. На одной из ваших первых прогулок в саду Т/И при нём же вышивала свои инициалы на платке, в результате чего несколько раз уколола пальцы иглой. Ромео, как истинный джентльмен, предложил свою помощь и…тоже укололся. Пусть романтик пытался отказаться от барышни помощи, заботясь о её кровоточащем пальце, однако Т/И не слушала. В итоге палец Ромео был "любовно" и с боем замотан платком, а ты свой указательный победно посасывала. К твоему сожалению, помимо пыльцы в воздух поднялись спящие в цветах пчёлы. Они не предвещали как таковой опасности, однако своим количеством доверия не внушали. Т/И нервно передернула плечами, неуклюже шагая в неизвестность и уворачиваясь от гудящих насекомых. Задев одной ногой другую, ты споткнулась. Охнув и всплеснув руками, девушка уже почти упала в колючие кусты роз, однако… — Осторожно! — Ромео, задев все шипы и колючки на свете, что застряли в его роскошном плаще и пышном меху, вырвался вперёд и подхватил тебя на руки. Кружащими движениями он ушел подальше от злополучной клумбы и жужжащего роя, ставя тебя на ноги. Не успела Т/И сообразить, что произошло и каким образом она оказалась на земле, как её спаситель тут же упал на одно колено, вцепившись в женское запястье, будто утопленник в спасательный круг. — О хвала создателю, наконец-то! — без умолку тараторил он, прерываясь лишь на бесчисленные поцелуи твоих рук, — Моя нежная! Моя милая! — воодушевленные восклицания эхом раздавались на весь цветник, отражаясь от прозрачных окон и лаконичных колонн беседок. — Моя сладкая, как же я рад! Т/И неловко вскинула брови, чуть скривив пальцы на руке. Нервно оглядываясь по сторонам, она боялась, что крики червового могли созвать сюда всех остальных искателей. — Да тише, тише! Не ори ты! — взмолилась ты в попытке вырвать кисть из чужих рук. Ромео вскинул глаза на тебя: в голосе явно читалось ликование, а в глазах искренний восторг и восхищение. А в твоих застыл страх и сомнения. Седьмой не отпускал, какие бы усилия ты ни прикладывала. Даже после нескольких оплеух он не успокоился. Т/И всего лишь подрумянила ему щеки. Не сказать, что король Вероны был настолько ей противен. Быть может даже совсем наоборот, однако вся эта ситуация с умалчиванием и сговором Т/И совсем не радовала. Она не сомневалась, что Ромео пошел на это из чистых побуждений в стиле «За любовь нужно бороться!», но…любовь ли это? Пусть он терпел любые твои колкости и даже сильные удары, пусть обещал любить до самой смерти. Ромео со своей влюбчивостью и ветреной натурой мог наговорить подобного любой девушке во всем мире независимо от её статуса, внешности, возраста и мировоззрения. Проверить бы, на самом ли деле седьмой честен с тобой и готов ли проявить искреннюю любовь, скрытую за галантными ухаживаниями и умопомрачительными комплиментами… Готов ли он взять на себя ответственность и совершить достаточно серьезный подвиг ради своей горячо любимой Т/И? Замолчав на пол минуты, ты заставила Ромео удивиться. Твой отпор стал слабее и размашистее, будто у ребёнка. Чуть смягчив хватку, он вгляделся в красивое женское лицо и заметил на щеках дорожки слез и смазанной ими косметики. — Пусти, пусти меня! — Т/И даже всхлипнула и шмыгнула носом для вида, заметив, как червовый изменился в лице. — Т/И…Т/И, милая! — он тут же подскочил на ноги, отпустив твою руку, и бережно взял за плечи, пытаясь снова взглянуть тебе в глаза. — Боже правый… Девушка специально отворачивалась, ведь выдавливаемых для эффекта искреннего испуга слёз явно не хватало. Увы и ах, актерские навыки вызова истерики подкачали. Но, вроде как, и этого хватило. Ромео перешел на тихий и вкрадчивый тон, словно ему доверили убаюкать робкое дитя. — Родная, прошу, услышь меня, — седьмой аккуратно погладил Т/И по голове, легонько расчесывая слегка спутавшиеся локоны пальцами. — Умоляю, прости… Грёзы вскружили мне голову. Что тебя так опечалило? В чем я оплошал? — Я… — твой голос дрогнул, что было тебе на руку. Ромео слушал с украдкой. — Я не хочу быть очередной и забытой. Не заставляй меня… — О ужас… Моя ненаглядная, как же так? Подумать страшно… — голос короля и вовсе стал напоминать родительский. Никогда ты ещё не видела его настолько чутким и ласковым, — Встретив тебя, я позабыл обо всём на свете. На секунду я даже забыл своё имя! — Т/И тихонько хмыкнула, внимая его речам и не вспоминая о слезах и былой тревоге, — А вернувшись в Верону, свою страну любви, я и вовсе разочаровался в своем прошлом идеале женщины. Как можно взять да и забыть такую дивную, смелую и мудрую женщину? Как можно забыть тебя, моя муза? — Не знаю… — пробормотала ты, опуская глаза на носки своей обуви. В груди разлилось тепло. — Мой долг — сделать тебя счастливой, не иначе. Я живу этим долгом, моё солнце, — Ромео аккуратно приподнял твой подбородок, надеясь всё же посмотреть тебе в глаза. — Ответь мне, госпожа моего сердца. Будешь ли ты счастлива, если сейчас пойдешь со мной? Если станешь моей? — через секунду он прибавил. — Станешь ли ты моей женой, Т/И? Казалось, что это мгновение тянулось часами. С ответом ты определилась ещё на стадии вашей первой встречи, что уж говорить про остальное. Ты с трудом верила в то, что он всё же поставил твоё счастье выше своего собственного. Он готов был пожертвовать возможно шансом жениться на тебе, пусть тот был против твоей воли. Он любил настолько, что готов был отпустить. Вот теперь на глаза навернулись истинные слёзы. Момент казался тебе столь откровенным и душевным, будто в сказке. Так трепетно и нежно его слова задели твои чувства. Уже готовясь дать ответ, ты подняла глаза. Ромео ободряюще улыбнулся и навострил уши. Едва открыв рот, Т/И подавилась воздухом и…разрыдалась. По щекам с новой силой и напором покатились слёзы, заставляя романтика всполошиться. Достав из внутреннего кармана пиджака красивый расписной платок, он преподнес его к твоей щеке, даря тепло через мягкую тонкую ткань. — Тише, тише, моя любовь… — ворковал он, утирая твои слезы. Ты всё сильнее сжимала его руку, проклиная своё ранимое и чуткое сердце. — Обещаю, я исполню любой твой каприз, каким бы ни был твоей ответ. Ну же, я весь во внимание. — Да… — сдавленно всхлипнула Т/И и сглотнула скопившуюся во рту слюну. Ромео тут же просиял, едва его уши заслышали утвердительный ответ. Однако он продолжал учтиво ждать, заметив, как ты собираешься с мыслями. — Да, я буду счастлива пойти с тобой. Я...я буду рада стать твоей женой. К твоему удивлению, черв не принялся кружить тебя по саду и горланить оды о любви. Даже радостного писка не издал. На его лице расцвела умиленная улыбка, будто он смотрит на самое прекрасное существо на этом свете. Как будто нет в тебе отклонений или изъянов. Как будто ты — самое потрясающее, что он когда-либо видел. — Рад слышать, родная, — негромко вымолвил Ромео, трепетно обнимая возлюбленную, будто прячет свечу в ураган. Ты прижалась влажной щекой к меху его накидки. — Принцесса согласна проследовать со мной в тронный зал? Заговорщицкий тон привел Т/И в чувства и заставил рассмеяться. Промакнув последнюю слезинку платком, она удовлетворенно кивнула и умильно улыбнулась. Червовый аккуратно поправил твою немного помятую в ходе изматывающих догонялок одежду, разгладив складки, после чего без доли усилий поднял возлюбленную на руки, придерживая стройную спину и округлые бедра. Проходя мимо пёстрых клумб и кустарников, Ромео аккуратно склонял Т/И поближе к цветам, позволяя девушке сорвать тот бутон, что больше всех был ей по душе. — Куда ты идешь? — поинтересовалась ты, срывая пышный белоснежный пион. — Вдоль главной тропы высажены белые лилии, как символ мира. Пионы западнее… Туда! — Да-а, это западный вход. Я зашел отсюда, — романтик пожал плечами, вновь склоняя тебя к кустам. — Мне нравится вон тот, с белой сердцевиной. — Я и забыла, что здесь несколько входов, — ляпнула Т/И, соглашаясь с мнением возлюбленного и срывая симпатичный цветок. — Согласна, милый такой. А теперь…вон туда! — Слушаюсь, госпожа моего сердца, — отзывался жених, послушно следуя за твоей рукой. Время летело незаметно. Счастливые часов не наблюдают. Вот и вы, заливаясь смехом, совсем позабыли обо всём на свете. Ромео случайно взглянул на часы и… — О ужас! — вспыхнул червовый король, подпрыгнув вместе с тобой на руках. Ты, на секунду повиснув в воздухе, зарядила цветами себе в лицо. — Что? — спросила Т/И, отплевываясь от попавшего в рот пуха и лепестков. — Что случилось? — Три минуты! — Ромео ужаснулся, глядя то на позолоченные наручные часы, то на тебя, вновь объятую мерцающей цветочной пыльцой. Картина его, конечно, умилила, однако тревога продолжала разгораться в груди. — Осталось три минуты! — Три минуты до чего? — недоумевала королева, как ни в чем ни бывало снимая с языка белый лепесток пиона. — До конца! — червовый король, подхватив женское тело поудобнее, ринулся к резным дверям. — Из отведенных тридцати минут у нас осталось три! Это кошмар!

***

В тронный зал он ворвался бегом с развивающимся за спиной плащом и, естественно, красавицей на руках. Оббежав стол, седьмой мельком глянул на часы, надеясь на лучшее. — Минута! Фух! — Ромео плюхнулся на свой престол, запрокинув голову на спинку. Изголовье трона изобиловало обрамлением из кристаллов родохрозита, в котором будто бы теснились тысячи бутонов роз. Прижав тебя в груди, король глубоко выдохнул, зарываясь носом в твои мягкие волосы и виновато усмехаясь. — Бо-о-оже… Во истину любовь вскружает голову. Вновь взглянув на часы, романтик охнул, привлекая твоё внимание: — Ах да… Чуть не забыл. Они же сейчас заорут… — Кто заорет? — ты вскинула бровь, поднимая глаза за возлюбленного. — Часы-ы-ы, — несчастно протянул Ромео, лбом падая в твоё плечо. Вновь выглянув из-за твоей макушки, он вытянул руку и махнул пальцами вверх, к потолку, будто направляя нечто извне. Меж плит каменного пола стали вырываться ростки, постепенно сплетающиеся в единую и широкую лозу с почками роз. Распустились листки и бутоны, проклюнулись шипы. Постепенно лоза обвилась вокруг настольных часов, вгрызаясь рублеными иглами в стенки корпуса. Циферблат неумолимо отсчитывал секунды последней минуты. — И-и-и…вот так, — седьмой резко сжал руку в кулак. Лоза розы с силой сжала часы, отняв их от поверхности стола, и в момент разорвала на части. Шестеренки рассыпались по полу с противным звоном. Ромео вновь махнул рукой, но на этот раз по часовой стрелке, заставив лозу вместе с цветами и листьями рассыпаться в прах, не оставив и следа о своем существовании. — Всё! Теперь всё чудесно.

