Happy Christmas

Маленькие, белые хлопья красиво кружились в свете уличных фонарей. Они танцевали танец, что завораживал своей красотой и изяществом. Тонкие, плавные завитки, быстрый полёт и эти белые лепестки бесшумно ложаться на землю, с каждым разом делая сугробы выше. Сейчас только двадцать пятое декабря, а они уже по колено. Это достаточно странно для Южной Кореи, но это природа. Она никогда не поддавалась человеческим расписаниям и законом, вечно живя по своим правилам. Она делает то, что ей хочется, не слушая никого вокруг, так что мешает нам так же жить? Этот вопрос Феликс часто задавал себе, каждый раз не находя на него ясный для себя ответ. Он терялся среди серых масс, выставляя себя обычным студентом. Он был умён, но никогда не показывал этого, его внешности могла позавидовать любая модель, но он всегда носил широкие, невзрачные вещи, хотя иногда хотелось одеть что-то красивое и яркое, но страх быть непонятым и высмеяным всё же брал верх. Вот так в нём на первый взгляд не было ничего особенного."Глаза, нос, губы это есть у всех людей, так смысл как-то самовыражаться за счёт макияжа и красивых шмоток?"- Думал парень стоя перед зеркалом в ванной. Вообщем всё у него было как у всех. Хах, именно это его больше всего и бесило, вызывая внутри отвращение к самому себе. Зачем ему быть похожим на это глупое стадо баранов, что даже не могут найти выход из загона? Почему же он так старается ради того, кого даже не знает? Вроде, ответы на них очевидны. У каждого есть своя причина себя ненавидеть. У Феликса это были его родители. Они никогда не поддерживали его таланты, не говорили какой он молодец, что хорошо ответил на уроке, не дули на ранку, когда тот падал, да даже обычных сказок перед сном никогда ему не читали. Они только упрекали его во всём, что он делал и не делал. Сравнивали его с ровесниками, постоянно вознася их достижения выше достижений собственного сына. Им было сложно угодить. С детства идеальные оценки и манеры, но так же эта необыкновенная холодность, что отталкивала ребят. Жизнь Феликса была невыносимым адом. Постоянные ссоры с родителями и буллинг в школе, всё это давило на подростка. И после очередной ссоры он не выдержал и ушёл из дома. Феликс брёл по пустынной улице. Неудивительно, что она была пустая. Сейчас ведь рождество. Все отмечают его в кругу любещей семьи. У Феликса же такой не было, нет и наврятли когда-нибудь будет. Он даже дом домом назвать не может, потому как таковым его не считает. Холод уже пробирался под куртку, а ноги изрядно устали. Куда он шёл? Он сам не знал куда, просто шёл куда ноги несут. Он полностью отдаётся велению судьбы. Тонет в этой реке и надеется, что течение вынесет его на песчаный берег и поможет хоть как-то разобраться в правилах этой сложной игры под названием жизнь. Как бы ты ни хотел чтоб всё складовалось, коварная колдунья судьба, решит иначе. Она снова пнёт тебя в сторону не самых лучших моментов, а ты, запнувшись о собственные мечты, больно ударишся, сдирая локти и колени в кровь. Вопрос только в том, сможешь ли ты снова подняться и, не обращая внимания на боль, продолжить свой путь. Путь Феликса пока состоит из одних только камней, никакой ровной дороги. Глаза неприятно зашипало и уже через пару секунд из них потекли первые горячие слёзы. Они обжигали щёки своей горечью, оставляя после себя лишь мокрые дорожки, что от холода начинали подмерзать. Да Феликсу больно, поэтому он и плачет. Плачет от обиды и несправедливости. Он двадцать лет жил и мирился с людьми, что окружали его. Но он устал. Устал быть для всех идеальным, пытаться помочь всем и каждому, но при этом понимая, что от других ты этой самой помощи не дождёшься. Устал слушать чужие упрёки в свой адрес. Все люди эгоисты. Просто кто-то больше, а кто-то меньше, но эта черта характера есть в каждом. Желание что-то