Право на счастье

      Джинни поняла, что проиграет в этой битве еще до того, как приняла окончательное решение. Она погружалась с головой в работу, но не переставала думать о Малфое, даже когда валилась с ног от усталости. Наверное потому, что в последнее время после расставания с Гарри, Джинни провела в работе, семейных проблемах и серых буднях. Малфой вырвал ее из этой рутины, показал яркость жизни, разнообразие красок. Показал, как может быть хорошо и весело, как может быть по-другому…       Те несколько минут, что она лежала с закрытыми глазами, прежде чем провалиться в тяжелый сон, окунали ее в воспоминания о его руках, неповторимых серых глазах цвета штормового неба, и Джинни почти слышала в гулкой тишине комнаты его саркастический голос, тянущий это глупое прозвище «Рыжая».       На нее слишком много навалилось в последнее время. Дома каждый вечер встречала угнетающая обстановка: Роза оказалась «очень тяжелым ребенком», как недовольно поговаривала миссис Уизли. Она капризничала и не давала покоя Лаванде, Рон раздражался, потому что все это мешало ему работать, он и Лаванда ругались без видимых причин, не обращая внимания на то, что их слышит весь дом. Мама вечно суетилась по пустякам и делала вид, что все нормально. Жалея Лаванду, Джинни всячески старалась ей помочь, хотя и сама валилась с ног от усталости. На работе, после того инцидента с Гермионой, когда Джинни ослушалась Сметвика, приходилось выдерживать косые взгляды и тихие шепотки за спиной. Грейнджер тоже заставляла переживать — она совсем впала в отчаяние из-за Снейпа, и Джинни хотела бы что-то сделать для нее, но помочь могло в этой ситуации только одно. Проблемы обступали, наваливаясь разом, и она не хотела признаться даже самой себе, что не выдерживает.       Порой она выходила из торгового центра, в котором располагалась больница Св. Мунго, и просто брела в никуда по улицам, заполненным вечно спешащими людьми. Чаще всего она останавливалась только тогда, когда промерзала до костей и еле чувствовала пальцы на ногах.       А третьего мая во всех газетах напечатали о помолвке Драко Малфоя и Астории Гринграсс и Гарри Поттера и Луны Лавгуд. Джинни держала газету и смеялась до слез. Она едва отдежурила ту смену, чувствуя странное опустошение и желание скрыться подальше от пронизывающих и оценивающих глаз коллег. Они следили за ее реакцией на помолвку Поттера. Конечно, она порадовалась за Гарри, потому что действительно разлюбила его, она не врала ему в тот момент, в доме Гермионы. Но все же не смогла справиться с неприятным чувством внутри, которое всколыхнула эта новость. Просто потому, что неприятно быть «не той» для человека.       А Малфой… Малфой предупреждал. Вечером, после работы, она вышла на улицу, прямо под мелко моросящий майский дождь, и долго бродила по ночному городу, пока не промокла до нитки. Джинни сама не поняла, как завернула в один из темных проулков опустевшей улочки и трансгрессировала… Прямо в его квартиру.       Оглушительная тишина встретила ее, и ничто не указывало на присутствие хозяина. Уизли не смела сойти с ковра, просто устало опустилась на него и, подтянув колени к груди, уткнулась в них и замерла.       Джинни промокла от дождя, но не спешила сушить себя, просто сидела, уткнувшись в колени и замерев в этом моменте. Все мысли растворились в пустоте и тишине, оставив только чувства — обнаженные и совершенно беззащитные.       Она бы так хотела его увидеть. Прямо сейчас. Уткнуться в его грудь и слушать биение сердца. Джинни покачала головой, презирая себя за эти мысли. Он ведь только вчера обручился, у него определенно есть чем заняться сейчас.       Ему не до тебя, Уизли.       Это немного отрезвило ее. Джинни встала, разминая затекшие конечности и высушила себя, после чего небрежно накинула косметические чары, чтобы не были видны ее раскрасневшиеся от нервов щеки и, глубоко вздохнув, трансгрессировала к воротам Норы.       С тех пор это стало ритуалом — в самые сложные периоды жизни, когда у нее уже не было сил бороться с обстоятельствами и обступающими проблемами, она возвращалась в квартиру Драко и сидела там, как изваяние, на чертовом белоснежном ковре. Его никогда не было дома. Иногда Джинни думала о том, что он специально теперь избегает ее, жалея, что предложил ей защиту этого дома. Но почему тогда не закроет этот чертов ковер от нее?       Джинни и не подозревала, что каждый раз, когда она трансгрессировала в его квартиру, Драко в Малфой-мэноре не мог найти себе места, зная, что она пришла. Он уходил в свой кабинет и заставлял себя оставаться там, сжимая в руках бокал с огневиски. Пил и боролся с собой каждую секунду, пытаясь думать о будущей жене, а не о девушке, с которой провел Рождество. Тщетно, конечно.       Он сам предложил ей этот вариант. В тот момент, скорее, ради нее. Драко видел, что девчонке нужно пространство, где она могла бы побыть одна, спрятавшись от своей идиотской семьи и от мира. Но в тоже время, каким бы он был слизеринцем, если бы не оставил лазейку и для себя? Ведь он мог увидеть ее, если захочет.       И он хотел. Но Астория не заслуживала такого. Она ни в чем не виновата. Его милая, вечно улыбающаяся будущая жена, которая старалась быть хорошей слишком сильно. Он старался оценить это, но вместо нежных чувств испытывал лишь раздражение. Закрывая глаза, Малфой пытался увидеть белокурые локоны Гринграсс, светлые глаза и белоснежную кожу, но видел лишь солнце и плечи в веснушках.       И каждый раз, когда его терпение было на исходе, и Малфой допивал бутылку огневиски, готовый отправиться в свою лондонскую квартиру, Джинни уходила.       Так продолжалось на протяжении нескольких месяцев, каждый раз один и тот же ритуал. Но однажды она не ушла спустя обычное время. Это было странно. Возможно, ей нужна была помощь, и тогда он определенно не мог ее оставить одну. Драко хотелось думать, что это не слабость, а простое беспокойство.       С этими мыслями он отставил бокал и решительно потянулся к палочке.