***

Не прошло и пяти минут, как главный зал и прилегающие к нему коридоры наполнились криками и руганью правителей. И все спорили об одном — о тебе. — «С помощью карты мы её точно найдё-ё-ём! Учите местность и всё-ё-ё!», — коверкал чужие слова пиковый валет, изображая собратьев, — «Кто ищет, тот всегда найдё-ё-ёт! Следуйте зову се-е-рдца!» Войдя в залу спиной, Вару изображал седьмого клона, будто на потеху остальным. Правда остальные шестеро ничуть не веселились от его карикатур. — Да-а, а что не так? — с ухмылкой поинтересовался Ромео, склонив голову набок и подперев подбородок рукой. Голос его выдавал некую надменность. — Э…А?! РОМЕО?! — мягко говоря взбешено окликнул брата Феликс, обходя Вару, что споткнулся о собственный плащ от неожиданности. — Ты.! — Феликс, — достаточно громко и отчетливо осадил его Куромаку, поправив очки и положив руку на плечо товарища. Червовый глубоко выдохнул через нос, опустив взгляд и застыдившись своей неконтролируемой агрессии. — Дыши. Уговор есть уговор. Кто нашёл и посадил на трон — тот законный муж. — Ну он же не на трон усадил! — передразнил его пиковый валет, встав на ноги. — Технически, он.! Т/И поморщилась. Виски вновь разразились головной болью из-за чужой ругани. Не выдержав, она встала с колен жениха, ударив кулаком по столу: — ХВАТИТ! От разнесшегося эхом крика даже Ромео несколько съежился, после чего поднялся с места, встав с тобой плечом к плечу в знак поддержки. — Надоели, честное слово! Не способны договориться — не беритесь за такие сложные политические перевороты, а главное… Закройте рты! Окончив свою недолгую, но познавательную речь, ты вновь села на трон, уложив руки на поручни и закинув ногу на ногу. Суровый взгляд прекрасных глаз заставил всех нервно сглотнуть. Романтик аккуратно накрыл твою ладонь рукой, чуть согревая её и наклоняясь к твоему уху. — Ты неотразима, — вдохновляюще промурчал он в попытке приободрить. Ты слегка мотнула головой, кивая его словам. — Розовые сопли… — глухо огрызнулся Вару, заносчиво поморщив нос. — Ещё какие, — не менее важно, чем он, огласила Т/И, не стесняясь ни капли. В библиотеку! Которая, кстати, имела имен гораздо больше, чем могло бы быть: северная башня, книжный зал, общий архив с полным собранием всех сочинений Карточного мира, созданных в эпоху первого поколения девяти правителей («ОАПСВСКМСЭППДП» — вы ни за что не угадаете, кто это придумал). Да-да, всё это — одно и то же место. Место, где несколько этажей заполнены стеллажами с книгами всех стран, залами для чтения и прочими пустыми пространствами, что наполнены тишиной и размеренностью. Идеальный вариант для временного убежища во дворце, где всё вверх дном. Разномастные книги от сказок до летописей в широких твёрдых переплетах поглощают все шумы, удобно скрывая меж стеллажами любого, будто за каменными стенами. Всё это, естественно, было тебе на руку. Зачастую эта часть дворца, под которую была отведена целая башня в несколько этажей, становилась местом проведения тихих и спокойных бесед с кем-то из твоих «братьев» по престолу. Иногда даже собирались компашки. С Габриэлем ты приходила в библиотеку из чистого интереса и необходимости, ведь не всегда удавалось подобрать подходящий ответ на очередной его вопрос. Нередко этот вопрос оказывался мировой проблемой и одновременно её решением. Куромаку здесь чувствовал себя, как рыба в воде: в какую бы книгу ты ни ткнула пальцем, каждая была ему знакома. Правда после ты недоумевала, на кой черт он прочитал сборник анекдотов, с которых даже ты не смеялась. Куромаку в ответ молчал. С Данте в книгохранилище вы редко захаживали, ведь сад вам по духу оказывался ближе, но была и другая причина. Тут вам удавалось насладиться компанией того же короля трефы и, иногда, даже его вальта. Феликсу и Вару проход в библиотеку был строго запрещен. На больших резных дверях с массивными кольцевыми ручками висела оформленная табличка, гласящая о том, что вальтам червы и пики, то есть клонам с номерами четыре и пять, путь в северную башню, то есть в библиотеку, закрыт (вы снова ни за что не угадаете, кто это придумал). Появилась данная, как ты выражалась, «наскальная живопись» не случайно. Каждый раз, как эти двое оказывались в помещении, случалось нечто в духе «Это не мы, этот стеллаж сам собой упал». Пришлось перестраховаться. Зонтик приходил в библиотеку за тишиной и вещами, что были безопасны. Вы могли провести досуг в спокойствии и дружной тихой компании. Компашка размещалась в одном из укромных и теплых уголков читального зала, позволяя себе расслабиться в спокойной обстановке. Ромео, к твоему удивлению, также был ознакомлен с некоторым множеством книг, которые даже не относились к жанру романтики или любовной драмы. Как оказалось, седьмой обладал недурной памятью и благодаря библиотеке на зубок выучил конституцию твоей страны, застав тебя врасплох. Пика могли заинтересовать только те книги, что было связаны с политикой и крайне редко с чем-то по типу приземленной философии, что была тесно связана с различными строями государства. Иное не привлекало. Зато благодаря чтению одних и тех же сочинений вам удавалось найти общее и даже подискутировать без лишних криков. Пиковый король соблюдал правила библиотеки и на его территории ни разу не повысил голос (как минимум на тебя). Вас нашёл Куромаку Arctic Monkeys — No.1 Party Anthem https://eu.hitmotop.com/song/47842907# My Kind of Woman (Instrumental) — Mac Demarco https://eu.hitmotop.com/song/63068599# Strawberry Guy — Mrs Magic https://eu.hitmotop.com/song/72787897# Прислушиваясь к гнетуще-спокойной тишине, Т/И время от времени поглядывала на массивные стеллажи – боялась увидеть в щели чей-то силуэт или того хуже глаз, что следил за ней самой. Желая сбежать подальше от навязчивого ощущения ползущей по полу в ногам тревоги, ты поспешила к винтовой лестнице, что уходила под самую крышу башни. Страх догонял извивающейся змеёй, но ты была быстрее.  Добравшись до третьего, крупнейшего из этажей библиотеки, Т/И отправилась в самый отдаленный его угол, где покоился отдел политики. Быть может, удастся даже подобрать книжку, которая поможет отвлечься. Или же ты чисто из собственного упрямства вычитаешь своды законов всех государств вашего мира и даже нейтральных территорий и в каждом из них найдешь точное подтверждение тому, что вся эта каша, которую они заварили, бред полнейший. И в отместку ты, как пострадавшая сторона, можешь выдвинуть ряд претензий и даже границы закрыть. Ну так, забавы ради. Просто сидеть и ждать, когда найдут, скучно.  Т/И привыкла к тишине. Пришлось приложить некоторое количество усилий, чтобы без приключений добраться до библиотеки. Отовсюду были слышны чужие шаги, ругань, от которой ты старалась  сбежать и поскорее. Поначалу безмолвие книжного зала заставляло напрячься, но через какое-то время даже тревога уползла в темный угол. Ты успокоилась. Проведя какое-то время в тихой и размеренной обстановке, королева смогла без лишней спешки всё хорошенько обдумать и даже смириться. Раз уж она выбрала своей целью оказаться независимой хотя бы в романтическом плане, то надо определиться, с каким из государств политический союз выйдет наиболее выгодным обеим сторонам. Даже находясь в столь плачевном положении, Т/И продолжала беспокоиться не только о себе и своем народе – её волновали судьбы людей всех стран. В Н/Г находилось много иммигрантов из других королевств, которых правительница приняла как родных. Даже с учетом того, что это объединение – очередной несчастный политический союз, мигрантов и смешения населения всё равно станет ещё больше.  – Пошлины ввести, законы скорректировать… – ворчала ты, снимая с полок книги, ориентированные на политологию. Т/И не хотелось сидеть сложа руки и бояться. Она хотела как можно быстрее прийти к решению назревающего вопроса, который в итоге встанет ребром. У какой страны самая сильная экономика? В каком государстве самый гибкий суверенитет, с которым Н/Г будет нетрудно объединиться? В каком из королевств самый низкий уровень преступности? Всё это надо просчитать заранее, иначе потом будет хуже. – Конфедерация сраная.  Толстые книги с разноцветными обложками постепенно скапливались высокой стопкой в твоих руках. Базовых знаний о странах недостаточно, надо уходить в головой.  – Фелиция, Зонтопия… – ты аккуратно откладывала книги из стопки на стол. Сконцентрировавшись на одном деле, королева совсем забыла о былом страхе и секретности – даже давящая на грудь тревога будто бы рассеялась, – Куроград, Верона, Пиковая империя… – в конце концов ты стала шумно ронять книги и в слух перебирать названия стран, книги о которых ты уже отыскала.  – А Н/Г где..? – разложив своды законов по мастям, ты обнаружила, что собственного сборника не нашла. Даже книгу Габриэля девушка отыскала, а вот свою… – Ну что за херня?– Т/И совсем перестала печься о своей безопасности. Шумно ругаясь и разглагольствуя, девушка все искала свою конституцию, обшаривая руками все полки на уровне глаз. Ничего нет.  – Понятно…в бой идут тяжелые аргументы, – ты разочарованно отошла от стеллажа на пару шагов и огляделась в поисках стремянки. Может полки на три выше… Дойдя до конца книжного коридора, Т/И таки обнаружила длинную деревянную лестницу на колесиках, дабы было удобнее передвигаться от полки к полке. Взобравшись на неё, девушка ухватилась рукой да одну из перекладин и оттолкнулась ногой от края стеллажа. Лестница вместе с тобой поехала в сторону нужной полки.  – И-и-и…стоять! – проехав добрых пару-тройку метров, Т/И остановилась на нужном месте, затормозив рукой. Ногти слабо царапнули гладкую деревянную полку. Чуть вытянув шею, ты окинула всё пространство цепким взглядом, но и это не принесло успеха.  – Может по памяти уже..? – страдальчески простонала ты, поднимаясь ещё выше. Да быть такого не может, чтобы главный и основной сборник законов одной из крупнейших стран был где-то в самой заднице библиотеки. Какая-то несмешная шутка. Ты даже слегка оскорбилась.  Пальцами проводя по корешкам с ощутимой гравировкой названий, девушка уже отчаялась найти кодекс Н/Г. Чем выше она взбиралась, тем пыльнее были полки и старше на них книги. Не могло новое издание оказаться здесь, на задворках стеллажа.  – Да ну, бред какой-то, – Т/И слегка отвисла назад, держась пальцами за приваленную к стеллажу лестницу. Глубоко выдохнув, она уже хотела слабо оттолкнуться и двинуться дальше, по горизонтали, однако её отвлек громкий хлопок позади.  Как кипятком ошпаренная, ты дернулась и нырнула вперед, цепляясь за полки и вжимаясь в них телом. А вдруг за ней сейчас кто-то стоит и дышит прямо в спину? Хотя…на такой высоте скорее в поясницу.  Похлопав глазами, как испуганная громовыми раскатами кошка, девушка аккуратно и с опаской повернула голову в сторону шума. На лакированном деревянном полу лежала упавшая с соседней полки книга.  – М, упало, – глуповатый тон и бессмысленное замечание помогли тебе слегка расслабиться. Тебя даже раззадорило любопытство, что ж это за книга такая.  Т/И короткими шажками спустилась по лестнице, спрыгнув с последних трех ступеней. Чуть отряхнув одежду, она присела на корточки, разглядывая книжный переплёт. Он выглядел весьма знакомо, только вот упал на лицевую сторону. В самом низу обложки виднелось клеймо издания, которое находилось в Н/Г: – О, наши делали. Ну-ка… Подняв книженцию с пола, ты ловко перехватила её и удивленно вскинула брови.  – Нашлась пропажа, – правительница Н/Г держала в руках заветный кодекс своего государства. Совсем новенький и печать свежая. – Только переделали и снова исправлять, ну что за жизнь… Но…как он оказался на столь отдаленной полке? И почему упал сам по себе? Книги здесь ставятся друг рядом с другом стык в стык. Иногда, даже если захочешь, не вытащишь, а тут…сама. Или же не сама?  Радость при виде находки улетучилась, будто кто-то резко открыл окно в зимнее утро, прогнав всё тепло и уют.  Ты медленно, контролируя легкую дрожь в руках, опустилась на уровень той полки, где красовалась брешь – оттуда выпала книга. Взглянув в щель между двумя широченными сборниками рукописей, Т/И ничего не обнаружила. Соседний коридор был пуст, но ты здесь явно не одна. Неприятный холодок вновь пробежался по телу. Просто так толстенные книги с полок не падают.  Женское запястье обхватила чужая рука.  – Вот дерьмо, – едва слышно выпалив ругательство, ты развернулась на каблуках, тут же занося книгу для резкого удара. Двинув локтем в сторону, девушка надеялась задеть чье-то лицо, однако промахнулась.  Припав спиной к стеллажу, Т/И уперлась взглядом в темную ухоженную обувь и серо-коричневые штанины. – *Куромаку…ожидаемо* Пусти, – подняв глаза, ты дёрнула кисть на себя, однако король трефы сдержал твоё предплечье в воздухе. Глава Н/Г вскинула бровь, снова одернув руку, однако хват оставался всё тем же. Она угрожающе махнула из стороны в сторону книгой в свой руке. – Куро, ты знаешь, я швырну. — Не придётся. Я настроен решить всё мирно, – ничуть не озлобленно ответил второй, подходя чуть ближе. Проверял, насколько близко ты его подпустишь.  – Насильно замуж звучит как очень мирное решение, – саркастично парировала ты и выпрямилась, выпятив грудь, как горделивый хищник. Едва Куромаку открыл рот, как ты тут же перебила. – Слышать не хочу!  — Тихо! – треф шикнул на тебя в попытке захлопнуть твой рот ладонью, но было поздно. Женский крик эхом раздался на всю библиотеку. Т/И дернулась, надеясь ускользнуть при замешательстве короля, однако он вырвал книгу из твоих рук и, отбросив её на стол, припал к полу. – Ты чё, молиться собра-а-А-АЛСЯ?! – Т/И вспыхнула, когда поняла, что ноги отрываются от земли. Куромаку, опустившись на одно колено, сомкнул руки вокруг её колен и сжал их вместе. – Так разве коммунизм проявляется!? — Социализм, – король трефы поправил тебя буднично-раздраженным тоном.  – Какая разница?! – ты уперлась руками в мужские плечи, пытаясь выпрямиться и вывернуться.  — До чего ты упрямая… – второй чуть подбросил женское тело вверх, перехватывая обе ноги, и ещё крепче сцепит вокруг них локти. Т/И согнулась пополам, носом падая в спину трефового короля.  – Полегче, не мешок с картошкой тащишь! – огрызнулась ты, изо всех сил вырываясь и дергаясь, как дождевой червь на солнце. – А ещё лучше – ПУСТИ МЕНЯ НАХЕР!  Клон предпочел пропустить твою ругань мимо ушей и отправился к выходу из библиотеки. Т/И неустанно колотила его по спине, извивалась и кричала, однако Куромаку в ответ на всё молчал. Он избрал отличную тактику, ведь, не получая от него никакой реакции, ты всё сильнее отчаивалась и, к сожалению, сдавалась. Помешать нашедшему не вышло, попытаться договориться ты не успела. Ещё и голова начала кружиться до кучи.  С налитыми кровью щеками королева Н/Г повисла на мужском плече, раздраженно выдохнув и опустив руки во всех смыслах. Наблюдая за их безвольным болтанием в воздухе, она заметно погруснела. Сердце уколола тревога. Проиграла.  – Насколько же нужно быть дотошным, чтобы найти человека в самом дальнем углу третьего этажа библиотеки… –  угрюмо пробормотала Т/И, поникнув на совсем. Она не надеялась ни на какую реакцию, со стеной ведь разговаривает, поэтому говорила всё, что на ум приходило.  — К этому привела лишь твоя неосмотрительность. Если бы не твой опрометчивый отказ, то тебе не пришлось бы сейчас надрывать горло, – ты вздрогнула, услышав около своего таза голос Куромаку, что наконец соизволил тебе ответить. – Как сказал бы Данте: «Пожинай плоды своих деяний».  – Спасите, коммунисты-философы захватили! – наигранно воскликнула Т/И, всплеснув руками, – Наше дело правое, враг будет разбит! – она уже хотела выкрикнуть концовку лозунга, однако, оглянувшись на короля трефы и не заметив отдачи, притихла. Выждав пару секунд, девушка уже менее восторженно поинтересовалась, – Что, больше не трогает?  — Если так тебе легче обдумывать происходящее и переживать стресс – дерзай, – клон бесстрастно пожал плечами, случайно двинув тебе в живот.  Ты зашипела, выгибаясь, и в ответ больно сжала ногтями его плечи и спину: – Я легче переживаю стресс в прямом положении, гений-коммунист!  — Скоро в нём окажешься, гений-либерал, – заверил он, будто бы заботясь. Т/И по началу фыркнула, однако тут же очнулась.  – Скоро…?! – девушка стала судорожно оглядываться, вновь уперевшись ладонями в мужскую спину. Длинные ноги стали перевешивать, мешая Куромаку ровно нести «добычу». – Мы уже в главном!? Уравновесив твою тушку на своем плече, король трефы отнял одну кисть от женских ног и взглянул на наручные часы. Слегка нахмурившись, он бегло осмотрел залу, в которой вы находились, и стал сверять местность с экраном часов.  — Да-а-а…Мы в главном зале, – проинформировал треф чуть более оживленным тоном, как бы невзначай налегая на слово «мы». – И у нас даже есть время в запасе.  – Какое счастье… – пробубнела ты, закатив глаза.  — Что-то мне подсказывает, что ты закатила глаза, – Куромаку едва заметно улыбнулся, заранее осознавая свою правоту.  Единственное проявление симпатии, которое второй клон в себе принимал, это то, что он заучил все твои повадки и принципы, после чего приловчился предсказывать некоторые твои выражения и действия. Все, даже бессмысленные и саркастичные (и матерные). Каждая твоя предсказанная им фраза была его маленькой победой, из-за чего Куромаку мог внезапно улыбнуться без какой-либо на то причины – так это выглядело со стороны. Т/И, ловя на себе взгляд короля трефы и его улыбку, могла лишь из вежливости улыбнуться в ответ. Сердце в груди правителя Курограда в такие моменты начинало стучать быстрее раза так в два, разгоняя кровь по телу и приливая её к щекам.  – Угада-а-ал, – недовольно протянула ты, разводя руки в стороны и слегка отклоняя голову.  — А сейчас развела руками, – добавил клон, позволяя себе улыбнуться чуть шире. – И голову наклонила вбок.  – Ты там что, подглядываешь? – Т/И усмехнулась, чуть приподнимая таз, дабы взглянуть на лицо трефа.  Он в ответ на твои попытки оглядок и смех лишь отворачивался, невольно усмехаясь в унисон. Ему поднял настроение тот факт, что ты так легко пришла в себя. Значит, не так сильно горевала.  – Да не отворачивайся! – девушка юлой вертелась на чужом плече, хихикая и улыбаясь. Тебе и самой хотелось отвлечься от дурных мыслей (дурным ты считала не самого Куромаку, а замужество и проблемы объединения стран), так что болтовня со вторым клоном пришлась кстати.  Пока в бой не пошла щекотка, Куромаку поспешил в тронный зал. По очереди широко распахнув обе большущие двери, чтобы ты не ударилась ни головой, ни пяткой, он ровными шагами измерил залу и наконец подошёл к своему трону. Несколько отодвинув престол от стола, трефовый в конце концов поставил тебя на пол.  Таки ощутив землю под ногами, ты глубоко вдохнула и мир перед глазами тут же пошатнулся. Кровь отлила от мозга, вызвав новое головокружение.  – Ой, падаю, – инстинктивно пошарив руками по воздуху, Т/И ухватилась за услужливо подставленный локоть Куромаку. Он не пытался подтолкнуть тебя к своему трону, не подгонял и не сажал насильно. Он лишь стоял рядом в ожидании, следя за каждым твоим движением. Ты смятенно потирала виски, пытаясь прогнать помутнение в разуме. Всё плыло и с трудом обретало былую четкость. В глазах рябило из-за света, который отражали грани отшлифованной до блеска серой грозовой шпинели в изголовье трефового престола.  — Не тошнит? Мигреней с утра не было? – в спокойном голосе проявились нотки волнения. Вторая рука короля обвила твои плечи, дабы обеспечить большую устойчивость. Так он старался объяснить ту тягу к твоим прикосновениям, что с каждым днем становилась всё невыносимее.  – Нет, голова кружится и всё, – утрировано злобно процедила ты, стараясь сфокусировать взгляд на ближайшем объекте. – Просто кто-то додумался тащить девушку на своем горбу вверх ногами. — Если бы эта девушка вела себя спокойнее, то голова бы у неё сейчас не кружилась, – щепетильно ворчал Куромаку, аккуратно перехватывая твою кисть и невольно сплетая ваши пальцы. Опять же для большей устойчивости, ничего более. – Воды? – Не-е-е… – как ни в чем не бывало протянула Т/И, щурясь и постанывая от мук головных болей. – Фунфырика не найдется?  — Наглеешь, – он нахмурился. – Ой, у тебя ручки такие теплые, – ты постаралась сменить тему, потому что чужое ворчание ещё сильнее капало на мозги. — Это называется «нормальное кровообращение», – трефовый король вновь включил педанта, прогнав былую ласку.  Ты страдальчески выдохнула, осознав, что картинка перед глазами в HD качество так и не складывается. Присесть надо, что ли.  – Так что там с троном..? – невинно заданный вопрос отрезвил клона, вернув к сути.  — Всё просто: я не собираюсь принуждать тебя к чему-либо и прибегать к насильственным методам тем более. В этом нет нужды, – он исчез, уйдя тебе за спину, и уложил обе длиннопалые ладони на хрупкие женские плечи, – Ты должна принять это решение сама. Советую держать в голове: этот брак будет полезен не только нашим государствам, но и…нам самим, – тепло чужих рук быстро распространялось по телу. Ты стала ощущать холод собственных конечностей, что ярко контрастировали с излучающими легкий жар ладонями Куромаку. Размеренный голос, приобретающий некоторую мягкость, будто вводил в транс. – Например…рядом есть человек, который хорошо тебя знает и может оказать должную поддержку, дать совет, подстраховать. Что по поводу наследников… Щеки вдруг слабо вспыхнули румянцем. Ты удивилась, что трефовый король поднял эту тему первым. Плечи сами собой дернулись вверх, будто от судороги.  – Можешь не продолжать, я уже согласилась, – не желая слушать все самые «сексуальные» тонкости вашего союза, Т/И поспешила прервать второго клона. Вдруг ещё уйдет в подробности. Королева Н/Г смахнула чужие руки с плеч и гордо-пошатывающейся достигла трона. Усевшись на него поудобнее, она наскоро поправила складки на одежде. Вновь заныли виски. Ты сморщилась, опуская голову и слабо шипя от боли.  – Доволен? – девушка подняла крайне раздраженный взгляд на своего «так называемого» жениха.  — Более чем, – Куромаку выдохнул, мысленно зачеркивая пункт «Одержать победу». Осталось взять в жены, и тогда предсвадебный список его задач будет выполнен. Заметив, что ты до сих пор корчишься от боли, клон вновь обеспокоился. – Что, до сих пор болит?  – Ага, – Т/И поддакнула, хмурясь и поджимая губы.  — Последствия сильного эмоционального давления. Может, всё же, воды? – он подошел совсем близко и склонился над тобой, как коршун над гнездом с детёнышем. Аккуратно приподняв пальцами острый подбородок, он приложил тыльную сторону руки к твоему лбу, проверяя температуру. – И лоб холодный.  – Да, пожалуй, – Т/И опустила взгляд, нехотя принимая подобие заботы. – От воды не откажусь. Куромаку скрылся из виду, отлучаясь куда-то за поле твоего зрения. Ты прикрыла глаза, концентрируясь на расслаблении и углубляясь в относительно старые воспоминания. Боль, разумеется, никуда не исчезла, однако этот способ нередко помогал тебе отвлечься от головной боли и не только. — Т/И, – голос второго клона раздался совсем близко, прямо над ухом. Теплые пальцы коснулись твоей ладони, согревая её и передавая в женскую руку увесистую флягу. – Вода с обезболивающим, восемьдесят на двадцать. – Спасибо, – ты повернулась в сторону, откуда доносился голос, и едва не клюнула носом мужскую щеку. – Ну, за заботу.  — Пей, легче станет, – Куромаку прельщено смутился, отворачиваясь, дабы скрыть мимолетную улыбку и легкий румянец. Выпрямившись, он положил одну руку на твоё плечо и проследил за тем, как розоватые губы касаются горлышка фляги. – Смелее, минимум три глотка. Чем больше, тем лучше.  – Да пью я, пью… – сдавленно бормотала Т/И, хмыкая и глотая неприятно безвкусный раствор воды и лекарства.  — Молча, – наседал треф, чуть крепче сжимая женское плечо. В ответ ему ты нечленораздельно замычала, махнув рукой, чтобы отстал.  – Ты мне лучше скажи, что мы с государствами делать будем, – не спеша, с перерывами, Т/И делала глотки и сдерживала дергающееся от вкуса питья нижнее веко. Слегка сжав дно фляги бедрами, она подняла глаза. – Даже простые союзы не всегда проходят гладко и бесследно.  — А полноценное объединение проходит ещё болезненнее, – как бы соглашаясь с тобой, Куромаку посмотрел в сторону, на распахнутые двери. В коридоре никого не было, даже шагов не слышно. При осмотре всего зала ему на глаза попались настольные часы, чей отсчет времени звучал всё громче и громче. Чуть не забыл выключить. – Полноценное…стой. ПОЛНОЦЕННОЕ? – ты подавилась, закашлявшись. Наскоро прочистив горло, ты вскинула брови в недоумении и обернулась на трефа.  — Твой союз с одним из нас, – будто незаинтересованно начал он, ища по карманам пульт выключения. Наконец из складки пиджака показалась заветная панель с кнопкой по середине, на которому Куромаку тот час и нажал, направив пульт на своё устройство. Часы с характерным щелчком погасли, циферблат потух. Кивнув своим мыслям, Куромаку повернулся к тебе. – Подразумевает полное объединение твоей страны со страной победителя.  – Охренеть, – ты уперлась потерянным взглядом в поверхность стола, после чего щедро отхлебнула из фляги, забыв о том, насколько у её содержимого мерзкий вкус. Поморщившись, ты высунула язык, чтобы быстрее выветрить неприятные ощущения с рецепторов. Трефовый приподнял одну бровь. – Я будто страну в карты проиграла.  Но сарказм ситуацию не спас. Т/И была в отчаянии. Девушка зарылась рукой в волосы, негромко ругаясь себе под нос. И как она сразу не догадалась? Думая лишь о себе и своей независимости, королева даже не сообразила, что её земли в такой же опасности. Сердце вновь сдавила тревога, будто в груди зародилась воронка, оставляющая за собой пустоту.   – Суверенитет, культура, люди… – ты тихо всхлипнула, проводя руками по лицу и слабо царапая ногтями щеки. Глаза защипало, а головная боль будто бы стала сильнее не смотря на лекарства. Голова повисла так безвольно, будто у висельника. – Я дура. И мне грозит аннексия. — Вовсе нет, – король трефы опустился на одно колено, дабы поравняться с тобой головами. Теплые мужские руки обхватили твои пальцы, –  Твои слова не имеют оснований. Ты – обладательница поразительного интеллекта. Сыграл фактор неожиданности, ты оказалась в нетипичной ситуации. Это нормально, – ты нехотя подняла полные слез, но при том крайне сухие, потухшие от тоски глаза. Даже Куромаку задело отсутствие в них живого блеска. – И никакая аннексия тебе не грозит, ты путаешь понятия. Всё то, что ты перечислила, остаётся при тебе. Я ни в коем случае не посягаю на суверенитет твоей страны, на судьбы твоих людей и твою культуру. Мы лишь объединим наши территории и усилия ради благ наших стран, создадим долговечную федерацию. Ты согласна со мной?  Ты тихо шмыгнула носом, застыдившись своих эмоций. Срочно нужно было приободриться, разогнать печаль и вернуть прежний задорный настрой.  – Спасибо, – выпалила Т/И, тепло улыбаясь, и усмехнулась. На ум пришла одна народная мудрость Н/Г. – Только свободу слова моих дурачков не трогай. А то выйдет, что плыли плыли, на берегу усрались.  Ты захихикала, заметив, что сам Куромаку не сдержал улыбки. Знала, что он забудет о контроле и позволит себе посмеяться над такой глупостью вместе с тобой.  — Грубо говоря…да, – заметив, что его ответ заставляет тебя улыбнуться ещё шире, король трефы хмыкнул.  Сплетенные руки и встречные взгляды придавали моменту той необычайной нежности и в некотором роде интимности, которую зачастую описывают в книжках. Куромаку, даже не успев стать твоим мужем, уже совершил обещанное – подстраховал, успокоил, поддержал. 

