Вдох. Ага, и сдох.

–Нет нет нет нет нееееет! Простонала я, когда мама Изабелла вышла из дома. Всë, баста. Капут. Кранты. Собираем манатки, господа, завязываем покрепче шнурки на ботинках и начинаем плакать. Рэй не справился. –Эйя... –Осипшим голосом проговорила Гильда, в страхе наблюдая, как мама достаёт часы. Жутковатая улыбочка расплывалась по лицу Изабеллы с каждой секундой все больше и больше. –Бегу. Быстро ответила я, молниеносно срываясь с места. Таким галопом я не бегала, наверное, ещё ни разу за свою коротенькую жизнь. За свою коротенькую жизнь я вообще мало что успела сделать, согласитесь?! Достижения можно пересчитать по пальцам одной руки, а! Не важно!! Нужно сосредоточиться на... Проваленной миссии? На чем? На неминуемом конце? Так, нет! Бежать. Нужно просто бежать со всех ног, что есть силы! Опередить маму Изабеллу хотя бы на пару-тройку минут! Что мне ещё остаётся? Ветки били по ногам, а ботинки как-будто стали малы и жали. Шнуровка слишком тугая. Волосы лезут в лицо, фу! Нужно опять подстричься! Спокойствие, только спокойствие, Эйя! И не из таких ситуаций выбирались, вспомни, как висела на шпиле башни в своём приюте, и жизнь заиграет новыми красками! Территорию, не огороженную садовой оградкой я пробежала за считанные минуты, по ощущениям летя как ракета. Не знаю, где Изабелла сейчас, возможно уже на хвосте... Если не обогнала. Не отвлекаемся! Мы бежим. Эмма и Норман... Главное успеть раньше мамы, я должна успеть раньше мамы! Боже! Так и знала, так и знала, что всё провалиться! Не нужно было Норману просить Рэя шпионить на два фронта! Не нужно было слушать Крону! Не нужно...Нужно было тихо и молча... Да какая теперь разница! Черт! Когда этот кошмар закончится? Когда... Есть ли вообще смысл во всём этом? Мне не... Все вокруг... Я же просто хочу помочь! Я же просто... Вот именно, что я просто. В конце концов, кто я для всех них? Я просто Эйя. Которая скоро просто помрёт, как и все здесь. Которая просто...Мне остаётся глупо верить, что после смерти... Когда нибудь я встречу своё счастье. Но пока что я встречаю только новые проблемы и коряги под ногами! Выкрутасы судьбы уже порядком надоели, меня мотает во все стороны, господи, ну это закончится когда нибудь хорошим концом или нет?!!.. Я вылетела на полянку перед огромной серой стеной, задыхаясь. –Жесть. – Тихо пробубнила, поднимая глаза на замерших Эмму с Норманом. Скользнув взглядом по верёвке, я наотмашь махнула ладонью куда-то за спину. Те, только заметив меня, уже всë поняли. Смекалистые у меня родственички. Решимость отразилась в их глазах, однако... –Черт? Даже слегка удивлённо вскрикнула я, когда кто-то внезапно появился за спиной и с силой оттолкнул со слабо вытаптоной дорожки. Я проскользила локтем по земле, а в коленки неприятно впились отдельные травинки. Но сейчас было не до этого. Какая разница, потом все равно всë заживëт, как на собаке. Я оттолкнулась от земли, моментольно вскакивая. Черт черт черт! Почему.. Чего я так нервничаю, ну накроется побег медным тазом, какая разница, убегут на месяц попозже, получше подготовятся! Ха-ха. Конечно. Так Изабелла и позволит этому случиться! В этом сумасшедшем доме уже всë так запуталось!... –Наконец-то мы можем с вами познакомится. –Елейно произнесла Изабелла прикладывая руку к груди. Я на секунду поймала удивленный взгляд Нормана. Страшно раскрыла глаза, пытаясь подать знак и медленно начала приближаеться сзади. –Эмма, Норман! Я так рада встречи с вами! Вы можете не притворяться, здесь только мы. И декорация в моем лице, спасибо. –В конце концов я отношусь к вам, как фермер к своему скоту. –Фу. Внутри все ворочается от странного неприятного чувства. –Но не поймите неправильно, я все еще люблю вас! –Какие абъюзивные отношения. –вырвалось все таки сквозь стиснутые зубы, но тихо. Продолжаем медленно наступать сзади. Норман, пойми мои истерические взгляды на стену, пожалуйста! –И именно поэтому я здесь. И именно поэтому я пришла сюда, чтобы вы перестали сопротивляться! Я прямо вижу, как Эмму перекосило. Да никогда в жизни, ха? Шиндзу сасагае, свободу попугаям... –... Пока не наступит ваш конец. Я хочу, чтобы вы были счастливы до конца! Вот и сказочке конец, кто слушал о счастливом и веселом приюте. –Понятно, мама. –Норман улыбнулся. Ух, хорош! Еще шажок. И еще. –Тогда мы станем плохими детьми! Сейчас! Я рванула и преодолела расстояние до мамы в считанные милисикунды. Норман кинулся в сторону стены, а рыжеволосая сестрица помчалась на маму. Я запрыгнула на спину и зажала шею в локте. Попытка удушения еще никогда лишней не была! Профилактисеский массаж! Пусть Эмма попробует забрать часы... Ы... –Ы. АЙЯЙЯЙ! Удар головой о землю не проходит безболезненно. С высоты под два метра броском на прогиб тем более.. Впрочем, через секунду меня оглушило почти ультрозвуковым криком. Подскочив, я в полной растерянности посмотрела на валяющююся и мучительно корчившуюся Эмму. Что произош... О БОЖЕ!! Твоюж за ногу, мать моя Изабелла! Внутри поднялся неприятный комок, грозивштйся разразиться утробным рыком, руки безумно зачесались, и в голове поднялся шум.