Убей свои страхи.

— Боюсь только, что я не смогу с вами. Сатори виновато вздохнул. Только вроде все начинало налаживаться, и хоба, он со своей боязнью прикосновений. Просто пиздец, ничего не скажешь. Ушиджима смотрит понимающе и как-то сочувственно, в глазах Семи осознание, а Охира с Ямагатой только недоуменно потирают затылки. — Целоваться не умеешь, что-ли? На предположение Реона Тендо только хихикает, прикрывая рот ладонью. Вообще, он уже целовался, на третьем году средней школы с ним встречался Терушима Юджи — его сосед и по совместительству одноклассник. Как так получилось, Тендо не понял до сих пор. Терушима был одним из тех парней, что не стебали его напрямую, но смеялись за спиной, хотя Тендо точно не знает — говорил Юджи гадости или нет, — тем не менее, когда Юджи сам подошел к нему после уроков, Сатори прибывал в шоке. Он бы даже сказал в ахуе. Они повстречалась не очень долго — пару месяцев. Терушима настоял на том, чтоб об их отношениях никто не знал, и Сатори всегда хотел верить, что это не потому, что Юджи его стесняется (на самом деле, блондин действительно был влюблен, но Тендо он об этом никогда не говорил). Терушима был наглым и смелым, но заботливым, в отличие от вечно стесняющегося Сатори. Когда Юджи касался его под футболкой или целовал шею, Тендо заливался краской до кончиков ушей и прикрывал ладонью глаза. Дальше взаимных ласк они не зашли, будучи впервые влюблёнными подростками, и, к счастью, их расставание не было болезненным и грубым — просто Терушиме надо было переехать после окончания второго года средней школы, хотя Тендо в какой-то мере даже скучал по этому заносчивому придурку. — Не думаю, что мы обязаны знать, почему он не хочет играть, — подал голос Семи, — но ты можешь остаться просто посмотреть. Тендо кивнул и немного отсел назад, чтобы бутылка, крутясь, не попала на него. Они начали первый раунд под смешки Реона, которого очень забавляло выражение лица Ямагаты. Справедливости ради, Ямагата не отказывается от игры, так что пусть сделает мину попроще. Охира крутит бутылку и она выпадает на Семи, который лениво наклоняется к лицу сокомандника. Реон хитро улыбается и кладет ладонь на лицо Эйты. — Вы прям парочка влюбленных, пиздец просто, — забавляется Тендо, поправляя волосы. — Заткнись, — Семи быстро кидает это, делает вдох и припадает губами к губам Охиры. Они быстро целуются и садятся обратно. Сатори замечает краску на шее у Эйты, сохраняя в памяти повод для дальнейших шуток. Следующим крутит Ямагата, все еще с этим своим лицом-нахуй-я-сюда-пришел. Бутылка останавливается между Семи и Вакатоши. Эйта приподнимает брови и прыскает, отклоняясь назад. — Ну нет, я уже был. — Не волнует. Так с кем я должен целоваться? — Выбери сам, или перекрути, — отвечает Реон, пожимая плечами. Ямагата наклоняется вперед и тянет за руку Эйту. — Я боюсь Ушиджиму-сана, так что ты. Тендо громко смеется, замечая как Хаята тушуется и закусывает губу. Вакатоши вообще на эти слова практически не реагирует, только делает более хмурое лицо (хотя куда еще хмурее то). Эйта закатывает глаза и целует Ямагату сам, упираясь руками вперед для удобства. Сатори видит проскальзывающие языки между их губами и произносит негромкое «авв», посмеиваясь. — Горячо, горячо, — говорит Реон, наклоняя голову вбок, — меня ты так не целовал. — Ты не заслужил. — А он заслужил, получается? — хихикает Тендо. — Я не могу с ним уже. Сатори всё это забавляет — он бы и сам поучаствовал, но переживает, что резко дернется или ему, не дай бог, придется целоваться с Вакатоши. Нет, он определенно точно не против, но это не входило в его планы, да и мало ли, что подумает сам Ушиджима. Ямагата отчаянно краснеет, — Я уже больше не хочу