***

По прилегающему к тронному залу коридору стали разноситься громкие возгласы и крики. Главы Н/Г и Курограда одновременно оглянулись на двери, после чего снова встретились взглядами. Куромаку закатил глаза, а ты хмыкнула и поджала губы.  — Ты готова? – он выпрямился и сместил руку с твоих кистей на плечо.  – Ага, – Т/И достала из рукава платок и стала промакивать глаза, дабы побыстрее прогнать их красноту. – Знаешь, и голова болеть перестала.  — Отлично, – Куромаку выдохнул, после чего поправил съехавшие на нос очки. – Потому что сейчас опять заболит. – Да ты оптимист, – отозвалась ты, не скрывая иронии.  — Ага…Выходит, ты был прав, – Пик остановился на входе в залу, уперев кулак в бок. Ключ на его плече угрожающе отливал золотом. Однако лицо его было подозрительно расслабленно, а настрой казался не слишком враждебным. – Принимай поздравления. — Спасибо, – Куромаку отделался бесстрастной благодарностью на сухое поздравление. – Но если учесть, что мои шансы составляли около шестидесяти семи процентов, то ничего удивительного.  – Куро, не бурчи, – твой голос дрогнул в усмешке. Треф слегка нахмурился. Его раздражал тот факт, что тебе так легко удавалось его смутить.  — А почему Т/И плачет? – из под локтя Пикового короля вырос Габриэль, чем привлек внимание к твоей персоне и конкретно к твоему раскрасневшемуся лицу.  — Т/И, ты в порядке?! – обеспокоено вскрикнул Феликс, расталкивая собратьев и выбиваясь вперёд.  — Что? – вслед за ним пробился к столу и Ромео. Оба черва с перекошенными гримасами смотрели то на тебя, то на Куромаку, в поисках взаимосвязи. – Родная, он довёл тебя, да?  Так и подмывало ответить: «Ещё кто кого довёл». — Кла-а-асс, Курилка, держишь планку. Как всегда – ты изверг, – с явным сарказмом выдал Вару, засунув руки в карманы.– Могёшь.  — Обыкновенный человек с необычайной силой — главная опасность для человечества, а не изверг или садист, – на защиту короля трефы встал Данте, что не заметил в твоем состоянии негативного аспекта.  – Всё нормально, правда, – отстранённо пробормотала Т/И, поднимая голову. Было странно слушать все эти волнения о своем состоянии, учитывая, что каждый из восьми привнес свой вклад в твой срыв. Выдохнув, ты предпочла отпустить ситуацию. На душе стало чуть легче. – Не орите только, голова болит. Семеро правителей, что удивительно, даже особо не разглагольствовали. Разве что Вару что-то бурчал, а Ромео разочарованно охал. Это (отсутствие споров, а не ахи вздохи) было легко объяснить. Куромаку, по крайней мере на твой взгляд, преподнес себя как надежного и полезного человека, благодаря чему выстроил положительные отношения со всеми клонами и их странами. Даже с пиками, а вернее с вальтом данной масти, у него были подписаны контракты и договоры на взаимовыгодную торговлю, а это уже уровень.  — Очень рад за вас! – валет червы старался выдавить из себя доброжелательность даже через досаду. Хотя вскоре радость и вправду перевесила, – Скоро замок Курограда разразится топотом крохотных ножек! Да, Куромаку? – Подскочив к трефовому, он стал по-дружески пихать его в бок. – Жду не дождусь увидеть ваших маленьких миленьких куромак!  — Жду не дождусь увидеть потомство куре-е-ей! – в своей манере подхватил Вару, передразнивая собрата.  — Вару…Прикрой хлебало, будь добр, – ты откинулась на спинку трона, массируя переносицу.  Король трефы в некотором роде благодарно сдавил твоё плечо. Его рука скользнула ниже, приобнимая стройный силуэт. Твоё ухо обдало теплым дыханием и едва различимым, но при том одурманивающе приятным шепотом:  — Спасибо за озвучивание моих мыслей.  Вас нашёл Вару bOlit (#dj trippie Flameboy https://eu.hitmotop.com/song/78196076# Досвидошь — нркт https://eu.hitmotop.com/song/66849136 Malice Mizer — Baroque https://eu.hitmotop.com/song/75589986# Maroon 5 — Animals https://eu.hitmotop.com/song/47829883 Минуя очередной лестничный пролет, Т/И как можно быстрее мчалась в библиотеку — единственное место, где она могла укрыться от своего главного преследователя. Смех Вару был слышен на каждом шагу, будто бы он был прямо за спиной у своей жертвы. Как бы ты ни петляла, оторваться не выходило. — *Вот же срань…* — про себя бранилась ты, заворачивая в очередной коридор, от которого до дверей в библиотеку пять метров от силы. Бежать в блузе и брюках было невыносимо жарко. Из-за продолжительной физической активности спина взопрела, ладони стали влажными. Плохо продуваемая роскошная ткань противно липла к телу, сильно сковывая движения. Обувь также натирала, заставляя прикусывать губу по крови и замедлять шаг, дабы не взвыть от боли, будто всё и вся настроено против тебя. Пиковый валет, если быть честным, даже не знал, что был так к тебе близок. Ему казалось, что он шугает Зонтика, и всё ждал испуганных криков и сдавленного плача. Это ведь очередная причина высмеять трефа, так почему бы ею не воспользоваться? Всё равно времени вагон. Ускорив шаг, Т/И стиснула зубы, игнорируя боль и неудобства, и кинулась к дверям в библиотеку. Табличка, гласящая о запрете на вход для двух вальтов, в очередной раз подняла тебе настроение и заставила усмехнуться. К твоему сожалению, тихо скрыться не вышло. Не уследив, девушка выпустила из рук дверную ручку. Дверь громко захлопнулась, разогнав эхо на всё северо-восточное крыло. Ты едва не зарычала от разочарования и злости, но решила не терять время за зря и поскорее найти безопасное место. Теперь нет сомнений в том, что пятый клон заявится в библиотеку, куда обычно ему хода нет. Подниматься на самый верх башни времени нет — он заметит тебя на лестнице. Придётся прятаться на первом этаже. Громкий стук каблуков никак не скрыть. Т/И с обезумевшим взглядом бежала в самый дальний угол зала, надеясь на то, что ей удастся скрыться. Как бы не так. — Т/И–И–И! — Вару манерно закрыл за собой дверь, нарочито задвинув её до упора. Растягивание гласных твоего имени действовало на нервы. — Я зна-а-аю, что ты зде-е-есь. Валет понял, что всё это время он запугивал не своего собрата, а тебя. И новая жертва ему нравилась куда больше со всех точек зрения, начиная с её более крепких нервов и заканчивая её статусом. Узнав о плане «Б», Вару одним из первых поддержал эту затею, даже не жалуясь на то, что её придумал какой-то кретин. Ему созданные условия были на руку. План был таков: вначале зашугать такую неприступную Т/И до смерти, а после стать для неё «спасителем» и в конце концов нагнуть всех остальных и сделать её своей женой. Козырно придумано! А почему бы и нет? И внукам будет что рассказать… Такого предложения руки и сердца ни у кого за всю историю мира не было и больше не будет. — Сгинь, тварь, сгинь… — бормотала ты, прячась за стеллажом. За столь короткое время Вару оказался от тебя всего в десятке метров. Взмокшей спиной вжимаясь в дерево, Т/И судорожно размышляла, что делать и куда податься. Сама себя завела в тупик и теперь пытается соображать. Неподалеку оказался низкий стол с двумя креслами — зал ведь читальный. На столе одиноко и минималистично стояла тоненькая ваза с веточкой орхидеи, что помимо красоты также несла смысл глубоких умственных познаний и безграничной мудрости. Схватив стеклянный сосуд со стола, ты прижала его к груди, пальцами ощутив слегка выпирающие символы на стенках. Прислушиваясь к чужим шагам где-то неподалеку, девушка вгляделась в вазу, различив очертания совы и змеи — символов мудрости. Весь замок снизу доверху был наполнен символизмом и библиотека не была исключением. Даже книжные стеллажи, в торец одного из которых Т/И старалась вжаться всем телом, были сделаны из крашеной яблони, ведь яблоко — ещё один (ОЧЕРЕДНОЙ) символ мудрости. — Не молчи, душа-а-а моя-я-я! — ласковое прозвище в картавом исполнении звучало ещё противнее. А голос всё ближе и ближе. Скоро просто орать ему надоест, начнет ещё и каламбурить. — Т/И, хорош молчать, язык прикусила?! От радости, чтоли.? — Ага, как же, — девушка хмыкнула, ведь догадка её подтвердилась. Она хорошо знала Вару и его повадки, как и тот факт, что он крайне нетерпелив, когда чего-то очень ждет. Разумеется, пиковый валет считает, что охотник здесь он и его жертва сейчас бьется в конвульсиях от страха, но…зато жертва знает все повадки этого горе-охотника и обязательно своими знаниями воспользуется. В попытке успокоить без конца колотящееся о ребра сердце, ты всё больше утопала в собственных мыслях, не замечая шума вокруг. В ушах противно звенело, звуки сливались в единый жуткий трезвон. Показалось, что всё вокруг стихло, как по щелчку пальцев. И дребезжащий голос Вару затерялся в тишине, а его обладатель сошел с радаров. Упиваясь мыслями о том, что у тебя всё под контролем, ты в край…сошла с ума. Подарившая надежду на спасение тишина вновь обернулась кошмаром. Голова гудела, а в груди стало пусто, словно сердце остановилось. Холодные руки сжали стекло, царапая его ногтями. — Куда ж ты, даун, делся…? — пробормотала девушка себе под нос, с опаской озираясь то в один, то в другой образуемый стеллажами коридор. — Я, даун, никуда не девался, — над самым ухом раздался довольный и ничуть не оскорбленный тон. Нашёл. Боковым зрением ты заметила ярко-зелёное пятно. Что-то нечленораздельно крикнув и огрызнувшись, ты тут же метнула сжатую в руках вазу, и отшатнулась в сторону, на ватных ногах двигаясь к выходу. Вару легко уклонился от миниатюрного графина, который и брошен был наотмашь: — Ты чего кидаешься?! Я по-хорошему пришёл. — Уйди! — девушка отмахивалась от чужого голоса, как от назойливой мухи. Вскоре ноги словно налились свинцом. Шаги давались с трудом, а воздух в легких сперло, будто на грудь уронили наковальню. — УЙДИ! Т/И повалилась на пол, держась за сердце и задыхаясь. Паническая атака не щадит никого. Обычно они проходили не так артистично и драматично, будто ты работаешь глоткой на публику. Вовсе нет, зачастую ты наоборот справлялась в подобным сама. Такая реакция на стресс у тебя случалась крайне редко. — Эй, э-эй! — валет пики слегка обескураженно пялился на тебя, не зная, что делать. Его дикий запал…куда-то пропал. Остановившись в последнюю секунду и поджав пальцы вытянутой руки, он позволил женскому телу упасть подобно хрупкой фарфоровой кукле, которой надоело безвольно восседать на полке. С одной стороны, сейчас Т/И абсолютно безобидна и, судя по всему, никакого отпора дать не в состоянии. Чего уж греха таить, минута-другая и королева в обморок свалится, куда ей. Но с другой стороны…ей плохо. Больно и страшно. Будь на твоём месте кто-то другой, менее интересный и значимый, Вару бы уже уписялся со смеху, ей богу. Но от вида задыхающейся и бьющейся в конвульсиях девушки ему стало не по себе. Такой реакции он мог ожидать лишь в своих самых дрянных фантазиях, но здесь, наяву… — Эх… — пятый раздосадовано вздохнул, аккуратно подходя к тебе. Взяв девушку за подмышки, он поднял её над землей так, чтобы носки королевской обуви не казались пола. — Ну я хоро-о-ш! Одну из самых уравновешенных до белого колена довел. Прогресс! Тупо пялясь на мельтешащиеся перед глазами спирали, Т/И не предпринимала ничего от слова совсем. — Же-е-ертва, сопротивля-я-яйся, — недоверчиво протянул он и слегка потряс хлипкое тельце в воздухе, будто пытается разбудить младенца. Не помогло. Женская голова безвольно пошатывалась в воздухе вместе со зрачками в глазах, что не реагировали ни на свет, ни на любые другие внешние раздражители. — Ла-а-адно. По-моему, я испробовал всё. Мне же лучше! Закатив глаза, он забросил тебя себе на плечо. Женское тело примяло пушистый мех накидки. Округлые бедра и слегка покрасневшую щеку вождя разделяли жалкие миллиметры. Выдохнув и показав язык несуществующей совести, Вару отклонил голову чуть в сторону. Выудив из нагрудного кармана часы на тонкой цепочке и взглянув на циферблат, пиковый валет невольно цокнул и без зазрения совести ругнулся: — Херня. Долго я за тобой бегал, душа моя. Чуть подбросив тело девушки на своем плече, он раскрутил золотистую цепь на пальцах, один из которых она обвила подобно ленте. Раскрутив часы обратно, он вернул их на положенное им место и кинулся к выходу из библиотеки.

***

Из-за сильной тряски и слабых ударов животом о мужское плечо ты постепенно стала приходить в себя. Пусть к мозгу и щекам прилила кровь, однако взгляду всё же вернулась ясность, будто алкогольное опьянение наконец покинуло разум. Проморгавшись, Т/И увидела перед собой ткань вельветового плаща глубокого темно-зелёного оттенка. Искоса оглядевшись, она обнаружила, что её на своем плече тащит в тронный зал никто иной как Вару. Ну да, зелёный цвет перед глазами ведь ничего не говорит. Вдруг просто дальтонизм накрыл? — Ты охренел?! — вспыхнула ты, с силой зарядив кулаком по поджарой мужской спине. Валет будто и не обратил внимания, перепрыгивая через пять последних ступенек лестницы. Тебя встряхнуло. — ИДИОТ, ПУСТИ! Ты принялась молотить клона по спине кулаками, в тоже время пинаясь ногами. — Ага, обязательно! — отозвался он, звонко шлепнув тебя по заду. С твоей стороны тут же последовал удар коленом в район солнечного сплетения. Немного промазала, однако Вару всё равно замер на пару секунд, скривившись. — Да хорош колотить! Хочешь, чтоб тебя опять кондрашка хватила, дурёха? — Ты че несёшь, щавель? — Т/И кое-как повернула голову, уперевшись глазами в выглядывающую из-под цилиндра зеленушную макушку. — Ты там пыли надышалась, хрен тебя знает, — клон не сбавлял шагу, на ходу объясняя произошедшее. — Ты не в себе была. Вдруг ещё помрешь, чудовище. Ещё на меня подумают. Ну я подумал и… — И забрал? — скептически дополнила ты. — И забрал, — он пожал плечами. — Не бросать же тебя на полу в обмороке. Я тебя звал, лещей раздавал, но ты всё дрыхла. Мне не хотелось ждать, когда у тебя пена изо рта пойдет, но, оказалось, ты не бешеная. — Реально? Ты меня пожалел? — Т/И на минуту прекратила уже ослабевшие удары по чужой спине. — А свидетели есть? — За кого ты меня принимаешь? — саркастично протянул Вару, мотнув головой в твою сторону и ухом и душкой очков задев женское бедро. — Свидетели убиты. Ты смирно повисла на мужском плече, размышляя о случившемся. Вскоре воспоминания о произошедшем осенили твою голову, как напоминание о страшном сне или того хуже пьяных похождениях. Скрестив руки на груди, девушка слегка насупленно смотрела в сторону, глядя, как друг друга сменяют коридоры и лестничные пролеты. Ты молчала и бездействовала, углубляясь в размышления. Как так? Вару и пожалел? Разве эти слова могут спокойно сосуществовать в одном предложении? — Т/И–И–И, приём! — новый звонкий шлепок по заду тебя отрезвил, но не настолько, чтобы отзываться бодряком, как рядовой солдатишка. Двинув локтем ему в затылок, ты негромко пробормотала: — Бобик сдох, копай могилу. — Бобик, фальстарт! Рано дохнешь! Ещё наследника рожать, — в привычно задиристой манере протянул Вару и закружился по коридору. Т/И слегка испуганно поджала ноги и щекой прижалась к мужской спине, руками вцепившись в чужие плечи. Зная пятого, он мог легко уронить и не заметить. — Дожить бы.! — ляпнула ты и ругнулась, вписавшись лодыжкой в дверь. — АЙ! ВАРУ, ТВОЮ МАТЬ! — Мою мою, пардон, занесло! — валет неиронично быстро влетел в тронный зал, как машина с обрезанными тормозами. — Не ори только, уши болят уже. Подскочив к престолам пиковой масти, Вару небрежно закинул твоё тело на свой трон. Ты слабо стукнулась затылком о мягкую обивку и схватилась за голову. Кровь отлила от мозга, вызвав головокружение и лёгкое недомогание. Т/И устало массировала виски, игнорируя нарастающий победный смех вальта по правую руку от себя. — Ну что ж, добыча, — внезапно он прервался и уперся руками в локти трона. Девушка лениво подняла в некотором роде прояснившийся взгляд. — Че это было, м? Че за обмороки посреди дня? — Ну… — ты откинулась на спинку, изучая изголовье. Рама искрилась зеленцой гранат-цаворитов, рассыпанных по золотой кайме. — Моё первое замужество, я волновайся. — А ты не волновайся, — Вару показательно вильнул задом. — Или рассчитываешь на второе? — А что, интересует? — ты продолжала пальцами давить на разные точки черепа в попытке прогнать головную боль, но невнятный посторонний шум продолжал действовать на нервы. Это ежесекундное тикание… Мерзость. Выглянув из-за плеча пикового вальта, что вилял задом из стороны в строну и изображал нечто карикатурное, девушка заметила источник шума — настольные часы, отсчет которых почти подошел к концу. — Рассчитываю, что ты отключишь эту хрень. Бесит. — С чего бы? — он оглянулся, не понимая, о чем ты говоришь. После чего тут же повернулся обратно. — А-а-а, с того бы, эту хрень я тоже хочу вырубить. Моме-е-ент. — Вот-вот… Зря бычишь, — Т/И хмыкнула и закинула ногу на ногу. — Хотя мне казалось, тебя это должно было выбесить ещё раньше. — Да нет… Я же вменяемый в отличие от некоторых, — Вару потянулся к кобуре за своей спиной, что по обыкновению была скрыта роскошной накидкой. Внезапно в его руке блеснул зеленовато-медный металл револьвера. Ты, по началу закатив глаза в ответ на колкость, пригляделась в попытке различить строение и знакомые детали. — Просто эта хреновина сигнализацию включит. Сама знаешь, как она орет. Между прочим, твоими трудами создана. — Ага, мы твой нежный голосок за основу брали, — слегка отстраненно пробормотала Т/И, не отрывая взгляд от массивного пистолета в чужих руках. — Кольт? — Анаконда, — Вару хвастливо покрутил цилиндр револьвера, одновременно проверяя патроны и красуясь. В кои-то веки он смог завладеть твоим вниманием целиком, в одиночку, и может упиваться им сполна. Голодный до безумия. Клон держал орудие ровно и прямо, быстро развел ноги, встал в удобную позу, подготовился к отдаче. Всем своим видом он показывал, насколько он доволен и собой, и данным стечением обстоятельств. Держа кольт на вытянутой руке, вторую он расположил на поясе, в районе ремня брюк. Пусть и тебе, и ему хорошо известно, что ныне всё твоё внимание будет доставаться ему, как твоему мужу, но… Вару ведь и этого мало. Вару всегда мало. — И-и-и… — тихо, но отчетливо протянул он, прищурив один глаз для более точного попадания. Разумеется, Т/И о том не имела понятия, и оставалась бездействующим зрителем. Бездействующим, но не немым. — Он хоть заряжен? — скептически ляпнула ты в ожидании. — Разумеется, он заряжен! Я барабан при тебе проверял! — валет тут же по-детски огрызнулся. — Чего тогда целишься так долго? Совсем зрение своей зеленой сранью вместо линз посадил, — девушка в ожидании перекинула одну ногу на другую на другой лад. — Правда выстрел тоже тихим не выйдет… — Не боись, карандашом в бутылку попаду, — сбросив любые волнения, Вару унял совсем слабое подрагивание руки и выровнял дуло. Большой палец взвел курок. — А-а…о-о-о… Сначáла взводится курок, а потом уже прицел, — ты ударила себя ладонью по лбу, будто учительница старших классов, ученик которой написал «жопа» с двумя П. — МО-ЛО- Указательный палец соскользнул на спусковой крючок. Громкий выстрел прервал саркастичные речи, но Т/И даже не пискнула. Лишь фыркнула, расценив это как беспардонное перебивание. Пуля влетела в металлический корпус, тараня его насквозь. Что-то заискрило, послышался треск, а эхо выстрела мигом разнеслось по всем коридорам дворца. Посыпались куски корпуса и мелкие шестерни. — Оповестили, — выдержав мощную отдачу, пятый показательно дунул на крайне слабо дымящийся ствол, после чего тут же спрятал револьвер обратно в кобуру на поясе. — Сейчас сбегутся, как мухи на дерьмо. — Мухи слетаются. Ты весь магазин выдоил? — невинно поинтересовалась Т/И, подпирая щеку кулачком. — Жопу себе прострелишь — я жалеть и целовать не буду. — Я если барабан не прокручу, хрен он выстрелит, — состроив гримасу, отдаленно напоминающую выражение лица короля трефы, поправил тебя Вару, заставив усмехнуться. — А ещё любящая жена называется. — Да хрен тебя знает, — в ответ процитировала его ты, изобразив руками круглые очки перед глазами, и скривила лицо в максимально уморительную рожицу. — Ну что за красота-а-а, — рассмеялся он, глядя на тебя, не без доли насмешки в голосе. — Ай тигрица. — Львица, мне же такой инвалид достался, — Т/И пожала плечами и высунула язык. — По зрению. Пять минут целиться с пары метров только имбицилы могут. И ты. Валет запнулся, подбирая оскорбление достаточно жесткое, но при том безобидное, без четких указаний на твои недостатки. Так, слабенькая гадость, не более. — Что по поводу жены… Предложения или вопроса я не услышала. Так что не зарекайся, — пользуясь его замешательством, ты вбросила намек. Инвалид же. — Так вот насколько хитро чудовище. Может ещё скажет, что специально передо мной в обморок упало, чтоб милостивый я несчастное чудовище спас? — Вару быстро сориентировался и переключился на дразняще-обвиняющий флирт. — Так и знал, что я тебе нравлюсь. — Шлюха всё знает, — ты хохотнула, как только до твоих ушей стали доноситься звуки чужих шагов из коридора. — О, свидетели идут. Включай шарманку свою. Клона позабававили и даже обрадовали твои слова. Вы наконец поймало одну волну и, проще говоря, спелись. Вару крайне льстил тот факт, что ты в сей момент выглядела неимоверно расслабленно и спокойно. Не столько смиренно, сколько довольно девушка восседала на чужом троне, беззаботно болтая со своим суженым.

