Разбитые стёкла розовых очков

Пролог. Здравствуй…Ты когда-нибудь задумывался о смерти? О той смерти которая пугает или освобождает, о той которая будоражит, и после которой стынет кровь? Все существа бояться смерти, хотя многие сводят жизнь с концами. Это случается из-за моральной и эмоциональной усталости. На многих давит суета в большом городе, отношения с родителями или с любимыми людьми. Много факторов есть из-за которых не хочется жить людям дальше. Им легче сдаться. А что если подросток с прекрасным взглядом на жизнь захочется свести концы с жизнью? Что её к этому с подвигло? Какую смерть она выберет? Так много вопросов на которые нужно ответить. Можно ли у вас отнять время и задать один вопрос? А вопрос таков- Вы хотите жить? *** -Алекс? -Да? -Ты боишься… смерти? Горы такие красивые и не известные, покрытые мраком воспоминаний. Они пережили ни одну сотню жизней, они знают истории зарождения человека и всех существ. Горы — это большой дом, в котором живут тысячи душ. Если зайти в середину леса, закрыть уши и глаза. Что вы услышите? Услышите, как ветер шепчет вам что-то, вы слышите, как он играет с травой и листьями деревьев, и вы чувствуете, как он провел порывом ветра по спине, а потом по шике. Услышите, что где-то вдалеке птичка, как она заливается звонкой песней. А слышите дятел, тук-тук, тук-тук? А под ногами в кустах кролики? А когда откроете глаза яркое солнце ослепляет вас. Вы медленно пытаетесь ещё раз открыть уже зажмуренные глаза и вдруг слышите ваше имя, вас завет человек, с которым у вас связанно очень много разных и смешных воспоминаний, ваш верный друг. -Беатрис ты идешь? -Да, с улыбкой … Это история про дружбу и любовь, про смерть, и про отвагу, про философию ничего не знающего, и воспоминания друзей о лучших моментах жизни... *** Глава 1. -Пап расскажи какую-нибудь историю о маме. - Уже поздно, но если сейчас же ляжешь то, так уж и быть, расскажу. - А я уж легла! -Ну что же с тобой поделать… Это произошло очень давно, так давно что, уже и горы начинают эту историю забывать, даже ветер не помнит. Беатрис тогда было 15 лет. Она выглядела как маленькая и милая ведьма! Она выглядела так потому что, у неё были рыжие, чуть ли ни огненные волосы. У неё была гетерохромия. Один глаз был голубым как лазурь, как самое прекрасное и чистое небо. А другой же был как смоль чёрным, иногда Алексу казалось будто у неё место глаза была бездонная яма без конца и начала. Беатрисс была мечтательной, милой и…Что-то ещё, но даже прожив с ней всю жизнь Алекс так и не понял, что же это было. Сама история начинается с горы, прямо на том месте где сейчас живёт Алекс с дочерью. -Беатрис ты идешь? -Да, с улыбкой сказала Беатрисс … День выдался ни жарким, ни холодным. Возле деревни где жили на лето Беатрисс и Алекс были горы, которые окружали всё и вся, создавая непроходной барьер, практически в двенадцать метров. Горы, которые манили своим видом, своей загадочностью. Беатрисс любила ходить туда, там она задумывалась о жизни, о времени, о будущем и о многом другом. Она отрекалась от жизни перед входом на гору, она забывала о всём. И в каждой травинки, в каждом сантиметре леса, в каждой птичке и ветерке она видела самое прекрасное, самое лучшее и незабываемое. Она видела то, что не когда бы не увидел никто иной. Беатрисс могла часами смотреть на вид со склона горы. Горы другой мир- так говорила Беатрисс - где всё постоянно меняется и неизменно веками…Удивительная, холодная, безжалостная, необычная и странная красота, которая неудержимо притягивает к себе из-за всех сил, не давая шанса выбраться. Иной мир, в котором ты не имеешь никакого либо значения и не имеешь ни каких прав, но в тоже время тебе дают некий шанс и маленькое право хоть ненадолго остановить время, и увидеть всю красоту этого мира. Этот мир иллюзорен. Он часто наполнен полной чуть ли не гробовой тишиной. Это непривычно после суетливого гомона городов находиться в тишине высоты, где можно остаться наедине со своими мыслями. Ну, а что бы понять его, стать частью этого мира - значит выжить в нём, но не всем это удаётся… Но есть и другая часть леса, другая часть этого мира, так говорила всегда бабушка Беатрисс, которая наполнена шумом и работой лесных жителей. По старым поверьям в лесах этой деревни можно увидеть Лешего, хранителя всего леса, гор и речушек. С виду простой и добродушный дедушка, который всех любит. Растрёпанные, затёртые и с виду очень старые лапти, прошедшие и видавшие многое, и многие столетия, всегда на дедушке, а ещё трость, в которой хранилась история, воспоминания мгновения и …И многое другое. Его знает все певчие и грациозные птицы, что вылетели из страниц сказок и других книг. Животные, бесстрашные животные, что провожают и сопровождают своего хранителя, их многообразие может даже пугать, начиная от Лисафьи , рыжей плутовки, хитрой, умной, дикой, расчётливой, хладнокровной, завораживающей взоры, злопамятной и кокетливой, сочетала в себе несочетаемое. Она глаза и уши леса, королева слухов и романов, законодательница лесного царства и гор. Медведь – большой, косолапый медлительный, слегка глупый, но опасный и важный страж леса. Повелитель деревьев и их же защитник. Обычно если Беатрисс и Алекс идут на гору вместе это означает, что их отправили за грибами или ягодами, иногда за шишками для варенья и всегда, когда они вместе, они найдут себе приключений. А чаше всего Беатрисс и Алекс хотели просто прогуляться, уйти от всех переживаний и горестей, от мелких проблем, а их у подростка немало. В этот раз их послали, что бы они проверили самочувствие бабушки. Эта прабабушка жила на самом верху горы. Она, как и Беатрисс любила горы. Из-за любви к горам, она бросила свою единственную любовь и забрала дочь с собой и ушла подальше в горы. Никто не знает, что же её с подвигло уйти в горы. Никто не знает правды, но много слухов было слышно с этой истории. Прошло время, утекла вода и все забыли эту историю, так и не узнав правды. Беатрисс назначила время похода и место. Место встречи было возле давно заброшенного дома, разрисованные, старые и потёртые ставни с разбитыми, и лопнувшими стёклами вываливались. Сам дом был покосившийся и полностью оставленный на съеденье времени и природе. Но на удивление внутри дома оставалась нетронутая атмосфера старины, теплоты и уюта. Относительная чистота, украшенная пылью и паутинками, создавала свой шарм. Ночью это был дом владыки этих земель, леса и гор, Лешего. Когда он ночевал в этом домике на окраине деревушки, дом оживал. Он заливался сказочным светом, ставни и стёкла снова становились новыми, да и весь дом не казался таким покосившемся. По ночам Леший любил разглагольствовать, рассказывать странные и увлекательные рассказы, петь песни, которые никто и никогда не слыхивал. Каждая мелодия была настолько разной и неузнаваемой, что нельзя было понять - этот звук издаёт человек или невиданный зверь. Днём всё возвращалось на круги своя. Беатрисс и Алекс частенько проводили там дни, время там шло по-другому, как бы странно это не было. То оно пролетала как перелётная птица, то неумолимо замедляло своё течение. Беатрисс не пришлось долго ждать Алекса. В далеке показалась до боли знакомая фигура, длинное тело и худые ноги, чуть-чуть подпрыгивающая походка, каштановые волосы, серые и прозрачные газа, как зеркало и улыбка, которая была настолько красива и заразительна, что любой человек, который бы увидел, тоже бы заулыбался… Это был Алекс. Начало путешествия началось с дружеского приветствия, дружеское приветствие они придумали в раннем детстве. По пути они рассказывали смешные истории, смеялись, шутили и многое другое. Каждая история Беатрисс была интересней другой. По пути им встретился кот. У него была красивая и шёлковая серебристая шёрстка с тёмными линиями, расходящимися от позвоночника. Длинные заострённые уши с маленькими кисточками, длинные усы и большие умные глаза, выдающие, что