Точка невозврата

Се Ляню действительно стоило подумать, прежде чем соваться в место, подобное горе Тунлу. Очень и очень сильно подумать. Ведь место, пораждающее демонов, явно не является тем, куда стоит соваться небожителям. Даже если у этих самых небожителей в качестве подстраховки один из Непревзойденных демонов. Ведь ни один из демонов не сравнится по силе с создателем Медной Печи. Этот самый создатель сейчас сидел на одном из давно разрушенных и покрытых пылью древних сооружений, покачивая ногами в воздухе. На его коленях лежал, будто преданная собачка, недавно рождённый демон, по сути являющимся Непревзойденным, однако свою силу пока не распробовавший и не доказавший. Чуть приоткрытыми алыми глазами он смотрел на обстановку вокруг, которая была поистине удручающей. По-крайней мере, для случайных прохожих, которые по счастливой (для демонов) случайности забрели в эту заброшенную местность. Запах затхлой крови, исходивший от трупов как демонов, так и безликих тварей, против которых сражались те несчастные, которые хотели заполучить место в Медной Печи, дабы получить ранг Непревзойдённого. Гора Тунлу открывалась как сама хотела, и определенного расписания открытия у нее не было. Однако чаще всего это происходило раз в несколько столетий. Существа Нижнего мира, чувствовали зов, который проявлялся в виде сильной боли, при открытии Медной Печи. С каждым толчком гор боль становилась все сильнее и заставляла демонов приходить к месту открытия. Однако большинство приходило к горе Тунлу по доброй воле, надеясь обрести мощь, которая поможет им возвыситься над противниками. Ведь становление Непревзойденным автоматически делает демонов в несколько раз сильнее. Вот только сегодняшнее открытие Печи было лишь фарсом, в котором победитель был определен с самого начала. Сегодня пятым Непревзойденным стал бывший наследный принц Сяньлэ. Кроме того, вокруг двух демонов, царил запах сырости и гнили, который был вполне понятен для данной местности. Ведь три горы, как и Медная Печь, располагались на территории давным давно разрушенного государства Уюн, чье название сейчас бы вспомнили разве что бывший советник, Белое бедствие и новоявленный Девон. Здесь по прежнему находились остатки давным давно разрушенных зданий, а из под трещин в земле то и дело вырывалась столбы лавы, оставляющие после себя лишь запах гари. Вдалеке слышались чьи-то крики, стоны боли, создавая собой жуткую какофонию. Если бы у Се Ляня в груди по-прежнему билось сердце, оно бы непременно затрепетало от жалости к несчастным. Ведь каждый из живых существ по его мнению заслуживал сочувствия и помощи. Ах, если бы он только мог ощущать сострадание, то непременно поспешил бы на помощь к ним. Если бы он мог испытывать отвращение, то непременно бы вырвался из цепкой хватки Безликого Бая который с маникальной улыбкой наблюдал за расслабленным Темным принцем. Улыбкой ребенка, которому наконец купили в магазине желанную игрушку. Если бы он мог испытывать страх, то сердце его остановилось бы ещё в тот момент, когда демон схватил его и за мгновение перенес на несколько километров, ближе к окраине горы Тунлу. Но все, что он мог испытывать - это ненависть. Это была не та ненависть, которую он ощущал к своим бывшем друзьям, Хуа Чэну, и всем своим знакомым. Нет, это была искренняя, ничем не замутненная и сильнейшая ненависть к Безликому Баю. Будь у Се Ляня силы, он бы непременно вырвал этому существу глотку своими отросшими когтями. В первые мгновения новой жизни, в его голове застыла секундная благодарность к тому, кто сделал его Непревзойденным, но потом сознание заполнило совершенно противоположное чувство. Мало кто знал, но те чувства, которые испытывал человек в последние секунды перед становлением демоном, станут основой новой личности этого самого демона. Смыслом жизни, чувством, от которого нельзя будет избавиться до скончания веков. Не важно, умер