***

— А что это было? — раздался звонкий эльфийский голос. Едва пятый клон хотел начать очередную свою речь, изредка прерываемую заливистым смехом и его же гоготом, как вдруг его собратья наконец вошли в залу.

— Я не один услышал выстрел?!

— Вару, совсем из ума выжил?

— Вару, ты что, стрелял в неё?!

— ВАРУ!!!

В конце концов все восклицания оказались недосказанными, когда на глаза явившимся попался разорванный пулей корпус будильника: — Я между прочим вам жизни спас! Если бы не моя меткость, вы все остались бы инвалидами по слуху! — Зато ты так и остался по зрению, — хмыкнула ты, заставляя семь пар глаз уставиться с немым вопросом на твою фигуру. Всех, даже тебя саму, интересовал вопрос, каким образом этот тролль смог уговорить столь гордую даму усадить свой королевский зад на его престол. Как так? Т/И сама не имела понятия. Что-то внутри подсказывало, что будет весело. — Цыц! — Вару обернулся, театрально шипя на девушку. — Ну так вот… Р-ребята, чего р-рожи такие кúслые?! — не брезгуя картавить и растягивать звуки, Вару старался подобрать самый издевательски-жизнерадостный тон из своего арсенала, — Пр-раздник же! Где ор-ркестр, почему никто не отбивает свадебный мар-рш? — ехидство вальта перло из всех щелей. Так и подмывало сказать: «Горшочек, не вари», однако ты бездействовала. Тебе в самом деле поднимала настроение эта картина. Стоящие в ряд семь кривых рож против двух довольных. Два победителя — семеро лузеров. — Правильно я говорю, душа моя?! — скинув цилиндр, пятый подскочил к тебе, извернувшись так неестественно, будто у него искривлен и переломлен позвоночник. Он явно ластился к рукам и ждал твоего согласия. Твоего одобрения. — Так жена ты мне или тварь дрожащая? — Ну-у-у, титул твари звучит привлекательно, — ты усмехнулась, намотав зеленую кудрявую прядь на указательный палец. — Раз уж у меня выбор есть. — Я буду делиться едой и на горбу катать, — брякнул он, склонив голову ещё сильнее. Все в зале слабо сощурились, готовясь отвернуться, как только услышат хруст его шеи. Вару довольно ухмылялся. — Что не сделаешь ради любимой женщины! — Я согласна, — бесстрастно ответила Т/И, чем вызвала неимоверный эмоциональный оргазм у жениха. В такие моменты он начинал истерически смеяться, чем решил заняться и сейчас. К твоему удивлению, клоны молчали. Никто из них не решался взять слово, поздравить или хотя бы осадить, чтоб Вару не ржал как конь. Дворец бы поглотила сплошная тишина, если бы не гогот твоего возлюбленного. В кухню! Раз уж других более подходящих вариантов нет…А что плохого? Хуже явно не будет. Ну не взбредется же кому-то из клонов в голову внезапно завалиться в кухню посреди всей заварушки, чтоб чаю попить. Разумеется, это бред. Зато ты сама от успокаивающего чая не отказалась бы. Надо было хоть как-то привести мысли в порядок, желательно в тепле и тишине. Кухня была тем самым местом в замке, куда главы всех стран совали носы крайне редко и по праздникам (и то, если дождь пойдет). В основном пищевой и прачечный блоки всегда были битком набиты служащими дворца, даже яблоку негде было упасть. Потому тебе и клонам удавалось попасть в кухню лишь в дни, когда там оставались только повара или никого не было вовсе. Но даже при таких обстоятельствах готовкой вы не слишком увлекались. Особенно после случая на один из самых крупных праздников – Новый год(он же день рождения Нового карточного мира). Тогда все повара и слуги отправились по родным странам к своим семьям, а правители остались наедине с кухней и наготовили невесть что. Кто-то кулинарил хорошо и мог тебе подсобить, даже чему-то научить, кто-то разленился и издалека «помогал» советами(не будем тыкать пальцем), кто-то был слишком импульсивен для готовки или только мешался, наводя шум. Во главе всего балагана стоял Вару, который сам разбудил во всех чувство голода, а после только вредил и тормозил процесс – его прогнали с кухни скалкой и уксусом. После пятого всё же вернули (с условиями) и прикормили, потому что никто не решался попробовать приготовленное нечто. С того дня (на самом деле ночи) вы все вместе сошлись на том, что дальше приготовления чая не зайдёте. Кухней вы ласково обзывали весь пищевой блок, что включал в себя и столовую, и саму, собственно, кухню, и продуктово-продовольственный склад, где хранилось всё от корнеплодов в корзинах до мяса в морозильных камерах. Естественно, по случаям особо важным в Сердце мира доставляли свежие туши, однако хранить замороженные тоже не мешало. Вами, избалованными изысками вкусов правителями, особой разницы замечено не было. Лучшие продукты питания всех стран делились на три партии: две из них, что поменьше, отправлялись ко дворам государей и в Сердце мира, а третья, самая крупная, – на рынки. Центру, собственно, в обычное время много провизии и не требовалось – склад был не особо крупных габаритов. Однако всемирные праздники и пышные банкеты по их случаю требовали больших затрат и в продуктовом плане. Пару раз в год склад и кухня трещали по швам. Больше всех в продуктовую торговлю вкладывались красные короли с вальтами и безмастная королева. Ваши земли славились крайне плодородными почвами и умеренным климатом, что способствовали обильным урожаям. Прочие страны подобным богатством не располагали, потому взамен разрабатывали удобрения, удваивающие плоды ваших с красными мастями трудов. Как раз фруктами, овощами и ягодами в основном снабжали весь мир Феликс на пару с Габриэлем – поля Фелиции и бескрайний бубновый лес были для этого идеальными местами. Короли же обладали развитой культурой питья. Данте, естественно, располагал чаем, цикорием и лекарствами – в Сукхавати, к которому примыкал и бубновый лес Габриэля, росли сотни и тысячи чайных и лечебных деревьев и растений. Ромео же изготавливал разного рода напитки, в том числе алкоголь и кофе. В Вероне также процветали зерновые культуры, так что в его распоряжении были и многие крупы. Вас нашёл Феликс The Rare Occasions — Notion https://eu.hitmotop.com/song/74273756# Surf Curse — Disco https://eu.hitmotop.com/song/77608617# Westlife — Nothings Going to Change My Love For You https://eu.hitmotop.com/song/72391090# На пути в пищеблок Т/И не обнаружила никого на своём пути. Ей даже прислушиваться не приходилось. Замок был пуст – в нём находились только правители, если не учитывать охрану Пика при центральном входе. Ни души. Т/И осознала фактор одиночества лишь войдя в столовую , которая соединялась с кухней. – Ну и где все? – ты вскинула бровь, идя вдоль длинного обеденного стола. А ведь обычно здесь не протолкнуться. На опрятной светлой скатерти столовых приборов не наблюдалось – перед скорым уходом горничные успели лишь освежить декоративную уборку и убранство комнаты.Периметр стола занимали несколько серебристых канделябров с ещё не тронутыми свечами и две изящные белые вазы с бело-голубыми гортензиями. Чистота, невинность, изящность. Оглянувшись на двери, Т/И припомнила свои недавние приключения в западной части дворца и страдальчески забыла. Ей не хотелось повторять одну и ту же ошибку с тем, как её застали врасплох, дважды. Тебе бы пригодились ключи от столовой и всего пищеблока в целом, но, увы, они были у главной горничной, которой нет на месте. Угрюмо вздохнув, девушка выхватила стул покрепче и посеменила обратно в дверям. закрыв их до упора, ты подперла дверные ручки и довольно выдохнула. Теперь, будучи более подготовленной к новой смене событий, ты без страха и утайки прошлась до конца залы, заворачивая в просторный коридор, что вёл прямиком на кухню. Прямо посреди него красовалась дверь, ведущая на склад с продуктами и морозильными камерами. Т/И не сильно этим заинтересовалась, не шибко хотелось ютиться меж ящиками с овощами, и пошла дальше, даже не оглянувшись. Распахнув двери, ты вошла в поварню. Обилие различных шкафов, ящиков, плит и посуды могло бы поразить каждого начинающего кухмейстера, да и в целом любого человека. В прочем, так оно и происходило. Пройдя мимо стола, предназначенного для готовки и варки бодрящих утренних и успокаивающих вечерних напитков, Т/И обратила внимание на опрятность «бодрого» уголка и отсутствие каких-либо ароматов. Конечно, за несколько лет непрерывной работы кухня успела насквозь пропахнуть отдушками еды и разного рода напитков, однако это всё застоявшееся. Ты не ощущала запахов людей, их деятельности здесь, в самой запашистой зоне дворца. Неужто никто из поваров, кухарок или служанок не заварил себе чашечку ароматного чая, кофе или, предположим, какао с утра? Или все они с аппетитом попивали моющие средства, чьи едко-сладкие ароматизаторы уже въелись во все поверхности и посуду? – Забастовка? – Т/И начинала подумывать, что служащие и вовсе не вышли на работу с утра, однако что-то не сходилось. – Не-е-ет, не то. Будут ли работники бастовать просто так? И ведь предпосылок к тому нет. Да и наведенная чистота и порядок в самых посещаемых местах замка подтверждали, что легкая рука горничной тут всё же побывала. Значит, работники попросту не рассчитывали на долгий рабочий день и ушли по приказу, возможно даже ненадолго. Клоны отозвали весь персонал дворца, дабы никто не помешал исполнению плана «Б» и не вывел королеву Н/Г через чёрный ход для прислуги. От новых мыслей о восьми правителях заболела голова. Ты с понуро опущенной головой упёрлась руками в столешницу, ссутулившись. Больно колола в груди тоска, а во рту пересохло. – Чаю выпить, что ли…? – удрученно протянула Т/И, делая пару шагов назад. Сглотнув, она ощутила легкое жжение в горле. Горячее питьё ей сейчас жизненно необходимо. Кофе не хотелось – и так давление скачет вместе с настроением, подливать масло в огонь будет глупо. Окинув кухню цепким взглядом, ты стала припоминать, где хранятся десерты и сладости к столу. – С чем-то сладеньким. Бодро выдохнув, Т/И зачесала несколько растрепавшиеся волосы и стала возиться с чайником. Поставив посуду на огонь, она оставила воду кипятиться и отправилась на поиски чего-нибудь к чаю. Тебя бы устроило что угодно: пирожное, эклер, пудинг, мусс, булка с маком...да хоть галеты из сухпайков солдат. Лишь бы чай чем-то закусить. – Да тут не только меня не предупредили о собрании заранее... – уперевшись коленом в поверхность стола, ты шерудила руками по полкам и ящикам: одном были специи, в другом банки с крупами, в третьем орехи. – Нихрена нет. Хоть бы мёда оставили, ну кто ж так делает-то. Спрыгнув со стола, девушка отряхнула руки и торжественно хмыкнула: – Сахар буду жрать. Довели, сволочи. Сахар, соль и перец, кажется, был везде в больших и малых дозах. На каждом столе, стойке или полке стояли сахарницы и солонки с перечницами. Где-то больше, где-то меньше, однако более менее равномерно основные приправы были распределены по всей площади кухни, чтобы никому из поваров или кухарок не пришлось бежать за ними в другой конец зала. Вернувшись к посвистывающему чайнику, Т/И накинула на его ручку свой платок, чтобы не обжечься. Положив в другой, декоративный стеклянный чайник пару ложек успокаивающего зелёного чая, который только недавно привезли из Сукхавати, она залила в него кипяток и размешала чайные листья. Окончив недолгое приготовление, королева Н/Г плюхнулась на стул, уложив голову на руки. В прозрачных стенках еле видно отражалась она сама и всё её окружение. Чаинки словно в танце кружились в воде, иногда прилипая к стенкам чайника, и медленно, но верно опускались на дно. Чай стремительно принимал зеленовато-коричневый оттенок. – Быстрее. Быстрее. Быстрее, – назойливо, как ребёнок, скандировала ты, постукивая ногтями по стенкам чайника в такт своим словам. Томясь в ожидании, девушка стала обшаривать банки на столе, чтобы найти сахар и хотя бы чем-то себя занять. – Соль, перец...Сода..? О! Одновременно с сахаром ты обнаружила сахарную пудру, которую от соды отличал только аромат ванили. Видать, что-то да напекли, просто хорошо спрятали. Залив отфильтрованный от листьев чай в аккуратную чашку из сервиза, Т/И поспешила за ложками. Прихватив небольшую ложечку с длинным держалом, она наскоро сыпанула себе совсем немного сахара без горки и тут же закрыла сахарницу. Настал черёд ванильной пудры. Запустив в рот жмень сладкой пыли, девушка стала также нетерпеливо размешивать сахар в чашке, чтобы он поскорее растворился. Сладость во рту и тепло в руках расслабляли, помогали прогнать печаль и разочарование. Ты успокоилась, выместив свой гнев на несчастной ложке, которую в процессе помешивания чуть не погнула, а сам чай едва не разлетелся фонтаном по всей столешнице. Однако это не помешало тебе прийти к менее беспокойному расположению духа и умиротворению. Даже мысли о клонах уже не так сильно давили на грудь. Ты скорее скучала без них, чем грустила. Уже много лет Т/И была крайне близка со всеми восемью правителями и привыкла к их компании. Привыкла к их присутствию. А без балагана под локтем тебе было уже как-то необычно...пусто? Особенно в Сердце мира, где вы разделялись лишь для сна или чтобы в туалет сходить. Но даже при таких раскладах в полном одиночестве ты не оставалась. Задумавшись о клонах, Т/И отстраненно рассматривала потрепанную стирками скатерть и отхлебнула из чашки. Чай был некрепким и невероятно душистым, а его вкус почти не исказился благодаря небольшой сахарной добавке. Сладко, но не очень. – М-м-м...Вкусно. Феликсу бы не понравилось, – девушка усмехнулась, вспоминая чаепития с червовыми, на которых король и валет засыпали в свои чашки по половине сахарницы. Передёрнув плечами из-за перепада температур, она сделала ещё пару глотков. – Но с пироженкой было бы вкуснее. Ложка за ложкой пропадала из банки ванильная пудра, медленно пустела крупная сервизная чашка. Чай растекался по телу вместе с теплом и спокойствием. Расслабив позвоночник, Т/И позволила себе ссутулиться и склониться над столом, как горбатая гора. Сделав очередной глоток, она блаженно прикрыла глаза, растворяясь в тишине кухни. Жаль, не до конца.

