Пламенные всполохи

      Он сидит за верстаком, кропея над очередными необходимыми для него деталями, рядом под боком тихо сопит Селести, что-то неразборчиво бурча о наливных яблоках и сотах с мёдом. Время уже близится к третьему часу ночи, а сна ни в одном глазу. Однако организм возмущался, выражая своё недовольство через покрасневшие веки и жуткий шум в голове. А, может, это из-за того, что он уже двенадцатый час без перерыва работает над тем, что он мог бы доделать и завтра?       Он не знает, но, если честно, даже при всём своём желании, он не смог бы уснуть. Не хотел снова, прикрыв глаза, оказаться в пустоте, в полном одиночестве. И нет, это место ни разу не приносило ему покоя, всегда вызывая лишь тревогу и липкую панику.       Переодически где-то на периферии зрения он всегда замечал мелькающие тени, которые, словно голодные псины, почувствовашие лёгкую добычу, с каждым разом всё теснее обступали его со всех сторон. Громко завывали, рычали и принюхивались, клацали клыками, пока Лололошка безуспешно пытался их выцепить взглядом.       И каждый раз у него не получалось, а, когда напряжение достигало своего пика, когда страх наколял его тело до механических дерганий, он резко просыпался, громко крича и хватаясь за голову от боли, распирающей его черепушку.       Кажется, Селести этого ещё не видела, учитывая, что началось это совсем недавно... Но это даже лучше, потому что он не думает, что хочет сейчас об этом с кем-нибудь поговорить.       Не после того, как он в очередной раз потерял...       Посмотрев на браслет, оставленный ему в подарок, он вновь увидел в нем немой укор себе же. Шатен огладил горячий ободок, а после поднес к лицу, уставившись в незамысловатый узор пустым взглядом. Не пытаясь ничего найти, а скорее просто вспомнить, как его прежний хозяин, забавно притворяясь в своём напыщенном безразличие о пустяковости подарка, отдал ему этот браслет.       Как прежний хозяин позволял посидеть рядом в особо запутанные и смутные вечера, как прежний хозяин морщился, когда его подкалывали или откровенно смеялись над нелепостью порой создаваемых им же самим конфузов, как Айко тихо шипела, лёжа у него плечах, пока сам Люциус вчитывался в очередную книгу, изредка почесывая её по голове.       Сейчас же Айко лежала у печи, греясь, так как летом ночи тоже бывают достаточно холодными даже для Лололошки.       Теребя в руках браслет и вслушиваясь в серенаду сверчков, Лололошка прикрывает глаза всего лишь на секунду, видя под веками практически забытый силуэт друга... Да, друг...

***

      Просыпаться за верстаком было в новинку даже для такого трудоголика, как Лололошка. Он никогда не бросался в крайности, но всё бывает в первый раз, и для него он тоже наступил только что.       В глаза словно засыпали банку песка, тело болело даже там, где по идее болеть не должно, голова расклывалась. Словно чугунная, она заставляла его поморщиться от боли, а после прищуриться покрасневшими глазами, смотря на то, как восходит солнце.       Устало вздохнув, он роется в сундуке неподалёку в поисках зелья восстановления и зелья бодрости, очень скоро их находя. Ранее расположив их так, чтобы, если ему снова станет совсем плохо, он мог взять очередную колбочку и выпить, не утруждая себя лишними поисками.       И сейчас, делая живительные глотки зелий, он довольно щурится, ощущая, как в голове, наконец, наступает тишина, а гул мыслей успокаивается, мельтеша где-то в стороне, глубоко в подсознании, даруя сейчас прекрасное спокоствие. Тело окончательно перестает болеть где-то через минут пять, даруя ощущение лёгкости в каждую его клеточку.       Казалось, что вот-вот и он взлетит без своих крыльев.       Эйфория очень весомо ложится на его сознание, укутывая своими цепкими объятиями, в которые Лолошка лишь сильнее подаётся, ощущая себя живым.       - Доброе утро! - сонное бурчание раздаётся откуда-то со стороны верстака. Незаметно убрав в инвентарь колбочки и повернув голову, Лололошка приветливо прищуривается, улыбаясь.       - Доброе, - мягко кивает он, а после, потягиваясь, направляется выполнять все свои утренние обязательства, среди которых были осмотр территории, забота о животных, водные процедуры, а после ему ещё надо было закончить то, над чем кропел полночи, так и не доделав детали для очередного улучшения магических артефактов.       Он даже не замечает, как настороженно на него смотрит Селести, дёргая крылышками. Лишь когда Лололошка скрывается у загонов с животными, она аккуратно подлетает к сундуку, приоткрывая его и замечая ещё где-то с дюжину подобных зелий.       С тихим вздохом, она аккуратно опускает дубовую крышку, задумчиво хмурится, а после, кинув растревоженный взгляд в сторону своего хозяина, улетает к себе в домик.       Этот день проходит также спокойно, как и предыдущие, но всё же кое-что меняется, о чём Лололошка даже не догадывается.