Кукла: Ангелы милосердия

      Густой лес казался вполне привычным, если не считать кривой петляющей железной дороги, что тянулась между деревьев так, словно поезд был способен изгибаться как змея, под любым углом. Местами стояли вагоны, как если бы их случайно или нарочно отцепили в середине пути для каких-то своих нужд. По бокам от них шли люди, плелись подобно зомби. Их кожа покрывалась волдырями, а рты застывали в немом крике. Они старались уйти от чего-то невидимого, что проявляло себя в тумане из мелкодисперсных зеленоватых частиц, как распылённая пыльца.       Люди падали на землю и корчились от боли, замирая в неестественных позах. Их окружали одинаковые силуэты, низкие и худые, с уродливыми масками цвета слоновой кости. Эти существа носили длинные тряпки вместо одежды и медленно преследовали людей, перерезали им горло маленькими кинжалами. Они были олицетворением чумы, что забирала жизни.       Посмотрев на свою руку, Артём увидел такие же набухшие вздутые пузыри, гноящиеся и зловонные. Он видел, как одно из существ идёт за ним, чтобы добить. Чума преследует его.       Сорвавшись на бег, Артём упал на землю и обнаружил себя обнажённым. Он побежал вперёд, убегая от ядовитого тумана и кучи трупов. Выбежав к обрыву, Арт замер, стараясь решиться на прыжок, пока смерть медленно подступала сзади. Язвы становились всё больше.       Сделав вдох, Эстер закрыл глаза и прыгнул.       …       Смяв край скомканного одеяла под собой, Артём дёрнулся. Он сделал глубокий вдох и потянулся, затем неохотно открыл слипающиеся глаза и снова встрепенулся, обнаруживая вокруг себя до сих пор разбросанные фотографии закрытого дела. На мгновение ему показалось, что изувеченные тела на них ожили.       — Чёрт, — прошипел Артём, потирая лоб.       Голова после посиделок в баре знатно раскалывалась, пряча события прошедшей ночи где-то в глубине сознания, куда было не дотянуться. Единственное, что было ясно, работа даже в таком состоянии не оставила разум в покое. К горлу подступил неприятный ком.       — Дьявол, — снова ругнулся Артём.       Добравшись до телефона, детектив сел, хмуро посмотрел на десять пропущенных звонков, часть и которых была от напарника, и отложил гаджет в сторону, обдумывая дальнейшие действия. Идти куда-либо абсолютно не хотелось.       «Наверно, стоило послушать Рэй и взять отпуск. Пожалуй, так и сделаю».       Телефон снова противно завибрировал, прерывая ход мыслей. Пришлось ответить.       — Да, — зевнул Артём.       — Ты там где, бро? Тебя шеф по всем углам ищет, — удивительно бодро спросил Слава.       — Я, — задумался Арт. — Я немного проспал.       — Судя по твоему голосу, так и есть, хах. Не надо было пробовать ту настойку после пяти коктейлей.       — Чёрт… Напомни мне больше не пить с тобой и твоими друзьями.       — Так ты обычно и отказываешься. Теперь я понимаю почему.       — Я умею пить! — возразил Артём. — Просто в этот раз всё вышло из-под контроля.       — Ну да, ну да, — подтрунивал Слава, слегка посмеиваясь.       — Чего там шеф хотел?       — Не знаю, у него какое-то важное дело к тебе. Удивительно, что он уже тут дела решает после вчерашнего банкета.       — Это точно… — вздохнул Эстер. — Ладно. Я скоро буду.       — Ага.       Сбросив звонок, Артём плюхнулся на своё подобие кровати и принялся бездумно пялиться в потолок. Ему стоило немалых усилий, чтобы заставить себя подняться снова и сесть, разглядывая хлам в шкафу напротив.       — Ладно… надо собираться.

