Сейшелы

После очередного рабочего дня Антон пришёл домой и рухнул на диван. Работа для парня, конечно же, была в радость, но душа всё равно требовала отдыха. Неожиданно поток мыслей Антона прервал телефонный звонок. Подниматься, конечно же, было лень… Но вдруг там что-то важное? — Ало? — сказал Антон даже не проверив, кто звонит. — Привет, Антош, в общем, я звоню с радостной, наверное, для тебя новостью. Нам дали отпуск. Я предложил ребятам съездить на Сейшелы. Там есть замечательный пляж. Да и вообще, хорошее место для отдыха. Они не против. Вот и тебе звоню предложить. Слетаем туда, может, на пару дней? То, что это звонил Арсений, Антон понял после первого слова, а всё остальное звучало как настоящая сказка. Единственное, Шастуна задело то, что ему позвонили последним. Да, ему тридцать лет, но когда речь идёт о внимании Попова, хочется быть капризный ребёнком. — Ты сказал «отпуск»? Я вот только думал о том, как его не хватает в моей жизни. А насчёт Сейшел звучит круто. Я и мой кошелёк оценили. Но вообще, я только за! Прекрасное место и прекрасная компания. Антон считал, что от такого предложения точно нельзя отказаться. — Ну, вот и замечательно. Собирай вещи. Я купил уже билеты на завтра. Да, я знал, что вы не откажетесь. Собираемся в час дня в Домодедово. Я постараюсь пораньше приехать и, если что, встречу тебя. Всё, до завтра, целую, — после этих слов Арсений положил трубку, а Антон только и думал, как не забыть сказанное парнем. Все мысли сейчас были об этом «целую». «Это он… Оговорился просто? Или что… А если нет… Ладно, всё равно не узнаю, пойду лучше вещи собирать». Парень думал, что это сможет отвлечь его от мыслей об Арсении, но он немного ошибся. Когда Антон собрал вещи, на часах было больше двенадцати ночи, а это значило, что можно ложиться спать. Поставив будильник и завернувшись в одеяло с пледом, Шастун быстро уснул. Утром парня разбудил не будильник, а звонок Арсения, что не могло не встревожить Антона. В голове не было никаких мыслей, кроме как «Я, что, проспал?». — Привет, прости, я не знаю, как я мог проспать. Я ставил будильник, но не понимаю, почему не услышал его… — Антон и дальше в какой-то недопанике продолжал тараторить оправдания, но Попов остановил его: — Тош, Тош, Тош, эй, всё хорошо, ты не проспал, сейчас только пол-одиннадцатого, — Арсений говорил даже каким-то убаюкивающим голосом, что не могло не успокоить парня. — Что… А так нахуя ты мне звонишь-то? У меня будильник есть. Звони, когда я просыпаю, а не когда я не досыпаю! Никто не любит начинать день с тревоги, особенно если этот день ещё вера сулил быть замечательным. — Ладно, ты прав, прости. Я хотел, как лучше. Чтобы загладить свою вину, куплю тебе твой любимый кофе и булочку, какую только пожелаешь. Идёт? Порой Шастун спрашивал себя: «Как можно злиться на Арса?» И сразу же находил ответ: «Никак, он чудо». — Откупиться хочешь? Что ж, у тебя это получается. Но ты сам сказал любую. Я запомнил, всё, не отвертишься! — от раздражения, злости и тревоги уже не осталось ни следа. — Не переживай, я и не собирался. Всё, давай просыпайся потихоньку. И потом позвони, как выходить будешь и всё такое. Шкала любви к Арсению у Антона сейчас, кажется, зашкаливала как никогда. — Хорошо-хорошо, позвоню. Не переживай, — Антон положил трубку. Кажется, сегодня улыбка не будет слезать с его лица весь день. На часах было полдвенадцатого. Быстро перекусив, Шастун решил выходить сейчас, чтобы не опоздать. Он оделся, позвонил Арсению, вызвал такси и направился в Домодедово. Через сорок минут Шастун уже подходил к дверям аэропорта. Внутри его встретили Арсений и Дима, который тоже, видимо, боялся опоздать. В отличие от Серёжи, которого нигде не было. — Привет, ребят, — сказал Антон, подходя к друзьям и обнимая их. — Держи кофе, Тош, — с этими словами Арсений протянул Шастуну стаканчик. — Ого, правда купил. Спасибо, — Антон тепло улыбнулся. — А за булочкой пошли в буфет, — Арсений взял Шастуна за руку и повёл за собой. Через пять минут они уже стояли у витрины с выпечкой. Антон недолго думая взял булочку с маком и глазурью. Арсений же мило улыбнулся и оплатил покупку. — Ну, что, счастлив? — спросил Попов у сияющего Шастуна. — А то, — ответил Антон