Посыпать голову пеплом

Я не могла спать на спине и сейчас лежала на левом боку, подложив под щеку ладонь. Кто-то ещё, помимо меня, лежал на кровати за спиной и медленно проводил пальцами по моему лицу, убирая выбившиеся пряди волос. Я испугалась и вся сжалась. Этот «кто-то» понял, что я проснулась и решил подать голос: — Это я. Я сразу же расслабилась, потому что узнала Манджиро. Не открывая глаза, тихо спросила: — Что ты делаешь? — Прости, я не хотел тебя напугать. Я открыла глаза, повернулась к нему и легла на спину. Он лежал на левом боку, подперев одной рукой голову. Комнату освещал лишь лунный свет, но я смогла разглядеть его полуприкрытый взгляд и ухмылку. Вдруг улыбка на его лице пропала. Видимо, когда я повернулась к нему, он увидел синяк на моем лице. Взгляд прошёлся сначала по губам. Туда, где засохла кровь. Затем аккуратно, держась пальцами за мой подбородок, он повернул моё лицо вправо, чтобы рассмотреть синяк на левой щеке. — За что? — Это только между мной и моим отцом. Зачем ты пришёл? Он тяжело вздохнул, понимая, что я не стану ничего рассказывать и убрал руку от моего лица. — Я хотел тебе кое-что отдать, помнишь? — Лучше завтра, я устала. — у меня совсем не было настроения, хотелось только спать. — Одевайся, прокатимся немного. — Если честно, я сейчас не очень настроена на такого рода… — Я жду. — с этими словами он поднялся с кровати, подошёл к открытому окну и выпрыгнул из него. Я быстро вскочила с постели и выглянула в окно. «Боже, это же второй этаж! Он не ушибся?» Дело обстояло так: Дракен лежит на земле, раскинув руки. А рядом с ним и Майки. До моих ушей долетели обрывки фраз: — …Кенчин, у тебя в глазах косится? — Что?! А ты зачем ноги вперёд выставил? Дурак. — О, Мики! Со мной всё хорошо, не беспокойся. Я тебя жду. — заметив меня и помахав рукой, крикнул Манджиро. Я закрыла окно. «Только этого не хватало» — подумала я, но всё-таки начала одеваться. Я решила переодеться во что-нибудь с капюшоном, так на всякий случай. Не включая свет, пыталась найти свои вещи, чтобы никого не разбудить. Одевшись, тоже хотела выйти через окно, но потом подумала, что всё-таки лучше по лестнице и через дверь. Успешно, никого не разбудив, я выбралась из дома. На улице, сидя на мотоцикле, ждал Манджиро. — А где Дракен? — поинтересовалась я, надевая капюшон. Он пристально смотрел на моё лицо, точнее на побои. Видимо сейчас они были лучше видны из-за уличных фонарей. — Он ушёл к себе. Садись. — отвернувшись, произнёс Манджиро. Я в свою очередь даже не стала спрашивать куда мы едем, полностью доверившись ему. Сев поудобнее, он завел мотоцикл. Мы ещё не начали движение, а я уже прижалась к нему всем телом, на что он никак не отреагировал. Ехали недолго и вскоре остановились в центре города. Здесь по ночам оживлённо и светло, как днём. Мы зашли в незнакомое мне здание и поднялись на самый верх. Затем пробрались на крышу. Отсюда открывался очень красивый вид на ночной город. Он подошёл к самому краю крыши, встав на парапет. Я немного напряглась. «Опасно там стоять» — подумала я и решила привлечь его внимание: — Так что ты хотел мне отдать? Он ещё немного так постоял, затем развернулся и подошёл ко мне, спрыгивая с парапета. Точнее прошёл мимо меня и остановился рядом с какой-то антенной, под которой лежал пакет. С этим пакетом он подошёл ко мне. — Твоя форма готова. Не скрывая своего удивления, я осторожно, от волнения, взяла пакет из его рук и достала оттуда свою первую в жизни байкерскую куртку. Она была завораживающей. Золотистые кандзи по-особому освещались в лунном свете. Форма была сшита очень качественно, словно на заказ от знаменитого бренда. Признаюсь, я с большим предвкушением её ждала после того, как сняла мерки и отдала их Мицуе, и наконец ожидания оправдались. На радостях я обняла Манджиро. — Большое спасибо! Мне так нравится.