***

      Если бы Артём знал, что на утро Герман окажется как огурчик, он бы устроил с коллегами тотализатор, чтобы выиграть немного денег себе на обезболивающее. Едва ли он был готов к тому, что после праздника его вызовут на ковёр, где голова будет болтаться на плечах как у болванчика из-за усыпляющего тона шефа, пусть и громкого.       — Я принял решение о твоём временном переводе в другое место, Арти. Ты не подумай, ты очень ценный сотрудник, и я не просто так это делаю, потому что…       Слова в сознании детектива размывались. Герман Рудольфович произносил какую-то речь, направленную не то на оправдание своих действий, не то на воодушевление. Понятного было в этом мало, ясно лишь то, что почему-то надо сменить место работы и что парфюм шефа по-прежнему слишком удушливый, хотя пахнет теперь иначе. Дождаться окончания этого потока информации, чтобы выпросить пару выходных, показалось чем-то неосуществимым.       Из-за духоты и головокружения живот сильно скручивало, в горле периодически вставал ком, сигнализируя о том, что в любой момент скудное содержимое желудка вырвется на серый ковролин прямо по центру кабинета. Последние силы уходили на то, чтобы убедить себя продержаться в мягком поглощающем кресле ещё пару минут, когда шеф закончит этот непонятно с чего возникший диалог, больше походящий на монолог.       — Так что, я вверяю тебя в руки Васе. Это прекрасный специалист, очень опытный. Я уверен, что некоторая смена обстановки пойдёт тебе на пользу, — сделал паузу Герман, отпивая немного воды из кулера, чтобы смочить горло. — Ты всё понял?       — Да, шеф. Надеюсь мы с ним сработаемся, — запоздало и вяло ответил Артём. Он подумал о том, что стоит упомянуть своего текущего напарника, чтобы разобраться, как быть с ним, но решимости на какие-либо рассуждения Эстер в себе не нашёл.       — Не с ним, а с ней, — поправил строгий женский голос.       Артём не сразу заметил, как в кабинете стало на одного человека больше. Он устало посмотрел на вошедшую женщину и тут же приободрился от одного её гордого вида, словно она имела возможность заряжать окружающих людей своей энергией. Незнакомка явно выглядела моложе своих лет и казалась крайне серьёзной из-за собранных в высокий хвост светлых волос, чью строгость разбавляла лишь пара прядей, спадающих на худое лицо. Белая водолазка с горлом под чёрным пиджаком хорошо подчёркивала шею.       — Я Василина Голдберг, приятно познакомиться, — протянула руку женщина, поблёскивая дорогими часами, придающими её образу ещё больше деловитости. Замешкавшись, Артём поднялся с кресла и ответил на рукопожатие, смотря в серые глаза с нескрываемым удивлением и лёгким испугом. После произнесённой фамилии черты лица стали казаться более знакомыми, напоминающими что-то очень дорогое сердцу, но оттого и менее реалистичными.       — Г-Голдберг?       — Она дочка Валентина, — внёс ясность шеф.       — Дочь? — резко повернул голову Эстер.       — Что вас так удивляет? — улыбаясь, спросила Василина, находя растерянное лицо детектива слегка забавным.       — Валя никогда не говорил мне, что у него есть дочь, — не отпуская руки, ответил Артём. Он снова перевёл взгляд на женщину и нахмурился. В груди ощущался груз забытой вины, словно с него пришли взять проценты за невыплаченный долг.       — Ну, теперь вы знаете, — шире улыбнулась Василина, прерывая столь затянувшееся рукопожатие. — Что касается меня, то я знаю, кто вы. Отец много рассказывал мне о вас, так что я давно мечтала познакомиться. Надеюсь, вы согласитесь помочь нам с расследованием одного интересного и запутанного дела. Уверяю, оно вас заинтересует.       — Это какая-то шутка? — прищурился Артём, отводя голову в сторону. — Розыгрыш?       — Нет, с чего бы…       — Я столько времени здесь провёл и до сих пор никто не говорил мне, что у моего бывшего напарника есть семья. Думаете, что я вот так просто поверю? — возмутился детектив, пряча руки в карманы. — Да даже если и поверю, вы правда решили, что я стану работать с вами? С той, чьего отца я застрелил собственными руками? Простите, но я так не могу.       — Что? — удивилась Василина, тут же меняясь в лице. — Почему?       — Что ты такое говоришь, Арти, — вставил слово Герман. — Что ещё за фокусы?       — Это вы тут фокусничаете с кроликом из шляпы.       — Если ты не прекратишь этот очередной цирк, я заберу у тебя значок! — пригрозил шеф.       — Да забирайте! — резко ответил Эстер, поворачиваясь к Герману. Он порылся во внутренних карманах пиджака и, найдя нужный документ, кинул его на стол. — Не знаю, что у вас всех тут на уме, но я отказываюсь принимать в этом участие.       Громко фыркнув, Артём повернулся к Василине:       — Прошу извинить.       Не дав присутствующим возможности возразить, детектив поспешил выйти и громко хлопнул дверью.       — А ну стоять! — пригрозил Герман, тыкая пальцем в стол. Несмотря на уход, он продолжал кричать вслед. — Ты смеешь мне перечить, щенок?! Вспомни, кто тебя вырастил и прояви хоть каплю уважения! Вернись, сейчас же!       Стараясь успокоить нервы, детектив шёл по коридору без оглядки. Он прокручивал состоявшийся диалог в голове раз за разом, стараясь разобраться в том, что произошло, что именно в этом всём раздражало. Артём уже давно не думал о том, что случилось с прежним напарником, но внезапное появление родственника казалось ударом в спину. Его выворачивало наизнанку от ненависти не то к себе, не то к окружающим людям за вскрывшуюся недосказанность. Но больше всего выворачивало из-за выпитого накануне алкоголя.       — С ума сойти… Даже не сказал мне, — прошипел Артём, яростно открывая дверь пустой комнаты для совещаний. — И Герман тоже… Знал и молчал в тряпочку. Два старых хорька, чтоб их!       Хлопнув очередной дверью, Арт раздражённо пнул ногой металлическую ножку стула, стоящего у овального стола, и плюхнулся на соседний, растекаясь по нему как грузчик после тяжёлой работы. Тишина кабинета всё ещё казалась громкой из-за бьющего по вискам пульса.       — Детектив Эстер, — постучала Василина. — Можно зайти?       — Я уже всё сказал! — рявкнул Артём. Он хотел посидеть в покое хотя бы пару минут, но каждая клеточка его тела чувствовала навязчивое присутствие женщины за пределами помещения.       — Прошу, только взгляните на материалы, — повторила попытку Василина. — Большего мне от вас и не нужно.       — Нет!       — Если дело в моём отце... — начала женщина. — Я не держу зла. На этой работе может произойти всё, что угодно. Вы оба выполняли свой долг. Так выполните его ещё раз. Ради моего отца.       — Чёрт… — прошипел Артём. Он осознавал, что им манипулируют, но решил смириться с неизбежным и открыть дверь. — Что там?       — Просто посмотрите.       Василина протянула сложенную втрое газету и практически всунула её в чужую руку. Арт хотел было вернуть издание с немым вопросом, но глаз невольно зацепился за большую чёрно-белую фотографию и громкий заголовок.       «Падший Ангел: Сколько ещё будет орудовать религиозная секта?»       — Что? — смутился Артём, рассматривая страницы.       «На днях оперативниками было найдено тело молодой девушки, запечатлённое в спящей позе посреди глухого лесного массива. Как и в некоторых схожих случаях, обнародованных ранее, есть все основания полагать, что в данном деле замешана религиозная секта, хотя этот факт всё ещё официально не подтверждён. Некоторые предполагают, что это дело рук печально известного Кукольника, на чьём счету более десятка жертв. На это указывает тщательная подготовка и красивый наряд с обилием деталей. Как мы помним, по официальным заявлениям прокуратуры, преступник был пойман, однако его личность не была предана огласке, что уже наталкивает на определённые мысли. По последним данным, в ходе разговора со следователями было выяснено, что…»       — Это невозможно, — замер Артём.       