Помоги

Это только начало. Дамиано уже которую ночь засыпает в чужих объятьях, но сейчас Итан будто к нему ближе. Намного. Давид постепенно доверяется ему всё больше и больше, они сближаются, ходят вместе на репетиции, выступают, и Дамиано знает, если вдруг он не выдержит и ему нужно будет выплакаться, выговориться, Итан всегда подставит ему своё плечо, ни за что не осуждая, только мягко поглаживая по волосам и говоря, какой он сильный и что обязательно со всем справится. После такого даже сам Дамиано начинает верить в себя. С каждым днём становится всё лучше, дни, недели месяцы летят незаметно. Проходит уже полгода с тех ужасных событий, и Давид постепенно забывает, переключает своё внимание на что-то более важное. Ему хочется полностью довериться Итану, а ещё доказать себе, что он больше не боится. Именно поэтому он предлагает ему заняться БДСМ практиками. Торкио долго пытается его отговорить, но Давид стоит на своём. — Ну, пожалуйста, Итан, ты всего лишь немного ограничишь мои движения, это должно принести больше ощущений, — умоляет Дамиано, и Торкио наконец соглашается, ведь правда, ничего плохого не должно случиться, он просто доставит Давиду удовольствие и всё. Итан не хочет причинить парню никакой боли, он решает делать всё как обычно, только со связанным Дамиано. Тот ведь сам просит, ничего страшного в этом нет, но Торкио долго готовится морально и вещественно, оттягивая тот момент, когда это произойдёт. Возможно, он не настолько решительный, чтобы заниматься подобным или чересчур сильно волнуется, подозревая, какой у Дамиано печальный опыт. Наступает день икс, и он приходит к Дамиано в квартиру, в принципе, всё начинается как обычно, только он достаёт из кармана штанов верёвку и ленту, кладёт их на тумбочку, что напрягает больше самого Торкио, а Давид ложится на кровать и смотрит на него, кивая головой, передавая весь контроль над собой в чужие руки. Он должен справиться. Итан нервничает, но берёт вначале верёвку и осторожно связывает запястья Давида за спиной, нетуго, но ощутимо. Вокалист сейчас без рубашки, и Торкио наклоняется, оставляя несколько поцелуев на вспотевшем от волнения теле. Дамиано расслабляется, позволяя стянуть с себя штаны с бельём. Он полностью доверяет Итану. Барабанщик берёт ленту и повязывает её на глаза Давида, интересуясь, всё ли хорошо. Парень кивает, и Торкио долго и трепетно его целует, а после отходит куда-то за смазкой, но об этом не сообщает, что становится его роковой ошибкой. Вокалист не чувствует на себе чужих рук и паникует, потому что ощущает себя прямо как в той комнате. Дамиано начинает казаться, что он находится там, и парень пытается вырваться и сбежать. Руки стянуты за спиной, и он ничего не может сделать. Давиду страшно из-за полной темноты и тишины вокруг. Он лежит и не в силах подняться, а его тело то и дело бросает в крупную дрожь. В голову лезут воспоминания, а на сердце тревожное ожидание, что сейчас придёт его похититель и начнётся ад. На Дамиано накатывает истерика, ему нужна помощь. Торкио входит в комнату и замечает, что Давид трясётся. У Итана самого чуть ли не начинается паника, когда он слышит чужое надрывное: — Пожалуйста, отпусти меня, пожалуйста, умоляю, развяжи, я не могу, — Давид переходит с шёпота на крик. И Итан тут же откидывает ненужную сейчас смазку и приближается к парню, замечая, как тому трудно дышать. Он кладёт свои ладони на плечи Дамиано, успокаивающе поглаживая, и ласковым, с несильно скрываемыми паникой и волнением голосом говорит, что всё хорошо. Он быстро освобождает Давида, что-то успокаивающе шепча, сначала развязывает руки, затем глаза. Дамиано смотрит испуганно, быстро забивается в дальний угол кровати, натягивает на своё оголённые тело одеяло. Ему страшно, хочется тепла и защиты. Парня трясёт до сих пор. И Итана просто ужасает эта картина, он не должен видеть Давида таким, не может доводить его до подобного состояния, но Торкио практически ничего даже не сделал, только всё равно винит себя. Давид шарахается, когда Итан подсаживается к нему рядом и обнимает. Кажется, доверительная тонкая связь между ними исчезает, и это так ужасно. Постепенно Дамиано начинает приходить в себя и понимать, где он и что случилось. Итан сидит рядом и ждёт пока парень полностью очнётся от ужасного наваждения. А вокалисту становится невыносимо стыдно за своё поведение. Он до сих пор чувствует себя сломанным и испорченным, ведь не смог побороть свой страх, а ещё он заставляет дорогого человека переживать и не может ему открыться. Или всё-таки может? Время пришло. — Дами, как ты? Что случилось? Всё в порядке? — начинает расспрашивать его Итан, а тот тяжело вздыхает, ощущая сложность предстоящего разговора. — Прости, что всё испортил, — Дамиано быстро поднимается, вырываясь из рук Торкио, и одевается, ища свои вещи. Возникает мысль сбежать, но куда, он же находится в своей квартире. — Нет, ты что, ты меня прости, пожалуйста, я не должен был этого делать, тем более не должен был бросать тебя, — Итан хватает