Назло всему

      Когда на поляне появились Поттеры, Гарри весь напрягся, будто пытаясь вобрать в себя образ никогда не виденных вживую родителей. Пусть они его бросили, но они были, были живы… Из глаз мальчика полились слезы, которые он даже не пытался вытирать. Перед ним были мама и папа, живые, настоящие…       — А этим память закрыли, — улыбнулся Велес, рассматривая Поттеров, которые стояли, не шевелясь. — Что же, даже не подойдете к сыну?       — К сыну? — удивилась Лили и, оглядевшись увидела двоих искалеченных детей. — Гарри, сынок! — повис над поляной отчаянный женский крик.       Разглядывая эту сцену, бог думал. Дети не смогут жить с родителями, потому что между ними навсегда встанет прошлое, да и самим детям надо помочь. Вздохнув, бог отправился за Березину, довольно быстро вернувшись. Он вел за собой две детские души. Присев перед ними, Велес спросил:       — Что же вас понесло туда? — выслушав неслышный ответ, бог вздохнул. — Ладно, будет так.       На поляне все замерло, когда Велес принял решение. Гермиона и Гарри ощутили себя уже не детьми, а подростками, зависнув рядом с маленькими детьми, удивительно на них похожими. Их тела внезапно исчезли, и Гарри грустно вздохнул, думая о новом «большом приключении», как об этом говорил недоброй памяти Дамблдор. Но бог Трех Миров взмахнул посохом, и на траве возникли два детских тела, правда, очень маленьких — год-два. В эти тела втянуло души малышей.       — Вы начнете все сначала с вашими семьями, — произнес Велес. — И будете счастливы, ибо принадлежите этому миру. А вот вы, — он обернулся к Гермионе и Гарри, сразу же обнявшему призрачную девушку в тщетной попытке защитить. — Вам уготована другая судьба, раз уж вы взрослые.       На траве возникли Гарри и Гермиона такие, какими они были на шестом курсе, только шрамов на них не было ни от Пера, ни от заклятия Долохова… Посох опустился, и Гарри осознал себя лежащим на траве в первозданном виде. Рядом взвизгнула Гермиона, желая прикрыться. Миг, и на них опустились мантии со странной эмблемой.       Искалеченных тел больше не существовало, а Поттеры и Грейнджеры обнимали своих детей, благодаря всесильного бога за милость. Еще один миг прошел, и Поттеры, как и Грейнджеры исчезли. На поляне остались только боги и обнявшиеся Гермиона с Гарри.       — А вы, дети, — обратился к ним бог, — сначала будете учиться, долго учиться, и лишь когда выучитесь, начнете присматривать за этим миром.       — Как присматривать? — удивилась девушка.       — Как мы, — ответила ей Ягиня. — Но у нас у каждого есть свои обязанности, а вот за людьми, как оказалось, присмотреть некому.       — То есть вы нас сделаете богами? — заинтересовался юноша.       — Да, — кивнул Велес. — Будете смотреть, чтобы помойка убиралась вовремя.       — Это он о чем? — спросила Гарри Гермиона.       — Подозреваю, — ответил юноша, — что об Англии…       И началась учеба, она длилась много-много месяцев. При этом молодые люди ни на миг не расставались, врастая друг в друга душами. Велес водил их в другие миры, показывая их же, как они выжили, как стали счастливыми. Некоторые жизни вызывали ужас, некоторые радость, но везде их отражения, в конце концов, были счастливы. В каждом из миров, который стал стабилен благодаря им.       Молодым людям открылось прошлое и будущее, они узнали, кто и почему заблокировал память родителям Гарри, спасая их жизни, кто заколдовал Грейнджеров, чтобы у девочки даже мысли не возникало возвращаться к ним, зачем Рон задел арфу, и почему Дамблдор играл в эти игры. Поэтому Гермиона чуть-чуть подкорректировала недавнее прошлое, даря жестокому старику не только магический откат, но и то, что тот давно заслужил — деменцию. Велес не возражал, потому что это уже случилось.