и, довольный, начал есть булочку, запивая её кофе. Вскоре ребята вернулись Диме, который одиноко стоял всё на том же месте. Самолёт вылетает в полвторого, поэтому время у Матвиенко ещё было, но Шастун всё равно решил поинтересоваться: — Слушайте, а где Серёжа? — Да фиг его знает. Я писал ему «где ты?», минут пятнадцать назад. Он ответил: «Скоро буду». Как я понял, понятия «скоро» у нас с ним явно различаются. Может в пробке, конечно, застрял, но я больше склоняюсь к версии, что он проспал, — Дима и дальше продолжил бы недовольно бурчать, если бы на горизонте не появился Серёжа. — А мы думали уже всё, без тебя улетим, — сказал Арсений и обнял друга. — Ха-ха, да-да, всего-то позже вас приехал, уже всё, опоздал. Вообще-то, я в пробке стоял дохуя времени, — обвинять Матвиенко ещё никто ни в чем не начал, но, как обычно, парень уже чуть не вспылил, если бы не Дима, который принялся его успокаивать. Пройдя стойки регистрации, ребята сели на свои места. Серёжа и Дима сидели рядом, а за ними расположились Антон и Арсений. Билеты покупал Попов, поэтому никто и не сомневался, что так и будет. По крайней мере, точно не сомневались в этом Позов и Матвиенко. — Смотрю, ты с кофе и булочкой уже расправился. Не голодный? — Арсений оперся рукой о щёку и посмотрел на парня из-под полузакрытых век. — Пока нет. Ты, кстати… Каким-то, ну… Таким… Заботливым, что ли, стал… У тебя всё хорошо? Нет, мне не то чтобы не нравится, просто… В общем, ответь просто, всё хорошо или нет… — от этих расспросов Антону самому стало неловко. Словно он в чём-то обвинял друга. — Я… Эмм… Ну… Возможно, это просто стало более заметно. Прости, если тебе это не нравится, я перестану… — Арсений хотел добавить ещё что-то, но Антон перебил его: — Нет, не надо, всё хорошо. Мне… Приятно… Очень, вот, да… Оба парня уже были жутко смущены, хотя вроде бы ничего такого и не обсуждали. — А, ну… Хорошо… Если что, ты говори… Кстати, нам лететь около четырнадцати часов, так что можешь попробовать заснуть. Сначала Антон просто неловко кивнул, потом поблагодарил за совет и предложил вместе послушать музыку. Прежде, конечно же, пошутив, что Арсений уже такое не слушает. В ответ на это Попов сначала взъёрошил волосы Антона, а потом, естественно, согласился. — Я не могу с них. Кажется о том, что они любят друг друга, знают все, кроме них, — недовольно бурчал Серёжа, зарываясь в удобное сиденье. — Да ладно тебе. Когда-нибудь они наберутся смелости и признаются, не ворчи. Блин, конечно, круто, столько времени лететь… Кроме как спать не знаешь чем и заняться, — Дима смотрел в иллюминатор, но, к сожалению, ничего интересного там не было. — Вот выпросил местами поменяться ради окна, теперь и смотри в него не отрываясь. Я же говорил, что ничего там не увидишь нового, — Серёжа взглянул на Диму, ухмыльнулся, закрыл глаза и взял его за руку, чтобы спокойнее было лететь. Диме или ему самому — Серёжа ещё не разобрался. Через долгих четырнадцать часов самолёт начал снижаться, и стюардессы стали поздравлять всех с прилётом на остров Мэй. Всё это время ребята в основном спали. Арсений взял с собой ноутбук, и потому у них с Антоном получилось посмотреть фильм. — Пипец, ребят, мы что, прилетели наконец-то? Я думал, я там и помру. В основном, со скуки, кстати, — говорил Дима после того, как они вышли из аэропорта. — Мы с Арсом смотрели фильм, так что, мне нормально, — говорил Шастун смеясь и хлопая Позова по плечу. — А у кого-то не было под боком Арса с ноутбуком, — ворчал Серёжа, обращаясь к Диме. — Я-то тот при чём? Сам бы и взял ноутбук, — отвечал Позов с обыкновенным спокойствием. — Ну, всё-всё, ребят. Мы прилетели, всё хорошо. Теперь до отеля надо доехать и можно отдохнуть. На часах было пять утра, и парням хотелось только одного: упасть на кровати в отеле и снова уснуть, только уже нормально. С такси возиться долго не пришлось. Ребята быстро сложили вещи в машину, сели внутрь и направились к отелю. Ехать было минут двадцать, и пролетели они на удивление незаметно. В отеле Арсений стал бронировать номера на ресепшене. Он пожалел, что не сделал этого заранее. — У нас остался только один номер с двумя односпальными кроватями, — мягким голосом ответила девушка. Говорила она на английском, но Арсения