в это играть. — Еще скажи, что тебе не понравилось, коротыш. — Как ты меня, блять, назвал? Хаята вскрикивает это со злым выражением на лице и аж подскакивает на месте, вызывая новую волну громкого смеха. — Туше, — говорит Сатори, — я всего-лишь пошутил. — За такие шутки в зубах бывают промежутки. — Тебе двенадцать лет что-ли, чтоб так говорить? — смеется Реон. Ямагата хмурится и усаживается на место, скрещивая руки на груди. Он краснеет, заставляя всех остальных хихикать, и даже на лице Вакатоши проскальзывает легкая улыбка. Тендо пялится. — Крути уже, — говорит Реон Эйте, садясь поудобнее и вытягивая ноги. — Уверен, что не хочешь с нами? — подает голос Охира, — я имею в виду, типа, ты не обязан, но… — Может позже, окей? А тебе, что, так сильно хочется поцеловать такого красивого меня? Реон хмыкает, щуря глаза, — Да прям мечта, придурок. Тендо видит, как Ушиджима поджимает ноги под себя и смотрит на него. Сатори приподнимает брови, без слов спрашивая мол «что?», но Вакатоши только качает головой и отворачивается, смотря теперь на бутылку. Сатори поджимает губы. Он сделал что-то не так? Может ему лучше уйти? Семи крутит бутылку, бубня под нос что-то типа «со всеми пересосался, господи прости, за что мне это», горлышко бутылки останавливается между ним и Ямагатой, показывая точно в сторону Тендо. — Оп, снова с Ямагатой, — Тендо раскрывает глаза, пытаясь скрыть нарастающий страх. — Нет, нет, вот ты и попался, — говорит Хаята, переводит взгляд на него и приподнимает брови, — давай. — Зачем ты заставляешь его? — впервые подает голос Ушиджима, — он же сказал, что не хочет. — Все в порядке, Вакатоши-кун. Иди сюда, Семи-Семи, папочка научит тебя делать это правильно. Сатори вытирает потеющие ладони о свои штаны и подсаживается ближе, старательно делая вид, что он не хочет что-либо сейчас им доказать. Он не хочет облажаться, он боится, что касания Семи его обожгут, но он вроде как не опасен, хотя Сатори не уверен — они знакомы всего ничего. Он даже Вакатоши вчера запретил себя трогать, а теперь пытается пересилить себя, чтоб поцеловаться с Эйтой. Мерзкий. Эйта наклоняется к нему и шепчет, — Ты уверен, что все в порядке? Тендо угукает и целует Семи. Все, блять, не в порядке, он чувствует горячие губы Эйты — они сладкие, как газировка, которую тот пил. Это приятно, но ему страшно и тревожно, что что-то пойдет не так, и Эйта будет над ним смеяться. Они целуются мягко, Семи подвигается ближе, их губы издают пошлые чмокающие звуки, из-за чего Сатори сжимает пальцы на своем бедре. Он слышит, как Реон удивленно вздыхает, и чувствует их взгляды, направленные прямо на него. На них, если быть точнее. Семи чуть отстраняется, шепчет «расслабься» и целует его снова. Тендо опускает плечи, стараясь ровно дышать носом. — Всё, всё, мальчики, мы поняли уже, на что вы способны Эйта отстраняется и облизывает губы, ободряюще улыбается ему и чуть толкает его в грудь, заставляя отклониться назад. Тендо приходит в себя и отсаживается обратно из круга. — А ты хорош, — говорит Эйта, — конечно не так хорошо, как я… — Утешай себя, — Тендо расслабляется, понимая, что ничего страшного, в общем-то не случилось, хотя место на груди, куда его только что толкнули горит огнем, в отличие от влажных губ. Ветер из приоткрытого окна заставляет их замерзать и он обводит их кончиками пальцев. — Грубо. Он видит, как Ушиджима смотрит на него впритык — выглядит так, будто он хочет что-то сказать, его брови чуть нахмурены, из-за чего между ними образовалась трогательная складочка. Тендо нравится. Тендо хочется думать, что Вакатоши ревнует. Тендо хочется поцеловать Вакатоши. ~~~ — Тендо-кун, — крикнул Терушима через весь двор, — подожди. — Ты что-то