***

      Лили и Джеймс вместе с маленьким Гарри оказались рядом с домом, где обитали Дурсли. Женщине очень хотелось взглянуть в глаза той, которая не нашла тепла для ребенка. Той, кто возненавидела сестру… И она нажала на кнопку звонка. Прошло совсем немного времени, когда дверь распахнулась, и перед Лили предстала ошарашенная Петунья.       — Как ты могла, Туни? — не здороваясь, ибо не было смысла желать здоровья этому человеку, поинтересовалась женщина. — Как у тебя совести хватило так поступать с ребенком?       — Лили? — ошарашенно спросила Петунья, теряя связь с реальностью.       — Что за манера у женщин в обморок падать? — спросил подошедший Джеймс, гладя маленького Гарри, вцепившегося в него изо всех сил.       — Обрадовалась, значит, — мрачно заявила Лили, разминая кулак. — Сильно обрадовалась. Сейчас я ее еще порадую, гадюку подколодную, — прошипела она.       Поселившись в старом доме родителей, который Петунья так и не смогла продать, Поттеры начали налаживать быт. Для начала Джеймс отправился в банк разбираться со всем, что произошло, и вернулся оттуда Певереллом. Мозгов у Сохатого оказалось значительно меньше, чем у его сына, из-за чего свежеиспеченным Певереллам пришлось спешно переселяться в крепость, а потом бодаться с Министерством, напуганным появлением рода некромантов до мокрых штанишек.       Впрочем, совершенно озверевшая Лили, узнавшая о равнодушии Мунго, ДМП и прочих, устроила всем очень веселую жизнь, пообещав заменить их всех армией зомби. Все впечатлились. Сильно впечатлились, в дальнейшем предпочитая не злить Певереллов.       — И оно мне надо было? — вздохнула Лили Певерелл, обживая кабинет директора Хогвартса. — О! Северус!       — Вызывали? — грустно спросил Северус Снейп, знающий уже о смене директора, но вот личность стала для него сюрпризом.       — Что же ты сотворил-то, Северус? — нежным голосом поинтересовалась Лили.       К чести зельевара стоит сказать, что в обморок он падать не спешил. Зато вполне профессионально упав на колени, принялся просить прощения за то, что заблокировал им память, выслав далеко-далеко, но отдал Дамблдору Гарри. Так Лили узнала, что Волдеморт погиб совершенно по-глупому. Более идиотской смерти для Темного Лорда даже придумать сложно — он споткнулся о ступеньку, которую Джеймсу было лень починить целый год, и разбил голову о порог, на котором валялось что-то из мракоборческого снаряжения. Поэтому Сириус Блэк не попал в Азкабан, а просто уехал из страны, сжимая в руках свою Марлин. Найти его следы так и не удалось.       Певереллы жили долго и счастливо, держа в страхе магическую Британию. А в одиннадцать в школу пошел Гарри, встретивший в поезде кудрявую девочку с командным голосом и сержантскими замашками. Больше они не расставались никогда.

***

      Грейнджеры вернулись домой. Маленькая Гермиона забыла прошлое, поэтому доверяла маме и папе, которые это очень ценили. Она отлично училась, а если и нет, то ее утешали, помогали и никогда не наказывали. Девочка была любима родителями, души в ней не чаявшими, отлично закончила начальную школу и в нужное время получила письмо из волшебной школы.       Гермиона прочитала все книги, которые смогла, попробовала даже некоторые заклинания и с нетерпением ждала начала учебы. Она ждала волшебства и чуда, что ждет ее в школе. Но самое большое чудо ждало ее в поезде. Когда девочка сидела в купе, вошел мальчик с удивительно-зелеными глазами.       — Можно я с тобой посижу? — застенчиво спросил он девочку.       — Садись, конечно, — улыбнулась она ему.       Именно он стал самым большим чудом в ее жизни. Однажды взявшись за руки, они не расставались больше никогда. Спальни у них были разные, туалеты тоже, но на уроках, в библиотеке, на прогулке — они были рядом. Всегда, все семь лет.       — Гермиона, я увидел тебя в поезде, когда ты смотрела в окно и была такой прекрасной, что я не смог оторвать от тебя глаз. Все семь лет мы были рядом, вместе. Я хочу спросить тебя, любимая… Ты согласна стать моей женой?       — Гарри Джеймс Поттер! Ты, как всегда, нашел время! — возмутилась девочка, которой сделали предложение прямо на экзамене. — Конечно, я согласна, — смущенно проговорила она.

***

      Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор тихо выл в камере напротив Геллерта, больше ничего он уже делать не мог. Выть, играть с чем-то в своем уме, иногда грязно ругаться… Наказанием ему стала не только старческая деменция от юной Гермионы, но и «око за око» от Ягини. У когда-то великого светлого мага отсутствовали конечности. И руки, и ноги. Полностью отсутствовали, как будто и не было их никогда, поэтому кормить его был вынужден Геллерт Гриндевальд… Дамблдору заключение совсем не нравилось, а вот у Геллерта было хоть какое-то развлечение. — Эй, а что же Уизли? — спросит кто-то. Ну а что «Уизли»… Об Уизли в суматохе просто забыли, как и они с готовностью забывали о других, лелея свои планы. Бывает…