это не смутило, потому что другого он и не ожидал. — Хорошо… Тогда можно один номер с двуспальной кроватью и тот, который остался с двумя односпальными, — Арсению предстояло смириться с тем, что он сам виноват в отсутствии нужных номеров. Девушка отдала ключи, и, поблагодарив её, Попов вернулся к друзьям. — Тут такое дело, что… Не было двух номеров с односпальными кроватями. Дима и Серёжа переглянулись и, кажется, даже слегка посмеялись, прекрасно понимая, кому достанется двуспальная кровать. — Двуспальную кровать беру я с Позовым, и всё. Серёжа забрал ключи у друга и направился к лифту. Дима был в ступоре несколько секунд. Он явно думал не об этом, когда переглядывался с Матвиенко. Всё, что оставалось Позову, это пойти за Серёжей. — Пиздец… Я сейчас один этого не ожидал? — проговорил Антон, еле сдерживая смех. — Не один… Ладно, пошли, — Арсений попытался не засмеяться, но после того, как он взглянул на Антона, все эти попытки пошли прахом. Поднявшись на свой этаж и зайдя в номер, парни сразу же рухнули на кровати. Делить их не пришлось: Арсению было всё равно где спать, поэтому Антон сразу же облюбовал кровать, стоящую слева. — Ты сейчас спать будешь? — спросил Арсений. Ответа не последовало. Подойдя к кровати и наклонившись над ней, Попов понял, что Антон уже уснул. «Быстро же он», — пронеслось в голове. Арсений накрыл Шастуна пледом, который лежал на столе, и сам пошёл спать. Было около двух часов дня. На удивление, первым проснулся Антон. Он, конечно, сразу же кинулся будить Попова, ибо нечего спать. Вчера весь день, как-никак, спали! — Всё-всё-всё, сдаюсь, Тош, встаю, — Арсений поднял руки в знак своего проигрыша, а довольный собой Антон ушёл умываться. Парни быстро собрались и даже успели разложить по шкафам какие-то вещи. Насчёт еды можно было не переживать: в отеле был ресторан. Оставалось только зайти за Серёжей и Димой. Комната парней оказалась закрыта и, кажется, там никого не было. Арсению пришлось звонить Серёже и узнавать, куда они пропали. Но на телефонный звонок никто не ответил. Антон предложил пойти поесть, потому что больше им ничего и не оставалось. В ресторане парни увидели знакомые лица и сели к своим друзьям за столик. — Ты чего не отвечаешь? — недовольным тоном спросил Арс, садясь напротив Матвиенко. — И тебе день добрый. Да я, видимо, авиарежим не убрал. Ладно тебе. Арс бы что-нибудь ответил на это, но тут заговорил Антон. — Слушайте, давайте сходим в заповедник, там, в общем, на вершине горы есть кафе, и там разные сорта чая попробовать можно, и растения красивые. Фотки сделать можно, — Антон смотрел на друзей щенячьими глазами. Можно было подумать, что он стал ценителем чая или растений. Но как ему можно было отказать? — Ага, сделаем фотку и Диме в Инсту выставим. Куст Дмитрий, смотрите. В ответ на это Позов с улыбкой посмотрел на Серёжу. Признаться, подобные шутки уже никого из компании и не могли обидеть так, чтобы реагировать на них по-другому.  — Пойдём-пойдём. Только кофты, не знаю, возьмите… Там прохладно, наверное… Ребята кивнули, соглашаясь с Арсением. Быстро перекусив и сходив за тёплой одеждой, парни пошли к тому самому кафе, о котором говорил Антон. Дойти туда можно было пешком. Торопиться было незачем, и по пути они часто останавливались, чтобы сделать фото или просто осмотреться и сказать, как же всё-таки тут красиво. Вскоре ребята были на месте. Тут и правда было прохладно: горный ветер порой мог и пронимать до костей. Спасало то, что сам воздух был тёплый. На вершине горы стояло уютное небольшое кафе. Людей там было немного, хотя место было достаточно популярным. Зайдя внутрь, парни быстро выбрали столик. К ним подошла девушка и оставила меню. — Такое место милое. И тут правда много чая! Ладно, чему я удивляюсь, тут же чайная плантация рядом. Потом по самому заповеднику тоже прогуляемся обязательно, — порой Антон напоминал маленького ребёнка, которому хотелось всего и сразу, но это не вызывало агрессии. Наоборот, лишь умиление. — Я ж помру тут. Можно, я лучше просто на пляже полежу, а? — Серёжа говорил так, словно молил о пощаде. — Да ладно, ты, дед, блин. Лежи! Уж, думаю, никто не будет против. С Антоном Арсений побегает, — Дима говорил всё это с ехидной улыбкой. Честно