***

Внезапно столовую разразил приглушенный удар. Ты выпрямилась подобно побеспокоенной музыкантом струне, давясь горячим напитком и инстинктивно сглатывая всё, что было во рту. Чай полился не в то горло, из-за чего ты и вовсе начала задыхаться, будто наглоталась соленой воды в море. Закрыв себе рот рукавом блузы, Т/И сдавленно закашлялась, глуша свои хрипы. Новый глухой удар и скрип заставил её нервно сглотнуть и испуганно заозираться. Кто-то уже вошёл в столовую. Подорвавшись с места, ты стала заметать следы своего присутствия: убирать ложки и закрывать банки крышками. Чужие торопливые шаги всё громче отсчитывали последние секунды твоей свободы. Ты, вся из себя расслабленная и успокоившаяся, замерла от страха, как олень перед огнями фар автомобиля. Мысли, такие противоречивые и разношерстные, столкнулись и сплелись клубком, который не позволял мозгу наконец дать команду хоть что-то сделать. В освещенном солнцем коридоре показалась макушка чьей-то тени. Т/И сделала пару неуверенных шагов назад, однако и там прятаться было негде. Кухня легко просматривалась, ни одного укромного угла в зале не было. Зато на складе... – *И почему я сразу не пошла на склад, какой нахрен чай!? – шипела ты на саму себя, залезая под стол и задвигая за собой стул, чтобы было труднее разглядеть женский силуэт под плотной грубой скатертью. Рвано вздыхая, девушка оглядела своё нынешнее местоположение и обнаружила, что при ней нет ни платка, ни кружки. – ТВОЮ МА-А-АТЬ!* Теперь этот кто-то, чьих ботинок ты ещё не разглядела, точно поймет, чья особа здесь побывала и что далеко она не ушла. Лишь бы под стол не полез.

***

Валет червы ввалился в столовую, с громким скрипом сдвинув дверь и подпиравший её стул: — Это ещё что такое? Четвертый недолго причитал себе под нос, однако быстро отвлекся. Установив стул на его законное место, Феликс отправился дальше. Он почти отчаялся тебя найти. Замок столь огромен, а Т/И, такая хрупкая и изящная, для него слишком мала. Ей, такой крохотной и миниатюрной, до невыносимого легко потеряться в запутанных коридорах и просторных залах. И весь дворец при том переполнен его собратьями, которым только дай волю взять да и заграбастать хрупкую девушку в свои объятия, откуда ей и продыху не будет. Думая об этом, валет всё сильнее злился и волновался, минуя один коридор за другим с необычайной скоростью. Создаваемый сквозняк заставлял лепестки цветов безвольно заколыхаться, словно на ветру. Феликс промчался мимо дверей склада, позабыв об их существовании. Ему показалось, что он ясно услышал шум дальше, в кухне. — Т/И, ты здесь?! – червовый торопливо вошел в залу, окидывая взглядом пустое пространство. Он уже и позабыл, как выглядит свободная от толпы людей кухня. – Ух как тут просторно… Т/И сдержала саркастичное цоканье языком и просто закатила глаза. При всём подорванном уважении, надеяться на то, что она отзовется, было верхом глупости и наивности. — М? Это же Т/И платок? – Феликс осмотрелся по сторонам и заметил на столешнице у плиты отрез ткани, который в последний раз видел именно в твоих руках. Лилейно подняв платок с гладкой поверхности, он аккуратно опробовал пальцами ткань и сжал в ладони. – Надо вернуть. Отвернувшись, валет уперся рукой в колено, борясь с отдышкой и рваным дыханием. Наконец, он устал. Устал бежать, устал искать и волноваться. В конце концов Феликс впал в отчаяние. — Это конец… – взглянув на наручные часы, четвертый увидел там что-то, что заставило его удрученно вздохнуть и обессилено усесться за стол. Ты резко отпрянула от получившегося оконца, боясь оказаться замеченной. Поджав ноги, она едва не врезалась затылком в стул напротив, рискуя вывалиться на пол. – Я её не найду…Она пропадёт… Поняв, что речь идет о ней, Т/И прислушалась, аккуратно принимая более удобную позу. Сейчас она могла наблюдать лишь носки мушкетерских ботфортов, ориентироваться приходилось на слух. Феликс уронил голову на руки, вновь устало вздыхая. Только слепой не поймет, насколько печальным было его лицо сейчас. Однако тебя съедало любопытство, что ещё он может «сам себе» о тебе рассказать. — Если бы я только мог её успокоить…Как мне ей доказать, что я не причиню ей зла!? – ты вновь навострила уши, ловя каждое слово. – А она сейчас где-то в замке…Совсем одна. И напугана до чёртиков… Т/И игнорировала все ироничные высказывания, что вертелись на языке, предпочитая этому осмысление сказанного вальтом. С одной стороны, сердце в груди отзывалось каждому слову и даже интонации. Ты верила, что валет говорил искренне и правда хотел спасти. Однако каково по его мнению спасение? И от кого он тебя в итоге защитит? — Она, наверное, так испугалась… – Т/И даже удивилась, узнав в этом скорбном жалобном тоне голос того самого задорного и развесёлого Феликса. Казалось, четвертый клон никогда не грустит и всегда старается поддерживать приподнятый настрой у себя и окружающих, в том числе и у тебя. Находясь в одной комнате всего пару минут, вы вдвоем чуть ли не по полу катались от смеха. Тебе хватало только одним глазком взглянуть на вальта червы, чтобы в него попала смешинка. А червовый, как назло, корчил смешные рожицы, чтобы тебя позабавить и услышать заливистый женский смех. С ним ты могла быть беззаботной и дурашливой. Таким в компании суровых и угрюмых дядек министров и королей ты побаловаться не могла. – *Так может…правда его выслушать?* – Т/И осторожно подползла чуть ближе к сапогам вальта, всё также поджимая ноги, которые уже начинали затекать. Пусть она и была настроена поговорить и всё выяснить, однако…как? Ей вылезти из под стола в середине монолога? Или же оповестить о своем присутствии? Залезая в свое укрытие, ты даже не думала о том, что из него придётся ещё и выбираться. Как-то не приходило в голову. — Если бы только она была рядом…я бы за всё извинился и объяснил! Даже если бы пришлось на коленях просить, я бы всё равно извинился! – червовый отчаянно ударил кулаком по столу, заставив тебя прижаться к плиткам на полу. Если сейчас Феликс выйдет из себя и начнет крушить мебель, то тебе вылезать явно не стоит… Эта его черта была той самой ложкой дёгтя в твоем понимании. Излишне резкие перепады настроения и легкая «воспламеняемость» четвертого клона нередко заставляли тебя саму сердиться, а иногда наоборот пугаться. Пусть на Т/И гнев Феликса никогда не распространялся, однако находиться рядом с вышедшим из себя человеком всё равно было неуютно и некомфортно. — Если бы я только мог…Т/И… – всхлипнул валет, отталкиваясь от поверхности стола и откидываясь на спинку стула. Ты отпрянула, подумав, что валет уже уходит, но тут же выдохнула. В руке у него на мгновение сверкнул фарфор твоей чашки. Т/И беззвучно хихикнула, предсказывая, что вкусу напитка черв не особо не порадуется. А вдруг выплюнет? Смело отхлебнув из чашки, Феликс с пол секунды подержал остывший чай во рту и тут же проглотил: — М-м…Сахара мало, крепковат. Такой, вроде, Т/И обычно пьёт… Поставив чашку на стол, он ещё немного поразмыслил. — Так…платок Т/И…чай Т/И… – бормотал Феликс, снова откинувшись на спинку. Размышляя о своих уликах, он всё глядел на кружащиеся в чашке чаинки. Вместе с тем, как они оседали на дно, в голове вальта зарождались догадки. – Так Т/И тут была! Может, она ещё не так далеко ушла!? Ты не выдержала этих тяжких умозаключений. – Да я и не ушла, ты мне помешал! – выпалила Т/И, головой приподнимая скатерть и выползая из под стола. — А-А-А! – червовый валет резко оттолкнулся от пола, не ожидая увидеть твою физиономию меж ног. Едва не повалившись на спину и не разбив затылок, он чудом нашел равновесие и передние ножки стула вновь ударились о плитку, которой был выложен кухонный пол. – Т-Т/И!? ТЫ ЧТО?! ТЫ ЗАЧЕМ…? – За хлебом, – невозмутимо отозвалась ты, всё также на половину сидя под столом. — Ты что здесь забыла!? – воскликнул Феликс, тут же спрыгивая со стула и хватая тебя за подмышки. Ты уже подумала, что сейчас он пулей помчится в тронный зал, однако валет стоял по струнке ровно, вытаскивая женское тельце из под стола. – И почему под столом-то? – Я чай пила, – как только ноги коснулись земли, король и королева принялись стряхивать пыль с одежды второй. Т/И шутки ради решила прекратить первой, но валет червы продолжил: он старательно похлопывающими движениями сбивал пыль с твоих штанин. Чуть ли сам лицом в пол не падал, лишь бы ты осталась чистой. – А ты мне помешал. Так, слегка. — А…так ты давно тут? – он резко поднял на тебя глаза и виновато похлопал ресницами. – Чего ж молчала-то..? – Да ты так чувственно обо мне говорил, будто на похоронах, – без доли сарказма выдала барышня, скрестив руки на груди. – Мне было интересно послушать. Щеки четвертого порозовели, как наливные яблоки. Поджав губы, он отвел глаза, смутившись. — И что ты думаешь..? – невзначай поинтересовался Феликс, почесывая затылок, чтобы хоть куда-то деть руки. Переминаясь с ноги на ногу, он не решался снова на тебя взглянуть. – Думаю… – ты огляделась в поисках своей чашки. Найдя её у самого края стола, девушка хмыкнула и, взяв посуду, тут же допила остатки. – …я могу тебя выслушать. Но-о-о мне нужен ещё чай. У нас ещё есть время? Валет просиял и замер, открыв рот. Заметив твой пытливый взгляд, он тут же затрепыхался в поисках часов. Взглянув на них, он довольно выдал: — Да! У нас ещё семнадцать минут! – Так чего ты ревел тогда? – ты, качнув бедрами, направилась к плите, надеясь проверить чайник. В декоративном вода кончилась. Коснувшись пальцами раскаленной металлической стенки, королева тут же отдернула руку, прикладывая пальцы ко рту и слабо шипя. – Ай…Долго же он остывает. — Да я не…Стой! – четвертый не успел перехватить твою ладонь, чтобы предостеречь об опасности, – Обожглась? – ты кивнула, дуя на палец губами, – Надо было мне! – заботливо приобнимая тебя за плечо, Феликс тоже невзначай задел ладонью чайник и тут же вскрикнул. – Ау! Правда горячий… – Феликс, ну как так? – ты усмехнулась, прикрыв рот ладошкой. Валет стал неряшливо посасывать обожженный участок кожи, однако боль не проходила. Ожог «сиял» на его ладони красноватым пятном, а в середине были едва заметные горошины бордового оттенка. – Гляди, волдырь будет. — М-да, – слегка расстроено присвистнул он, но тут же забыл про ранку. Следя за твоими движениями, дабы ты не обожглась серьезнее, чем он, валет быстро нашел себе кружку и пару чайных ложек. – А из сладкого есть что-нибудь? – Ты же видишь, – девушка мотнула головой в сторону стола. – Сладкий чай сахаром закусываю. — Да где ж он сладкий-то?! – Феликс всплеснул руками, едва не разлив содержимое своей кружки и твоей чашки. – Феликс! – Т/И прикрикнула на правителя Фелиции, вместе с ним подходя к столу. Четвертый приготовился к подзатыльнику или хотя бы к наставлениям, но и они не последовали за твоим вскриком. – Не обжегся? — Нет, всё хорошо, – черв тепло улыбнулся, радуясь твоей заботе. Отставив свою корону в сторону, он закатил рукава рубахи. – А ты…так добра, даже учитывая обстоятельства. Я немножко растерян. – Да что на вас дураков злиться, – ты пожала плечами, обходя стол и садясь напротив червового вальта. — И то правда… – Феликс виновато почесал шею, смущенно уводя взгляд. Даже в твоей брани он всё равно чувствовал тепло, о котором и мечтать не смел после своего поступка. – А я…ну…ты простишь меня за..? – За что? – вскинув брови, Т/И бесстрашно отпила не разбавленного холодной водой чая. – Договаривай. — Ну… – валет замялся, подбирая слова. Он надеялся, что ты не заставишь его полноценно извиняться и простишь, как и раньше, но…Надеяться на то, что всё будет по-старому, всё та же глупость. Феликс не любил признавать свои ошибки и поражения, а чувственные извинения давались ему с трудом, и ты об этом прекрасно знала. Попивая кипяток, Т/И выпытывающе глядела на своего «собутыльника». Сжав скатерть пальцами, он слегка раздраженно выдохнул. Ради тебя стоит переступить через себя. — Извини меня, Т/И. Я повёл себя, как последний эгоист и мудак Карточного мира…Ты не заслужила такого небрежного отношения к себе и я даю слово, что исправлюсь, – на одном дыхании выдал четвертый и прижался губами к кружке, показывая, что больше ему сказать не о чем. Наблюдая за тобой периферийным зрением, валет мысленно умолял тебя сказать хоть слово. – М-м, – протянула ты, постукивая пальцами по столу. Для вас обоих минута твоих раздумий длилась часами, если не днями. – Ладно. Ты прощен. А как исправляться планируешь? — СПАСИБО! – валет хлопнул руками по столу, нависая над тобой с криком. Чай из ваших сосудов полился на скатерть. – Ой! Ой, извини меня! Тысячу раз извини! – Я всё ещё жду, – Т/И приподняла чашку над столом, позволяя вальту самостоятельно всё вытереть. – Но скатерть всё равно пойдёт в стирку. — Знаешь, я подумал…ну… – Феликс снова несколько смутился, сильно сжав кружку. Ещё немного, и фарфор в его руках треснет. – Смелее, – ты накрыла его пальцы ладонью, поднимая глаза. – Я готова тебя выслушать. Хуже, чем сейчас, уже не будет, поверь. — Ну раз ты так считаешь… – четвертый неуверенно заёрзал на стуле, однако всё же собрал волю в кулак. Отставив свою на половину пустую кружку в сторону, он бережно, с позволения, обхватил твою руку двумя своими ладонями. Ты вскинула бровь, второй рукой держа чашку у губ. – Т/И. Я…я очень сильно тебя люблю и боюсь потерять. Ты мне очень и очень важна. Я очень боюсь за тебя. Если ты выйдешь замуж за другого, то…ты ведь зачахнешь на глазах. Я боюсь, что ты будешь несчастлива. Т/И упёрла взгляд в сплетенные ладони, размышляя над словами вальта. — Не подумай, что я считаю себя лучше всех и всё такое! – он опередил твои мысли, тут же идя в оборону своей идеи. – Ты умная и уже должна была понять, что всё продумано так, чтобы ты…ну…так и так осталась независимой, – ты отстраненно кивнула. Четвертый продолжил. – Так, может…Я подумал…Что насчёт того, чтобы ты стала моей женой…ну…по расчету? – Феликс, всё так и задумывалось, – скептически ответила Т/И, хмурясь. – Вообще ничем не помог, знаешь. — Знаю, знаю! Ты дослушай! – воодушевленно вздохнул он. – Мы же с тобой друзья? Мы доверяем друг другу и всё в этом роде… – Феликс заглянул тебе в глаза, надеясь увидеть там твоё одобрение. – Допустим. Мы хорошие друзья, – ты чуть сжала худые мужские пальцы, как бы соглашаясь с клоном. — Ну так…если мы хорошие друзья и нам друг с другом хорошо, то давай поженимся! Союз странам пойдет на пользу, а мы будем рядом друг с другом, чтобы поддержать! Узы любви бывают разными, так Ромео сказал, – его голосу вернулся былой задор. Феликс тараторил, как мог, волнуясь и недоговаривая некоторе слова, тут же перескакивая на другие. – Дружба это тоже своего рода любовь! А насчёт наследника…усыновим! Ты подперла рукой щеку, глядя на то, как пылко и с душой четвертый отстаивал свою точку зрения. Нежность в его глазах заставляла умилиться даже без как таковой причины. Слушая его, ты сама опустила вторую руку, кладя её на ладонь Феликса. Он, окрыленный любовью и надеждой, болтал без умолку, веря в лучшее. Надеясь на лучшее. — Ну так..? Что думаешь? – уже менее уверенно, скорее взволнованно спросил червовый валет, дублируя свои слова, сказанные ранее. – Ты станешь моей женой? Обещаю, я выполню любую твою прихоть, любое желание! Я ни одного указа без тебя не подпишу, честное слово! Вместо ответа, Т/И расплылась в блаженной улыбке и захихикала, прикрывая глаза. Боковым зрением она заметила циферблат на правом запястье у клона. 9:37 9:36 9:35 — Т/И..? – негромко позвал тебя он. Лицо его исказилось в погрустневшей гримасе. – Да-да, сейчас… Только не верещи, – Т/И сдавленно хмыкнула и подняла голову, – Да, я за тебя выйду, – её очень веселила смена эмоций на лице черва. Выждав ещё пару секунд, пока первый всплеск радости пройдет, девушка окончила свой ответ под замирание собственного сердца. – Но я выйду за тебя не по дружбе, а по любви. Всё, можешь орать. Закрыв глаза и нахмурившись, ты подготовилась к сверхзвуку. И не зря. — УРА-А-А! – подрываясь на ноги, Феликс перестал сдерживать бущующие в нем эмоции и заорал, что есть мочи. Снова затрещали стекла в окнах. – Я САМЫЙ СЧАСТЛИВЫЙ КЛОН НА СВЕ- – Феля, на пол тона тише, – ты деликатно приставила палец к его губам. – А то услышат. — Да! Точно! – он одернул себя, хотя в резких движениях и глуповатой улыбке всё равно читался щенячий восторг. Взглянув на часы, он выдохнул и всё также широко улыбнулся. – Бежим! Мы ещё успеваем! Червовый уже хотел было подхватить тебя на руки, но ты не позволила: – Бежим пешком, понял? — Понял! – Феликс схватил тебя за руку и, как ты и думала ранее, пулей вылетел из кухни в коридор. – У нас ещё целых восемь минут! – Да мы в шоколаде! – хохотнула Т/И в ответ и резко затормозила. – СТОЙ! — Что!? – валет споткнулся, но кое-как устоял на ногах. – Что такое??! – Подожди, – ты кокетливо подмигнула и, ногой пнув дверь на склад, скрылась из вида четвертого. — Я тебя уже нашёл! Больше ты от меня не спрячешься! – крикнул он тебе в след. Забежав на склад, Т/И резво огляделась и понеслась к ближайшему холодильнику. Выхватив оттуда пару кубиков льда, девушка засыпала их в небольшой пакет, который обтянула своим платком: – Готово! На всё про всё ей потребовалось полторы минуты. Выскочив в коридор, ты врезалась в грудь Феликса. — Всё!? – агрессивно-радостно спросил он, глядя на тебя. – Да! – в лицо ему крикнула ты, смеясь. — А зачем бегала-то?! – валет потряс королеву за плечи, готовясь сорваться с места да поскорее. – За хлебом! – Т/И протянула жениху самодельный холодный компресс. – Чтоб ожог не болел! Четвертый уставился на пакетик со льдом в твоих руках, как баран на новые ворота. — Любимая моя, как же не вовремя! – не слушая смеющуюся и вопящую барышню, Феликс сгреб женское тело в охапку и на полной скорости помчался к выходу из пищеблока.

