21 век великолепий

Стамбул погружается во тьму. Солнце спускается за горизонт, играя яркими красками с бескрайним небом. Кончик последнего луча касается крыши отеля, скрываясь в тени. Звёзды одна за другой зажигаются над городом, являя собой вечер, плавно переходящий в ночь. На часах 2:03, а Селим не спит. В номере темно, лишь приглушённый свет от свечи обрисовывает аккуратные черты лица парня, по сути оставляя лишь его силуэт. Юноша стоит у окна, тонкими пальцами проводя по плотному стеклу. Рука соскальзывает и тянется к рядом стоящей тумбе, на которой располагается пепельница. Сигара уже поднесена к губам и изо рта выпущен дым. Селим всё ещё здесь, в отеле, в уютном номере, но кажется, его мысли так и находятся на той злосчастной улице. Двумя неделями ранее... Изрядно выпивший молодой человек направлялся к машине. Селим оглянулся, размахивая рукой на прощание. Взгляд, помутневший вместе с разумом, от количества выпитого алкоголя, был брошен не пойми куда. —Всё! Давайте! Я поехал! — произнёс парень, с ноткой некого беззаботного веселья, и открыв дверь быстро сел в автомобиль. Группа парней, стоящих неподалёку и провожающих друга взглядом, были в лёгком недоумении. Один из них сделал несколько решительных шагов вперёд, судя по всему он был трезв, или по крайней мере выпил очень мало. Подойдя ближе к машине, парнишка приоткрыл дверь вглядываясь в лицо Селима, которое сейчас явно не выражало никаких эмоций. —Ты это... Аккуратнее. Может тебе лучше такси вызвать, а? — обеспокоенно произнёс подошедший. —Всё... Н-н-нормально! Газанфер, хватит мамку из себя строить! Доеду - напишу! Всё! Иди уже! — грубо произносит Селим и захлопывает дверь, прямо перед носом у товарища. Лучше бы действительно вызвал такси... Лёгкое головокружение... Ну и пусть! Пройдёт! Дал по газам и поехал. Пока всё в порядке. В голове завязался странный диалог с самим собой. Хотя... Это же нормально по пьяни? Да? —Сколько ты выпил? —Я всё помнить обязан?! Хер его знает... —Ты хоть закусывал? —Да! Конфетами с ликёром! —Зашибись закуска... —Не видел ещё, чтобы от конфет пьянели. —Ладно. Допустим. Возможно это действительно хоть что-то. —Угу. Может теперь заткнёшься, и дашь мне спокойно доехать? —Может лучше и в правду на такси? Ты пьян! —Я. Уже. Еду. И как я по твоей логике потом из этой дыры машину достану?! —Меня это не волнует! Ты подохнуть можешь! Я же... —Цыц! —За те..! —ЦЫЦ! —Дай договорить! —Мне не до этого... Глянь как красиво! —А... И в правду. Друг за другом несутся огни города. Ночной Стамбул воистину чудесен! Мимо проносятся высокие здания, упираясь крышами в небо, словно придерживая его. Магазины, разного рода заведения, жилые дома... Селим невольно ухмыляется, попутно переключая песни на магнитоле. Зазвучала спокойнейшая композиция, напряжение, повисшее из-за собственных мыслей юноши, моментально исчезает. Но лишь на несколько мгновений. Музыка овладевает разумом парня, действуя убаюкивающе. Глаза слипаются, тело слабеет... Внезапный голос изнутри заставляет продолжать оставаться в сознании. —Не спи! Идиот! —А..? —Переключай! Если заснёшь — считай уже труп! —Да я не усну блин... Не усну! —Не верю! Включи что нибудь динамичное и погромче! —Надоел! Ладно! Сейчас... Отстанешь если переключу?! —Отстану. Селим нехотя переключает. Жмёт на газ, желание доехать хотя бы до какого нибудь приличного отеля возрастает. Устало опускает взгляд на наручные часы. Всё размыто... Ничерта не видит. Глупая затея была узнавать, сколько сейчас время. Селим контролирует себя с трудом, но скорости не сбавляет. Ещё пару минут автомобиль движется по дороге без особых проблем. На этот раз парниша выбрал какой-то обходной путь, дабы не попасть в аварию. Всё практически обошлось, даже скорость была сбавлена... Резкий звук. Удар. Парень жмёт