Вот бы вырвать ей эти фиалковые глаза, медленно снять скальп шелковистых тёмных волос, расцарапать это лицо с приторно сладким выражением, отгрызть эти тонкие паучьи пальцы, нежно перебирающие рыжие кудри, вот бы... Я втянула носом воздух, сжав кулаки и опустив взгляд на носки ботинок, занавесившись волосами. Ну-ну, разошлась, какая я кровожадная. Какой сейчас уже смысл в исцарапанном лице Изабеллы, кости это не срастит. Но так хотелось бы. Хотелось бы перегрызть... Хребет... –Вы мой самый лучший товар! –донеслось до меня как будто сквозь пелену, а от нежных интонаций, переходящих в глумливость, захотелось оторезать уши. Я не смела оторвать взгляд от несчастных ботинок. Они такие поношенные. И грязные. И неприятно липко-влажные изнутри. И в голове странный гул стоит, и мошки перед глазами.. Ах да, меня знатно приложили о землю... Ща блевану, что-то мне плохо... –Поэтому, чтобы удержать вас, мне пришлось прибегнуть к этому. –Улыбается. Она улыбается... –Теперь она не сможет двигаться какое-то время. По крайне мере до завтра. Я вздрогнула. До... Завтра? Стоп, почему? Причём тут Эмма? И тут Изабелла, как в какой-то совсем не смешной комедии, сказала что-то из разряда: Ой, а я вам не говорила? Я замужем уже десять лет. Мои родители родственники королевы Англии, а Нормана завтра отправляют. В шоке были все. А больше всех, по-моему, Норман. А может прибежавшие Дон и Гильда? А может даже я?.. Я почувствовала рвотный позыв. Мама, довольная просто досмерти произведённым фурором новости, аккуратно подняла Эмму и не торопясь направилась в сторону дома с решётками. Ботинки. Смотреть на ботинки. Ботинки. Бо. Тин. Ки. Почему? Почему? Почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему почему. Ботинки. Почему? Почему ботинки? Почему? –... Я. Эйя, алло. Ты...Нормально?.. Всë хорошо?.. Раздалось рядом, и я резко отшатнулась куда-то в бок, чуть не теряя равновесие. Нервный и срывающийся голос Гильды вернул в реальность. Глубоко вдохнув и зажмурившись, я кивнула и посмотрела на зеленоволосую. Ей было не в разы лучше, чем мне. Отвернувшись, она как то механически начала идти за взрослой. Тупо смотря вслед, я не сдвинулась с места. Голова неприятно тяжелела, а в ногах появилась отвратительная слабость. Руки повисли вдоль туловища. –Идёшь, а?! Крикнули мне, и я молча поплелась за родственичками. Отвратительно хлюпало в ботинках, затылок ныл, а желание прочистить желудок никуда не исчезло. Всю дорогу плелась позади, а в мозгах гуляло перекати-поле. Вопросов к маме Изабелле не было, потому что для вопросов нужно хотя бы уловить суть повествования, а еë я не улавливала. Если она хотела отправить Гильду.. А после нашего уговора меня.. То при чем тут вообще Норман?! –У тебя голова не болит? Тут кровь, кажется. Рядом из ниоткуда возник Дон, осторожно приложив ладонь к моей голове. Та отдалась неприятной пульсацией, и я невольно шикнула. Сводный брат тут же поспешил убрать руку, тихо извиняясь. –Всë хорошо, меня... Впереди шедший Рэй обернулся через плечо и каким-то пустым и злым взглядом смерил обоих. Мы одновременно поëжились. –Земля поймала, да? Бука. Настоящая бука. –Не тебя спрашивали. – Тихо ответила под нос, не имея сил опять перепираться. Точно не сейчас. *** Я ушла от чужих взглядов сразу же, как мы вернулись в дом. Растворилась между стен и дверей, так что ни с огнём, ни с часами мамы не сыскать. Проще говоря спряталась в кладовке за мешком с рисом и тихо зализывала раны в виде поломавшихся ногтей на ногах. Как неприятно, когда в тесной обуви они ломаются и заворачиваются немыслимыми загогулинами, невольно расцарапывая кожу, или, что хуже, глубоко врастая. Так их ещё потом и обстригать нужно, чтобы дети не думали, что у их старшей сестры грибок ногтей! Неприятное головокружение никак не хотело проходить, но я держалась. Рэй что-нибудь придумает. Придумает. Он то точно придумает! Должен же! А Норман? Он тоже что-нибудь придумает! А я... Пользы от меня как от... Меня прервал звон посуды. Нервно оглянувшись, я быстро замотала оставшуюся часть стопы бинтом и сунула ноги в толстые носки, а уже после в ботинки. Представим, что так вата и марля не запачкаются моментально. Баночку с мазью и вату засунула обратно под отваливающуюся половицу до следующего форс-мажора. Посидев ещё несколько минут и прислушиваясь к шуму за дверью, я тихо прокралась в обеденный зал и, убедившись что никого нет, со вздохом уже спокойно пошла к двери. Отвлёк меня шум воды. Повернув голову в сторону раковины, в которой я ещё недавно весело плескалась мыльной пеной с Норманом и Рэем, приподнята бровь. Вода не выключена. Опять дети накосячили? Молча подошла и встала напротив, смотря на несчастную раковину, стремительно заполняющуюся водой. Слив засорился? Постояла несколько минут, а может и десяток, тупо пялясь на струю. Механически поднесла руку к крану и крутанула, прерывая поток воды и мыслей. Нужно пойти проведать Эмму в лазарете. Я чуть поморщилась, тряхнув головой. Чувство тошноты может и притупилось, но не ушло окончательно. Перекатившись пару раз с носков на пятки, я развернулась и медленно пошла в мед.