***

— Фух! Минута! Погляди, минута-а-а! – червовый валет на ватных и отдающих болью ногах вбежал в тронный зал, огибая стол и подскакивая к своему трону. Извиняясь, он неумело закинул тебя на свой престол. В любую секунду правитель Фелиции мог без сил рухнуть на пол, однако стойко держался, держась за любую возможную опору и кашляя похлеще вашего престарелого садовника. – Фель, ты в порядке? – Т/И заглянула в раскрасневшееся от бега лицо черва с легким беспокойством в глазах. — Я в порядке! Фух…В полном! – отмахивался он, выпрямляясь и глубоко выдыхая. Где-то в желудке десять раз исполнил сальто чай с шестью ложками сахара. — А по тебе не скажешь, – со стороны дверей послышался язвительный комментарий. Ты закатила глаза, прикрывая лоб рукой. — Эй…А почему…ой! – Феликс оглянулся на стол и, игнорируя Вару в дверях, кинулся к часам. Руками пройдясь по всем карманам на одежде, червовый валет напуганно икнул. – Ребята, сейчас будет очень громко! Т/И, ЗАКРОЙ УШИ! — Не придётся, – холодно одернул его Куромаку. В его руке скрылась платина, напоминающая пульт. Нажав на одну единственную кнопку, он отключил настольные часы, чем вызвал необычайный благоговейный выдох у всех в зале. – Я же выдал тебе запасной! Куда ты его дел? — Ну-у-у… – четвертый почесал затылок, уворачиваясь от укоризненного взгляда трефа. – Потерял, быва-а-ает… Незаметно в тронный зал проскользнули все клоны. Из всех семерых только Ромео пытался выдавить из себя более менее счастливую мину. Пусть в глазах читалось горе и крупица зависти, однако король червы держался молодцом. Ты даже почти поверила, что он не расстроен. — О, так все уже в сборе! – Феликс огляделся и, пересчитав всех по головам, вскочил около тебя. – Тогда-а-а..! Ребята, приглашаю всех на нашу с Т/И свадьбу! Ой, надо же Францу сказать… Ты хихикнула, отворачиваясь, чтобы ещё сильнее не рассмеяться: – Феликс, по-моему, ты не вовремя это сказал. — Нет-нет! – встрял Ромео, выходя вперёд и не обращая внимания на чужие в некотором роде осуждающие взгляды. – Феликс, Т/И, я очень за вас рад! Боюсь, пока что должного поздравления не подберу, однако кое-что всё равно скажу. Что бы ни случилось, будьте счастливы! Феликс, за всеми советами ко мне, ты меня понял?! Четвертый активно закивал, держа тебя за руку и изо всех сил стараясь не сжать её до хруста костей. — Я уже говорил, что я самый счастливый клон на свете? – поинтересовался он, оборачиваясь на тебя. – Да, говорил, – хмыкнула ты. – Ты уже говорил… Вас нашёл Пик REBOLA — CURSEDEVIL & XI$OW https://axe-music.ru/?artist=CURSEDEVIL%2C+XI+OW h6itam & strawangle — Funk Secreto (Ultra Slowed) https://eu.hitmotop.com/song/78424967# COILFREAK — Z-SLIDE https://axe-music.ru/?artist=COILFREAK%2C+MC+RP+VK DJ MAXZZ — Montagem Vozes Profundas (Ultra Slowed) https://eu.hitmotop.com/song/78241038# Slipknot — Custer https://eu.hitmotop.com/song/47955050# С навостренными ушами и полной боевой готовностью, Т/И уверенными и выверенными шагами продвигалась к месту назначения, обдумывая каждое дальнейшее действие и внимательно следя за любым изменением обстановки. Отламывая различные витиеватые округлые детали элементов декора дворца, ты расчищала себе дорогу. Тревога съедала изнутри. Голоса клонов, их смех и запугивания, звучали со всех сторон, будто тебя взяли в кольцо. Казалось, что из-за любого поворота на тебя может выпрыгнуть один из восьмерки, заставив упасть в обморок и схватить инсульт. Потому Т/И стиснула зубы и кулаки, готовая в любой момент дать отпор. Тем более, что страх внутри уступил ярости. Гнев вскипал в груди, из ушей едва не валил дым от разгорающегося жара бешенства. Сейчас королева Н/Г и быка уложит, что уже там говорить про человека. Негодование вылилось в животный раж. Метнув шарообразную брошь, оторванную от картинной рамы, в коридор, Т/И прижалась к стене в ожидании реакции. Железяка разразилась жутким громким звоном, однако дальнейшего топота чужих ног и прочего шума не последовало. Коридор пуст. — Отлично… — ты выдохнула и без опаски ступила на плиты коридора. Подхватывая с пола звенящую вещицу, девушка запихала её в неглубокий карман брюк и двинулась дальше. Пока что всё складывалось вполне удачно. Пару раз таким приманиванием тебе удалось отвлечь Вару и Феликса, которые бросались на любой шум, даже не глядя под ноги. Проверяя на чье-то присутствие каждый коридор и закуток, Т/И перестала оглядываться. Очень зря. На каждом шагу королеву Н/Г стерегла чужая тень — высокий, темный, широкоплечий силуэт с бросающимися в глаза рогами. Не издавая ни единого звука, даже мимолетного шороха, Пиковый король не упускал Т/И из виду. Пока она с победной улыбкой буквально прорубала себе дорогу к спасению, за ней следовало гигантское нечто, на которое девушка даже внимания не обращала — не заметила. Негласный лидер был всё ближе к своей цели. Вытянув руку, он легко мог бы коснуться шелковистых волос королевы. Пик уже было по привычке сомкнул пальцы на твоем затылке, крепко намотав гладкие локоны на кулак, однако вовремя себя одернул. Так он мог обращаться с провинившимися солдатами, но никак не с тобой. Рвано выдохнув, он осекся и затормозил, отклонившись к стене, чтобы не попасться тебе на глаза. Т/И в ответ на странную возню за плечами даже бровью не повела — не расслышала. — *Опять уверена в своей власти… Ну-ну*, — восьмой тихо выдохнул, принимая решение ещё немного покараулить. Ему были на руку все твои шпионские штучки и заманивания других клонов. Так он удостоверялся в том, что никто не встанет у него на пути — не придётся марать руки. Т/И в тайном сопровождении сварливого авторитета проследовала в коридор, что был увешан флагами государств всего карточного мира. Знамена были вышиты на плотной ткани, напоминающей войлок, который, зачастую, служил основой для ковров. Коридор был крайне тихим из-за отсутствующего в нём эха — шерстяной покров на стенах поглощал любые звуки. Королева шла вдоль увешанных флагами стен, изучая каждый по очереди — искала очередную безделушку, которую сможет использовать в качестве приманки. На глаза попалась заглушка прибитого к стене флагштока, на котором висел флаг Пиковой империи. Ты неиронично хмыкнула, подходя ближе к золотистому креплению. Пик, посчитав, что тебя заинтересовало знамя его империи, улыбнулся, поначалу. Однако минутная радость оборвалась, когда ты принялась скручивать покрытое позолотом навершие флагштока, напоминающее округлую дверную ручку. — *Чт–! КУДА РУКИ ТЯНЕШЬ?! * — Пиковый император вспыхнул, в два шага оказавшись вплотную к тебе. Тонкая женская рука слабо дрогнула. Ты явно ощутила чье-то гнетущее присутствие. Сердце ушло в пятки. — *Я что…боюсь? * — Т/И старалась сохранить внешнее спокойствие, чтобы не спугнуть похитителя. Бушующая в груди ярость показалась тебе совсем ничтожной по сравнению с тем страхом, что вмиг оборвал нить мысли и позитивный настрой. Придется… — *Убью*, — девушка схватилась за узкую трубу флагштока и со всей силы дернула на себя, вырвав хлипкие крепления из каменной стены. Она не знала наверняка, кто за ней стоит, однако смешавшиеся в неоднородное месиво ужас и бешенство взяли верх. Ты круто развернулась на пятках, на ходу неслабо наступив на ногу преследователя. Петли, крепящие ткань знамени к флагштоку, порвались, как одна. — АХ ТЫ...! — огрызок ругани повис в воздухе. Мощным ударом Т/И врезала трубой по щеке и носу восьмого. Пик отшатнулся назад, уходя от следующего удара. Кое-как закатив широкие мешающиеся рукава, королева перехватила своеобразное оружие и вновь ринулась в бой, стараясь параллельно бить противника локтем или, в крайнем случае, затылком. Вы скрестили орудия. Волосы лезли в глаза. Сдув растрепавшиеся пряди и мотнув головой, Т/И без доли страха взглянула на лицо восьмого. Из левой ноздри медленно вытекала капля крови. — *Надо заканчивать и побыстрее. Если прибегут остальные, я так просто не ускользну*, — разъяренные глаза с пушистыми ресницами безостановочно бегали по всему высокому силуэту императора и его рукам, сжимающим золотой ключ. Твой импровизированный посох, разумеется, уступал орудию Пикового короля и в размерах, и в прочности, однако это не мешало тебе рассчитывать удары и бить по открытым местам. Звон металла друг о друга уже давным давно должен был привлечь сюда клонов, однако вашу потасовку никто не прерывал. У тебя ещё есть шанс. — ДА ОТВАЛИ ТЫ ОТ МЕНЯ! — рявкнула ты, вновь напав на Пика, который в очередной раз парировал твою атаку. Т/И начинала вскипать. — Я предлагал решить всё мирно, — отрезал он, блокируя удар в шею, и крученым движением выбил трубу из твоих рук. Метал завизжал, упав и покатившись по плитке. Как удобно флаги на стенах впитывали любой шум. — Но ты не слушала. Пик стал медленно к тебе подходить, всё ещё держа в руке ключ и оттесняя девушку к стене. Он посчитал, что безоружной ты напасть не решишься. — Очень мирное решение, — Т/И старалась не смотреть на оружие в руках оппонента, изучая хват лишь благодаря навыку периферии. Физиономия Пика была всё ближе. — *Ударить в рожу — забрать ключ. Ударить в рожу и забрать ключ. Ударить и забрать*, — спрятав руки за спину, она нервно срывала с пальцев массивные кольца, после чего стала надевать их на правую руку. Так выйдет ударить больнее. В твоих планах и интересах было оставить Пиковому королю ушиб слабой либо средней тяжести, лишь бы без осложнений. Этому гаду ещё империей руководить. —Это уже не имеет значения. Я лишь предлагаю решение, — Т/И даже не слушала. На долю секунды она заметила, что хватка смуглых пальцев на рукояти ключа ослабла. У неё есть шанс. — Если ты выслушаешь меня, то мы сойдемся на обоюдных претензиях и–АРГХ! Неприятный болезненный хруст не позволил Пику договорить. Увешанный перстнями и кольцами кулак в момент врезался в усыпанное шрамами лицо. Брызнула кровь, драгоценные камни на твоих пальцах окропила багровая жидкость. Её было совсем немного, ты всего лишь ещё сильнее разбила ему нос и расцарапала щеку, но тебе хватило отвращения ко всей ситуации. Удар получился рваным, неотработанным, будто ты почти промазала. Левая нога оторвалась от земли, хотя должна была оставаться на месте. Выпад правой оказался вдвое слабее, чем ты планировала, однако импровизированный кастет тебе подсобил. Этого хватило для того, чтобы Т/И смогла окончить маневр. Успев лишь ухватиться одной рукой за ключ, королева кубарем полетела в стену, больно ударившись головой. Она выронила ключ, едва удерживая кружащуюся голову на плечах. Коснувшись пальцами затылка, Т/И обнаружила на ладони те же кровавые разводы, что красовались на лице оппонента. Пик отшвырнул тебя с такой силой, что ты едва не пробила черепом первый каменный слой. Прижав ладонь к носу, он озверело дышал через рот. Ему было плевать на кровь и любые ранения, даже если от них останутся шрамы, однако твоя непокорность вывела его из себя. Он не хотел применять силу. Во время совета восьми клоны договорились лишь о двух главных запретах — не оспаривать результаты планов «А» и «Б», а также не применять силу по отношению к Т/И. И Пик следовал этим двум правилам без укоризны гордыни. Даже во время потасовки он лишь отбивался, блокируя твои удары. Он проигнорировал первую атаку, простив положенный тебе страх. Но это… — Ты никогда не отличалась понятливостью, — угрожающе прорычал Пик, вытерев нос и разодранную щеку рукавом, дабы ты не заметила плодов своих деяний. К тому моменту, как он настиг Т/И, она уже успела принять боевую стойку и убрать снова лезущие в глаза волосы. Ключ она, как уже было сказано ранее, из рук выпустила: с громким дребезжащим звуком он отлетел в другую часть коридора и с отчетливым стуком стал скатываться по лестнице. Слабо пошатываясь, ты напугано выдохнула, готовясь к дроблению костей. Всё плыло и рябило, будто ты насмотрелась на солнце. Хорошо были видны лишь два красных пятна. Алые глаза не предвещали ничего кроме боли. Пик набросился на тебя, ощутимо ударив в районе солнечного сплетения, и попытался скрутить в захват, дабы прижать к полу. Т/И рванула в сторону, пытаясь избежать ручного замка, однако восьмой не разжимал железного хвата, не позволяя отпрянуть слишком далеко. Продолжая дергаться, ты ощутила резкую боль. До ушей донесся противный хруст между предплечьем и кистью. Вскрикнув, девушка с размаху ударила клона ногой в скулу, тихо скуля из-за вывихнутого левого запястья. Серию атак провести не выйдет, остаются точечные удары одной рукой и, как ни странно, ногами. Увернувшись от попытки нового захвата, Т/И отскочила в сторону, ударив Пикового императора правым, вооруженным перстнями кулаком в ребра, после чего в прыжке прибавила удар коленом в живот. Пик локтем зарядил тебе в висок и согнулся пополам, падая на одно колено и закрывая предплечьем в голову. Зажав рукой ухо, в котором адски звенело и кипятком бурлила кровь, Т/И широким каблуком надавила на пальцы императора, перенося весь вес на пятки. Снова хруст. Пик взбешенно зарычал, хватая тебя за волосы и вытягивая руку, чтобы отбросить подальше. Девушка вскрикнула и замахнулась коленом, ударив костью прямо по темени клона. Тот с силой оттащил тебя в сторону и резким движением двинул тебе в ногу, запуская волну боли через весь коленный сустав. Т/И взвыла и потеряла равновесие, рухнув на пол. Приземлившись на собственную вывихнутую руку, она скривилась и всхлипнула, закусив губу едва не до крови. При столь недолгой драке всё тело гудело и болело, будто кости дробили молотом, что на самом деле было недалеко от правды. Пиковый король врезал носком армейского ботинка по твоему животу, отпинывая к стене. — *Нет…нет, стена! * — ты вскочила на четвереньки, не позволяя загнать себя в угол. Пик придавил тебя сверху, прижимая к холодному полу и что-то сварливо ворча. Т/И ударилась подбородком и губой, впечатавшись лицом в пыльную плитку. Во рту ясно смешались вкусы тягуче солоноватой крови и противно ватной пыли. Закашлявшись, ты принялась брыкаться, размахивая рукой и ещё не прижатой к полу ногой. С каждой секундой ощущение чужих пальцев, смыкающихся на шее, становилось всё более явным. Рыча и выкрикивая проклятия, ты издавала всё больше шума, нервируя этим врага. Пик ухватился за острый женский подбородок, надеясь закрыть тебе рот, но ты без стеснения вгрызлась в загорелую руку, сжимая челюсти всё сильнее, до отметин и кровяной росы, при том не оставляла попыток отбиться руками. Попав сжатым кулаком противнику в ухо, девушка тут же прибавила резвый удар ногой и стала наваливаться на клона сверху, лишь бы перекатиться куда-то в сторону. С трудом поднявшись на ноги, ты всё также оставалась в захвате. Извиваясь в разные стороны, Т/И то и дело билась окровавленным затылком по носу и подбородку противника, пытаясь избавиться от чужих рук вокруг плеч. В очередной раз мотнувшись в сторону, девушка смогла расцепить замок из крепких пальцев и пнула Пика в стену. Взяв небольшой разгон, она резко и с отдачей врезалась плечом в мужскую спину для надежности. По каменной стене стали стремительно разрастаться трещины, посыпался щебень и шпаклевка. Дабы избежать новых замков и захватов, Т/И вскинула руки, перехватывая большие ладони Пика. Увы, силы её покидали. Крутясь друг вокруг друга и валяясь на полу, они приближались к длинной лестнице, по которой некоторое время назад скатился ключ императора. Стараясь не налегать на вывихнутую руку, Т/И бодалась головой и пиналась ногами, игнорируя боль в колене, что была слабее, нежели в кисти. Пик превосходил тебя своей выносливостью и мощностью. Ты же опиралась на напор и изворотливость. Такого врага так просто на лопатки не уложишь. Разве что… — *Лестница! * — тебя осенило. Ты стала нарочно сдавать позиции и уходить назад, еле заметно оглядываясь за спину. Если получится в решающий момент увернуться или хотя бы упасть, то… Пик будет успешно спущен с лестницы. Продолжая бороться с ним, будто неокрепший медвежонок со своим рослым отцом, ты продумывала свой новый манёвр, что помог бы тебе одержать долгожданную победу в поединке. И вот он. Решающий момент. Т/И принялась изо всех сил биться в конвульсиях и вырываться, однако хватка Пика была значительно крепче. Не рассчитав силы выпада, ты вновь оказалась спиной к лестнице. — Т/И! — вспотевшая тонкая ладонь выскользнула из крепкой мужской руки. Пальцами ты пыталась ухватиться за плечи, волосы Пика или хотя бы за воздух, но, увы, безуспешно. — НЕТ, НЕТ! ПИК! Т/И полетела спиной к вымощенной мрамором лестнице, ударяясь окровавленным затылком о ступени и цепляясь распластанными руками за перила. Перед глазами мельтешили богатое убранство коридора и зала, ошеломленное лицо Пика и яркие огни люстры. Из горла вырывались громкие вскрики и хрипы, которые ты не контролировала. Королева потеряла сознание прежде, чем её настиг самый сильный удар.