хотел? — сегодня Сатори был более уставшим, чем обычно — до него весь день доебывался Эджи, говоря что-то про его дурацкие волосы. Тендо не знал, как он относился к Терушиме. Тот никогда не издевался над ним специально, вообще редко что-то ему говорил. Они пересекались только выходя из дома в школу, и обратно, но не разговаривали. Юджи состоял в той самой компании с Эджи, где каждый смеялся над ним, но сам Юджи обычно отмалчивался и стоял в стороне, когда его друзья решали, что ударить Тендо или оскорбить его — очень смешно. Когда Терушима находился рядом, Тендо не испытывал того самого чувства опасности, которое обычно преследовало его по пятам, заставляя сжиматься рядом с другими людьми, но он в любом случае был насторожен. — Я хотел с тобой поговорить. — Если тебе хочется поиздеваться надо мной, лучше выбери кого-то другого. Я устал и хочу домой. Сатори развернулся на пятках и пошел вперед, слыша торопливые шаги младшего за спиной. — Нет, нет, я не к тому, — Терушима ускорился, пытаясь ухватить Сатори за плечо, — да стой ты. — Что ты, блять, от меня хочешь? И не трогай меня, — вспылил Тендо, вновь разворачиваясь к второгодке. — Ты мне нравишься. — Плохая шутка. Придурок. Тендо глубоко вздохнул, потирая переносицу. Что за приколы? Терушиму подослали его тупорылые друзья? Они стоят где-то рядом и смеются над ним? — Я серьезно. Ты нравишься мне и я хочу с тобой встречаться. Я думал, что ты это понимаешь. И… блять, короче, да, — он запнулся, не зная как уложить мысли в голове. — Что ты несешь? — Тендо хотелось расплакаться. — Я хочу встречаться с тобой, еще раз повторяю, но если я тебе не нравлюсь, то я понимаю почему. Я не могу выйти из этой компании просто так, все не так легко, как кажется. На следующий год я перееду и сменю школу как раз-таки из-за этого. Эджи конкретно меня заебал. И я решил, что раз уж я скоро уеду, мне надо признаться тебе. В конце концов, я красавчик, — Терушима улыбнулся. — Мне нужно подумать об этом. Тендо вдавил большой палец в свою ладонь, и Терушима заметил это, поэтому протянул свою руку вперед. Сатори дернулся. — Я же сказал не трогать меня. — Тендо-кун, поверь мне. — Почему я вообще должен тебе верить? Я, блять, ненавижу всю вашу сраную компашку, которая не дает мне жизни. — Я знаю, что всё это звучит как прикол, но это не прикол. Я говорю правду. Подумай об этом. — Окей, окей, только будь нормальным человеком — отъебись. ~~~ На следующее утро Терушима вновь увязался за ним. Рассказывал какие-то шутки и истории из своей жизни, рассказал про то, что хочет проколоть язык и скорее всего сделает это ближе к новому году. — …короче говоря, я так влип тогда. Мне пришлось драить класс несколько недель, а еще я был отстранен от волейбола, хотя я ничего плохого не сделал. Это все эти дебилы. — Почему ты с ними дружишь? — Потому что я пришел сюда и у меня не осталось выбора. Эджи втянул меня к ним, не спрашивая. Тендо засунул руки в карманы, теребя в пальцах ключи. Терушима оказался приятным(?), вполне хорошим собеседником. Сатори иногда хихикал над его шутками, он внимательно слушал то, как его голос повышается, когда он рассказывает о том, что ему особенно нравится. Тендо никогда не любил с кем-то разговаривать — обычно он молчал или отвечал колкостями, но сейчас ему хотелось говорить. Чувствовать себя правильно в разговоре, а не уходить в свои мысли и надеяться, что от него поскорее отстанут. Сатори всю ночь провел, размышляя о том, что Терушима ему сказал. Он надеялся сейчас, что под его глазами не было мешков, а лицо не было слишком уставшим. Ему не хотелось спать, но чувствовал он себя ужасно слабым — толкни, и он полетит вниз. Как сейчас мысленно летит вниз в самую пропасть, ощущая