пункт, оттягивая момент встречи с любимой троицей и чуть морщась при ходьбе от болезненных ощущений. –Хай, Эмма, как себя чувс...–Я открыла дверь и.. –Да, будем ломать друг другу кости! И тихо закрыла, вскидывая брови и многозначительно кивнула, когда своей персоной привлекла внимание всех. –Я согласна на руку. Левую. Была бы Эмма на своих двоих, то подлетела бы и затрясла за плечи в приступе энтузиазма. –Да! Эйя, я никогда в тебе не сомневалась!! –Думаю с неë хватит и простуды. –Мирно буркнул Рей и криво улыбнулся, обращаясь уже к Норману. –Мы найдем выход, не позволим им тебя забрать. Я облегченно выдохнула и, чуть прихрамывая, прошагала вперёд, садясь на край кровати сводной сестры и прищурила глаза. –Кто-нибудь объяснит, какой план? Норман улыбнулся и положил руку мне на голову. –Не волнуйся, Эйя, всë будет хорошо. Я чуть дернула уголком губ и фыркнула. –Норман. После таких слов обычно все герои умирают. –Ааа?! Эй! –Громко возмутилась Эмма.–Никто не погибнет! Мы все спасемся! И ты тоже, Норман! Упрямо напомнила она, стукнув по одеялу. Я почувствовала руку на затылке и издала звук умирающего тюленя, прошипев. –БляШшшка от сандаля! Рэй! Сбоку закатили глаза и тоже издали звук, но теперь больше похожий на вздох матери-одиночки с тремя детьми. –Я всë понимаю, но ты когда нибудь пробовала обрабатывать ушибы? Ну, знаешь, перекись водорода, пластыри, вата? Я раздраженно скинула руку Рэя. –Ты выдумал эти слова. Послышался тихий «пф, конечно», и строгий взгляд со стороны Нормана. –Эйя. Не заставляй меня волноваться ещё и за тебя, Эммы нам пока достаточно. Я просто пожала плечами и соскочила с кровати, игнорируя всë вышесказанное. – За кого и нужно больше всех волноваться,так это за тебя! А сейчас у нас ужин, спешу напомнить. Проводили меня осуждающим молчанием, и тихим фырканьем. –Эй, Шнурки! –Прилетело мне в спину. –Сердобольный ты мой, спасибо, что напомнил! Я подавила приступ смеха и наконец покинула мед.пунт, демонстративно вскидывая ноги с развязанной шнуровкой. *** Я стояла у раковины и терла руки под тёплой водой, потерянно разглядывая пару заусенец на польшом пальце и отмечая, что ногти у меня кривые и заостренные, хотя я всегда стригла их ровным полукругом. А может сказать? Они же могут знать правду? Наверное? Да? Или нет? Нет, лучше пусть этот секрет уйдет со мной в могилу! Но они же всю жизнь прожили во лжи? Тогда получается с моей стороны это самый несправедливый поступок по отношению к ним? Ложь во благо? Горькая правда? Я же вообще не хотела привлекать внимание к своей персоне. Поставить перед фактом, что меня нет. Хотя это как-то глупо, они же рассчитывают на меня?! Эмма, и Дон, и Гильда, и Норман, и даже Рэй! По крайней мере мне так кажется... Стоит сказать? Или не нужно? Они и так на нервах, Норман вообще сам не свой! Но к нему вопросов нет, собственно. А я просто ошарашу их своим уходом, но если об этом я скажу им сама, то наверное они не будут переживать... Нет, будут, конечно, но если об этом объявит Изабелла, то это будет слишком очевидно! Что будет очевидно? Очевидно будет, что меня сожрут!!! Мысли скакали как угорелые, отказываясь выстраиваться в какую-либо логическую цепочку действий. Да я, по-моему, просто паникую! Или действительно башкой хорошо приложилась, мама Изабелла явно где-то втихую подкачивается, не иначе... Я представила картину, как в ночной тишине Изабелла крадется мимо детских комнат, чтобы попрактиковать двоечку на ближайшем дубе... –Эйя? Всë хорошо, милая? – Иногда мне кажется, что мои мысли в небесной канцелярии транслируют по большому экрану на главной улице. Я резко подняла глаза и встретилась с пронзительным взглядом в зеркале. –Мама Изабелла, а со мной, я надеюсь, внезапного и незапланированного переноса не будет? Я отключила воду и спрятала за спину покрасневшие руки, поворачиваясь к женщине лицом. Изабелла улыбнулась. –Не беспокойся. Твоя жертвенность достойна уважения. Тихий смешок с еë стороны, и я скорчила рожу. –О, спасибо. Как приятно слышать это от тебя. И я напоминаю, я хочу уйти тихо и не привлекая внимания... В ответ получила усмешку. Я истерически хихикнула и развернулась на каблуках ботинок, бодрым шагом направилась в сторону зала, где уже почти все расселись и ожидали опоздашек и саму Изабеллу. Заняв своё законное место, я посмотрела на пустой стул Эммы и перевела