Мне хочется плакать, мне хочется смеяться, мне хочется прыгать, валяться и брыкаться,
Чтобы были друзья или хотя бы один, но я работаю как вол, в моей тележке кокаин.
Я умру очень рано, и я знаю об этом: может быть, не весной, может быть, ранним летом,
Я люблю слушать песни и костра нюхать дым, но нельзя мне отвлекаться - я везу кокаин
Найк Борзов. Лошадка
Я визжала так словно меня кто-то убивает. Уверена, что меня слышно было по всему острову. И кто вообще решил, что змеи в любимом кресле — это просто замечательная шутка? Не то чтобы я их боялась, но здраво опасалась. А целый клубок змей безобидным не может быть. Жаловаться на злобного шутника я пошла к Оркусу. Да вот только оказалось, что это его подарочек... Он мне еще и такую некрасивую фразу сказал: “Говорят, что девушки самые настощие змеи в человеческом обличье. Я подумал, что тебе нужна компания”. За это я натравила на него адских гончих, которых я нашла на замороженной части чертог, они были очень похожи на хаски. Причем они реально любили снег и смотреть на то как они прыгают по сугробам можно вечность. Именно со змей начались наши издевательства друг над другом. Оркус устроил у меня в комнате снежную бурю, а я подкинула ему тентаклеобразное чудовище. У меня в покоях джунгли и крокодилы, а у него оборванные штаны и вода с акулами вместо воздуха. Иногда были мелочи вроде неадекватных маленьких человечков, которые летали вокруг и разбрасывали мусор с криками “Посторонись! Идёт королева”. В отместку я отправляла к нему души стариков, которые читали ему нотации и кричали, что он мусорит и вообще “В мое время красивых девушек не обижали и обзывали, а холили и лелеяли”. Человечки преследовали меня буквально год и только пока я находилась в замке, а старички ходили за Оркусом по всем мирам и уже пять лет прошло, а они и не собираются отставать от него.
— Марена, добрый день, — поздоровавшись зашел ко мне Оркус, в руках он держал какую-то громадную черную птицу.
— И тебе добра, — с кивком и мягкой улыбкой ответила я.
— В общем, тебе как Маре положено иметь черного лебедя. Вот твой лебедь. Если хочешь я тебе их целое озеро подарю... И озеро тоже... Только, пожалуйста, забери стариков! — протягивая птицу взмолился он.
И все-таки они достали его. Обожаю старичков, только не имею ни малейшего понятия зачем мне эти прекрасные птицы. Хотя какая разница, они слишком хороши, чтобы от них отказываться. Старичков я отправила на перерождение. Осчастливленный Оркус даже подарил мне несколько килограмм конфет и шоколада, от вопроса почему он не мог сам отправить надаедливые души на перерождение парень лишь отмахнулся.
Еще пару десятков лет я то отдыхала в замке, то собирала души. И вот в очередной раз я валялась на кровати в своих покоях и услышала тихий, едва уловимый шепот: “О, сильнейший из всех богов, приди к нам”. И еще пару предложений в таком роде. Сначала я не поняла что происходит стала ходить по комнате в поисках мышей? Крыс? В общем, какой-нибудь гадости. Если бы Леди не зашла и не сказала что меня зовут, то я бы всё пропустила.
Я появилась на каком-то кладбище. Там была толпа пьяных подростков и зарезанный черный петух. Ух ты, впервые вижу. Жаль, что он уже мёртвый. И зачем было так изгаляться? Я бы и просто пришла. “Главное — вера” не помню кто, но кто-то так говорил. Ах да, надо поддерживать репутацию Смерти. Ничего интересного не произошло, они даже не поняли, что я пришла. За белочку посчитали. Раздумывая, что делать в такой унизительной ситуации я остановилась на том, что это не смертельно и вообще я могу устроить себе марафон по Гарри Поттеру в режиме реального времени.