легкие покалывания в груди. Он никогда не обращал внимания, но Терушима действительно красивый. У него правильные черты лица, ровный нос и тонкие, мягкие на вид губы. Ему нравится смотреть, как они шевелятся, когда он говорит. Может, стоит рискнуть? В конце концов, он сможет разорвать эти отношения, если захочет, а немного практики ему не помешает, хотя сложно сказать то, что ему хочется в принципе иметь что-то романтическое. — Юджи-кун, — Терушима перестал рассказывать о своем случае из детства, когда он упал с моста в холодную речку, — мы можем попробовать. — Попробовать встречаться? — на лице у него была мягкая улыбка, его ладони мяли кромку футболки, когда он смотрел на Сатори. — Да, — Тендо подошел чуть ближе, — но я не уверен в том, насколько скоро я впущу тебя в свое личное пространство. Я боюсь, когда меня трогают и я не знаю, что чувствую — не могу даже описать. И времени у нас мало, ты же уедешь. — Я всё понимаю, — Юджи чуть подпрыгнул на месте, протягивая руку, — спасибо, что дал мне шанс. Я обещаю, что тебе понравится держать меня за руку, если ты попробуешь. Было видно, что он не собирался давить, и что если Тендо откажется сейчас, он не будет расстроен. Но Сатори, немного поразмыслив, протягивает свою руку в ответ и чувствует, как его ладонь сжимают. Руки у Терушимы теплые, шершавые от постоянных ударов мяча, и безумно мягкие. Его ладонь чуть трясет от волнения — он никогда не держал никого за руку, кроме отца в далеком детстве. — Как ты? — Странно. Обычно меня берут за руку, чтоб дернуть и ударить. Тендо внимательно разглядывал их сжатые ладони — это казалось очень непривычным и новым. Юджи гладил тыльную сторону его руки большим пальцем. Терушима чуть провернул свою ладонь, переплетая их пальцы, из-за чего Тендо испуганно отдернул свою руку. — Прости-прости, — затараторил Терушима, — как ты? — Спрашиваешь уже второй раз, — Сатори сцепил свои руки в замок перед собой, — не извиняйся, это всё я. — Ты ни в чем не виноват, — Юджи вздохнул, — слушай, я попытаюсь что-то сделать, чтобы они больше тебя не трогали. — Спасибо. Тендо быстро пошел в сторону школы, чувствуя мягкий взгляд на спине. ~~~ Прошел уже месяц с тех пор, как они начали встречаться. Тендо скромно целовал его в щеку перед занятиями и после, а Юджи часто шептал всякие глупости и нежности ему на ухо, что было очень нетипично для такого парня, как Терушима. Тендо от этого улыбался так, как не улыбался никогда. Ему сложно было во все это поверить до сих пор, но с момента начала их отношений Эджи и все его друзья перестали его донимать, а со стороны самого Терушимы он не слышал ни одного грубого слова, по крайней мере, намеренного, просто он был довольно прямолинеен. Юджи относился к нему как к сокровищу, иногда даже слишком перебарщивал с заботой, но Сатори всё это сильно нравилось, да и характер у Терушимы был такой, что даже если он захочет, вести себя как няшка-милашка не сможет. Они сидели у него в комнате, и Тендо помогал Терушиме с заданиями по японскому, который тот всё никак не мог выполнить. Сатори еще в прошлом году они дались легко и он их хорошо усвоил, теперь пытаясь объяснить это все блондину. — Я устал, Саториии, — начал ныть уже в который раз Терушима, укладываясь лбом на стол с громким стуком. — Шишка будет, дурак, — Тендо аккуратно погладил блондина по голове и уселся на стуле поудобнее, вытягивая ноги. — Можно я поцелую тебя? — поднял голову Терушима, заставляя Тендо покраснеть до кончиков ушей, — милый. — Почему я нравлюсь тебе? — Честно? Не знаю. Ты просто понравился мне, как я увидел тебя. Вообще сначала я хотел просто взять и подкатить, но видя твою реакцию на все эти, — он неопределённо махнул рукой в