Кукла: Ангелы милосердия

      Прохладный ветер кружил в воздухе сухие листья, напоминая о том, что осень уже пришла и вступила в свои права, окрашивая деревья в более тёплые тона, чем она сама. Настало лучшее время для грибников и вполне приятное для торжества, на котором детектив присутствовал с некоторой неохотой. Ему не было никакого дела до чужих свадеб, но женитьбу шефа пропустить никак нельзя. В любом случае, ему, как наиболее приближённому сотруднику и другу семьи.       Мероприятие было организовано на дачном участке с большим богатым домом, верандами и баней. Сам участок находился за городом, в престижном районе для больших важных шишек, властей и знаменитостей. Всё по традиции: белые ленты, шарики, украшенные дорогие автомобили и приглашённые звёзды, сотни подарков от привлекательных гостей и мелкие громкие ребятишки, одетые по прихоти родителей в кружево и костюмчики. Кто-то даже позаботился об украшении своих питомцев, которых разрешили притащить с собой, так как их нельзя оставить дома. Было много людей, еды, спиртного и большой торт с фигурками на столике с белой скатертью. Всё до боли в глазах белоснежное, яркое, лишь пышное роскошное платье самой хозяйки, как алая капелька крови на первом снегу, привносило в это полотно разнообразие.       Как и полагается, невеста была венцом всего и самой очаровательной женщиной на собственном празднике, хотя Артём не видел в ней чего-то особенного. Невеста по имени Веста была мила, невысока ростом, имела пухленькие ручки и розовые щёчки, напоминая собой славного хомячка, которому посчастливилось жить в достатке и любви, а её Герман явно не жалел и давал в избытке. Кто бы мог подумать, что этот жёсткий человек окажется столь мягким и послушным рядом с этой дамочкой, по одному взгляду которой можно понять, что хозяйка в доме именно она. Артём даже посчитал это весьма ироничным, что и шефу есть кому подчиняться.       Выпивая очередной бокал шампанского, детектив безучастно посмотрел в широкое окно закрытой веранды, в которой проходило торжество. От чужого смеха и улыбок было неприятно и крайне некомфортно, будто ешь что-то чересчур сладкое, от чего сводит зубы. Всеобщий душевный подъём служил для Артёма контрастным фоном, более отчётливо выделяющим его собственный упадок. Хотя, в целом дела шли вполне нормально и тихо, текли в своём ритме без каких-то неожиданностей, как маленькая спокойная речушка.       — Прошу прощения, могу я поставить сюда цветы? — спросил молодой парень в фирменной кепке и ветровке зеленоватого цвета, держащий в руках густой букет лилий в красивой перламутровой бумаге, дополненный чем-то, что напоминает переросший укроп.       — Конечно, — ответил Артём, не совсем понимая, почему курьер спросил разрешения именно у него. По собственным догадкам, причина крылась в том, что никого более незанятого разговорами кроме него рядом не было.       — Мне поставить их в вазу? — неуверенно спросил парень.       — Оставьте так, я разберусь.       Поставив свой пустой бокал на стол, Артём взял принесённый букет в руки, чувствуя от веса цветов какое-то слабое удовлетворение. Их аромат казался приятным, уносящим на мгновение в другую реальность, где не надо натягивать на лицо улыбку и говорить, что всё идёт хорошо, потому что всё действительно хорошо. Посмотрев в сторону виновников праздника, детектив хотел оповестить их о ещё одном подарке, который принесли неизвестно от кого и как-то весьма тихо, но решил не отвлекать парочку от бесед. Судя по задорному смеху, они бы всё равно не обратили на букет никакого внимания.       Найдя ведро, в котором ютились чуть поникшие тюльпаны, Артём присел и сгрузил букет к ним, расправляя бумагу в сторону, чтобы цветы выглядели более презентабельно. Он не осознавал своих действий, отвлекающих его от реальности, но, когда до него наконец-то дошло, начал оправдывать свой поступок тем, что просто любит цветы и красоту, невольно предаваясь воспоминаниям.       — Лилии значит, — тяжко вздохнул детектив, поднимаясь с колен. — Благородные цветы для благородной дамы. Очень подходит.       Снова пропустив через лёгкие воздух, Артём счёл необходимым осушить ещё один бокал шампанского, не приносящего никакого облегчения кроме слабой кислинки на языке. Голова немного кружилась, делала тело вялым и медленным, но само сознание оставалось ясным. Терпеть выворачивающую наизнанку радость становилось всё труднее. Было невыносимо от яркой атмосферы, создающей чувство инородности: тебя здесь не ждали, ты тут не нужен. Сдаваясь в плен своей угрюмости, Артём решил, что сил оставаться на празднике у него больше нет.       Вежливо попрощавшись с приятелями и знакомыми, детектив постарался уйти как можно тише, чтобы Герман Рудольфович не принялся его отговаривать, прижимая в отцовской манере к себе, размахивая на публику бокалом, что сто процентов сопровождалось бы хвалебными возгласами. Слишком много внимания к себе Артём точно не переживёт, не сейчас.       Шагая вдоль длинной тропы в сторону дороги, где можно было бы по памяти найти автобусную остановку, детектив ощущал себя более свободно. Он с облегчением ворошил сухие опавшие листья, поняв, что именно этой тишины и покоя ему не хватало.       — Эй, бро! — послышался глухой голос сзади. — Постой!       Замедлив шаг, Артём, не оборачиваясь, продолжил движение вперёд, ожидая что идущий за ним человек скоро его догонит.       — Фух, быстрый же ты, — выдохнул Слава, приводя дыхание в норму после спонтанного бега. — Уже уходишь?       — Как видишь.       — Не любишь шумные мероприятия? — усмехнулся парень.       — Немного.       — Ясно… Эм, что будешь делать?       — Пока не знаю, — тихо ответил Артём, начиная задумываться о планах. — Напьюсь, наверно, или спать лягу. А может и то, и другое.       — Хах, — поправил очки Слава. — Почему бы нам тогда не напиться с тобой вместе, бро?       — Ты тоже уходишь?       — Да, смысла нет оставаться там. Я же почти никого не знаю, а все хорошенькие девушки уже заняты.       — А ты времени зря не терял, — слабо улыбнулся Артём.       — Ещё бы. Короче, тухляк полный. Я тоже думал уйти, а потом увидел тебя и решил, что уйти с кем-то будет лучше. Так что, бро, мы теперь можем пойти куда угодно, хах.       — И куда ты предлагаешь пойти?       — Можно в бар.       — В бар?       — Да, не хочешь? Я знаю одно классное место. Заодно отметим успешно закрытое дело. Соглашайся.       — Ох… — пожал плечами Артём. — Ладно, бар так бар.

