По осколкам памяти

Музыка растекалась по помещению, пока Фрэнсис и Тейт кружились в центре корта. Хилл плавно пускала волны руками и была похожа на белого лебедя, в то время как Маршалл держал её за талию. Затем пара отпустила друг друга и выполнила спираль и совместное вращение. После партнёры разъехались в разные стороны — Тейт поехал спиной к девушке, а Фрэнсис тянула к нему руки, отдаляясь от него. Между ними возникла огромная пропасть. — Тейт, к тебе претензий нет, — бросила Елена парню, а сама подъехала к ученице, держа руки на груди. Издалека было видно, что тренер недовольна, — Фрэнсис, что это было только что? — А что не так? — удивилась фигуристка. — Что не так? Ты видела, как ты каталась, скажи мне? А? — Я нормально каталась… — голос Фрэнсис почти перешёл на шепот. — Нет, не нормально. Волны ты сделала на высшем уровне, да. Играешь ты отлично, безусловно. Я чувствую все твои эмоции и боль. Но, Фрэнсис, у нас тут не урок актерского мастерства, а фигурное катание. Ты ехала как мешок с картошкой! Очень тяжело и не грациозно. Вот отдала всю свою грациозность в руки, а после этого? Все насмарку! — Хорошо, я исправлю все. — Да, исправишь. Все будут смотреть не на твои руки, а на всю тебя! Давай, соберись уже! У нас Олимпиада через неделю! — Да мы помним, — вздохнул Тейт. — Я не вижу. Если будешь кататься так же и на играх, то смысла всех этих тренировок я не нахожу. На исходные! Фрэнсис прикусила щеку и вернулась на первоначальную позицию. — Не слушай её, хорошо? — прошептал Тейт. — Она наш тренер, как мне её не слушать? — фыркнула Фрэнсис, — Ей лучше знать, тем более, я и сама вижу, что катаюсь как тот воробушек с запором. — Елена говорит слишком жёстко, тебе надо слышать только суть её замечаний, а не всю триаду. — Я знаю, что мне лучше слушать, Тейт, — рявкнула Хилл и тут же прикусила себе язык, — Прости, мне не стоило вести себя так грубо. — Проехали, — было видно, что Тейта её слова все же задели. — И раз, два, три! — прохлопала в ладоши Елена и пара оттолкнулась с места, сразу же кружа вокруг своей оси.