воздухе, — взаимодействия с людьми, передумал. — Ладно, да, давай попробуем поцеловаться. Сатори резко повернул голову вбок, встречаясь своими глазами с глазами Терушимы, который облокачивался на свою руку, упираясь ей в стол, и улыбался. В его глазах плясали смешинки. Он аккуратно взял Тендо за подбородок, подтягивая его к себе. — Я никогда не целовался. — Я научу. Им по 14 лет, они юны и многого не знают, но то, что происходит между ними — самое ценное и хрупкое, что есть у них обоих. Тендо влюблен, хоть он и знает, что скоро им придется расстаться. В любом случае, он будет вспоминать о Юджи как о самом лучшем событии в его тупорылой средней школе, которую он ненавидит. Юджи прикоснулся своими губами к его, мягко и аккуратно, он не пытался доминировать или давить, это было просто трепетное прикосновение их губ, но у Сатори в груди взорвалась нежность. Это оказалось не страшным. И самое главное, что он знал — Терушима не причинит вреда. Они целовались, переплетая пальцы, вздыхали друг другу в губы, Юджи провел пальцами по его шее, заставляя напрячься. — Все нормально? — прошептал блондин, оставляя жалкие миллиметры между ними, — Я могу продолжать? Тендо только угукнул, припадая к губам своего парня еще раз. Он наконец был счастлив, хоть это и совсем ненадолго, хоть они скорее всего никогда больше не увидятся вновь после переезда Терушимы, он был счастлив здесь и сейчас и это самое главное. ~~~ Его телефон пиликнул, отвлекая Тендо от мыслей о Вакатоши. Он взял телефон, быстро разблокировав экран, и увидел несколько сообщений от одного контакта. от: Юджи-кун (´∀｀) привет, сатори! я подумал, что он похож на тебя. *прикрепленное изображение*

кому: Юджи-кун (´∀｀) ты смущаешь меня, запрещаю тебе так делать

от: Юджи-кун (´∀｀) стараюсь не терять хватку. как ты?

кому: Юджи-кун (´∀｀) в порядке, сижу с сокомандниками, пока они играют в бутылочку и кажется мне нравится мой сосед по комнате W(`0`)W

от: Юджи-кун (´∀｀) вечером позвоню тебе и жду всех подробностей, сатори. хорошо проведи время. надеюсь, они тебя не обижают?

кому: Юджи-кун (´∀｀) нет, нет! они хорошие ребята, вроде как буду ждать звонка: *

Парни продолжали играть, и Тендо оторвал глаза от телефона именно в тот момент, когда бутылка указала на Ушиджиму. — Ееей, всегда мечтал тебя засосать, — поднимает руки вверх Реон и двигается вперед. — Это флирт? — говорит Вакатоши, вызывая волну смешков. — Ну типа. Они целуются, и Сатори сидит прям напротив их профилей, так что он видит всё во всех подробностях. Видит, как Охира притягивает Ушиджиму ближе за талию и смеется, в то время как сам Вакатоши остается с таким же лицом, облизывая губы, когда они отстраняются. — На ком ты учился, мой дорогой Вакатоши-кун? — Слушайте, парни, мне надо позвонить, так что я пойду. Сатори резко подскочил с места, пытаясь скрыть свою нервозность, и возможно даже слишком громко хлопнул дверью, вылетая из комнаты. Черт, его руки дрожат, а ноги подкашиваются от тупой ревности, которую он не должен испытывать. Недолженнедолженнедолжен. Он достает телефон, быстро набирая номер Терушимы и садится на лавочку за общежитием. Гудки, по его мнению, длятся невыносимо долго. От них болят уши, а голова хочет расколоться на части. Терушима сказал, что позвонит позже сам, но Сатори срочно надо с кем-то поговорить. Обычно его мысли как черные маленькие пауки — быстро расползаются, заполняя собой всё вокруг, залезают в глотку и нос, перекрывая дыхательные пути, накрывают глаза, щекоча лапками, и покрывают всю его голову, медленно поедая её. Ему тошно. Он облегченно вздыхает только когда слышит радостный голос Юджи. — Привет, привет, Сатори-кун! — Привет. — Что случилось? — Каждый раз поражаюсь тому, как