Закусив губу, детектив перечитал заметку ещё раз. Он вернулся к столу в раздумьях и медленно сел на прежнее место.       — Знакомо, правда? — хитро посмотрела Василина, проходя в кабинет. — Очень похоже на одно из ваших дел.       — Она красивая, — шепнул кто-то на ухо. — Странно, что ты не подумал о своей девушке, детектив. Ты же так это делаешь? Хоронишь её каждый раз…       — Заткнись, — прошипел Артём, прикрывая рот рукой.       — Что-то не так? — спросила женщина, не совсем понимая — послышалось ей или нет.       — Нет, всё так, просто… Это не может быть он, — сквозь газету посмотрел Арт, стискивая страницы.       — Почему?       — Викт… Кукольника давно поймали. Он не мог.       — Может, он сбежал?       — Хах, — слегка улыбнулся Артём, отбрасывая газету. — Оттуда не сбегают.       — Правда? И всё же, — возразила Василина, элегантно присаживаясь на стул рядом. — Очень напоминает его стиль. Девушка, — продолжила женщина, протягивая бежевую папку, — что была нами найдена, была одета в красивое белое платье, сшитое не по размеру, но явно очень хорошо. По периметру свечи и оригами, словно это ритуал. Место не очень людное, но явно с расчётом на то, чтобы кто-то нашёл тело.       — Цветы при ней были? — спросил Арт, рассматривая материалы дела.       — Венок из засушенных белых гвоздик. Остальные, кажется, из бумаги. Там много различных фигур: кораблики, журавли, кошки.       — Хм, — задумался Артём, покусывая указательный палец. — Не помню, чтобы в его альбоме было что-то такое.       — Вы уверены, что хорошо его изучили?       — Альбом? — поднял глаза Эстер.       — Кукольника.       — Я, — запнулся Артём, не зная, как ответить правильно. — Достаточно.       — Тогда, вы сможете помочь нам и с этим маньяком, — улыбнулась Василина. — Или сектой. Кто знает.       — Вы поэтому пришли сюда? Думаете, что я смогу помочь?       — У вас есть удивительный дар оказываться в нужном месте в нужное время. А везение в нашем деле особенно важно.       — Работать с вами тоже везение?       — Только если нравиться охотиться на маньяков в лесу, а не в городе.       — О, я лишь об этом и мечтаю, — съязвил детектив.       — Я думаю, что только вы способны помочь. Кроме вас, нет никого с опытом раскрытия похожих дел. По крайней мере, никого, кого бы я знала и могла привлечь.       — Даже так, — вернул газету Артём. — Вы в этом уверены?       — Я скорее очень уверена в вас.       — С чего вы решили, что я соглашусь? Я, вообще-то, собирался уйти в отпуск и не планировал заниматься чужими делами.       — Потому что вам это нужно, — ответила Василина и скрутила газету. Её речь больше напоминала попытку соблазнения, чем делового разговора. — Вы этого хотите.       — Вы меня не знаете. И чего я хочу тоже.       — Мне показалось, что вы сейчас сильно оживились при виде этого дела.       — Хах, — засмеялся Артём, облизывая губу. — Чую, это было бы занятное сотрудничество.       — Я в этом не сомневаюсь. К тому же… Не знаю, стоит ли говорить.       — О чём?       — Об уходе вашего напарника. Ярослав, кажется?       — Ярик уходит? — усомнился Артём. — Что за бред?       — Вам ещё не сказали? Герман Рудольфович уже распорядился о его переводе по чьей-то там просьбе, так что вам в любом случае придётся работать с кем-то новым, и лучше, чтобы это был мой отдел.       — Хах… Мне об этом ничего не говорили.       — Оу, — фальшиво смутилась собеседница. — Прошу прощения, вероятно, я не должна была сообщать.       — Забавно, но, — усмехнулся детектив. — Вы сейчас единственная, кто раскрывает мне все карты. Что ж… придётся извиняться перед Германом. Хотя меня больше интересует не маньяк, а вы, — помрачнел Арт. — Кто вы? Внезапная родственница, что пудрит голову? Или одна из тех, кто жаждет отомстить мне?       — Чтобы это узнать, вам точно придётся поработать со мной и этим делом, — подавила смешок Василина. — Только так вы поймёте, кто кого дурачит.       Задрав голову, Артём тяжко вздохнул.       — Ох, за что мне это?