человек, прежде чем стал демоном, или его сделали злой сущностью насильно, правило работало всегда. И сильнее всего оно влияло на умы Непревзойденных. Например, Хэ Сюань умер голодной смертью, поэтому сейчас, при всем свое желании не может утолить голод и насытиться, сколько бы еды он не съел. Разумеется, Се Лянь об этом знать не мог, поэтому понятия не имел, откуда взялась столь сильная ненависть к демону, который сейчас гладил его по голове. Ведь даже при жизни он испытывал к Безликому скорее ужас и отвращение, нежели ненависть. Он смутно помнил события своей жизни, лишь самых главных людей,которые преследовали его на протяжении всех 800 лет. Разве что в последние секунды, в Медной Печи.. что он чувствовал в те несколько мгновений перед становлением демоном, Се Лянь вспомнить не мог, сколько не пытался. Голову будто набили железом. Или соломой. Во всяком случае ощущения были такие, будто он вот-вот повторно умрет. Осколки воспоминаний, кружась в расплывчатом вихре, метались в его голове, а прикосновения Безликого, будто специально, лишь усиливали боль, являясь набатом, который стучит по его черепушке. Его тошнило от слишком сильных эмоций. Точнее от одной конкретной эмоции. Юный демон был просто не в силах справиться с таким давлением. Не выдержав, Се Лянь упал на колени, соскользнув с демона, и принялся опустошать желудок. Когда блевать стало уже нечем и из-за рта стала вырываться противная жёлтая желчь, Бай схватил его волосы и поднял с земли. Боли Пятый Непревзойденный не почувствовал. Разве что в саднящем горле. - Тебе больно, Темный принц? - с некой заботой в голосе спросил Бай, удерживая его в стальной хватке. Его цепкий взгляд ловил каждую эмоцию на лице долгожданного ученика. Увидев его взгляд, полный ненависти и безумия, он кинул Се Ляня в сторону, отбросив от себя, будто и не было до этого нежной ласки и касания по волосам. - Какой же ты жалкий демон, Принц. Чтобы отработать статус Непревзойденного, тебе придется очень долго стараться под моим руководством. - выделив последнюю фразу, закончил Безликий. Се Лянь был готов кричать от злости. Благодарность, которую он чувствовал в момент становления демоном, исчезла без следа. Он не понимал, как вообще мог испытывать хоть какую-то благодарность к подобному существу. Темный Принц встал с земли, отряхивая белое ханьфу, которое сейчас больше напоминало половую тряпку. Однако... Если вспомнить, именно Белое бедствие открыло ему глаза на истинные лица тех людей, имена которых мелькали в памяти Темного принца. Но сейчас, все о чем он мог думать, это ненависть, которую он все не мог обуздать и чувство голода, которое сжирало его изнутри. Со рта новоявленного демона закапала слюна. Цзюнь У, увидев это, издевательски засмеялся, ещё раз показав Се Ляню, каким же садистом является первое бедствие. Возможно именно поэтому он испытывал столь сильную ярость по отношению к этому демону. «Но все же сейчас он единственный, кто может защитить меня и дать мне силу. Если я хочу стать сильнее, я должен обуздать ненависть в моей голове. Плевать, что он сделал со мной до момента становления Непревзойденным, сейчас моя единственная цель - выжить, и это существо больше всех походит на роль учителя. По-крайней мере, других вариантов у меня нет.» Се Лянь чувствовал, что тьма, завладевшая его уже мертвым телом, витала внутри него, даря ощущения странного тепла и некой силы. Он чувствовал ручеек этой темной энергии, вот только чтобы превратить ручеек в бушующую реку, ему придется упорно трудиться. Если он хочет выжить.. Сложив губы в улыбке, которая больше напоминала оскал, из-за чего его перекосившееся лицо выглядело ещё комичнее, он выдавил из себя: - Станьте моим учителем, Первый Непревзойденный. - взгляд его алых глаз был направлен на Белое бедствие. Безликий Бай хмыкнул и встал с насиженного места. Двигаясь, будто молния, он тут же оказался за спиной Се