его за запястье, останавливая, и снова утягивает на кровать, присаживаясь рядом, обнимая. — Я лишь хочу, чтобы у тебя всё было хорошо, просто постарайся мне поверить снова, я больше никогда не сделаю того, что произошло сейчас. — Нет, — Дамиано мотает головой, и на его глазах выступают слёзы. Как Торкио не понимает, что дело совсем не в нём?! — Не вини себя, — просит Давид, — Проблема во мне, в том, что я испытал, в том, что теперь преследует меня. И я хочу рассказать, но боюсь, что ты будешь смотреть на меня совсем по-другому, — Дамиано решается еле-еле. Сейчас он каждую секунду борется с собой внутри, не понимая, открываться Итану или нет. Но Торкио глядит так заботливо и нежно, говорит: — Я никогда не начну смотреть на тебя по-другому, Дами. Я просто хочу тебе помочь забыть всё плохое. Если ты готов, то можешь рассказать, от этого становится легче, а я постараюсь сделать всё, что в моих силах, чтобы это больше не терзало тебя, — обещает парень. И Дамиано, прикрывая глаза, шагает вперёд. — Полгода назад я пропадал на несколько дней, — шепчет Давид, ему так больно вспоминать об этом, — Меня похитили и держали в каменной пустой комнате всё это время. Он приходил семь раз, он избивал меня и насиловал, — с каждым словом Торкио становится всё хуже и хуже. Итан ожидает услышать нечто подобное, но не настолько ужасное, — А потом я больше не мог терпеть и я… — Дамиано замолкает, делая паузу перед самым сложным фрагментом своего рассказа и тяжело вздыхает, — Я убил его, Итан. Торкио вздрагивает и неверяще смотрит на Давида. Через сколько же тому пришлось всего пройти, барабанщик понимает, что сам бы на его месте не смог всё это выдержать. Он тянется вперёд и крепко обнимает Дамиано, разрешая уткнуться головой в своё плечо и медленно рассказывать отрывки своих ужасных воспоминаний, периодически всхлипывая. Давиду кажется, что он слабак и до сих пор сломан, но первое это совсем не про него, он же всё-таки выжил, а второе — Итан уже починил его. Да, рассказывать свою историю тяжело, но Дамиано больше не испытывает той боли, страха, который преследовал его после всего случившегося. Торкио плохо даже слушать о том, что делали с его любимым, это ужасно, и ему самому хочется убить того человека, который посмел совершить подобное. — Итан, почему ты молчишь? — Дамиано наконец прекращает свой рассказ и осознаёт, что Торкио за всё это время не сказал ни слова. Ему срочно нужно услышать от Итана, что тот не считает его убийцей и готов принять после всего, что сделали с ним. Давид понимает, что теперь людям может быть противно к нему прикасаться. Если бы Торкио узнал его мысли, он бы, наверное, накричал на Дамиано за такие глупости. — Я не представляю, как ты смог пережить всё это. Чёрт, я должен был быть там и предотвратить этот ужас. Дами, ты для меня важнее всего на свете, и я люблю тебя очень сильно. Я бы сам убил этого человека. Ты не должен волноваться о том, что подумаю я. Я всегда буду на твоей стороне и никому никогда больше не позволю причинить тебе вред. — Итан целует Дамиано в висок, поглаживая его по волосам. — Ты самый сильный человек, которого я знаю, ты борец, Дами, ты справишься со всем, а я обязательно буду рядом, чтобы помогать. Давид тяжело вздыхает и успокаивается немного. — Понимаешь, — тянет он, — Я боюсь до сих пор, я чувствую себя ущербным и сломанным, у меня бывают панические атаки, такие, как произошла сегодня, и я не знаю, как от этого избавиться, я хочу перебороть свой страх. — он указывает глазами на верёвку. Итан вздыхает и обещает. — У тебя это обязательно получится, — Торкио уверен в своих словах, а потом он говорит ещё одну вещь, которая приходит ему на ум, — Тебе просто нужно почувствовать свой контроль над всем происходящим. Ты доверяешь мне, а я доверяю тебе, и рано или поздно мы всё одолеем. Дамиано кивает, он согласен с чужими словами, а ещё безумно счастлив, что рядом есть такой человек как Итан.

***

Давид закрывает глаза и наощупь тянется к чужим губам, его руки связаны за спиной, но верёвка ничуть не мешает ему добиться того, что он хочет. Итан подаётся вперёд, что-то шепчет ему на ухо, блуждает пальцами по коже, заставляя дрожать от прикосновений и наслаждения. Дамиано ведёт чужой ласковый голос, он знает, если откроет глаза, то столкнётся с глазами Итана, полными заботы и поддержки, а если вдруг его руки затекут или он захочет воспользоваться ими, то он без труда разорвёт любые путы. Он рвёт путы вокруг себя, он рушит ту стену, что выстроилась после тех ужасных двух дней, он учится вновь доверять людям и находить своё пристанище в музыке. Дамиано сложно, но он превосходно справляется, особенно когда Итан рядом и направляет его. А в моменты слабости Давид всегда чувствует его тёплые ладони на своих плечах. У Дамиано всё получится, обязательно настанет день, когда он посмотрит на мир по-другому, не как жертва, а как человек, который может что-то решать, и в этот день рядом с ним будет находиться Итан. Потому что он тот, кто помог ему воскреснуть.