Просто дверь

Земля горела под ногами Брока. Он не успевал есть, спать, даже дышать приходилось через раз, чтобы увернуться от очередного пиздеца, затеянного Пирсом, потому что никак по-другому назвать творящееся вокруг у него не выходило. Слишком много голов слетело с плеч. Техники, обслуживающий персонал могли смениться полностью всего за пару дней и тут же пойти в расход, потому что начальству в очередной раз показалось, что кто-то услышал что-то не то. Страйк вместе с Зимним гоняли на миссии устранения едва ли не через день. Брок уже перестал считать, сколько его подопечный может сделать зарубок на прикладе собственной винтовки. — Нас сольют, ребятки, — со вздохом констатировал он, развалившись в кузове несущегося по пригороду грузовика. Бойцы угрюмо молчали и все как один косились на Зимнего. Зимнего Солдата не замораживали уже достаточно долго. Он… менялся. Таскал у всех шоколадки из пайков. И по-прежнему пялился на командира. — А соскочить никак? — спросил Роллинз и вытянул из нагрудного кармана читалку, словно сейчас не обсуждалась судьба всего отряда. — Никак, — подтвердил Брок. — Только вместе с головой Пирса, а она у него на плечах хорошо держится. Говорить при Зимнем такие вещи он давно уже не опасался. На базе над тем хоть и тряслись как над яйцом из золота, но всё одно считали Зимнего чем-то сродни наворочанной винтовки с компьютером вместо мозга. А вот Брок знал его куда лучше. Зимний, глядя на Брока, виновато пожал плечами. Едва заметно. Убить Пирса он не мог — программирование не позволяло. — Ладно, хорош пиздеть, спите. До нужного места час ехать, а там поглядим. Пока идём с опережением графика, — довел до своих подчинённых Брок, а сам сжал в ладони телефон. Какая всё-таки странная и страшная вещь — эта дверь в другой мир. Ни позвонить, ни написать, только лично стучаться в надежде, что откроют. Брок чертовски устал мотаться с задания на задание, хотел домой, к Джеку, упасть в него и забыть обо всём на свете. Вот только вернуться пока не представлялось возможным. Радовало только то, что и время в их мирах шло совершенно по-разному, и за те дни, что пробежали у Джека, он не должен был сильно вляпаться. Взгляд снова скользнул на Зимнего, очень похожего на Джека. Зимний подсел ближе, привычно ткнулся Броку в плечо и едва различимо шепнул: — Расскажи. Ты знаешь. — Что знаю? — со вздохом переспросил Брок, убрал телефон обратно, не желая светить единственной сделанной тайком фотографией самого важного человека. — Как уйти, — ещё тише ответил Зимний. Брок покосился на него, но Зимний продолжал смотреть своими почти белыми глазами прямо в душу. И ведь не соврёшь, этот почувствует, а портить с ним отношения совершенно не хотелось. Тем более что, уходя, Брок с удовольствием увёл бы и весь остальной отряд. В том числе и Зимнего. — Мой дом, — шепнул Брок ему на ухо. — Там есть дверь в другой мир, как бы по-идиотски это ни звучало. — Встречал, — Зимний сжал его руку металлической хваталкой. — Давно. Далеко. Надо уходить. Всем. — Только дверь там, а мы здесь, отморозок, — вздохнул Брок. Был, конечно, вариант отстрелять водителя и сопровождение, угнать грузовик и… попасть в клещи где-нибудь на въезде в город. Брок нисколько не сомневался в том, что Зимний нашпигован следилками, слишком дорогим он был приобретением и не самым стабильным. А значит, как минимум это дело закончить придётся, вернуться на базу, а уже дальше действовать по обстоятельствам. — Завершим. Отчитаемся. Страйк пьёт у тебя. Я приду, — коротко приказал Зимний. — Может, мне тебе ещё и честь отдать? — усмехнулся Брок, хлопнул Зимнего по колену и отпихнул от себя, крикнув