— Майки обнял меня в ответ. Когда объятия затянулись, я попыталась отстраниться от него, но он по-прежнему держал свои руки на моей спине и не сводил глаз с левой части моего лица. Кажется, эти побои беспокоят его намного больше, чем меня. Манджиро одной рукой, едва касаясь, чтобы не сделать больно, провёл по левой щеке, где красовался темно-фиолетовый синяк и задержал большой палец на разбитой губе. — Я хочу сломать ему руки. Я истерично хихикнула и тут же зажала себе рот ладонью. «Дааа, я бы многого могла избежать, если бы у моего отца в прошлом сломались руки». — Со мной полный порядок, — соврала я, натянуто улыбнувшись, из-за чего синяк дал о себе знать. Я прищурила левый глаз от болезненного покалывания. Никак не привыкну к этой физической боли. На лице ещё всегда тяжелее заживало, чем в других местах. Он снова прикоснулся к левой щеке. Другой рукой убрал упрямую прядь волос, которая развивалась по ветру и частично закрывала глаза, за правое ухо, тем самым заключив моё лицо в свои шершавые ладони. Стоял небольшой прохладный ветерок, который трепал наши с ним волосы. На крыше было темно и его красивые чёрные глаза тускло освещались светом от Луны. Всё это создавало очень романтичную обстановку и я очень надеялась, что во мраке он не заметит появившиеся от смущения румянец. Он закрыл глаза и начал пододвигать своё лицо ближе к моему. А я так и стояла с курткой в руке, не шевелясь, потому что боялась всё испортить. «Вот он? Первый поцелуй?» — подумала я и тоже закрыла глаза. Его дыхание обжигало губы, которые с нетерпением ждали этот момент. И когда до заветного поцелуя осталось совсем чуть-чуть, он отстранился. — Я не могу. Майки прошёлся вперёд, снова к краю крыши, оставляя меня позади. В воздухе повисла неловкость. «И что это было?» — подумала я, чувствуя, как краснеют мои щёки от смущения. Он обернулся и посмотрел на меня. — Ты ещё маленькая. Я не хочу, чтобы ты быстро взрослела. У нас ещё будет время для всего. «Это полный пиздец. Я ведь уже далеко не 13-ти летняя девочка, я даже опоздала с этим…» — подумала я, и тут же добавилось: «…но он то об этом не знает…» Я не стала как-то это комментировать и просто промолчала. Обхватив себя за плечи, отвернулась. Было горько и почему-то стыдно. — Давай спустимся, я отвезу тебя обратно домой. *На следующий день* «То, что произошло вчера ночью точно отразиться на наших взаимоотношениях» — подумала я, стоя напротив гаража Шиничиро. «Зачем же он вызвал меня?» Я хотела убежать отсюда, но взяла себя в руки и постучалась. Через пару секунд дверь открыл Такемичи. Помимо него в комнате были Дракен и Майки. У них были серьёзные и напряжённые лица. — О, Мики, привет. — Манджиро сразу же поменялся в лице. Виновато улыбнулся. — Кажется сегодняшнюю тренировку тоже придётся отложить. Пойдём прокатимся? — Хорошо, раз ты решил. Пойдём. Он о чём-то поговорил с Дракеном, пока я ждала его, сидя на пассажирском сидении. Затем подошёл ко мне, сел вперёд, завёл мотоцикл и начал движение. Мы ехали молча. Было видно, что он не в духе после того разговора в гараже. Но я решила не спрашивать в чём дело. Если захочет, сам расскажет. Главное — быть рядом с ним. Через минут 10-15 мы приехали к набережной. Открывался вид на море и на какой-то завод или фабрику. Здесь протягивалась невысокая, примерно по локоть, бетонная ограда. Скорее всего, чтобы дети не падали в море или для каких-то других целей. Мы сели на эту ограду. — Я люблю это место. Брат часто привозил меня сюда и мы просто разговаривали обо всем. Расскажи мне о своей семье, — прерывая затянувшуюся тишину, произнёс Манджиро. — Обычная семья. — немного резко ответила я. — Это не так. — тут же возразил он, не принимая мой ответ. — Ты полная противоположность Такемучи, как вы познакомились? Порой мне кажется, что ты никогда ничего не чувствуешь. Как красивая, но пустая кукла. Мне стало обидно от этих слов, но я сохранила выражение лица непроницаемым. «Мы сейчас точно обо мне говорим?…» Так или иначе, он был прав. Я правда была замкнутым человеком с самого детства. И ответы действительно скрывались в моём прошлом и касались моей семьи, но мне не хотелось об этом говорить. — Что ж, мне жаль, что я не такая возбужденная и плаксивая, как Такемичи, — улыбнувшись, я попыталась отшутиться, но поймала на себе серьёзный взгляд чёрных глаз и улыбка спала с моего лица. — Мне тоже жаль… Вот бы хоть раз ты побыла возбужденной и плаксивой вместо того, чтобы скрывать свои чувства. Я снова промолчала. Затем легла на холодную бетонную ограду, закинув руки за голову и свесив ноги. — Хочешь услышать слезливый рассказ о моём прошлом? Но мне нечего тебе рассказать. Я была единственным ребёнком в богатой семье 10 лет, у меня всё было… если я хорошо себя вела. — Тогда всё понятно, — он устремил свой взгляд куда-то вдаль, всматриваясь в горизонт. — Твой властный отец жестоко тебя наказывал за любой проступок или капризы. Поэтому ты такая скрытная и каменная. Я вскочила с места и сжала руки в кулаки, не дав ему договорить. — Оставь меня в покое! — крикнула я. Да, он был прав. Попал точно в цель, в болевую точку. Я старалась сохранять спокойствие, но этот разговор с самого начала мне не нравился, а теперь ещё в памяти всплывали детские воспоминания. Я спрыгнула с парапета. Манджиро удивлённо посмотрел на меня, явно не ожидая такой реакции. Потом тоже поспешно спрыгнул за мной и встал напротив с взволнованным видом. Я собиралась что-то сказать, но разозлилась настолько, что не получалось связать и двух слов. Поэтому развернулась, чтобы уйти и выпустить пар. Он попытался меня остановить, но я оттолкнула его от себя со всей силы. Споткнувшись о собственную ногу, Майки упал на землю. — Чёрт. — Тебе больно? Как хорошо. Больше не будешь ко мне приставать со своими странными вопросами. Я отвернулась от него и принялась уходить, как вдруг услышала: — Моя нога… Как сильно болит. «Нога? Он что, подвернул её, когда упал?» Я обернулась и просто уставилась на него. Он сидел на снегу, прислонившись спиной к бетонной ограде, и держался обеими руками за ногу. — Мне так больно, помогите кто-нибудь!… Я подбежала к нему и присела на корточки. Обеспокоено оглядела его и взяла за руку. — Где болит? — Вот здесь, — он перехватил мою руку и прижал её к своей груди. «Что… он издевается?» Когда я поняла, что он просто обманул меня, моё лицо мигом приобрело скептическое выражение. В этот момент Майки резко притянул меня к себе и я упала на него. Он зажал меня в пространстве между грудью и согнутыми коленями. — Не прикасайся ко мне!! — я выставила руки вперёд, упираясь ему в грудь и пытаясь высвободиться, пока он обнимал меня за спину, прижимая к себе. — Это было так трогательно. Я знал, что ты не можешь без меня. Так быстро подбежала. Беспокоишься за меня? Я и впрямь тронут. — самодовольно тараторил Манджиро. — Убери руки! Я всё-таки вырвалась, встала на ноги и собиралась убежать, но он крепко схватил меня за запястье. Затем тоже поднялся. Разворачивая к себе, свободной рукой он потянулся к моему затылку. Обхватив его своей жёсткой ладонью, Манджиро притянул меня к себе. Я уткнулась носом в его плечо. Отпустив моё запястье, он обнял меня одной рукой за талию. Другая рука оставалась на затылке. Манджиро тихо произнёс у самого уха: — У меня нет родителей. Мне их заменили брат и дедушка, поэтому мне не понять, что ты чувствуешь, но… ты принадлежишь мне. Твоя боль, твои слёзы, даже синяки — всё это и моё тоже. Я промолчала и перестала отталкивать его от себя. «Какое странное чувство. Почему я чувствую себя с ним так? Ком в горле, хотя мне хорошо…» Почувствовав поддержку и заботу, которых мне всегда не хватало, я обхватила руками его спину и сильно прижалась к нему. Мне не нравились чужие прикосновения, я не была тактильным человеком. Но сейчас в его объятьях я чувствовала себя в полной безопасности, мне было спокойно.