Из-за рассеянности я попала в 1995 год. По датам в газетах я определила, что уже 2 июня. Ни туда, ни сюда. Ожидая событий из книг и фильмов, я пошла пособирала души. А двадцать четвертого июня я переместилась на кладбище в Литтл Хэнглтоне. К вечеру пришел крысюк с уродцем. А потом всё как закрутилось. Появление Поттера с Диггори, “Авада Кедавра” крыса, смерть Седрика, пленение Гарри, ритуал. Но меня больше заинтересовало, что душа пуффендуйца что-то не собирается покидать тело. Спустя несколько минут, он всё же вышел и ошеломленно стал оглядываться. Седрик быстро заметил своё тело и почти сразу подплыл ко мне, сидящей на голове у мраморного ангела. Хм, Поттер не похож на Рэдклиффа, а вот Диггори на Паттинсона очень даже.
— А вас, что тоже убили? — на такие слова я рассмеялась.
— Нет, юноша, меня не убили. Я сама умерла, но для меня это было так давно, что я и не скажу тебе год смерти, — ага, конечно, так я ему и сказала 2022, парень просто не поверит.
— А что вы тут делаете?
— Да вот, смотрю. Вообще меня здесь не должно было быть, но мне на это плевать. А ты чего не идешь в загробный мир? Я там прекрасный сад разбила.
— Не могу же я его вот так вот бросить. Он же еще четверокурсник только.
Аааа. Теперь мне всё ясно! Так вот почему он вампиром стал! Гарри не захотел оставлять! Я опять расхохоталась.
— А они нас не слышат?
— Ты думаешь мы бы еще могли здесь сидеть, если бы нас слышали?
— Одень меня, — произнес вдруг живой труп с красными злобными глазами, тупым змеиным носом и узкими щелками ноздрей.
— Тшшшш, сейчас начнется, — я призвала попкорн и предложила его Седрику. Парень уже начинал грызть ногти, от переживаний, поэтому отказываться не стал.
Змеиная морда стал упиваться своим величием, рассказывать, что он самый крутой в этой песочнице, что его лопатки и ведерки лучше чем у мистера Шмеля. Потом он стал ругать своих
слуг соратников. Фу, блин, он гораздо более мерзкий, чем выглядел в фильме. Устроил перекличку, рассказал почему не хватает некоторых. Как в садике ей-богу.
Машеньки сегодня почему нет? А она колготки с феечками винкс не захотела надевать.А потом сказал крысу отвязать уже чуть ли не помирающего от боли Гарри.
— Тебя учили сражаться на дуэли, Гарри Поттер? — тихо спросил труп ходячий, а затем продолжил, когда Гарри встал. — Мы должны поклониться друг другу, Гарри. Ну же, приличия надо соблюдать... Дамблдор был бы рад увидеть твои хорошие манеры... поклонись смерти, Гарри...
— Ей что ли? — дерзко указал на меня Поттер.
Шокированная я с криком “Да вы, маги, вообще охренели!” свалилась с памятника. Седрик удивленно смотрел то на меня, то на Гарри, то на Пожирателей. Всё внимание теперь было переключено на меня.
— Вы говорили, что нас не видят! — с какой-то обидой в голосе сказал Диггори, а я вытягивала из волос мусор
— А они и не должны были! —возмущенно крикнула я, а потом обратилась к пожирателям диетических печенек —У вас что совсем дел нет? Разбирайтесь между собой, я просто трупов соберу потом.
В меня полетел зеленый луч. Я даже не стала уклоняться.
— Совсем ебобо что ли? Я же сказала: я просто наблюдатель, в моих правилах запрещено вмешиваться, — на меня посыпались различные проклятия.— Ну, и ладно. Парень тебя проводить к чертогам?
Седрик кивнул, ему повезло его не видели. Даже посмотреть не дают! Доказательством того, что мы здесь вообще были, оставался попкорн, который я уронила пока падала. Как меня вообще смогли увидеть? Нет, я понимаю еще Поттер, у него же мантия-невидимка, про которую в каноне Гермиона говорила, что она от самого Певерелла. Ладно, Реддл тоже из Певереллов. А остальные? Или они наугад стреляли? Обидно до слез, пойду фильм что ли посмотрю хотя бы.