при этом на весь кузов: — Так, мужики, ничего не планируем на сегодня. Отмываемся — и ко мне. Будем пить. — Давно пора, — буркнул Роллинз. Брок закрыл глаза, стараясь отключиться от действительности, от тряски, от того, что, по ходу, он собрался единолично изменить жизни всем своим ребятам безвозвратно. Потому что если они уйдут в другой мир в данное время, то обратно, скорее всего, вернуться не выйдет. Брок с Джеком не проверяли, что будет, если дверь закрыть, когда они оба будут на одной стороне. Машину тряхнуло, Лаки выругался и стукнул кулаком в стенку кузова, крикнув водителю о том, что тот не дрова везёт. Брок усмехнулся. Ведь у его ребят никого не было. Почему-то на гражданке отношения никак не складывались ни у одного из бойцов. Что Роллинз разочаровывался то в одной, то в другой девице, что остальные. Не получалось ни у кого найти свою собственную тихую гавань. Лаки даже как-то пошутил, что для них, видимо, не родились ещё половинки. А ведь, может, и правда. Точнее, родились, но не в том мире, и теперь тоже обречены на бесконечное блуждание в ожидании того, кого и рядом быть так просто не может. К тому же тянуть за собой никого Брок не собирался. Несогласные могут уйти, хоть на базу вернуться и рассказать, что видели. Вот только почему-то Брок был на все сто уверен, что пойдут за ним все. Зимний Солдат отработал, как всегда, безупречно. Страйк танцевал на подстраховке. Пирс, правда, похоже, уехал крышей окончательно, потому что шоу они устроили едва ли не в центре Атланты, подорвав здоровенный нефтеперерабатывающий завод и едва успев свалить — полыхнуло по-настоящему знатно. Что за прок Гидре от взрыва и его последствий, никто из Страйка не знал и знать не хотел. Всю обратную дорогу Страйк в полном составе продрых. Даже Брок выключился, едва забормотал двигатель их грузовика, и проснулся только когда машина окончательно остановилась и кто-то снаружи гаркнул, приказывая вылезать. Дальше была обычная наемническая рутина. Предъявление пропусков, сдача оружия и амуниции на склад, помывка, краткий отчёт о состоянии Зимнего и о возможных происшествиях во время операции, подписание увольнительных всему составу группы и, конечно же, визит в лабораторию. Брок без стука вошёл в камеру Зимнего, никогда не запираемую, но все равно имевшую толстую дверь и решетки на узких окнах под самым потолком. — Заморозки не будет и в этот раз. Нам дали три дня на отсыпную — и снова за работу. — Брок кинул быстрый взгляд в сторону камеры под потолком. — Так что и ты отдыхай. Ситуэл занесет тебе папки с новыми вводными утром. Зимний Солдат равнодушно кивнул и растянулся на усиленной солдатской койке, покрытой тонким бугристым матрасом. Одеяла и подушки ему не полагалось. Ещё немного постояв в дверях, Брок развернулся и вышел вон. Этот ритуал повторялся из раза в раз все время их совместной работы, с тех пор как Брока назначили куратором Зимнего Солдата. Потому было бы странным менять что-то в давно отработанной схеме. На парковку Брок особо не торопился. Шел в обычном своем темпе, выкурил сигарету, перемолвился парой слов с приехавшими на пересменку техниками, подмигнул Саманте из аналитики и двинулся домой. Парни начали подтягиваться к семи вечера, как обычно. Каждый нёс с собой бутылку-другую. Еду традиционно заказывали. Все были в штатском, но в берцах, с пистолетами в ножных кобурах, с ножами, а Лаки вообще всегда таскал на себе с полкило пластида, грамотно распределённого в одежде, и горсть взрывателей. Брок каждый раз со всего этого ржал, но и сам не отставал от своих ребят. И если пара любимых пистолетов путешествовала в машине, то с собой Брок всегда