* * *

      26 ноября, 2004 года.       Джинни понимала, что пришло время уходить. Обычные полтора часа, что она позволяла себе провести в его квартире, подходили к концу, но Уизли была не в силах поднять себя с ковра. Голова кружилась. Сегодня Розе исполнился годик. Ее семья закатила пиршество, и Джинни выпила немного больше, чем планировала. И вдруг захотелось быть подальше от них. От вечно деловой суетящейся мамы, которая лезет с бесконечными наставлениями, от тупившего взгляд отца, уставшего от указаний, что ему делать, раздраженного Рона, вымотанной Лаванды, недовольной Флер. Джинни даже не собиралась приходить к Драко, ей просто нужно было сделать передышку. Подышать свежим воздухом на улице. Она быстро накинула пальто, вышла за ворота и снова оказалась в его квартире.       Ты жалкая, Джинни… Жалкая.       — Ты что, пьяная, Уизли? — раздался откуда-то сверху насмешливый голос Драко-чертового-Малфоя.       Она перевернулась на спину и, откинув волосы с лица, взглянула на возвышающегося над ней парня.       — Что ты здесь делаешь? — немного растягивая слова, спросила Джинни, и Драко усмехнулся.       — Смотрю, как ты валяешься на моем ковре, Рыжая, — он нагнулся и, схватив ее за лацканы пальто, резко поднял вверх, как тряпичную куклу. Перехватил Джинни, прижав к себе, и взглянул в светло-карие глаза, искрящиеся слезами. — Ныть тут задумала?       — Нет, — Джинни попыталась опустить голову, чтобы не пялиться на него так жадно, но пальцы Драко захватили ее подбородок, фиксируя лицо и заставляя смотреть прямо в глаза. Тело отозвалось моментально, и Джинни лишь теснее прижалась к нему, направляемая его рукой на пояснице. — Я случайно здесь оказалась.       Он приблизил свое лицо к ней и прошептал:       — Лгунья.       Джинни раздраженно поджала губы, глядя на него.       — Зачем ты пришел…       — Ну, это же мой дом, — кривая улыбка исказила его лицо, пока он рассматривал ее. Прозрачные веснушки, острый носик, красивый изгиб губ.       Святая Моргана, до чего она была хороша… Как всегда.       Джинни не стала бросать ему, что он не появлялся в своем доме все те разы, что она приходила к нему. Это сказало бы ему о ней слишком много. Например, что она ждала его. Каждый чертов раз. Неожиданно она рассмеялась, почти повиснув в его руках. Она смеялась немного нервно, но искренне, а Малфой смотрел на нее сверху вниз, скользя взглядом по знакомым и одновременно чужим чертам. Они ведь почти незнакомцы, которые разом сошли с ума. В один момент, ощутив то, чего ни с кем другим не испытывали ни разу. Разве так бывает?       Уизли, что ты творишь со мной?       Драко медленно наклонил голову, скользя пальцами с подбородка девушки по щеке и зарываясь в волосы. Осторожно коснулся ее мягких губ легким поцелуем, пробуя ее на вкус. Смех мгновенно стих, и Джинни испуганно посмотрела на него, широко раскрыв глаза. Время успело отмерить пару тяжелых ударов сердца, прежде чем она со стоном подалась вперед, тут же вовлекая его в страстный, голодный поцелуй. Ее руки ласково погладили мышцы на его груди и скользнули вверх, обнимая за шею, чтобы притянуть еще ближе к себе. Он чувствовал вкус алкоголя и понимал, что поступает нечестно, но не мог заставить себя остановиться. Пришла сюда — значит знала, чем все это может закончиться. Каждый чертов раз знала. Он не благородный гриффиндорец.       Пальто тут же упало к их ногам, потому что мешало дотронуться до нее как следует, почувствовать тепло ее тела, мягкую кожу. Они наконец-то смогли выпустить наружу свои эмоции, которые сдерживали столько месяцев. В ее поцелуях было так много о том, как она нуждалась в нем. Драко впитывал ее эмоции, пропускал через себя. Пока Малфой целовал ее, грубо раздвигая губы языком и вторгаясь глубоко внутрь, его руки методично избавляли ее от одежды.       