Теперь каждый раз, когда я появлялась в замке Седрик преследовал меня. Он задавал вопросы по типу: “Как там мои родители?”, “Что происходит в Британии?”, “Нашла ли Чжоу себе нового парня?” и так целыми днями. Фильмов ему оказалось мало. Закончилось всё тем, что я его выперла в 1918 год в Америку и сказала, что он теперь вампир. В определенный момент мне показалось, что он меня ненавидит.
— Если бы не мешал мне, то я бы так не сделала. И только попробуй вмешаться в дела Британии. Чтоб до двухтысячного и не рыпался. Можешь смотреть на происходящее, но не более. Понятно?
— Понятно, — угрюмо ответил Седрик
— И только попробуй нарушить мой указ.
— Ясно.
Злая я какая-то, хотя нечего мне на мозги капать! Сам виноват. Хотела пожаловаться Леди, но её не было. Про Оркуса я вообще молчу, появляется только когда я кого-нибудь бить собираюсь ну или поиздеваться чтобы.
Я так и не поняла зачем вообще я среди смертей. Люди умирают и без нас, к нам приходят тоже без нас. Фактически я просто существую. Я пошла с этим вопросом к Леди.
— Нет, ты не просто существуешь. Давай я тебе расскажу всё сначала и ты сама попробуешь всё понять. Много тысячелетий назад таких как я было множество, но мы все бродили в пустоте. В определенный момент некоторым из нас стало скучно, мы задавались вопросом: существует ли ещё что-то кроме пустоты. Когда никто ничего не нашел, решено было создать мир. Тогда мы еще не понимали, что в некоторые процессы влезать не стоит. Почти все погибли, отдавая свои силы на создание начального мира. От начального мира осталось совсем немного, на таких местах и живу я и мои братья и сёстры. Потомки некоторых стали хотеть создать свои миры, так появилась мультивселенная и боги в каждой из них. Но боги в отличии от меня не бессмертны. Я буду жить до тех пор пока не исчезнет всё, что есть в этом мире. Но если умрёт всё живое, то умрет и моя сестра Жизнь, вслед за ней начнут погибать и остальные, — Леди замолчала, она явно ждала моего ответа.
— Вы столпы? — она кивнула, а я еще раз спросила. — А я тут причем? А же была обычной девушкой, потом просто случайно влезла куда не надо.
— Хорошо, давай я тебе еще немного объясню. Итак, ты уже знаешь, что я кто-то вроде столпа. Каждый из выживших стал править одним аспектом реальности, я отвечаю за перерождение и сохранение душ целыми, Судьба определяет как должен развиваться тот или иной мир, Время следит за тем, чтобы миры не простаивали. В основном для остальных работы почти нет, но душ много и Жизнь всё продолжает их создавать.
— О, я кажется поняла. Я как ваш помощник помогаю душам не простаиваться, — невежливо перебила женщину я, но она лишь, понимающе кивнула и продолжила.
— А теперь отвечаю на второй вопрос. Я даже когда не была Смертью обладала этой силой, это можно считать родовым даром, у меня были родные братья и сестры, но они были поумнее меня и отказались от возможности управлять миром. И вместо этого некоторые отдали все свои силы на рождение миров, а некоторые стали первыми жителями. Только мои силы значительно увеличились, а вот силы тех, кто стал первыми жителями уменьшились, — она многозначительно замолчала
— Вы же не хотите сказать, что... — а не могла договорить мои догадки были слишком смущающими.
— Именно это я и хочу сказать
— Но это невозможно! Прошли уже тысячелетия!
— Ты посмотри на свои глаза и волосы. Будь ты обычным человеком, у твоего астрального тела они были были как и при жизни.
— А Оркус тоже?
— Конечно, другие бы просто не могли вынести весь поток сил, который я переправила вам.