Ляня, пронесшись перед его глазами белой вспышкой. Мир вокруг него рябил и играл разными оттенками. Мысли вокруг путались и не хотели собираться в одну слаженную цепочку, а эмоции казалось, не подавались совсем никакому контролю. Спокойный голос, которым Бай произнес согласие, стал последним гвоздем, забитым в крышку гроба Се Ляня. Недалеко от себя Темный Принц заметил низкий силуэт. Демон внезапно понял, почему Бай так резко сорвался с места. Видимо даже на него действовал восхитительный запах человеческой души, заставляя тело инстинктивно срываться в сторону добычи. «Видимо, даже за тысячелетия нельзя научиться контролировать эту жажду..» - Се Лянь сделал несколько несмелых шагов по отношению к человеку. Ощущения, которые не испытывал, были для него новыми, а от того пугающими. Человек, причем довольно слабый, шел по дороге, постоянно оглядываясь по сторонам. Видимо он был частью перекуса какого-нибудь демона, но смог сбежать. Или же неосторожный демон просто забыл о своей добыче. Се Лянь облизал пересохшие губы. В его глазах появился нездоровый блеск. Сейчас, став демон, его зрение, слух и физическая подготовка заметно улучшились. А ещё он стал видеть души живых существ, слышать, как бьётся их сердце. - Тебе оказана великая честь. Ты станешь обедом нового Непревзойдённого демона! - Поддавшись безумию, он набросился на неосторожного человека, который проходил мимо странной парочки, надеясь, что его не заметят. Душа, какой же притягательной казалась душа этого смертного! Демон будто на интуитивном уровне знал что делать. Он, буквально подлетев к человеку, мечом разорвал его на две части. Кровь тут же хлынула во все стороны, окрасив ханьфу принца в бордовый цвет. Испачканными в крови и других жидкостях руками он схватил сердце человека и сжал его в руке, извлекая душу. Она, белоснежным фонариком, попыталась взлететь в воздух, но Се Лянь схватил ее, и удерживая в цепкой хватке решил отправить в рот. Вот только маска на его лице мешала ему это сделать. Сняв ее одним движением руки, он тут же отправил душу в рот, ощутив необыкновенный прилив сил. Не в силах справиться с непонятно откуда взявшейся жадностью, он стал поедать и самого человека. «Мой, только мой.. Съем его и стану сильнее, нужно быстрее сделать это, пока..пока никто.. Если я сделаю это, я обязательно стану сильнее, нужно сожрать его, сожрать-сожрать-сожрать..» С фанатичным блеском в глазах он, давясь, поедал мягкую плоть, впиваясь в нее зубами. Се Лянь боялся, что вот-вот у него отнимут еду и он не сможет стать сильнее, а это страшно-страшно-страшно. Ему очень страшно, радостно, и почему-то обидно. Когда с трапезей было покончено, Се Лянь почувствовал, что его желудок выворачивает наизнанку. В очередной раз склонившись над грязной черной землей, он стал выблевывать человеческое мясо. Его организм пока что был не способен переварить подобное. В один момент он почувствовал, как его обхватили чьи-то руки, удерживая над землёй. Принц полностью сосредоточился на очищении желудка, поэтому даже не обратил на это внимание. - Кха... Когда блевать стало нечем, Се Лянь принялся тяжело дышать, пытаясь прийти в норму. Его новое тело, пусть и было более сильным, но пока что явно не было готово к столь частым рвотным позывам. Дышал он больше из привычки, нежели из необходимости. Ведь мёртвому телу кислород не нужен. В голове мелькнуло воспоминания и чьих-то красных одеждах, к которым он прижимался.. когда-то в прошлой жизни. И если напрячь память, кажется человек, которого он касался, не дышал и сердце его не билось. Се Ляня охватила нервная дрожь. Ощущения рук на теле до сих пор не пропали, сливаясь с теми ощущениями, которые мелькали в его воспоминаниях. Темный Принц с трудом сдержал очередной рвотный рефлекс, когда понял, чьи руки сжимали его все это время. - Мой милый-милый принц, ты слишком сильно стараешься.. для начала, тебе надо привыкнуть к новому