говоря, ему и самому хотелось больше отдыхать на пляже, поэтому предложение Серёжи ему нравилось больше. — Ну, пипец вы конечно отдыхальщики, — Шастун помогал головой, а потом засмеялся. — Что будете заказывать? — милая девушка достала из кармана блокнотик и ручку, ожидая ответа парней. Серёжа, как обычно, взял чёрный чай, ибо «зачем вот это вот всё, когда есть классика». Дима взял зелёный чай, считая его своей классикой. Антон с Арсением взяли улун. Попов любил этот чай и часто советовал его другу, который наконец прислушался к этим рекомендациям. Тем более, в новом месте хотелось чего-то нового. Девушка повторила заказ, улыбнулась и ушла на кухню. Пока ребята ждали заказ, они успели обсудить то, что Серёжа — не любитель чего-то нового, даже если речь идёт о чае. «А вдруг не понравится?» было главным аргументом парня. Закончилось всё фразой Арсения «Ну, не любит и не любит, всё нормально». Дима же ещё слегка обнял Серёжу, показывая, что всё действительно хорошо. Девушка вернулась с заказом и вместе с ним принесла каждому по небольшому десерту, как она сама сказала, «за счёт заведения». Ребята удивились, но не стали отказываться. Они поблагодарили её и оплатили заказ. — Блин, так мило, — сказал Антон, пробуя принесённый кусочек торта. — И правда. Надеюсь, у неё не будет из-за этого проблем. Или у них так принято?.. Не знаю… В общем, сидим, радуемся и едим,— сказал Арсений, после чего отпил немного чая. Ребята и правда были рады такому сюрпризу. Когда чай и десерт уже закончились, ребята поняли, что, в принципе, могут возвращаться. По пути к отелю они снова делали много фото, куда же без этого — таким местом хотелось вечно любоваться. У Серёжи получилось забрать димин телефон, сфотографировать первое понравившиеся растение и выложить это фото в инсту с подписью «куст Дмитрий». Потом он ходил довольный удачным осуществлением своего «коварного» плана. Дима только говорил, что Матвиенко дурак и, вообще, зачем он это сделал… Но фото так и не удалил. Когда ребята вернулись в отель, время уже близилось к шести вечера, а солнце — к закату. — Так, я не понял, а почему уже закат? А как же пляж? Так, у меня в планах сегодня был пляж, ничего не знаю, — по голосу Антона можно было понять, что он настроен серьёзно. — Давай завтра, а то темно будет. Как-то не очень, — Арсений надеялся, что темнота будет веским аргументом. И это вроде даже сработало, ибо Антон замолк. Парни пришли в отель и разошлись по своим комнатам. — Мы за день ели один раз. Ты не голодный? — спросил Арсений, открывая окно, чтобы проверить комнату, которая нагрелась за день. — Слушай… А давай мы на пляж сходим сначала, а потом и поесть можно. Что скажешь? — Антон сидел на кровати и смотрел Арсения. — Ты же не отстанешь, да? Хорошо, пошли на твой пляж… Парни достали полотенца и пошли на ближайший к отелю пляж. Друзьям они решили ничего не говорить, потому что думали, что не задержатся там. Придя к морю, Антон быстро снял лишнюю одежду и оказался в воде. Арсений же никуда не торопился. Аккуратно сложив вещи, Попов пошёл к Шастуну. Вода была кристально чистой, а песок — белым, тёплым и таким приятным. Но Антону были куда приятнее случайные прикосновения Арсения. Хотя… Случайные ли?.. — Так, Арс, ты только сильно не хватайся, окей? Синяки останутся, — Антон слегка покраснел после этой фразы и сразу же до носа опустился в воду. — Я знаю, я не дурак, — мягко сказал Арсений и аккуратно обнял Антона. Под водой всё ощущается куда лучше, поэтому из-за прикосновений парня у Шастуна прошли мурашки по всему телу. — Так поцеловать тебя хочется, — сказал почти шёпотом Антон. Арсений же покачал головой, мол, «дурак», улыбнулся и сделал то, чего хотел Шастун. Антону было приятно ощущать мокрые, скорее всего, от воды губы и мокрый, но уже не от воды, язык. Сначала это были аккуратные и нежные поцелуи. А после них был один и долгий. Заходило солнце, а вокруг не было ни единой души. Вдалеке виднелся свет из окон. Словно это была не реальная жизнь, а какая-то сцена из просмотренного Антоном фильма. Эту сцену им обоим очень хотелось запомнить до мельчайших деталей и отложить в самые укромные закрома памяти, чтобы беречь как нечто очень ценное и, конечно же, не последнее в их жизни.