это точно не его первая жизнь из девяти, скорей всего кот был стар, проживая его последнюю жизнь. Он аккуратно переступал с лапы на другую, изящно выгибая свой длинный и пушистый хвост. Он медленно обошёл ноги путников, остановившихся полюбоваться истинной красотой лесного жителя. После несколько заворожённых взглядов и восхищения, Беатрисс поняла, что этот кот не даст себя погладить, поэтому они пошли дальше, а кот проводил их взглядом, как бы провожая их и благодаря за все сделанные ему комплементы. Трисс- так сокращённо называл её Алекс, попросила пройтись до их укромного места. Это место было как убежище, маленькая потайная полянка. Трисс любила эту поляну за то, что она резко обрывалась, превращаясь в сколу. Обычно Алекс и Трисс туда ходили для то, чтобы полюбоваться закатом или звёздами. С этой скалы казалось, как будто весь мир остановился, и ты можешь дотронуться кончиками пальцев до заката, но закат вечно ускользал, будто хотел остаться не прикосновенным, не тронутым, не винным. Они садились на край поляны, свешивая ноги. Трисс не когда не боялась упасть с этого обрыва, она как будто доверяла горам, а горы доверяли ей. А вот Алекс иногда побаивался. В этот раз они сели без разговоров, и полная тишина иногда оглушала, но их всё же доставал лесной гомон. Эту тишину с лесными мелодиями прервала Трисс… -Алекс? -Да? -Ты боишься… смерти? Этот вопрос застал врасплох Алекса. Он посмотрел удивлёнными глазами на Трисс. Он ожидал всё что угодно, но не такой вопрос. Этот вопрос заставил его задуматься, но зная Беатрисс он подумал, что это шуточный вопрос, ведь Трисс не любила говорить о смерти. Когда Трисс спрашивали о смерти она отвечала- «Сейчас не время думать о смерти, лучше её не трогать, и она не тронет тебя». Поэтому Алекс улыбнулся, сказав слова Трисс. Она же в свою очередь улыбнулась и в ответ снова их повторила, отправляя их на вечные скитания по игривому ветру - И то верно, давай пойдём, а то мама сердится будит опять, с широкой улыбкой сказала Беатрисс. Она встала и отряхнулась, подовая руку Алексу. Он с радостью схватил руку помощи и сказал: «Не думай об этом, ещё не время». Трисс улыбнулась ему, ничего не дав в ответ. Что-то капнуло Алексу на голову, это был дождь. Дождь шел размерено и мягко, как будто хотел показать каждую капельку воды. Даже когда Трисс закрывала глаза она видела весь лес, со всех сторон. Шум деревьев, травы во время мелкого дождя, маленькие порывы ветра, всё это создавало отдельную картину всего, что было вокруг. Это создавало не только картину, а отдельный маленький мирок. Мирок где каждый шорох имел своё значение, а если не значение, то ноту, и все ноты вливались в друг друга, создавая свою песню или мелодию. Мысли Беатрисс прервал голос Алекса -Трисс, почему тебе нравятся горы? Тебе не страшно? С этим вопросом Алекс внимательно посмотрел на Трисс, выжидая ответ. - Интересный вопрос, задумчиво посмотрев вниз, сказала Трисс. В раннем детстве я с мамой и бабушкой жила на вершине горы. И мы часто ходили по этому месту, эта гора стала частью моей семьи, она связана с моим прошлым и настоящим, и я надеюсь с будущим. У меня много воспоминаний с этой горой. Мы с мамой бродили и исследовали новые, ещё не открытые места в лесу на горе, и они становились отдельными воспоминаниями, мы подходили к обрывам и наблюдали за деревнями или закатами, за людьми, и природой. Мне нравилась тихая, счастливая и размеренная жизнь с мамой на вершине горы. Мне нравилось, как солнце грело меня и в сердце появлялось чувство тепла, которое грело меня изнутри. И это чувство не повторимо, его не опишешь словами, это было чувство дарящее счастье, оно заполняло меня от кончиков волос до пальцев ног, оно трепетало внутри меня. А самые драгоценные чувства были, тогда, когда ты ложишься в мягкую траву и она изредка щекочет твоё лицо и ты чувствуешь все запахи трав и цветов, а напротив лежит твой любимый и родной тебе человек, который тебя всегда