взгляд в свою тарелку с ароматной и свежей едой. Интересно, а демоны предпочитают мозги с соусом, или без?.... С сусаноо.... Я резко помотала головой. Так, не то. А меня они как есть будут? Они прям... Прям мои мозги что-ли?.... Вот так?... Интересно, а у курицы, которую мы едим, мозги какого размера были?.... А мозги можно прожарить, или они их... Сырыми?.... А они любят больше кору головного мозга, или какой-нибудь мозжечок.... В моем представлении сырые мозги выглядели склизкими, липкими и просто омерзительными на вкус. Но наши доисторические предки же вроде ели мозги животных. И ничего. Выжили. Наверное они знали, какой на вкус мозжечок. Но мы сейчас говорим не про людей, а про демонов. А если они только мозги едят,то они остольную часть тела куда утилизируют?.... Меня резко затошнило, и я одной рукой схватилась за край стола, когда тарелка вдруг поплыла по столешнице куда-то вбок. –Эй, молитву читать будешь? –резко пнули меня под столом, и тарелка выровнялась. Я подняла взгляд и оглянудась, приходя в себя. Изабелла смотрела на меня выжидающе и прищуренно, остальные дети просто глазели. –Дорогая, осталась только ты. Я откашлялась и сложила руки в молитвенном жесте. Покосилась на Рэя, для уверенности. Тот не подвëл и закатил глаза. –Ну? –Кхм. Как там было? Боже, Царя храни! Славному долги дни!... –О господи. Норман рядом поперхнулся, закашлявшись. Изабелла смерила меня убийственным взглядом. Дон громко икнул. Гильда прикрыла глаза и поправила очки. Ложки загремели, и зал наполнился шумом. –Предпочитаешь «Отче наш»? Я похлопала глазами и улыбнулась уголком губ, снизив тон, и засунула ложку в рот. –Марш лейб-гвардии Преображенского полка, шнурок недозавязанный. –А че не Полёт шмеля из оперы сказка о царе Салтане, циклоп? –А че не Во поле берёзка стояла? –А че не... Норман кинул на на нас убийственный взгляд. –Пожалуйста, закончите свои псевдо интеллектуальные игры и просто поешьте. Я замолчала, как и Рэй. Через минуту Норман всë же тихо добавил. –А че не третью сонату Людвига ван Бетховена для фортепиано до мажор? –Всë это время название вспоминал? –Организуете оркестр с фортепиано–пожалуйста! –Хихикнула, и мы продолжили есть в тишине, опять возвращаясь каждый к своим демонам. *** –Я понимаю, что внезапно, но Нормана.. Мама объявила об отправке на всю столовую, чем вызвала полный ажиотаж. Они все в курсе? Или нет? Просто почему смотрят на него, как будто мама Изабелла сказала, что он смертельно болен? Я поскрипела зубами, но направилась к выходу, успокоив себя мыслями, что усë будет хорошо, и завтра Норман сбежит... Наггетс на ножках. Уже почти у выхода почувствовала, как на затылке встают волосы и повернула голову. –А так же, Эйя. –Нет. Не может быть. Ну нет. –Мы с тобой уже говорили об этом несколько дней назад. –Да бл....–Итак, твой старый приют наконец отремонтировали, и ты можешь вернуться в свой настоящий дом к своим братьям и сёстрам! Наверняка ты соскучилась! Завтра вечером я провожу тебя и Нормана до ворот. –ААА?! Ааа?! Послышалось со всех сторон, и маленькие дети с удивлением закрутили головами. У Дона в буквальном смысле отвисла челюсть. Впрочем, не только у него. По-моему на всей ферме Грейсфилд удовольствие от этого события испытывает только Изабелла! –А Эйя разве не отсюда, мама? –И Норман и Эйя в один день?! –Как так?! Я закусила щеку изнутри. Отлично. Окей. Нужно просто переубедить всех, что меня не отправляют подыхать, а взаправду отправляют в приют! В связи с последними событиями это довольно.... Проблематично, мать вашу Изабеллу! Все равно, что сказать, что Крона ушла в отпуск. Пожизненно посмертный... Я поймала недоверчивый и испуганный взгляд Нормана, несколько удивленных взглядов детей, и испепиляющий взгляд Рэя. Изабелла прошла мимо, отправляясь укладывать детей и усмехнулась. –Беги, я тебя прикончу. –Четко и тихо произнёс мой друг-заговорщик с малых лет, стоило народу рассосаться. Мне дважды повторять не надо, я кинулась бегом. Стуча ботинками по лестнице, я взлетела на второй этаж, пробежала по коридору, завернула в комнату, Рэй же пробежал мимо на пару метров, развернулся, но я успела выскочить обратно и кинуться снова к лестнице. Мы прекрасно осознавали, что эта беготня относительно бессмысленна, но Рэй давал мне фору придумать очень, ОЧЕНЬ хорошое оправдание. Сбежав по лестнице и чуть не сбив кого-то с ног, я побежала в класс, который в обычное время никому никогда не нужен. Слету распахнув дверь, я пробежала между рядами поднятых стульев и остановилась у доски. Рей через пару секунд забежал следом, с громким хлопком закрывая массивную дверь. Я поморщилась и повела плечами. За окном быстро темнело, и я нервно поджала губы, не горя желанием тут до самой зари выяснять в сотый раз отношения... Тем более, что я сама то не понимаю, что вообще у меня в голове твориться! А тут еще и нотации выслушивать! И от кого!? От этого надоедливого, вечно раздраженного и недовольного всем и вся Рэя?! От этого оболтуса с прекрасными шелковистыми волосами и блестящими глазами?! –Ты не умеешь разговаривать? Обманчиво тихо спросил Рей, и я сосредоточила все внимание на его приближающийся фигуре. –Умею.