на тормоз. Автомобиль резко останавливается. Создаётся ощущение, что алкоголь уже не так сильно давит на мозги. Сейчас это делает скорее страх. Селим кое-как вылезает из салона и едва не падает, хватаясь за капот. Жмурит на секунду глаза, чувствуя неприятную слабость по всему телу... Затем резким движением головы переводит взгляд на дорогу. Тихо. Вокруг ни души. Несколько шагов вперёд. —Что за... — только и срывается с губ Селима от увиденного. На дороге лежало тело мужчины, по асфальту была размазана кровь. Моментально наступившая смерть, даже проверять не стоит. По хорошему, надо бы в скорую звонить, но... Нет. Выругавшись, Селим сделал несколько мелких шажков в сторону трупа, вглядываясь в темень и освящённое горящими фарами тело. Парень проходит чуть дальше и опирается руками о капот, всё ещё смотря на мужчину. Пальцы сжимаются в кулак. Затем лёгкий удар по капоту. —Как же... Как же я... Да ну нет! — тяжело дыша произносит юноша и даёт себе пощёчину. По видимому его переполняет желание проснуться, и понять, что всё это лишь сон. Разочарованный вздох. Взгляд бегает из стороны в сторону, стараясь не возвращаться к бездыханному телу. Ночной покров скрывает многие преступления. Можно сейчас просто взять и уехать. И тут вдруг просыпается внутренний голос. —Что ты натворил?! —Я не знаю как это получилось... Я зазевался и... —Болван! —А почему ты меня не предупредил?! —Я ясновидец по твоему?! —И что мне делать..? А? —Если не хочешь, чтобы тебя поймали, езжай дальше. —Не могу. —Суицидник хренов... В машину говорю! —У меня ноги не шевелятся. Меня слева направо уносит, и обратно. —Идиот... Ладно, тем не менее. Посмотри, нет ли крови на машине? Селим, шатаясь, поворачивается к автомобилю и присаживается на корточки. Следов алой жидкости кажется нет... Или это глюк? Осмотрев всё, что только можно осмотреть, парень встаёт и отстраняется от «смертоносной железки», как он уже успел подумать о своём мерсе. Руки прикасаются к щекам поднимаясь вверх, пальцы запущены в коротко-подстриженные волосы, впиваясь в голову. Внезапный звук со стороны, вырывает Селима из сознания: —Э, пацан! Зрачки становятся уже, Селим приходит в себя. Юноша, распахнув дверь, нырнул в салон автомобиля и закрыв дверь, постарался как можно быстрее скрыться за поворотом, объехав тело. Он ничего не слышит. Дыхание рвёт грудную клетку. Сердце бешено стучит. Пульс проступает через тонкую кожу запястья, пока пальцы вжимаются в руль с жуткой силой. Голубые, словно воды Босфора, глаза, выражают лишь страх. Мозг закипает, пока парень мысленно ругает себя: «Как может закипать то, чего нет..?» Гостиница... Ура! Вот это удача! Селим паркует машину и, закинув ключи в карман чёрного пальто, направляется в здание. Через несколько минут он уже находился в номере, в уборной. Парня выворачивает, ему самому кажется, что вот-вот наступит его смерть. В глазах то и дело темнеет, а желудок продолжает сокращаться. Пальцы впиваются в фарфоровый унитаз, потом хватаются за раковину, отчаянно пытаясь нащупать кран. Ледяная вода хлещет по лицу, оставаясь на мелкой щетине и светлых ресницах редкими каплями. Селим несколько секунд смотрит вниз, зажмуривая глаза, пытаясь тем самым сморгнуть попавшую в них воду. Руки упираются в раковину, взгляд — в пол. Юноша поднял голову, глядя на своё отражение в зеркале. Неодобряюще глядя. —Вот говорили тебе... «Всевышний накажет!», а ты... Хах, сам себя наказал. Сейчас (Две недели спустя, после происшествия) Ещё одна толстая, кубинская сигара отправляется в пепельницу. Скрип. Дверь ванной комнаты открывается и слышны неспешные шаги. Селим чувствует чужое дыхание, обжигающее шею. Чужие руки ложатся на плечи, и медленно опускаются ниже, прижимая парня к себе. Чужое дыхание... Чужие руки... Чужие губы... Но всё при этом