носил три хитро спрятанных ножа. А что? И в жизни могло пригодиться что-то там открыть или отрезать, и от неприятностей избавляло на раз. По крайней мере, местная шпана теперь дом, в котором жил Брок, обходила по широкой такой дуге. — Так, бутылки со стола! — велел Брок. — Сегодня воздержимся от алкашки. Разговор есть серьезный. — О том, что тикать нужно? — поднял голову от планшета Милз и пододвинул к себе поближе бутылку с содовой. — Так мы и так об этом знаем. Но как и куда? — Вот об этом я и хочу поговорить. — Брок выпихнул из своего кресла Васкеса и плюхнулся в него сам. — Есть вариант, но без возможности вернуться обратно. Это дорога в один конец со своими приключениями, но без Гидры. Правда, начинать всё придется с нуля. В гостиной повисла прямо-таки мертвая тишина. — Что, ни бабла не приныкать, ничего? — спросил Лаки. — Мои кактусы? Такая коллекция же! Парни привычно заржали. Лаки и его кактусы, фотки цветения которых он совал под нос даже Зимнему Солдату, были старым анекдотом Альфа Страйка. — Ничего, заново насобираешь, — отбрил его Роллинз. — А бабло? — не унимался Лаки, горестно заломил брови и выглядел при этом настолько несчастным, что парни снова разразились дружным хохотом. — Хорош пиздеть, — оборвал всеобщее веселье Брок. — Разговор серьёзный, и уходить мы будем прямо сегодня. Только Зимнего дождёмся и двинем. — Зимний же не прям щас явится, — резонно заметил Роллинз. — Сейчас семь, он раньше десяти не выберется. Успеем тревожную заначку забрать. Или нет? — Выметайтесь, — махнул рукой Брок, стараясь не смотреть в сторону заветной двери. Вымелись не одновременно — один за другим, с паузами в пять-семь минут. Жили все поблизости, Вашингтон вообще городишко небольшой, если сравнивать с Нью-Йорком или ЭлЭй. Первым вернулся Лаки, таща здоровенную многозначительно побрякивавшую сумку, рюкзак, а в свободной руке — коробку с самыми любимыми кактусами. — Они мне как дети! — объяснил он, прижимая коробку к груди. — И кэш я взял. Брок только глаза закатил и ткнул в сторону угла, куда всё это можно свалить. За Лаки начали подтягиваться и остальные. Гостиная потихоньку превратилась в склад нужных и не очень вещей. Да и сам Брок не терял времени даром. Пока бойцы собирались, он обшарил всю квартиру, вскрыл тайники, вытащил из них все ценное, что может пригодиться в новом мире. В том числе и документы на каждого из своих. Непонятно, как в том мире с этим дело будет обстоять, но лучше иметь с собой хоть что-то, чем соваться с голой жопой не пойми куда. Ведь и Джеку лишних трудностей он устраивать не хотел. Не договаривались они о подобном. Да и секс вряд ли можно было назвать хорошим поводом для появления в пентхаусе семнадцати человек. До прихода Зимнего Солдата парни сидели и говорили о пустяках. Лаки, не переставая, трещал о своих кактусах, рассказывая историю каждого, показывая фотографии, хвастаясь специально оборудованным для колючих тварей освещением, холодной зимовкой и прочими радостями. Лаки был тот ещё псих: его коллекция началась с куска опунции, которая каким-то образом затесалась в его шмот во время операции в Мексике и которую он с какой-то радости попытался — и смог! — укоренить. С тех пор он притаскивал кактусы отовсюду, где они только были. Крохотные «детки» вымахивали в здоровенные столбы или в не менее здоровенные шары, цвели, плодоносили и, по уверениям Лаки, эти плоды даже можно было есть. Правда, кроме него и Зимнего Солдата, никто не решался. В половине одиннадцатого из кухни повеяло сквозняком, и тут же открылась дверь кладовки. В гостиную Брока Зимний Солдат и Джек шагнули одновременно и уставились друг на друга.