телу. - принялся шептать ему на ухо Безликий Бай. - Если бы ты сказал мне, что голоден, я бы сам добыл для тебя душу этого человечешки.. - ласковые речи демона никак не успокаивали Се Ляня. Хотя... Нет, даже под всеми пытками этого урода он бы не признался, что несмотря на все свои эмоции по отношению к Баю, он чувствует некую безопасность в его объятиях. Наверное, именно так ощущает себя младший брат в объятиях старшего. Пятое бедствие продолжал ждать какой-нибудь подставы от новоявленного учителя, вот только тот был на удивление мягок с ним. «Возможно, Безликий рад, что смог заполучить себя ученика.. хотя я не понимаю, зачем ему обучать кого-то. Тем более совсем юного демона, пусть и Непревзойденного». От своих мыслей его отвлёк голос Бая, который увидев, что Принц ушел в себя, легонько ударил его по голове. - Урок первый, мой дорогой Принц. - мурлыкнул он. - Чтобы насытиться, тебе необязательно употреблять в качестве пищи само существо. Главное, это его душа. - Ясно. - Се Лянь бросил на него быстрый взгляд. Белое бедствие, казалось, и сам находился в своих мыслях, но демон чувствовал, что если он попытался вырваться из хватки, добром это не кончится. Ему надо было уважать своего учителя. И не пытаться сбежать. По-крайней мере до тех пор, пока он не получит хоть какую-то силу. Безликий Бай явно хотел сказать ему что-то ещё, но все же по какой-то причине решил промолчать. Резко поднявшись с места и опустив Се Ляня, он пошел в неизвестном направлении. Разумеется, Пятый Непревзойденный, помешкавшись, пошел за ним. Как только Бай стал отходить от него, Се Лянь почувствовал, как спутанность в мыслях возвращается. Сохранить адекватность рассудка он хотел, поэтому выстроив логическую цепочку, пошел за Первым бедствием. Возможно, именно благодаря его ауре ему удается сдерживать безумие. Темный Принц не знал, что на то, чтобы путанность в мыслях прошла, а чувства, который испытывал человек перед становлением в демона притупилась хоть на немного, необходимо минимум 40 лет. С ним же это произошло спустя час. Но даже если бы он знал об этом, Се Лянь был готова поддаться безумию, если бы это избавило его от общества Безликого, которого он по какой-то причине ненавидел всей своей несуществующей душой. Однако кто бы что ни думал, глупым новоявленный демон отнюдь не был. Он прекрасно понимал, что Белое Бедствие не оставит его в покое. Се Лянь шел за существом в белой маске, испытывая довольно странные ощущения. В одной руке он сжимал меч, а в другой маску скорби и радости. Можно было подумать, что это слегка исковерканная фреска падшего государства Сяньлэ, если бы главный символ этой фрески не был покрыт кровью. - К слову, Темный Принц.. - Бай сделал паузу, заставив Се Ляня напрячься. - Надень маску. Только сейчас демон вспомнил о маске, которую сорвал перед началом трапезы и сейчас сжимал в руках. Она была испачкана в засохшей крови и теперь была больше бордовая, нежели белая. Демон, не став противиться, надел ее на себя. Ощущение, будто на него нацепили второе лицо, тут же вернулось. Но к нему можно было привыкнуть. А ещё ему стало до ужаса интересно, что за белые полоски ткани находятся на его руках. Они были в ужасном состоянии, разодраны и больше напомнили тряпки, но все же.. От этих остатков тканей исходила странная аура, которая причиняла демону слабую, но все же ощутимую боль. Хотя нет, скорее это были просто неприятные ощущения на грани сознания. На то, чтобы снять их, у Се Ляня не было ни сил, но желания. Пусть висят, пока они не причиняют ему никакого серьезного вреда. «Надо будет спросить об этом учителя», - мелькнуло в мыслях Темного принца, пока он спешно двигался за Белым бедствием, огибая столбы лавы, которые то и дело вырывались из земли, озаряя местность вокруг ярким светом и принося с собой запах дыма и гари. Перед ними тянулась бесконечная пыльная долина, которой, казалось, нет конца.