***

Пиковый король быстрым нервным шагом вошел в тронный зал, держа на руках ослабшее и изуродованное побоями девушки. Если бы не слабое дыхание и вздымающаяся грудь с распластанными по ней украшениями, то она вполне сошла бы за тщедушную куклу или симпатичный трупик. Но дыхание есть, сердце бьётся! Пик успел поймать и оторвать тебя от земли раньше, чем ты врезалась затылком в последнюю ступень. Подняв Т/И на руки, он отчетливо услышал биение сердца в твоей груди. Прихватив валяющийся рядом ключ, которого падение с лестницы ничуть не испортило, Пиковый король отправился в тронный зал, до которого было рукой подать. Взглянув на наручные часы, которые ты чудом не сорвала с его предплечья, Пик раздраженно закатил глаза: — Четыре минуты… А ты продержалась в бою семь. Неплохо для занозы в заднице. Раскрутив тяжеленный ключ на пальцах, Пик одним точным движением разбил настольные часы, что застыли на последней минуте. Ногой сдвинув свой трон, восьмой уложил тебя на мягкую обивку, подперев твою голову своей рукой, дабы ты не упала носом в подлокотник. Позолоченный обрамник трона был украшен россыпью темных, почти черных камней, Во главе переливался глубоким фиолетовым оттенком напоминающий смоль обсидиан. Смочив платок последними каплями воды из фляги, Пик прижал его к твоему темени, дабы остановить кровь. Придерживая девушку за плечо или локоть, он старался избавить миловидное лицо от кровоподтеков. Получалось, мягко говоря, так себе. ПИК!!! Клоны, вернувшиеся в залу, обеспокоено поспешили к Т/И, едва заметив её обморочное состояние. Синяки на скуле, разбитая губа, ссадины и странные кровавые разводы на руках и лице не внушали доверия. Это они ещё всех подробностей не знают. — Пик, мы договаривались без насилия! — твердил Куромаку, всплескивая руками и с трудом подбирая цензурные слова. — А что с Т/И? — Габриэль оказался под боком у Куромаку, надеясь на получение ответа. — Ты что наделал, кретин?! — Вару вставлял слова и грубости после каждой реплики трефового короля, добавляя эмоциональной окраски. — Да ты вообще помешался на своём Пиковом союзе, мудила! — А почему помешался? — бубновый валет шевелил ушами, неизменно глядя на твоё лицо. Его расстраивал тот факт, что ты всё никак не открывала глаза. — Вы ч-что…подрались? — Зонтик всхлипнул, глядя на уставшее и побитое женское личико. — Вы подрались? — повторил за трефом Габриэль, всё больше меняясь в лице. — ПИК, ТЫ...! — Феликс разъяренно закатывал рукава, крепко сжимая челюсти до болезненного скрежета. Большие добрые глаза налились кровью. — Ты убил её, изверг! — вопил Ромео, едва не обливаясь слезами. — Моя Т/И! Моя бедная Т/И! Как ты посмел?! — Убил?! — воскликнул валет бубны и, к всеобщему удивлению, оказался около пикового престола за пол секунды. Схватив твою руку, он зажал пальцами точку над запястьем, активно шевеля ушами и сосредоточенно насупившись, — Но она же дышит...? — Дышит?! — король червы схватился за сердце, глядя на Габриэля со слезами и мольбой в глазах. Валет кивнул, чуть поджав пухлые губы. Ромео облегченно выдохнул, однако руку от сердца не отнял. — Хвала создателю! Данте хранил угрожающее молчание, неодобрительно глядя то на пикового собрата, то на тебя саму. Благоговейная улыбка пропала с лица, словно грязной тряпкой стерли все краски с холста. Густые брови сдвинулись к переносице, символизируя раздражение. Во взгляде читался холод. Какофония голосов заставила тебя прийти в себя и очнуться. Что-то холодное прилипло к затылку, капли какой-то жидкости стекали за шиворот блузы, пуская мурашки по позвоночнику. Приподнимаясь и усаживаясь в более корректную позу, Т/И даже не заметила, на чьем она троне. Держась за голову, девушка растирала виски в попрытке прогнать режущую боль. Пиковый король придержал твоё плечо, помогая усесться более ровно. Ты, следуя положенному этикету, бросила тихую благодарность, продирая глаза. — Т/И! — червовый валет, что с взбешенным взглядом и сжатыми кулаками надвигался на Пика, тут же изменился в лице и бросился к тебе, как и остальные клоны. — ЖИВАЯ! — Нет, мёртвая… — прохрипела ты и схватилась за шею. Из горла стал вырываться неприятный кашель, напоминающий лай старой собаки. Король пики нахмурился и потянулся к своей опустошенной фляге. Увы, ни капли воды или любой другой питьевой жидкости в ней не было. Данте несколько раздраженно прикрыл глаза, доставая из рукава тыквенную бутыль с водой, после чего наотмашь бросил её в сторону Пика. Восьмой поймал флягу философа и кивнул в благодарности, откупоривая горлянку и поднося её к твоим губам: — Воды? Т/И промычала что-то отдаленно напоминающее согласие и прижалась к горлышку фляги, которую держал и наклонял Пик. Когда ты напилась, он отставил бутыль на стол, снова кивая Данте. — Благодарность приятна вовремя, — беспристрастно промолвил он, пряча бутыль в рукав и не глядя на Пикового короля. Его не интересовали чужие слова и жесты, в приоритете оставались твоё здоровье и общее состояние. Все клоны были возмущены способом победы Пика. — Пик, мы не можем считать это за честный исход, — Куромаку скрестил руки на груди, укоризненно смотря на товарища и боковым зрением разглядывая тебя. — Я хотел решить всё без насилия, но… — Пиковый король затих и кивком указал в твою сторону. — Да понятно, что она отбивалась! — зашипел Вару, с трудом держа себя в руках. — Но мы это обсуждали! — Я вообще был против рукоприкладств, — фыркнул Ромео, соглашаясь с вальтом пики. — Мы сошлись на том, что можем максимум заломить руки, не больше! — поддержал пятого Феликс, переходя на крик. — ТЫ СДЕЛАЛ ЕЙ БОЛЬНО! — Закрой пасть, — оборвал его Пик, поморщив разбитый в кровь нос. — Завалитесь все… — простонала ты всё тем же хриплым голосом. — Сначала договариваетесь о всякой херне, а потом сами в ней разобраться не можете, черти. Не без помощи со стороны победившего клона, Т/И поднялась на ноги, хмурясь и кряхтя себе под нос. — Победил так победил, чего бубнеть-то, — девушка искоса глянула на Пика. — Но если бы не лестница, я бы победила. — Ага, как же, — Пиковый ткнул тебя в локоть вывихнутой руки и усмехнулся. Ты зашипела и в отместку толкнула его в бок, на котором недавно пересчитывала ребра. — ЛЕСТНИЦА?! ТЫ СПУСТИЛ ЕЁ С ЛЕСТНИЦЫ?! — в два горла заорали червовые, одновременно ударяя руками по столу. Зонтик закрыл уши и сдавленно завыл, Куромаку заметно нахмурился - рука короля трефы потянулась к скрытому карману пиджака с небольшим пистолетом в нем. Бубновые удручающе отмалчивались, однако и это было не в поддержку восьмого. — Добро пожаловать в Пиковую империю, — пробормотал Пик, игнорируя возмущенные крики. Ты в ответ лишь отстраненно фыркнула и снова опустилась на престол Пикового короля. Достаточно ощутимо для выражения непокорности, но недостаточно агрессивно, чтобы получить новую затрещину. — Ну охренеть теперь, — Вару уселся на свой трон, закинув ногу на ногу.