поддержит, и развеселит. И когда вы смотрите в небо и смеётесь, и в то же время ваша фантазия дорисовывает разных милых существ. Или же вы говорите под лазурным небом о времени, о прошлом и будущем, или совмещаете эти два занятия. Все моменты моей жизни и не только связаны с этой горой, которая заботится о тебе даже когда ты этого не замечаешь или не хочешь этого замечать. А иногда мы с мамой ходили в глубь леса на горе и ели которые там росли были как древесные великаны, которые держали небо на своих широких и могучих ветвях, а сами великаны охраняли всю гору и по сей день её охраняют. - У тебя многое связывает с этим местом, как раз я и встретил тебя на этой горе. Ну вот мы и пришли, сказал с широкой и невинной улыбкой Алекс. Заходя домой к прабабушке, Алекс открыл дверь Трисс, что давало ей повод на маленький смешок, что и сделала она. В доме бабушки, Трисс всё напоминало о жизни на горе. Большие окна и стеклянные двери, что вели на улицу, показывая прекрасные виды леса, все ковры и мебель, пахнущие деревом. Стены, которые отдалённо напоминали запах мёда, и вечный благоухающий запах печёных пирогов с яблоком и корицей, сушёные травы с цветами и шишки, разбросанные белкой, что спокойно лежала на книгах… Всё, всё напоминало ей о жизни на горе, все воспоминания, пережитые на ней. Когда они зашли Трисс кокетливо поздоровалась с бабушкой и плюхнулась в её любимое кресло-качалку, укрытое тёплым серым пледом, которое стояло возле самого большого окна. Через это окно было видно все, видно было даже начало деревни откуда пришли Алекс и Трисс. Алекс не решался садится без разрешения, ему было чуть-чуть не удобно в этом доме, он слишком смущался. С этим домом на вершине у Трисс было много воспоминаний и тревог, здесь умер её отец. Он умер практически после рождения Трисс, поэтому Трисс не помнит своего отца, но по рассказам он очень любил её и маму Трисс. Его все описывали как мечтательного и доброго волшебника, которой мог подарить звезду с неба, а если день был грустным, он добавлял красок и не давал сойти улыбки с лица. Из кухни вышла бабушка, её смех и улыбка наполнили весь дом ещё большим светом и теплом. Она выглядела как ангел на пенсии. Её звали Триша, это была бабушка ростом около 150~160см, у неё были кудрявые рыжие, но уже уходящие в седину волосы. А лицо было в маленьких и милых морщинках. Её голубые глаза так же блестели, как и у Трисс. У Триши была запоминающаяся улыбка. Трисс быстро приободрилась и начала расспрашивать у прабабушки как её самочувствие и как у неё дела, не соскучилась она ли по маме. -Всё хорошо, живу я тоже хорошо, по маме скучаю и по тебе тоже. А что этот молодой человек не садится, сейчас чай будим пить, я испекла яблочный пирог с корицей, сказала Триша, специально сделав акцент на Алексе. - Ты Алекса только ещё больше за смущала бабуль. - Ну да ладно. Лучше расскажи, как жизнь молодая, как растёшь, как учишься, вы же с этим молодым человеком не только дружите? Потом же Трисс, Алекс и Прапра просто разговаривали. В доме царила атмосфера уюта и спокойствия. Иногда казалось, что этот разговор продлился бы всю вечность, у Триши и Трисс всё не кончались идеи для разговора, а Алекс с интересом слушал о приключениях Трисс и её мамы, но их перебили часы с кукушкой, которые пробили восьмой час. В начале лета и осенью это время было сказочным. В это время наступал закат, алый, такой алый чуть ли не обжигающий все тело. Когда они вышли посмотреть на закат-руки, ноги, шею ласкал мягкий ветер, а тепло обнимало голову. Теплый, всё ещё раскалённый, знойный воздух смешивался со струйками вечерней прохлады. Так спокойно становилось на душе. Возвращаться в деревню, ребятам пришлось в ночь. Ночь была не тёмной и не светлой, она была свежа и каждый раз заново рождающееся отовсюду прохлада, которая отдаёт тебе запах росы и зелени, а небеса словно свобода необъятного и волшебного мира, всё в голубых лунных сумерках, и бежит в темную мглу