– Он сделал шаг. –Может быть у тебя проблемы с критическим мышлением? –Когда как. –Он сделал ещё шаг. Я вся сжалась и чуть не пискнула, когда в меня упëрлись два сверкающих в темноте глаза. –А может быть дело во мне, и у меня проблемы со слухом? Не замечала? –Рэй сделал аж два шага, и деланно поковырял в ухе. –Нет. –У тебя плохая память? –Это тут причём? –Я кисло промямлила, а Рей перестал делать медленные шаги и просто преодолел оставшиеся метры в несколькл секунд, схватив меня за воротник. –Вдруг у тебя проблемы с памятью, и ты забыла мне рассказать, что, оказывается, тебя собираются отправить!? Рэй второй рукой с силой вдавил мое плечо в стену и стукнулся лбом с моим. У меня зазвенело в ушах. –С чего ты взял, что меня отправляют?! –Значит не отрицаешь, что вы и вправду говорили с мамой?! Я со злостью начала расцеплять его пальцы у шеи от ткани. –Ну да!! Было дело! Но это не важно! –Какая мелочь, да?! Мало нам Нормана и Эммы со сломанной ногой, так теперь ещё и ты подохнуть, оказывается, планируешь! Мою руку сбросили, и я сжала зубы. –Да не планирую я подыхать! Похоже у тебя и правда есть проблемы со слухом! И кто бы говорил про планы подохнуть!! –О, ты думаешь я поверю в этот бред про старый приют?! Мозги включи! –Для твоего осведомления, я его спалила к чертовой матери! –Проорала я ему в лицо, уже саму стукаясь лбом об его. –И думаю за прошедшие время его вполне могли восстановить! Взгляд Рэя быстро перемещался по моему лицу, и в конце концов он резко отпустил воротник, отшагивая в сторону. Я вдохнула свободнее, только сейчас замечая, что стояла на носочках. Обессилено плюхнулась на учительское кресло мамы Изабеллы, будь она и еë род проклят до десятого колена! –Почему то на Нормана ты так не срывался. –Тихо пробормотала я, потирая виски и обидчиво закатила глаза. –Ты просто не видела. –Рэй отвернулся к противоположной стене, встав спиной и засунул руки в карманы, сжав кулаки. –Нет, ты серьезно? Старый приют?–Рэй замолк на пару секунд. –Сама то веришь? –Ну сам подумай, зачем демонам сразу... Эээ.. Двое. Норман и я. К тому же я не самый лучший товар, ха! Рэй дернулся от моего смешка. –Если Норман сбежит, то им и ты подойдешь. Я покачала головой. –Не, Рэй. У меня.. Эм.. Ну, гены плохие. Мозги тоже не очень. –Я пожевала губу.–Думаю ты заметил. –Самоирония это хорошо, но делать еë своей главной чертой была плохая идея.–Буркнули в ответ. –И что за гены? Предрасположенность к раку мозга, что-ли? –Эээ...–В голове лихорадочно забегали мысли. –Ты еще не начала говорить, но я уже тебе не верю. Рэй потянулся ладонью к лицу и потер переносицу. Я раздраженно стукнула по столу и возмутилась. –Слушай, успокойся уже! А то ты становишься настоящим параноиком и занудой! –Не тебе давать мне советы. Лучше дай ответы. –Я громко застонала, и стукнулась уже лбом об парту, забывая про недавнюю боль в висках. –Просто заткнись, циклоп! Рэй развернулся ко мне и подошёл, встав сзади и положив руки на спинку стула. Я предпочла остаться лицом в доску. –Со мной всë будет хорошо, ха! В полном порядке. Ты думаешь я не смогу сбежать из другого приюта? Ха! Да запросто! И с жучком проблем не будет, я могу просто отрезать кусочек уха! Ты же знаешь, у меня быстро всë заживает! –Я кого убеждаю вообще, себя или его? И в чем? В том, чего никогда не будет? –И мы... Встретимся. Там. Где-нибудь. За стеной Мария, хаха! Когда станем полностью свободными!... Я прижала ладони к ушам и зажмурилась, стараясь заглушить все мысли в голове и убеждая себя на несколько секунд, что всë и правда будет именно так. Все таки чтобы убедительно соврать, нужно самому быть уверенным в своей лжи, как в единственной возможной реальности. –Ты же не собираешься жертвовать собой? Старый приют... Ты мне сейчас лапшу на уши точно не вешаешь? – подозрительно и ровно спросили, и я подняла голову, чуть выгибая назад шею, встречаясь взглядом. Я моргнула пару раз и скривилась, вместо нормального ответа выдавливая очередную колкость. –Обещаешь плакать, если я умру? Я чуть не улетела со стула, когда Рэй резко наклонил голову и уже во второй раз стукнул лбом и взял ладонями щеки, больно ущипнув. –А ты обещаешь сдохнуть, если я заплачу? Мой ошалевший взгляд судя по всему мало чем удовлетворял его вопрос. Он поднял глаза на потолок.–А у тебя точно нет подагры?