— Что вы переправили нам?
— Вы же тоже Смерть, так почему бы вам не разделить мою тяжкую ношу?
— Но я ничего не чувствую...
— Вот видишь, дитя, а помогаешь мне ты с самого перевого дня.
Я попрощалась. Мне надо всё осмыслить, а Леди не стоит смотреть как я выдираю себе волосы от охуевания. В общем, стала я изучать свои силы (не магия, дитя! Разница колоссальна) в области времени. И тренировалась на мире поттерианы. Сначала вообще ничего не получалось, а Леди сказала, что помогать будет только когда мне тысяча лет перевалит, потому что сейчас у неё очень много дел. Могла бы и просто сказать, что я должна сама разобраться, я бы не обиделась — уже не маленькая. К тому же я уже даже не помню сколько лет прошло с моей смерти. Блин, как они там? Мишку жалко, мы ведь тогда за два года впервые вообще виделись. Мама... Папа... Надеюсь они не слишком сильно рыдали, всё же я написала им письмо. Я обязана их увидеть. От воспоминаний по щекам потекли горячие слезы. Они обжигали, воскрешая уже блеклые воспоминания жизни. Медленно, но верно я пробиралась в свой родной мирок. Казалось, что кто-то или что-то не даёт мне попасть туда куда я хочу. Скорее всего это из-за того что я не владею сейчас своими эмоциями в полной мере.
Я удивлялась почему на Земле ничего не изменилось, а потом узнала, что прошло всего лишь десять лет. В поисках знакомых я прошлась по городам России. Время от времени я собирала души и переправляла их на остров Смерти. Если бы я не имела возможности мгновенно узнавать о человеке, которого я вижу, всё, то никого бы не нашла.
Все мои знакомые очень сильно изменились. Женька, например, уже третьего рожать готовится и поэтому сильно потолстела. Сашка работает в другом городе — у него ИП и он теперь большой начальник. Все изменились, кто-то стал обычным офисным рабочим, кто-то работал на заводе, а кто-то сидит дома и занимается детьми. И никто кроме меня не умер. Даже обидно как-то стало
Самая большая проблема в том, что я уже не помню в каком городе жила. Это даже странно ведь своих знакомых я почти помню.
Долгие несколько месяцев я искала свою семью, но всё же нашла родителей. Они прям постарели, лица стали покрываться морщинами. Нарушая все негласные законы, ночью я погладила спящих родителей. Мама проснулась и похоже, она меня увидела, ведь её глаза медленно наполнялись слезами. Она включила свет и потянулась ко мне словно маленький ребёнок: “Лисанька”.
А я позорно убежала.
Пойду лучше Мишку найду, он меня скорее всего хотя бы не увидит. Но мне не дали шанса увидеть еще кого-нибудь из моих знакомых — меня снова кто-то призывал.
***
Экзорцисты медленно, но верно проверяли все дома, в которые по камерам прошла странный призрак девушки в белой рубахе, той самой в которой еще на Руси ходили, а вокруг призрака клубился черный дым и к нему притягивалась другая нечисть. Когда девушка заходила в тот или иной дом кто-то умирал. Часть населения, которая знает, что магия реально существует, в панике — никто вообще ничего не знал о таких призраках. Но вслед за ними начинали паниковать и простые люди. Кто-то предположил, что девушка вестница смерти, но вскоре эта мысль была отвергнута.
Вскоре нашли дома, после посещения которых никто не умер. По какой-то нелепой случайности Маргариту Николаевну опрашивал об этом случае, один из экзорцистов, столкнувшихся когда-то с душой Василисы. Женщина утверждала, что к ней приходила её дочь. Девушка на фотографии показалась ему смутно знакомой, но он лишь отмахнулся от этого. В итоге было решено назвать призрака Царицей Духов и народ надеялся, что им никогда не доведется встретить Царицу.
Спустя пару недель тот экзорцист вспомнил, где видел Василису, но это уже не имело никакого значения