***

— Так, погоди, я поставлю камеру и потом можешь начинать! — улыбка Брайана отобразилась в углу экрана. — Эй, но я не хочу! — послышался голос Фрэнсис откуда-то с заднего плана. — Давай, не ной! — засмеялся Бейкер, отходя от камеры. Как только его огромная фигура вышла из поля зрения, камера сразу же сфокусировалась на Фрэнсис, которая стояла на льду. Брайан же не разделял увлечений Хилл и остался стоять по другую сторону от корта, — Сейчас замёрзнешь и превратишься в льдинку! Давай, двигайся! Фрэнсис пару минут серьезно смотрела на мужчину, а потом выставила свои руки в очаровательных милых варежках в жесте "сдаюсь" и стала медленно приседать, при этом не забывая вертеть своими руками и бедрами. Брайан засмеялся во весь голос. — Так, ладно, котёнок, это все очень весело, — сказал он, вытирая слёзы, — Но думаю, что ты пришла сюда не покривляться. Давай, следуй зову своего сердца! Фрэнсис улыбнулась, посылая парню воздушный поцелуй. Затем оттолкнулась и уехала за пределы досягаемости камеры. Брайан облокотился на перила и даже камера смогла передать его восхищённый взгляд, направленный явно одной фигуристке. Наконец-то Фрэнсис появилась на экране и подпрыгнула вверх, исполняя каскад тройной луц — двойной аксель. — Вау! — закричал Брайан и захлопал в ладоши, — Ставлю тебе 6.0 баллов! Нет! 100.0 баллов! Фрэнсис засмеялась и сделала небольшой поклон. — Да хватит постоянно все снимать, Брайан, ну в самом деле! — мило возмущалась Фрэнсис, прикрывая свое лицо теплым шарфом. — Это ещё почему? — улыбнулся Брайан и легонько выхватил конец шарфа, открывая вид на лицо девушки,— Давай, вылазь из своих очаровательных теплых шарфов, шапок, рукавиц, и перестань наконец-то стесняться! Бейкер резко повернулся к девушке и стал щекотать её. Фрэнсис взвизгнула и отскочила от мужчины, звонко смеясь. — Всё, Брайан, прекрати! — Только при одном условии! Ты знаешь, при каком, — хитро прищурился он. Фрэнсис цокнула, закатывая глаза, но все равно наклонилась к мужчине и легонько чмокнула его в губы. Брайан внимательно наблюдал за каждым движением девушки. Его глаза выражали неземную радость и безграничную любовь. Стоило только Фрэнсис немного отодвинуться от мужчины, как Брайан обхватил её талию руками и резко подтянул к себе. Девушка не успела даже пискнуть, как Бейкер жадно накрыл её губы своими. Мир вокруг замер, а пара не экране наслаждалась этим сладким моментом. Фрэнсис развернулась и в полутьме зала посмотрела на Брайана. Мужчина сидел на другом конце дивана. Кажется, за время просмотра видеороликов он отодвинулся ещё дальше. Одной рукой Брайан облокотился на ручку дивана, подпирая голову, а другую положил на ногу, нервно стуча указательным пальцем по колену. Бейкер был весь напряжённый, закрытый, было видно, что он находится не в своей тарелке. Фрэнсис прикусила губу, сглатывая тяжёлый комок боли. — Прости, это, наверное, было слишком, — сказала она, выхватывая диск из плеера. Брайан вздохнул, опуская руку. — Не знаю. Мне это особо не помогло. Значит, ответ на её вопрос был "да". — Ты… хоть как-то прояснил ситуацию? Бейкер втянул щеки. — Думаю, что нет. Я понимал, что на экране изображен я… и ты… но… мне все равно казалось, что я смотрю просто какой-то фильм, к которому не имею ни малейшего отношения. Фрэнсис опустила голову, аккуратно кладя диск на место. Этот диск был единственной дорогой вещью для нее, после украденного маминого кулона. На нем они с Брайаном были абсолютно счастливы и даже не подозревали о том, что с ними случится в будущем. Этот диск словно был мостом между ней и ним, девушка каждый вечер смотрела эти видео перед сном. Теперь она понимала, почему Брайан снимал почти каждый их совместный момент. — Ничего страшного, у тебя ещё есть время все вспомнить, — произнесла она. Брайан встал с дивана и засунул руки в карманы, опустив голову. — Ты что-то хочешь сказать? — решила помочь ему Фрэнсис. — Вообще-то… да, — Брайан запрокинул голову назад и прикрыл глаза, шумно выдыхая, — Я думаю… я думаю, нам пора прекратить это все. Его слова оглушили как при сильном взрыве. — Что… — прошептала Хилл. — Нам пора остановится. Тебе пора, — Брайан наконец-то посмотрел в её глаза, на которых выступили слёзы. Его же взгляд излучал искреннее сочувствие. — Я не понимаю… — Просто… — Брайан сделал шаг вперёд, — Это уже не имеет смысла, понимаешь? Ко мне уже вернулась память, я помню примирение с братом, свои победы в гонках, помню даже каждый заказ. Я помню абсолютно все, кроме тебя. Воспоминания о тебе вообще никак не проявляются. Я вижу, как ты стараешься вернуть мне их уже целых 6 месяцев, но все тщетно. Я верю, что мы приходились друг другу кем-то особенными в прошлом, но я не могу строить с тобой отношения, не помня всего, что с нами произошло. К тому же, ты постоянно носишься со мной и я не могу смотреть, как ты стоишь на одном месте из-за меня, — Бейкер смотрел прямо в глаза Фрэнсис, пока та разбивалась на мелкие кусочки, — У тебя сегодня ночью самолёт в Пекин, а через десять дней Олимпийские игры. У тебя начинается новая жизнь, где мне совершенно нет места. Слезы лились по щекам Фрэнсис. Девушка не могла ничего сказать, не могла пошевелиться. Она лишь чувствовала, как в области груди разливается огромное чёрное пятно. Брайан поджал губы и сделал последний шаг. Их разделяли какие-то сантиметры, всего-то. Бейкер протянул свою руку и нежно погладил Фрэнсис по щеке. — Может, это и к лучшему, что я все забыл… — Нет! — резко прервала его Фрэнсис. Пусть уж лучше молчит. Если скажет ещё хоть слово — её уже ничто не вернёт к жизни, — Я все поняла и так. "Я буду рядом с ним, буду помогать ему и буду бороться ровно до тех пор, пока он или не вспомнит всё, или не попросит меня уйти навсегда." Когда-то она дала это слово перед Ходжем и теперь сдержит его. Он всё-таки попросил её уйти навсегда. Только вот он никогда не уйдет из её жизни и памяти. — Я не хотел тебя обидеть, Фрэнсис. — Все в порядке, — хлюпнула она носом, вытирая слёзы, — Нет, правда. Я все понимаю. Брайан притянул девушку к себе и обнял, целуя при этом в макушку. Эти слова тоже не дались ему легко. Хоть он и не помнил всех моментов с Фрэнсис, но ранить её хотелось меньше всего. Правда, ранил он её и так уже очень давно. Долго в его объятиях Фрэнсис не задержалась. Быстро выбравшись из кольца его рук, девушка сбросила все свои вещи в сумку. Брайан наблюдал за каждым её действием, и хоть ему, по непонятным причинам, хотелось остановить её, он все равно оставался на месте. Так больше нельзя. Нельзя тянуть столь прекрасного человека на дно. Её место рядом с другим, и он это прекрасно понимал. Не произнося ни слова, Фрэнсис подхватила свою сумку и уже думала выходить из дома, как вдруг остановилась на пороге. Медленно развернулась к мужчине, пряча свои глаза. Шаги давались ей тяжело, но она все-равно шла обратно к Брайану. Скорее всего, сегодня она видит свою любовь последний раз в жизни. Встав на носочки, Фрэнсис поцеловала мужчину в щеку. Опустившись вновь на пятки, она взглянула последний раз в его лицо. Заметила след её помады у него на щеке. Сердце словно вырвали из груди. Сейчас она уйдет и помаду на этом мужчине будут оставлять абсолютно другие женщины, словно их история никогда и не существовала. Намочив свой пальчик, Фрэнсис стала стирать свой след с его теплой кожи. — Будь счастлив в своей новой жизни, хорошо? — сказала она с невыносимой болью в голосе. Не смотря ему в глаза, Фрэнсис развернулась и наконец-то навсегда закрыла за собой дверь.