такое родное. —Снова куришь? — произнёс Баязид, бросив взгляд на стоящую около окна тумбу. Вопрос бессмысленный, ведь ответ на него дымился в посудине. Он явно не ждёт ответа от Селима, продолжая обнимать его, стоя позади. —Ты меня вымотал. Выбора другого не оставляешь. — всё таки отвечает Селим, кратко комментируя ранее происходящее действие. Баязид усмехнулся, пытаясь стянуть с предмета обожания белый банный халат. —Ой всё! — закатив глаза реагирует старший и отстраняется от окна проходя к низкому столику. —Кстати зачем это? — сказал Селим, стаскивая с поверхности бутылку виски. — Я же сказал, что завязываю. —Извини, как-то из головы вылетело. —Чтобы такого больше не было у меня в номере. Вылетело у него... На часах 3:44. Селим лежит в кровати, но при этом всё ещё не спит. Лежащий рядом Баязид утопает в абсурдных и лишённых смысла сновидениях. Оба парня вымотались за день, и лучшим решением при таком раскладе, было бы хорошенько проспаться, но по видимому не всем это понятно. Обстановка что надо: в комнате царит тьма, перекликаясь со звенящей в ушах тишиной, на круглом столе остатки дорогих блюд, заставляющие вспоминать об этом волшебном вечере, тонкие белые шторы закрывающие вид на город начинают даже раздражать. Идеальное время для того, чтобы погрузиться в себя и подумать о чём-то действительно важном. Резкий звук. Селим, с некоторых пор, такое не переносит. Он быстро реагирует на рингтон и скинув с себя одеяло поднимается с кровати. —Какому гандону приспичило звонить в такое время..? — проворчал Селим, прежде чем взял с тумбы телефон. «А, это Баязиду звонили... Сбросили уже, а кто звонил хоть?» Бесцеремонное вторжение в чужое устройство... Хотя вторжение проделанное ранее куда серьёзнее. 1:1, Хах. Юноша удивился отсутствию пароля, но с другой стороны... Это ведь значит что никаких тайн нет? Парень открыл раздел вызовов. «Папа», 1 пропущенный. Буквально через секунду на WhatsApp приходит сообщение от того же контакта. Селим не стесняясь открывает чат, любопытство всё же сильнее свежих, до боли неприятных, воспоминаний.

Папа

—Ты где? Мать волнуется. (3:50) —Чего не отвечаем? (3:51) —Баязид, я же вижу, что ты в сети. К тому же сообщения читаешь. (3:51) —Да какого чёрта? Баязид! (3:52) Селим подходит к своему спящему солнцу, слегка подталкивая его в бок. Баязид открывает глаза и с недопониманием смотрит на брата. —Чё такое..? —«Папа» — кратко, но максимально ясно изъясняя ситуацию, отвечает парнишка, протягивая телефон. Баязид берёт устройство и уходит. Запирается в уборной, по видимому наивно полагая, что мешает Селиму спать. Сам же Селим в это время садится на кровать, и тяжело вздыхая, мысленно пропускает через себя последний диалог с отцом. 11 дней назад... День за днём летят, не оставляя возможности уследить за происходящим. Для Сулеймана это выглядит именно так. Порой на тебя возлагается настолько огромная ответственность, что простых радостей жизни, в ней самой, остаётся крайне мало. Сейчас не об этом. Мужчина сидел в своём кабинете, просматривая финансовые отчёты. Проверку документов прерывает звонок. —Слушаю? — на автомате произносит Сулейман, взяв трубку. —Я всё выяснил. — доносится в ответ. —Давай не сейчас, Насух. Не до этого мне. —Подождите! Этот случай, как оказалось, связан с вами напрямую! —В каком смысле?! —В прямом. Исходя из материала, который мне удалось достать, и показаний свидетеля, ну и там кое-что по мелочи... —Конкретнее. Много воды. —Извините. В общем, поговаривают что сие действие совершил ваш сын. —Погоди... Ты уверен? Ничего не путаешь? —Могу всё переправить вам, сами убедитесь! —Высылай. — сказал Сулейман и бросил трубку. Хмурый взгляд проходится по монитору. Мужчина нервно дёргает компьютерную мышку, периодически нажимая на кнопки клавиатуры. Иногда ему