***

      — Пей до дна! Пей до дна! Пей до дна!       Громкие крики группы байкеров разносились по бару как раскаты грома, заглушая собой ритмичные звуки музыки. Один из суровых брутальных бородачей отмечал какой-то праздник. Какой именно, понять было сложно, но, очевидно, стоящий тех усилий, которые прикладывали участники пиршества, заказывая очередную порцию алкоголя для следующей импровизированной забавы. Других гостей заведения это, казалось, не очень-то беспокоило и даже наоборот вдохновляло. Худенькая проворная официантка невысокого роста то и дело бегала туда-сюда, словно мышка, удерживая на подносе невообразимо большое количество напитков и блюд, едва поспевая отдавать их. Особенно часто, по наблюдениям детектива, заказывалась пицца и пиво.       — Сегодня здесь куда веселее, чем обычно, — осмотрелся Слава, радуясь всеобщему бунтарскому настрою.       — Занятно, — пробормотал Артём, уныло вглядываясь в стакан с виски.       — Ты как-то не весел, бро. Смотри, ребята веселятся, я даже завидую.       — Можешь присоединиться к ним, я не обижусь.       — Да ладно, когда я ещё с тобой выпить смогу, это такая редкость, — рассмеялся Яр. — Ой, гляди, это же мой кореш с универа.       Увидев в толпе знакомое лицо, Ярослав поднялся с места и помахал рукой высокому колоритному юноше со смуглой кожей. Учитывая то, с какой лёгкостью парень заводил друзей, Артёма ничуть не удивила эта случайная встреча. Единственное, что его смущало, так это то, что столь заметная фигура направлялась прямо к их столику.       — Привет, как жизнь, бро? Садись к нам.       Пожав руки и приобнявшись, ребята сели рядом, невольно заставляя Эстера чувствовать себя лишним.       — Как поживаешь?       — Неплохо, — смеясь, ответил парень. — Недавно открыл свой паб. Я тебе, вроде, рассказывал…       Разглядывая новое лицо, детектив примечал каждую деталь, полностью игнорируя диалог. Он смотрел на загорелую кожу, на татуировки под чёрным поло, на ровно стриженную бородку и накаченные мышцы. Аура успеха окружала парня как ангельское сияние.       — Эй, ты слушаешь, бро? — спросил Слава.       — А? — отвлёкся Артём.       — Ты спишь чтоль?       — Нет, я просто задумался. Наверно, мне стоит заказать себе чего-нибудь покрепче.       — У меня с собой есть моя фирменная настойка, могу дать попробовать, — предложил приятель.       — Э, нет, — возразил Яр. — Знаешь, как она у тебя по башке бьёт?       — Кроме тебя никто не жаловался.       — Ну да, конечно, — засмеялся парень, обнимая друга за плечи.       — Слушай, может, твоему приятелю бабу подогнать? — спросил друг. — Лицо у него кислое.       — Ага, главное, чтобы без члена, а то знаю я твои шутки.       — Подумаешь, — обиженно хмыкнул приятель, — пошутил разок.       — Можно и с членом, мне всё равно, — ответил Артём, опустошая бокал с виски.       По странному стечению обстоятельств, мужчина за соседним столиком сильно закашлялся из-за застрявшего в горле куска, будто всё это время подслушивал чужой разговор, заставивший его поперхнуться.       — Ты чего, друг, всё в порядке? — смутился парень, резко становясь серьёзным. — Ты аккуратнее с желаниями, а то людям, вон, плохо. Или ты из этих?       — Кто знает, — усмехнулся Артём.       Судя по строгой осуждающей физиономии друга Славы, шутку он не оценил.       Чувствуя, что аура как-то неприятно накалилась, детектив поспешил исправить положение молчаливым уходом, так как продолжать общение в том же духе желания у него не возникало.       — Эй, бро, ты куда? — спросил Яр.       — Пойду попрошу бармена налить чего-нибудь ещё.       — А, окей.       — Странный у тебя напарник, — тихо высказался друг Славы, не дожидаясь, когда Артём уйдёт достаточно далеко, чтобы не слышать их разговора. — Как ты с ним уживаешься?       — У него просто опять депрессия. Хотя, мне кажется, что она у него уже полгода как. Кстати, отец сказал, что переведёт меня в другое место.       — Реально? Получается, оставишь напарника?       — Я думаю, он сам рано или поздно уйдёт. Да и, если честно, с ним стало тяжеловато.       — Ты мне о нём почти ничего не рассказывал.       — Ну…