ты это понимаешь. — У нас особая связь, малыш, — Юджи тихо смеется, — так что такое? Твой голос дрожит. И тут Тендо прорывает. Он рыдает в трубку, сжимая веки, и даже не пытается отстранить от себя телефон, чтобы не оглушать Терушиму. Юджи заботливо ждет, когда Тендо будет способен говорить. — Они играли в бутылочку. — Кто-то сделал тебе больно? — Нет-нет. Я отказался играть, и в общем-то не собирался вовсе, но сначала мне пришлось поцеловаться со своим сокомандником, а потом Вакатоши-кун поцеловался с другим парнем, и я не знаю, что чувствую по этому поводу, но это так странно, так больно, — под конец своего монолога Сатори говорит практически шепотом, утирая слезы с лица, — хотя, казалось бы, между нами даже ничего нет, но я все равно заистерил, как маленький мальчик, и сбежал. — То, что ты чувствуешь — нормально, Сатори-кун. Послушай, Вакатоши это тот, кто тебе нравится? — Да. — Глубоко дыши, хорошо? Пауки отступают. Тендо следует совету, стараясь успокоить свое быстро бьющееся сердце, — казалось, что еще чуть-чуть и оно сломает ребра и выпадет из груди. Почему вообще он ревнует? Буквально за некоторое время до поцелуя Вакатоши, сам Сатори целовался с Эйтой, но Ушиджима так себя не вел. Это все потому, что он нормальный? — Он знает, что тебе нравится? — Нет. — Не хочешь с ним поговорить? — Все ещё нет. Ты дурак? Мы только познакомились. — И что? Почему он не может тебе нравится, а ты не можешь нравится ему? — Да как я вообще могу кому-то понравится, я, блять, чертов урод. Еще и рыдаю постоянно при нем. — Во-первых, ты нихуя не урод, перестань так думать. Слова каких-то ушлепков ничего не значат, — Терушима начинал злиться. Он знает, что происходит с Тендо в старшей школе, потому что тот ему писал, и его пиздец как бесит то, что он не может никак на это повлиять, — а во-вторых, мне же понравился. И ему ты тоже можешь нравится, это не что-то удивительное, чего не может с тобой произойти. — Но он такой… такой. Терушима хихикает, слыша уставший стон, — никаких но. Иди-ка к себе в комнату, малыш, и полежи отдохни. В конце концов, завтра на учебу и тебе надо хорошенько выспаться. — Спасибо, что слушаешь меня. — Не за что. Я позвоню тебе завтра. — Буду ждать. Когда Сатори поднимается к себе, ему уже чуточку легче. За дверью Реона только тишина, поэтому он решает, что ребята уже разошлись. Он вспоминает, что из домашней работы сделал целое нихуя, поэтому в голове оставляет заметку, что вообще-то надо написать хотя бы что-то. Завтра ещё утренняя и вечерняя тренировки, и это его воодушевляет. В конце концов, там можно не думать ни о чем. Он раскрывает дверь, видя Вакатоши сидящего за столом. Его плечи и спина напряжены, а шея опущена вниз. — Будет потом больно разгибаться, сядь ровнее, Вакатоши-кун. Вакатоши аж вздрагивает, видимо не замечая как тот зашел, и Тендо от этого мысленно смеется, пытаясь сдержать улыбку. Он оборачивается, осматривая Сатори с ног до головы и медленно встает. — Я могу кое-что у тебя спросить? — Что угодно, Вакатоши-кун, а потом я расскажу тебе про сериал, который недавно глянул — закачаешься. Тендо садится за свой стол, не выдавая нервозность и то, что он недавно плакал. Достает учебники с тетрадями, пока Ушиджима стоит позади. Что ему нужно? — Тебе понравилось целоваться с Семи-куном? Брови Тендо стремительно взлетели вверх, — а тебе с Реоном? Как мы все знаем, лучшая защита — нападение (всё это хуйня), поэтому Сатори, развернувшись на стуле с хитрой улыбкой, смотрел теперь прямо в глаза Вакатоши. Ни один мускул на лице старшего не дрогнул после резкого вопроса Тендо. Ушиджима переступил с ноги на ногу. — Черт. — Ого, Вакатоши-кун умеет ругаться, вот это да. — Я просто не