хочется, чтобы весь мир вокруг него исчез, дал ему побыть с самим собой. Ему вспоминается время, когда сам он был чуточку помоложе. Но что скрывать... Тогда всё было иначе. К примеру рядом был Ибрагим. Тоска по другу и муки совести поглощали душу Сулеймана изнутри. Порой мы и сами не замечаем, как сильно меняемся рядом с близкими людьми. Самое ужасное, что замеченной эта деталь может быть только тогда, когда человека нет рядом. Или просто нет. —Отец, я... —Замолчи и дай договорить! Скажи честно... Ты был пьян? Селим поднимает виноватый взгляд на отца, и понимая, что врать уже бессмысленно, утвердительно кивает. Сулейман поджимает губы тяжело вздыхая и закрывает лицо ладонями. —Зачем... Зачем ты сел за руль в таком состоянии?! Для чего тебе дан мозг?! — выкрикивает мужчина, хватая сына за руку, и грубо отстраняет от себя. Селим отпрянув смотрит в глаза отца, которые не выражали ничего кроме гнева и разочарования, и одним лишь взглядом, юноша умоляет о прощении. —Я не думал, что всё так получится! Отец! Про... —Не хочу ничего слышать! Замолчи! Я, конечно же, вытащу тебя из этой передряги... Но видеть в этом доме я тебя больше не хочу. Иди прочь! И не попадайся мне на глаза! — перебивает Сулейман и отправляет сына за дверь. Селим в ступоре стоит у закрытой двери. На глазах уже постепенно проступают слёзы. Он провёл в этом кабинете в общей сложности около часа. Если собрать всё, что он там слышал, воедино, вышла бы крупная надпись, содержащая лишь фразу «Ты мне больше не сын». Меньше всего парню хотелось, чтобы о его ошибке узнал отец. Всё остальное Селим бы воспринял с равнодушием, и ноткой убивающего спокойствия. Ему всегда казалось, что на его братьев возлагаются большие надежды, нежели на него самого. Впрочем это его не так уж и смущало. Будь то просто «папа», конечно было бы обидно, а так... Строгое и холодное «отец», утверждённое в документах. Почему-то сейчас в доме воцарялась такая обстановка, что хотелось выйти в окно из него. Сейчас. Озаряющий лучик солнца проникает в номер через окошко, сквозь приоткрытую штору. Стамбул вырывается из тёмной пелены, окутывающей этот прекрасный город ночью. Улицы оживляются, шум овладевает всем, что есть вокруг. Люди выходят из своих жилищ, направляются кто-куда, уверенно шагая под знойной летней звездой, по имени «Солнце». Кто на работу, кто на учёбу, ещё по каким-то неведомым делам. Всё слышнее становится, как машины сигналят, собачки, которых хозяйки вывели на прогулку, то и дело лают, и как кто-то посреди улицы орёт что-то, приложив телефон к уху. Селим открывает глаза. Взгляд упирается в потолок. Ничего необычного, правда немного смущает отсутствие Баязида. Нога опускается с кровати на пол, затем вторая. В глаза бросается отсутствие вещей брата. Парень встаёт и подходит к столу, на гладкую поверхность которого, приклеен кислотно-розовый, идеально ровный по краям стикер. «Хотел с тобой позавтракать, но папа прервал планы. Я уехал, рыжик :)» —Мило. — едко прокомментировал Селим, прочитав записочку, с идиотским смайликом в конце. Окошко манит юношу к себе, и шторки уже готовы принять его в свои объятия. Клёво проживать в люксе, на третьем этаже отеля, к тому же с окнами выходящими на город. Так странно, что эта мирская суета может и привлечь, и оттолкнуть, в зависимости от того, под каким углом ты на неё смотришь. Селим снова оказывается у окна, прижавшись спиной к краю стенки. Взгляд падает на чёрную машину припаркованную под окном. —Продам наверное. — вслух произносит парень и слегка поварачивает голову, убирая авто из поля зрения. «Вот объясните мне, почему ребёнок тянет руки к горячему предмету, даже если знает, что этого делать нельзя? А лучше объясните почему ту же самую хрень может повторить и зрелый, имеющий при себе опыт, взрослый человек»