Джинни задыхалась от нахлынувших чувств, когда его язык исследовал ее рот, когда он наклонял голову, чтобы заполучить как можно больше. И она готова была дать ему что угодно, лишь бы этот пьянящий поцелуй не кончался. И как назло, едва эта мысль проскользнула в ее голове, Драко оторвался от нее, но лишь затем, чтобы скользнуть губами по шее, одной рукой обхватив ее и упираясь пальцем в подбородок, чтобы она не опускала голову. Жилка под пальцами на шее билась так бешено, Джинни судорожно сглатывала, бродя руками по его телу, пока он оставлял свои следы на ее бледной коже, кусая ее и целуя.       Она была так же оглушена этими чувствами, как и он сам, этой сметающей все моральные устои потребностью чувствовать ее губы, дыхание, тихие стоны…       Не прекращая целовать Джинни, Драко подхватил ее на руки и отнес к ближайшему столу, скинул оттуда бумаги, чернильницу и прочие атрибуты, не обращая внимания на звон бьющегося стекла. Чуть дернул на себя ее бедра, придвигая ближе, и Уизли тут же обхватила его ногами, чтобы еще плотнее прижаться к нему бедрами. Тут же накрыл ее, вжимая своим телом в стол.       — Драко…       Он лизнул ее губы, спустился ниже, обхватив грудь и с наслаждением сжав ее в руках, пока его язык скользил по ее коже, оставляя влажный след. Ее горячий шепот обжигал его кожу. Она как заведенная повторяла его имя, между поцелуями и стонами. Драко отстранился, проводя по ее телу ладонями и с удовольствием отмечая, как она выгибается следом. Положил руку на ее дрожащий живот и посмотрел прямо в глаза.       — Скучала по мне? — с усмешкой спросил Малфой и выглядел в этот момент таким самодовольным, что Джинни захотелось огреть его чем-нибудь.       — Скучала по твоему члену, — огрызнулась она и попыталась привстать, чтобы вернуть себе контроль, но Драко не позволил, скользнув рукой с живота по груди к шее и сжав ее, пригвождая к месту. Он чуть покачал головой, криво усмехаясь и медленно, не разрывая зрительного контакта, провел руками по бедрам, чуть сжимая их, и остановился, оскалившись, когда она двинула бедрами.       Малфой подцепил белье пальцами, стягивая его и наблюдая за легким и частым дыханием девушки. Отбросил в сторону и медленно провел пальцами по внутренней стороне бедра, наслаждаясь открывшимся видом. Она хотела его. Была влажная и горячая и Драко помнил, каково это — быть внутри нее. Это сводило с ума и кружило голову, хотелось отбросить в сторону все прелюдии и прямо сейчас взять эту ведьму так, чтобы она кричала. Но он хотел насладиться ее агонией, хотел, чтобы она просила. Хотел получить подтверждение, что она нуждалась в нем так же сильно. Неторопливо и дразняще, он гладил ее бедра и живот кончиками пальцев, обходя стороной самые чувствительные места и наблюдая, как все ее тело напрягалось, когда она ожидала его прикосновения.       — Малфой…. — это прозвучало почти жалобно, так, как ему и было нужно. Улыбнувшись, он медленно опустился на колени, слегка надавливая на внутреннюю сторону бедер и раскрывая ее еще больше для себя. Нежно прикоснулся пальцами к влагалищу, проводя вверх по складочкам и размазывая влагу. Джинни тихо застонала, а когда он, подавшись вперед, легко коснулся клитора языком, начав неторопливо обводить его по кругу, услышал прерывистый вздох. Она задержала на миг дыхание, а потом резко выдохнула, зарываясь пальцами в его волосы. Малфою нравилась реакция Джинни, то, как она начала тихо постанывать, усиливая хватку на его волосах, пытаясь контролировать его движения. Драко ловил неимоверное удовольствие от сознания, что она наблюдает за ним. А Джинни не могла оторвать от него взгляда, пока он творил своим языком что-то невероятное. Он обводил клитор, посасывал его, спускался ниже, углубляя поцелуй и проникая языком внутрь. Не сдерживаясь, она захлебывалась этими ощущениями и страстными возгласами.       Внизу живота разгоряченным желанием росло напряжение, и Джинни неосознанно двигала бедрами навстречу его языку, откинув голову и отдавшись на волю приближающемуся оргазму… Но внезапно Драко остановился.       — Нет-нет, прошу… — зашептала Джинни, как в бреду, — еще немного, Драко…       Он накрыл ее губы своими, снова целуя жадно и горячо. Ощущения от ее вкуса на его губах были непередаваемыми. