Посыпать голову пеплом

*Год назад. Исправительная школа* По коридору эхом раздаются сдавленные крики, жалобные стоны и странные звуки похожие на удары. Но двое мужчин, назначенные ответственными за осуществление надзора над осуждёнными, сидят за железной дверью и не принимают никаких мер. — Может всё-таки вмешаемся? — Сиди и не рыпайся. Забыл, что он сделал с прошлым надзирателем? Завтра этого ублюдка выпустят, и тогда мы наконец-то избавимся от него. — он ненадолго замолчал, потом тихо добавил: — Ещё дети, а вытворяют такое… В общей камере находилось много людей. Они смотрели на то, как парень с длинными светлыми волосами, собранными на макушке, избивал кого-то посреди комнаты. Никто не пытался их разнять, а он в свою очередь сидел на несчастном и монотонно наносил удар за ударом. Когда тот, на ком он сидел, больше не издавал звуков, Манджиро поднялся и отошёл на пару шагов. Он перевёл дух, потёр кисти рук, затем вышел из общей камеры и направился в свою. Такое случалось почти каждую неделю с тех пор, как он попал сюда, 27 февраля. Известный лидер Токийской свастики, «Непобедимый Майки» подмял под себя всю исправительную школу, а потому никто не смел ослушаться его. В том числе и работники исправительной школы. Они закрывали глаза на все его поступки, пока он находился здесь, из-за чувства страха. Манджиро наводил ужас на всех, с кем сталкивался. Однако когда он только пришёл сюда, он не был таким. Всё изменилось, когда он впервые избил до полусмерти одного из заключённых. Из-за какой-то мелочи, что-то не поделили в столовой. Он зашёл в свою тёмную и холодную камеру, подстать ему, и лёг на кровать. Вытянул руки над собой и равнодушно посмотрел на свои окровавленные пальцы. Он хорошо понимал, что сильно изменился и периодически теряет контроль над собой. Он хорошо понимал, что у него едет крыша. Но при этом никогда не забывал о своём обещании.

***

28 февраля 2006 г. Помещение для свиданий в исправительной школе. — Зачем ты пришёл, Такемучи?… — Майки, в тот раз, когда мы пришли с Дракеном, ты обьявил о роспуске «Свастонов». Но я не понимаю, почему ты так поступил. Дракен… очень сильно расстроился. «Свастоны» были для него всем, но… он сделал всё, как ты просил. — Понятно… Установилась вязкая тишина, в которой слышалось далёкое и монотонное жужжание тусклой лампочки. — Чем ты занимался всё это время, как пришёл из будущего? — немного резко спросил Майки, но затем сделал выражение лица мягче, улыбнувшись уголками губ. — Расскажешь мне? Такемичи сначала задумался над тем, стоит ли рассказывать обо всём Майки, тем более после всего произошедшего с его близкими людьми, но, решившись, всё-таки начал свой рассказ: — Всё началось с того, как меня сбил поезд… Майки иногда кивал головой, но в основном он просто молча слушал. Такемичи также рассказал ему про будущее, где все умерли и о том, как Маки оказалась втянута во всё это. Он освежил свои воспоминания, пока рассказывал всё Манджиро. И его накрыли эмоции. — Прости, Майки!!! Я не смог спасти… ни Эму, ни Баджи. Даже Маки… Прости, пожалуйста. Мне очень жаль. — он разрыдался, виновато склонив голову. Майки пытался сохранять спокойное выражение лица, но его глаза выдавали глубокую грусть. — Значит, она даже в будущем пострадала из-за меня… Такемичи удивлённо посмотрел на него и обратил внимание на то, что выражение лица Майки изменилось и стало мрачным и печальным. Ханагаки поздно понял, что ему не стоило напоминать о Маки и решил сменить тему. — Майки, зачем ты распустил «Свастонов»? Манджиро заметил, что Такемичи обеспокоено смотрит на него, и тут же наметил улыбку. — Я думал, что смогу создать новую эпоху… но я решил закончить всё на пике славы. Это лучшее решение, чтобы изменить будущее, разве нет? — Но Майки… — Такемучи. Мне вынесли приговор на три года. Я не хочу, чтобы парни ждали меня всё это время. Когда меня выпустят, они уже повзрослеют. Я хочу, чтобы у них была нормальная жизнь. Такемичи собирался что-то возразить, но Майки перебил его: — Я обещаю. Все эти 12 лет, я обязательно буду защищать ребят из «Свастонов» и Хину. Даю слово. — Майки… — Поэтому, хоть мне этого и не хочется, возвращайся в будущее, Такемучи. Туда, где тебя ждёт Хина.

***

Манджиро должен был отсидеть три года, но позже ему сократили срок до одного года. Поговаривают, что за него вступились и дали крупную взятку. Также был слух о том, что судье кто-то угрожал и вынудил пересмотреть решение. Так или иначе, срок заключения подходил к концу и Сано должен был выйти на свободу уже завтра. Но что ему делать дальше? Как сдержать данное Такемичи слово? Он часто раздумывал над этим. И одно знал точно. Ему нельзя приближаться к ребятам из «Свастонов». Он ещё год назад так решил, когда узнал, какое будущее принёс своим друзьям и ей. Той, о ком так много думал. Он боялся снова потерять кого-то из них. Боялся причинить им вред. Боялся себя через 12 лет. Ведь он никак не мог подавить свой чёрный импульс, который давал о себе знать ещё в детстве. А заключение в исправительной школе только ухудшило ситуацию. Стоило ему хоть немного расстроиться или разозлиться, как он терял контроль над собой. И, конечно, он не хотел впутывать во всё это своих друзей. Но они не могли просто взять и отвернуться от него. Дракен часто навещал его весь этот год, но Майки не выходил к нему на встречу. Несмотря на это, Дракен продолжал приходить, вероятно, чтобы Манджиро не чувствовал себя одиноким. Каждый раз сердце Майки сильно сжималось и болело. Он очень скучал по своим друзьям и мечтал снова, хотя бы разочек, прокатиться на байках вместе со всеми. Но эта мечта никогда не сбудется. *На следующий день. 27 февраля 2007 год* Майки выпустили на свободу. У выхода, рядом с машиной, его ждал парень, со шрамами у уголков рта и собранными в высокий хвост розовыми волосами, по имени Харучиё Санзу. — Глава! Добрый день. — Ты собрал людей, как я просил? — Сано подошёл к нему. — Да, собрал. — А что насчёт места? — Коко всё решил. Все ждут только вас, глава. Не о чем беспокоиться. — Эй, Майки! Манджиро застыл на месте, услышав голос своего лучшего друга, по которому так сильно скучал весь год, что провёл в исправительной школе. Но повернулся к нему с совершенно равнодушным и безразличным выражением лица. Вместе с Дракеном пришли Мицуя, Пеян, Чифую и Хаккай. — Подожди здесь. — обратился к Санзу Манджиро и направился в сторону своих старых друзей. Встал напротив Дракена и немного приподнял голову, чтобы посмотреть ему в лицо. Окинул его надменным и высокомерным взглядом. — Майки… какой же ты эгоист. Но знаешь, мы все так по тебе… Не дав ему договорить, Манджиро со всей силы ударил Дракена, повалив того на землю. Санзу выдал лёгкую ухмылку. Майки жестоко избил своих друзей, которые пришли сюда ради него, и глубоко ранил их сердца. Они были далеко не слабыми, да и за ними было численное преимущество. Но Манджиро оказался намного сильнее. Избитые, они валялись на земле, не в силах подняться. Пеян потерял сознание и был в отключке. А остальные смотрели на него с ненавистью. Майки оскалился широкой акульей улыбкой. — Какие вы жалкие. Больше не вставайте у меня на пути, ни то — убью. Он развернулся и ушёл к Санзу, сунув руки в карманы брюк, пытаясь скрыть то, как тряслись его пальцы. — Урод! Ладно мы, но как у тебя на Дракена рука поднялась?! — кричал Чифую. Майки, не обращая внимания на эти слова, сел в машину, после того, как Харучиё учтиво открыл дверцу. Всё вышло так, как он хотел. Он специально заставил своих друзей ненавидеть и презирать его, чтобы оградить их от себя и наставить на путь порядочных людей. Только так Манджиро мог сдержать обещание, которое он дал Такемичи и не причинить никому из них вреда в будущем. Санзу сел на переднее сидение тонированного автомобиля, после чего послышался звук заведённого двигателя. Дракен лишь с грустью смотрел вслед уезжающей машине. «Значит ты выбрал для себя такой путь, Майки?» В этот же день Манджиро создал «Свастоны-Канто» и всего за полгода превратил свою группировку в одну из сильнейших организаций, существовавших на тот момент, подчинив себе крупный район: Шибую. И никто не мог с ними сравниться. Никто, кроме тех, кто господствовал в двух других районах. На одном уровне с «Свастонами-Канто» была группировка «Брахман» во главе с Кавараги Сенджу, которая владела районом Шинджюку и организация «Рокухара Тандай» во главе с Терано Саусом, осевшая в регионе Минато. Из этих трёх группировок образовался баланс в Токио, прямо как в «тройном томоэ». Началась эпоха трёх небожителей. *Июнь 2008г. За неделю до встречи с Маки* Манджиро стоял у панорамного окна и наблюдал за ночным городом. В просторной и довольно богато обустроенной комнате находилось ещё двое человек, помимо него. Верхушка его банды: Коконой Хаджиме и Санзу Харучиё. — Глава, у нас возникла проблема. Фурута снова тянет за ногу. — произнёс Коко, сидя за ноутбуком и откидываясь на спинку кожаного кресла от усталости. — Опять этот упырь из полиции. Никак не отъебётся — высказался Харучиё, который вальяжно расселся на диване, откинув руку на его спинку. — Складывается впечатление, что он специально пресует именно нас. «Брахман» и «Рокухара Тандай» он так не душит. — продолжая размышлять на эту тему, сказал Коко, переводя взгляд с экрана ноутбука на спину своего лидера. Манджиро лишь молча слушал, не сводя глаз с байка, проезжающего на зелёный сигнал светофора. «Такой же, как у Кенчина…» — Как поступишь, глава? Больше нельзя позволять ему портить нам дело. Мы не можем потерять этих клиентов. — Санзу. — медленно произнёс Манджиро, не оборачиваясь. — Убей. — Будет сделано. — широко улыбаясь, ответил Харучиё и вышел из комнаты.