–Серьезно спросил Рэй. Я сначала даже не поняла, что он имеет ввиду и удивленно вылупилась. –Извини, кого?... –Он опустил взгляд. По моему лицу прошлась странная судорога эмоций. –Ну мало ли. Или воспаления лимфатических тканей в стопе? Я открыла рот, намереваясь что-то ответить, но в голову впервые ничего не шло и я глупо хрюкнула. –Нет. Что за идиотская тема? Он чуть наклонил голову и пожал плечами, выдыхая тёплый воздух в лицо. Мне захотелось плакать, смеяться, истерично биться об стену головой. Но для начала захотелось вспомнить, как правильно дышать. –Так, всë, отстань от меня со своими...Дурацкими вопросами! Я резко села на жопе ровно, а после вообще встала и попыталась быстро уйти из класса. Рэй усмехнулся. –Ну нет значит нет. Значит мне просто показалось, что ты хромаешь на обе ноги. На постоянной основе. Я затормозила уже почти у двери. –Ты!... Да тебя это не касается! –Кажется, у нас обоих взгляд конченных психопатов. Просто Рэй это более удачно маскирует.–И кто тут еще что скрывает! Рэй ненавидит мои секреты, я ненавижу его попытки их узнать. С минуту мы молчали, пялясь друг на друга. Внезапно Рэй отвёл взгляд и сунул руки в карманы, как то легко успокаиваясь. Неторопливым шагом пошел в мою сторону. Нет, этот человек измотает мою психику быстрее, чем демоны успеют откусить мне пальцы. Человек же мирно произнёс: –Норман, хорош подслушивать. Дверь в двух шагах от меня тихо приоткрылась, и из-за неë выглянул светловолосый. –...– Глаз дернулся сам. –О как. –Извините, но вы так громко спорили, что я не мог не проверить, всë ли в порядке... И, эм, Эйя, все в порядке?... Может быть, это его я случайно толкнула в коридоре?... Норман неловко провёл рукой по ручке двери и обеспокоенно посмотрел на меня. Я растерялась. Он и правда искренне волновался... Ну да. Он же не монстр какой-нибудь, в конце концов. –Всë хорошо. И будет хорошо. Морально я готова. Норман кивнул, продолжая меня обеспокоенно рассматривать. –Ты какая-то взъерошенная. Я понимаю, вы с Рэем любите поругаться, но... Мне на голову опустилась ладонь и удивительно аккуратно пригладила волосы, а потом сползла на плечо, пару раз хлопнув. –Космос, Норман, смотри! Космос. Норман перевёл взгляд на чем-то страшно довольного Рэя, а затем на уже в конец ошалевшую меня и почесал затылок, улыбаясь. –Ну... Может быть. Я непонимающе свела брови и несколько раз посмотрела то на Рэя, который из разозленной чучундры превратился в довольного кота, то на очень уставшего Нормана со стеклянными глазами. Рэй наклонил голову чуть вбок, выглядывая вторым глазом из-под челки и скорчил кривую улыбку. –А вообще, знаешь, не смотри. Свой найди. Норман чуть дёрнул головой. –Эпилепсия? –По плечу стукнули кулаком, и я ощетинилась, игнорируя моментальное примирительное похлопывание. –И все же это очень странно, Рэй. –В нашем чокнутом мире это можно считать нормой, Норман. Я не выдержала этой игры недомолвок и обрывков фраз, специально брошеных так, чтобы я не поняла. Психанула, резко вырываясь из класса. –Один другого стоит! Слав те хоспаде, я домой завтра вернусь! Там таких как вы точно нет. –Сзади послышалось хихиканье, скрытое фырканьем.–Кони, блин. *** Я лежала на кровати, и передо мной раскрывался живописный вид на потолок. Глубоко вздохнув, я перевернулась со спины на бок, сжавшись в комочек и притянув колени поближе к себе. В голове бегали мысли, аки тараканы ночью на кухне, отказываясь выстраиваться в адекватную шеренгу. Получается завтра уже всë. Прям... Всë? –Мне недавно сон про нас снился. А тебе не снились никакие сны? Тихо прошептали с соседней кровати. –Нет. –Я вздохнула и посмотрела на друга. Норман улыбнулся едва заметной улыбкой, однако глаза у него были такие печальные и грустные, что в груди закололо. –Ну и хорошо. Полежав ещё с минуту в тишине, я перевернулась на другой бок, зарывшись носом в одеяло и невнятно пробормотала. –А вообще был один или два. Тоже недавно. Плохо помню. Не то чтобы это сейчас имеет какое либо значение. *** Утром я встала сама, хотя мягкая подушка так и манила в свои объятия. Нежно погладив еë под удивленные взгляды детей, я с ней простилась. Под хмурым взглядом Рэя натянула на носки ботинки и зашнуровала, демонстративно потоптавшись и гордо пошла на завтрак. Пол дня прошли в странном и напряжённом состоянии. Я даже почти не разговаривала ни с кем, разве что с Доном мы поговорили. Доверенное лицо. На улице было сыро и туманно, сизая дымка покрывала все вокруг, и я недовольно покашливала из-за высокой влажности. Волосы пушились во все стороны, и Рэй время от времени вскидывал брови с намёком, что мне опять нужно идти за расчоской. Я ловила себя на мысли, что как будто воздух сдавливает мне грудную клетку, а живот сворачивается в комок. Сглатывала вязкую слюну так часто, что даже Эмма с еë забитой мыслями о Нормане головой и его планируемом псевдо побеге заметила. Что уж говорить о более придирчивых личностях. В обед играть в догонялки не было сил. Я просто уселась под деревом, раскинув ноги и подняла голову, смотря на затянутое тучами небо. Погода просто