понимаю. Ушиджима нахмурился и сел на свою кровать, упираясь лицом в ладони. Тендо какое-то время наблюдал за ним, а потом всё же отвернулся обратно к столу и открыл свою тетрадь. Он начал делать домашнее задание, но в голову ничего не лезло путного, кроме мыслей о том, что только что спросил Вакатоши. Что именно он не понимает? Почему он вообще считает, что имеет права задавать ему такие вопросы? Сатори практически физически чувствовал застывшее напряжение между ними двумя — оно давило, не давая нормально вздохнуть. Он аккуратно поглядывал на парня, что сидел на кровати, но к его удивлению Вакатоши до сих пор не сдвинулся с места. — Вакатоши-кун, хочешь я принесу тебе газировки? Ушиджима оторвал голову от ладоней, вглядываясь в лицо Тендо. Вообще, обычно Сатори понимал, что на уме у людей по отношению к нему, ему было достаточно просто взглянуть на выражение их лица, даже если они тщательно пытались это скрыть. Сейчас же, он не понимал абсолютно ничего. У Вакатоши бóльшую часть времени лицо сохраняло один и тот же вид — расслабленные скулы и брови, спокойные, немного угрюмые глаза и плотно сжатые губы, только иногда он хмурился, когда не знал что происходит. И один единственный раз Тендо видел, как Вакатоши смеется и улыбается. Всё. Собственно, именно из-за этого Сатори не знал чего ждать от такого человека, хотя казалось, что Ушиджима говорит всё в лоб, не раздумывая. — Я не пью газировку. — И почему я не удивлен? — Сатори хмыкнул, разворачиваясь на стуле обратно к столу, — ты понимаешь физику? — Да. — Тогда, супер-мальчик Вакатоши, помоги мне, пожалуйста. Он услышал как Вакатоши вздохнул и поднялся с кровати, подходя к нему. Ушиджима уперся одной рукой в стол, а другой в спинку стула, на котором сидел Сатори. Между ними всё ещё висела атмосфера недоговоренности, но по крайней мере, они не сидели в давящем молчании. — Это же легко. — Я не понимаю. — Ладно. Вакатоши придвинул свой стул, садясь рядом и принялся объяснять. Сначала всё вроде даже шло хорошо, Тендо, не без недовольных вздохов старшего, все же сделал первый номер, а вот с началом второго его уши охватил вакуум, — будто Сатори опустился под воду. Он уже не слышал что говорит Вакатоши, его рука с карандашом зависла над тетрадью, а он сам лишь бегал глазами по красивому и строгому лицу напротив. Тендо может самому себе сознаться, что он ему действительно нравится, но, даже несмотря на совет Терушимы, он лучше просто подавит в себе эти чувства, чтоб не доставлять неприятностей ни себе, ни Ушиджиме. Тендо уверен, что после признания, Вакатоши со ста процентной вероятностью съедет из его комнаты к Реону, или еще кому, а потом пошлет его, или еще хуже — начнет избегать. Он очнулся и вздрогнул, отворачиваясь, когда понял, что Вакатоши смотрит на него в ответ. — Всё в порядке? — Ушиджима прокашлялся, — ты понял, что делать? — Ха-ха, Вакатоши-кун, конечно я понял. Я же гений, — Тендо постучал себе ручкой по голове в горделивом жесте, — спасибо, что помог, дальше я сам. — Я не уверен в том, что ты слушал меня. — Тебе просто показалось, — Сатори нервно усмехнулся, переводя взгляд на свою тетрадь. Во втором задании он написал только условие. Блять. Вакатоши непонятливо моргнул и встал, подвинул стул обратно к своему столу и сел обратно на свою кровать. — Если понадобится помощь — зови. — Конечно, конечно, спасибо. Тендо делал вид, что пишет что-то минут пять, а после закрыл эту злополучную тетрадь, решая, что в конце концов попросит списать у того странного парня, что занёс ему конспекты. Как там его звали? Кару? Кажется, что да. Тендо вздохнул, убрал тетрадь обратно в портфель и откинулся на спинке стула, решая, что проблемы будет решать по мере их поступления.