делать полностью остановило Феликса. Он встал посреди парка. Красивые огоньки, что украшали деревья, излучали радость, даря её всем вокруг. Горящие фонари, предназначенные чтобы освещать путь в тёмное время суток как сейчас, и миленькие, маленькие скамеечки, которые уже, лёгким слоем, успел застелить снег. Прекрасная картина, но не для человека морально сломленного внутри. Сил держаться больше не было и Феликс рухнул в ближайший сугроб. Мягкая перина сразу приняла парня в свои объятья. Уставшим и покрасневшим от слёз и холода глазам открылось тёмное небо. Возможно на нём были звёзды, но их не было видно из-за ночных огней Сеула. Такие далёкие и одновременно близкие. Вроде вот она ты её видишь, но на самом деле этот горящий шар далеко от тебя. Он недосягаем, как мечты, что никогда не сбудутся. Феликс прикрыл глаза, слушая тишину. Она была приятна на столько, что парень был готов в ней расстворился. Но звук мягких шагов настораживал, но глаза открывать он не спешил. - С Вами всё в порядке?- Голос был немного хриплым. То ли от природы, то ли из-за холода, но Феликсу он очень даже понравился. Мягкий с некоторой хрипотцой, но такой приятный. Слабо улыбнувшись он открыл глаза. Над его головой нависало чужое, но не менее красивое лицо. Тёмно-карие глаза, в которых, каким-то странным образом, отражались огни парка, плавные, но чёткие линии скул и подбородка, алые, пухлые губы немного влажные от дыхания парня. Тёмные пряди, что выбивались из под шапки каскадом спадали на лицо. Оно было эталоном красоты. Даже прикопатся было не к чему. В нём всё идеально. Зрительный контакт был достаточно долгим. Брюнет поспешил прервать это хрупкое молчание, которое не решился нарушить никто до этого момента. - Ликси, вставай. На снегу холодно лежать.- Феликс, вроде, слушал голос парня над ним, но не сразу понял суть сказанного. Он словно слушал песню на незнакомом ему языке особо не вникая в слова, а лишь позволяя бархотному, щекочешему воображению, голосу проникать в каждую клеточку мозга, отдаваясь там троекратным эхом о пустые стенки, уже давно безжизненного и лишённого каких-либо надежд, разума. Он звал за собой в бездну и при всём, даже огромном, желании противится ему было так же тяжело, как курящему человеку бросить свою вредную привычку. Голос Хёнджина отдельный вид наркотиков. Феликс уже давно это понял, да он и не пытался отрицать. - Уже встаю.- Сквозь прикрытые веки проговорил блондин. Он ещё немного полежал, прежде чем предпринял первые попытки. В этом ему помог Хёнджин. Он схватил друга за руку и резко потянул на себя. Тот поднялся достаточно резко, из-за чего чуть не сбил с ног брюнета, попадая в его объятья. Расстояние было минимальным, а взгляд таким тёплым и нежным, что хотелось вот прям сейчас и здесь его поцеловать, но Феликс сдержал свой порыв, зная, что его могут не так понять. Руки остарожно отпустили маленькое, хрупкое тело. - Пошли домой?- Хёнджин не задавал лишних вопросов, чем и помогал Феликсу в данную минуту. Он знал, что ему не легко, поэтому старался поддерживать всеми силами, просто всегда находясь рядом. Его помощь была не значительной, но такой нужной и незаменимой. Одно его нахождение рядом могло избавить Феликса от всех окружающих проблем. Даже родители, что так раздражают, перестают волновать. Феликс слабо кивнул, на что Хёнджин лишь улыбнулся, беря его руку в свою. Они зашагал вдоль, освещённой фонарями, улицы, в свете, которой продолжали исполнять свой танец снежинки. Холодный воздух пробирал до дрожи, но их это не волновало. Они шли, греемые своими невысказанными чувствами и простым нахождением рядом. Наверное в этом и есть счастье. Но кто знает сколько ещё оно продлиться. Как долго этот прохладный дождик будет поливать безжизненную, лишённую надежды на выживание, пустыню? Одному богу известно, а может и не только ему.