отвратная, даже позитивно мыслить не получается. Одна радость–Норман сбежит, а в ближайше время никого не заберут. Проторчала я в такой позе, наверное, не меньше часа. Потом со стоном поднялась, разминая затекшие конечности, и гордо прошествовала развешивать белье на балки. На автопилоте прожила весь оставшийся день, и при начале заката снова оказалась под любимым деревом, покрякивая от ссаднящих ощущений в ногах и тупой боли в голове. –Без тебя будет трудно. Рядом послышался голос Гильды. Я перевела взгляд с сизых облаков на зеленоволосую. –По-моему наоборот легче. Миролюбиво пожала плечами. Гильда села рядом и молча уставилась на маму Изабеллу, которая возилась с малышами. Изабелла улыбалась. Просто улыбалась. Интересно, а она когда нибудь любила своих сводных братьев и сестёр? Я уже почти забыла имя своей «мамы», но интересно, а вдруг они дружили? Интересно. А у Изабеллы есть свои дети? –Неправда. Мы будем очень скучать. Тихо пробормотала Гильда, а затем очень осторожно скосила взгляд. –Эйя, ты ведь что-то недоговариваешь. Я блаженно зажмурилась, когда выглянул лучик закатного солнышка, на секунду попав на бледное лицо. –Что конкретно-о-о? Гильда развернулась всем корпусом ко мне, и взволнованно поправила очки. –Да много чего. Я просто... Раньше не замечала, а сейчас подумала и... –Думать вообще полезно. – Я потянулась и встала. Появилось резкое желание поиграть в догонялки с малышней. –Подожди! –Гильда тоже поднялась.–Понимаю, что спрашивать уже что-то достаточно бессмысленно, но... –Лучше вообще ничего не спрашивать, Гильда... –Пробормотала под нос я и обхватила рукой себя за локоть, ощущая острую потребность убежать. –Крепче знаешь, меньше спишь. –Хорошо. –Девочка в примирительном жесте положила ладонь на мою руку и вздохнула. –Тогда... Просто, нам всем будет тебя не хватать. –Я кивнула и посмотрела под ноги. –Особенно... Ну, в общем особенно одному человеку. Я скисла окончательно. –Гильда, ты меня добиваешь, но спасибо. И если вдруг ты всё таки захочешь что-то узнать... Ну, я думаю, мое доверенное лицо,–Я не удержалась и весело хихикнула.–сам тебе расскажет. Потом. Пакостливо прищурилась, ловя еë непонимающий взгляд. После, вскинув голову, гордо пошла по лужайке. Взглядом обвела округу. Наш любимый приют в багровых тонах тонул в красном мареве. Норман должен быть уже в лесу и бежать сломя голову. Он сбежит. Он сбежит. Он точно сбежит! И так уже 11 лет отсидел, пора драпать! Меня хлопнули по плечу, и я отмерла, поворачивая голову. Эмма и еë уверенно-напуганно-неуверенный взгляд. –Вещи... Собрала? Натянуто спросила и сжала ткань. Я на секунду захотела расплакаться, но быстро взяла себя в руки. –Да. Все что нужно! Надеюсь скоро.. Увижу своих эм... Близких. Эмма почти не разговаривала со мной. Вообще к новости о том, что я переезжаю, отнеслись все по-разному. Судя по всему эмоционально штормит тут уже давно не одну меня. –Ясно. Мы все будем скучать. –В голове собеседницы проскользнуло отчаяние. –Я верю в то, что у тебя все получится! –Да, спасибо. –Я опять скисла, хотя после Гильды куда уж больше. Эмма убрала руку и отшагнула на шаг в сторону. В глазах были бесконечное беспокойство и неуверенность. Внезапно все вокруг напряглись. Ну, все, кто был в курсе о маленьком секрете нашей тюрьмы. –А где Норман? –Мама Изабелла озабоченно оторвалась от детей и уставилась на нас. Мы молчали. Все молчали. Эмма напряженно стиснула зубы. Даже сверчки на пару мгновений затихли. Я тоже сжала ладони, напряженно всматриваясь в лицо Изабеллы. Женщина моргнула и что-то хмыкнула под нос, доставая всем нам известные часы. Секунда, две, три... Все затаили дыхание, в голове билась только одна неуверенная и пугающая мысль. Норман же сбежит?... У нас же не гребаная компашка самоубийц-великомучеников из двух беловолосых и одного брюнета в наличии?! Мама поменялась в лице. Она не показывала, но внутри возликовала. –Норман. Я хлопнула глазами и из лёгких вышибло воздух. Гребаная компашка детей-самоубийц. Медленно, одновременно с Эммой, повернула голову назад и узрела того, кого быть тут не должно. Хотя Нормана тут и не было, Норман был далеко-далеко, задыхался в чёрном океане мыслей, страхов, и бесконечного осознания неизбежного. Ненавижу голубоглазых. Люблю людей с кариими и чёрными глазами. Они греют. Люблю с зелёными, они вдохновляют. Люблю с серыми, они всегда поддерживают. Ненавижу голубоглазых, потому что они будто смотрят сквозь тебя и видят слишком много, как будто заранее про тебя уже все знают. Все голубоглазые слишком разбитые люди. Хотя я знаю только одного голубоглазого, и это Норман. Внезапно кто-то взял мой крепко сжатый кулак. Я от неожиданности чуть не икнула, а потом с постепенно приходящим ужасом поняла, что с правой руки несколько секунд назад капала кровь. Окей.... Воо теперь я окончательно проебалась. Рэй держал мой кулак