пространство, схватывая все твои мысли, и теряешься ты в далёком лунном мире, за границей мирозданья. По дороге домой Трисс всё думала о отце, она задавалась вопрос- как же это иметь отца? Что было бы если бы отец не умер? Она представляла, как они с мамой и отцом живут на горе, размеренной, весёлой и тихой жизнью. Она представляла, как Трисс с папой бродят по лесу, играют, любуются звёздным небом и как мама снова бы на них ругалась, когда они приходили слишком поздно вечером или запачкали только отстиранную одежду. Это казалось таким далёким, чуть ли не сказочным, придуманным, хотя так и было. Пока Трисс и Алекс шли дамой, Трисс очень замёрзла, но она не подавала виду, как бы показывала, что ей всё не почём ни жора, ни холод. Но чих, которого она не ожидала её выдал. От Алекса послышался милый и короткий смешок, он быстро снял с себя толстовку и не спеша накинул на Трисс. У Трисс покраснели щёки и что бы этого не видел Алекс она отвернулась и чуть-чуть заикающимся голосом сказала: «С-Спасибо». Алекс, что-то прокрутив у себя в голове, широко улыбнулся смотря на Беатрисс, на его щеке появился мягкий, незаметный румянец. Когда Алекс и Трисс пришли, на них ругалась мама Трисс, её звали Шарлотта. Особенно она ругалась на Трисс: -Как же ты меня достала, постоянно опаздываешь… Почему ты не можешь быть как все нормальные дети? Ты моя маленькая свинка, нет ты неблагодарная дрянь! Да как ты посмела?! Отвечай! А после ты больше не выйдешь, пока не поймёшь! Пошла вон от сюда, тварь!" - Мам… -Закрой рот, отродье! Ты никто! Кто разрешил тебе отвечать!? У тебя нет права голоса! Правильно говорили мои друзья, лучше бы я тебя не рожала! Я тебя родила только из-за твоего отца, но и тот скоро умер, меня оставили одну, только из-за тебя! Это всё из-за тебя! Надо было сдать тебя в детский дом, когда ты родилась! Трисс сжалась от невыносимой боли, которая раздавалась прямо из самых глубин её души. Эта боль была настолько невыносимой, она резала её изнутри. Ей была так больно...Она попыталась закричать во весь голос, словно требуя что-то от всего мира, который смотрел на неё свысока, с призрением и отвращением. Но места крика послышался тихий писк, её голос дрогнул. Её глаза накатились слезами, по щеке пробежала слеза. Слеза была одна, но она передавала всю боль, всё отчаяние, она передала все эмоции, которые почувствовала Беатрисс… Беатрисс как будто кольнуло, и она тихим шагом пошла домой… Она сидела в кресле в своей комнате, кутаясь в тёплую шаль, которую подарил ей отец на расставание, ведь уже тогда он понимал, что ему не суждено прожить подольше со своей дочерью. Она не слушала музыку, не смотрела новости на запылившемся телевизоре, не смотрела старые фильмы, просто сидела и смотрела на чёрно-белую фотографию, нижний угол которой был перетянут чёрной лентой. На той фотографии был изображён отец Беатрис… Шарлота тихо подошла к комнате Трисс, постучав она зашла. -Дорогая ты же понимаешь, что я не специально, сегодня годовщина с смерти папы, помнишь? Я сегодня совсем не своя. Прости… - Ничего, мне сегодня надо было раньше уйти с горы, извини… Трисс делала вид, что она больше не обижается на маму, но её сердце скрежетало от боли… - Тебе спеть колыбельную? - Мама мне 15, может хватит со мною нянчатся как с ребёнком малым? - Ну ладно тебе… С грустным лицом сказала мама Трисс - Ну ладно и это последний раз. Хорошо? Трисс это сказать с ломанной улыбкой, сквозь боль. - Хорошо! Чуть ли не с детским визгом от восторга ответила мама Трисс - Я тебя люблю, сказала мама Трисс, целуя её в лобик *** - Ночь укрылась черным пледом, Согреваясь в свете звезд, И сплетает быль и небыль Из страны волшебных грез. Ночь показывает сказки И легенды старины: Непослушным – в серых красках, Милым – розовые сны. Закрывай мой ангел глазки. Верь, когда- нибудь из сказки На окраине горы, на вершине самой Рыжая лисица Повезет тебя к мечте – К ясной утренней звезде . *** - И я тебя люблю мама...