Теневая сторона Луны

Селена.

Решив, что после случившегося мне необходимо прийти в себя, Магда и Санни отвели меня на школьный двор. - Она пережила стресс, ей нужен отдых, - сделав умное лицо, ответил Санни на немой вопрос сурового охранника, куда мы идем посреди учебного дня. Хоть и прошло уже две недели осени, погода на улице все равно была замечательная и по-летнему теплая. Мы устроились под большим раскидистым дубом, стоящим посередине просторной лужайки с еще зеленой травой. Санни любезно подстелил нам свою толстовку и рюкзак, а сам устроился на коленях. - Так что произошло? – сгорая от любопытства, спросила я, открывая купленный в столовой батончик. - А ты совсем ничего не помнишь? – удивленно спросила Магда. - Ну, мне кажется, что я заснула… А когда проснулась, то обнаружила, что стою у доски. А между этим – ни-че-го. Магда и Санни переглянулись, затем подруга начала сбивчиво рассказывать, но она так тараторила, что я ничего не понимала. - Так, ладно, - мрачно сказал Санни, перебив её. – Лучше я расскажу. В общем, ты ничего не подумай, но я на тебя на уроке сегодня посматривал и заметил, что ты как-то странно себя ведешь… клюешь носом, что ли. А пан Левицкий язвительно спрашивает, ну, ты знаешь, как он умеет это делать: «Может ли кто-нибудь рассказать мне о фазах Луны?» и так торжествующе обводит класс взглядом. А ты вдруг встаешь – и лицо у тебя такое странное было – и говоришь: «Я могу». Голос у тебя был… потусторонний, что ли, глухой. Ты вышла к доске (я еще боялся, что ты упадешь, походка у тебя была раскачивающаяся), взяла мел в руки, и давай рисовать! Причем все идеально ровно выходило, ты сама видела. Все как заворожённые сидели, а Левицкий, по-моему, вообще дар речи потерял. Я только под конец сообразил, что ты как сомнамбула была, - ну и шепчу Магде, чтобы она пошла и тебя разбудила. Кстати, ты сама не в себе была, - обернулся он к Магде. Та медленно кивнула и произнесла: - Ты про глаза забыл… - Глаза? – нахмурился Санни. – Знаешь, нам все-таки показалось. - Что с глазами? – встрепенулась я. – Это может быть очень важно. - Когда ты проходила к доске, мне почудилось, что глаза у тебя так странно сверкнули… хм, каким-то серым, тусклым светом. Хотя… они у тебя и так серые, так что не бери в голову. Я напряглась. Это уже совсем мне не понравилось. Не сказать, чтобы я была в восторге от своего чудачества на уроке астрономии, но вот фраза про глаза… - Уже второй раз, - тихо произнесла я. - Что второй? – мигом заинтересовались Магда с Санни. - Папа тоже говорил, что у меня тогда светились глаза. Мы, правда, ему не поверили, решили, что ему со страху почудилось. - А что, - с тревогой спросила Магда, - у тебя уже были подобные случаи? Я посмотрела на бледный отпечаток луны, призрачно светившийся на голубом небе, и, глубоко вздохнув, ответила: - Да. *** Хоть я и не очень-то этого хотела, мне все-таки пришлось рассказать Санни и Магде о своих приступах лунатизма. Они сильно удивились. - Надо же, мы ничего и не знали, - все время повторяла Магда по дороге ко мне домой (они решили проводить меня). – Ты вела себя как все, самая обыкновенная девочка… Я кинула на нее уничтожающий взгляд. - Так и есть, Магда. Я ничем от вас не отличаюсь. Если я лунатик, то это не значит вовсе, что я ненормальная. Магда начала возражать, что она ничего такого не имела в виду. - А мне кажется, отличаешься, - тихо произнёс Санни, и мы мигом замолчали. – Только нам надо понять, чем. Знаешь, - он неожиданно обернулся ко мне и стал идти спиной вперед, - у меня есть отличная идея! Сейчас мы пойдем в магазин электротехники… Идея и правда была неплохая. В «Электро» мы купили маленькую видеокамеру и затем установили её в моей комнате, прямо напротив входа на балкон. - Если ты говоришь, что тебя всегда тянуло на балконы, то в первую очередь нужно установить наблюдение именно за этим местом, - с умным видом сказал Санни, слезая со стула и стряхивая с рук пыль, скопившуюся на шкафе. – Как только что-нибудь интересное произойдет, звони. У тебя есть мой номер? - Когда я ухожу с высоты десятого этажа, ты узнаешь об этом первый, - вежливо ответила я, доставая телефон, чтобы занести Санни в список контактов. Он тревожно на меня посмотрел и, что-то невнятно пробормотав, принялся диктовать. Когда за Санни захлопнулась дверь, мы с Магдой наконец-то смогли свободно поговорить. - Сделать тебе чай? – спросила я у неё, отправляясь на кухню. - Да, если можно, - проговорила она, сосредоточенно морща лоб и следуя за мной. – Как ты думаешь, не слишком Санни … раскованно себя ведет? Я имею в виду, что раньше мы с ним совсем не общались, а тут он так ловко сумел к нам втереться. Я, конечно, не против него, но… - Я тоже об этом думала, - ответила я, поставив чайник и усаживаясь на стол. – Но, в любом случае, я не против его присутствия, а ты? Магда хитро на меня посмотрела и ответила: - И я. *** Видеокамера пригодилась этой же ночью. Именно она помогла мне понять, почему я, проснувшись, лежала на полу лоджии и у меня дико, как от удара, болел позвоночник. Кое-ка поднявшись, я, охая и держась за спину, отправилась в комнату просматривать запись. Подключив камеру к ноутбуку через USB, я принялась искать нужный момент. Это оказалось нелегко: общий объем записи составлял около шести часов. Вот первый кадр: обеспокоенное лицо Санни и я на заднем плане – он только-только установил камеру и проверяет, работает ли она. Потом два часа в комнате ничего не происходило – мы с Магдой сидели на кухне. Клик мышкой. Я возвращаюсь в комнату и делаю уроки. Потом сижу за компьютером. Вот, наконец! В комнате темно и совсем тихо – я легла спать и, немного поворочавшись, заснула. Некоторое время картинка на экране была совсем черная – ни единый луч света не проникал в комнату. А потом началось страшное. Лунный свет, проскользнув сквозь неплотно задёрнутые шторы, попал на кровать и осветил мое лицо. Двойник мигом распахнул глаза, как будто только этого и ждал, и я, сидевшая по ту сторону экрана, чуть не завизжала от ужаса. Мои глаза действительно светились. Казалось, что этот тусклый, пронизывающий свет освещал мне дорогу. Аккуратно опустив сначала одну, а потом вторую ногу на мягкий ковер, я встала и на цыпочках двинулась к балкону. Запертая дверь ненадолго задержала меня – каким-то неуловимым движением я сумела открыть её и быстро вышла на балкон. Затем, не теряя ни минуты, ловко забралась на ограждение. Я сидела в холодном поту, так сильно сжав мышку, что уже не чувствовала пальцев. Бешено стучащее сердце, казалось, заполнило все мое тело. Я знала, что сейчас случится. Та, другая Селена, немного покачалась на краю пропасти и, словно бы решившись, сделала шаг. Я зажала рот руками, чтобы не закричать. …Вверх.