в своих ладонях и не позволял течь крови дальше, не смотря в мою сторону, но излучаемая им аура фонила комбом из всех всевозможных негативных эмоций. Как же я ненавижу этот приют, как же я ненавижу этот мир, как же я ненавижу эту жизнь, и как же я ненавижу Рэя! Он мне нравится! Мне нравится, что он заботиться о Нормане и Эмме! Мне нравится, что с ним можно общаться так, как меня научили в старом приюте! Мне не нужно пытаться подстроиться под него! Что он по-настоящему не обидится на мои слова никогда-никогда! Но господи, как же я его ненавижу! Он просто непереносимый докучливый зануда!... *** Помогите... Спасите, хоть кто-нибудь... Или добейте, не мучайте уже! Проявите сострадание, Эмма?! Норман?! Ах, да, Норман же уже сам одной ногой в могиле. На том свете встретимся! Рэй взял на удушающий (ну ладно-ладно, как змея, дружески обвил рукой шею) и, кажется, забыл об этом. Его почти трясло от злости, или скорее, от отчаяния, и время от времени я начинала тихонько хрипеть, едва перебирая пальцами по рукаву его рубашки. –Я понимаю, я не самая лучшая подруга, но чтоб так!... Один взгляд испепеляющих угольков, и я сникла тряпичной куклой. Сейчас явно не до меня. –Дурак! И о чем ты только думал?! Ты же умрешь, если останешься здесь! Немедленно убирайся! –Поздно. –Я тихо буркнула и тут де отвернула голову, уворачиваясь от чужого сглаза. Не знаю, насколько в глубоком отчаянии сейчас находится Рэй, он всю жизнь провёл, выстраивая этот план побега... – Ни за что. Я не собираюсь прятаться. –А Норман взял... Взял и... Хотя виноват ли он? Все мы жертвы обстоятельств. Но как же жестоко и обидно... –Я должен рассказать вам о результатах осмотра окрестностей, это куда важнее... Я несколько раз моргнула. Пропасть? В голове тут же загудело, и я быстро отогнала мысли. Норман не планировал сбегать с самого начала. Наггетс-самоубийца. –Лжец. –Тихо простонала и Норман посмотрел печальными глазами. –Извини. Я солгал. Я не могу позволить совершить себе ни единой ошибки. А, да. Мир везде одинаковый. Ошибок не прощает. –Я не изменю своё решение. –Я не верю, нет, стоп, погодите. По голове как будто кувалдой ударило от внезапного. Полного осознания. –Сегодня я сделал все, что было в моих силах. Остальное оставляю на вас, так что, пожалуйста, не подведите меня. Он посмотрел мне в глаза, собираясь сказать что-то еще лично, но передумал, просто резко делая шаг вперед и со всей силы обнимая ребят. Я четвёртым колесом пристроилась на кровати, изгибая шею в железной хватке и прикрывая глаза. Не верю. Не верю, что Норман... Это же наш добрый хороший Норман, все понимающий и всепрощающий! Любит своих младших, всегда заботится обо всех! Комплименты конечно плохие иногда делает, но... –Спасибо вам за все, что сделали для меня. Благодаря вам я сумел насладиться своей жизнью. –Сердце учащенно забилось, и я сцепила зубы, зажмуривщись. Каждое слово как наждачкой. –Мне было так весело. Я был так счастлив. Я был любим. В голове зазвенело, все мысли сгрудились в кучу, начиная перевариваться между собой. Мама Изабелла любила Нормана, почему она отправляет его?! Почему?! Почему почему?! Да что в конце концов не так с этим миром, а?! Норман расцепил объятия, и медленно направился к выходу. В комнате стало душно. Я боялась выдохнуть. Эмма поднялась и медленно начала вставать на костыли, пытаясь сморгнуть влагу с глаз. –Мне тоже нужно. Вещи собрать. –С трудом выговорила тихо, пытаясь не потревожить волнами звука раскаленную эмоциями тишину. Рэй опустил подбородок и занавесися волосами, впившись ногтями в ткань на плече, а после... Сжал клок волос. –Пожалуйста... –Еще тише сказала, начиная подниматься с одеяла и чуть поджимая плечи, руками выдергивая волосы из цепкого захвата. –Ауч. Эмма игнорировала наши копошения, погружаясь, кажется, в знакомое уже нам всем в этом проклятом приюте состояние. Депрессию. Как и Рэй, который сжал клок моих элегантно выдернутых волос и окончательно сник, начиная пялиться в пустоту. Под сердцем что-то с силой закололо, и я подавила желание хотя бы погладить его по голове... Но я не погладила. Почему то прикасаться к Рэю вообще черевато, особенно если он в ужасно расстроенных чувствах. Да он и не... Захочет? Позволит? Просто отвергнет? А может я боюсь, что шлепнет по рукам и зло взглянет, как умеет только он?... Я встала и вышла. Двух человек с эмоциональным опустошением на один квадратный метр в этой комнате более, чем достаточно. Третьего эта давящая атмосфера просто не выдержит. А четвёртый где-то собирает вещи, уже сделав свой выбор без сожалений. *** –Дьявол под маской... –Я оскалила зубы, ловя в фокус размытый силуэт Изабеллы. По щеке скатилась слеза. Жалко, что у дьявола нет предпочтений, а мы все уже давно мертвы внутри. –ЭЙЯ!.... Эхом разнеслось по сырому коридору. Ворона вспорхнула с ближайшего дерева, обеспокоенно каркнув.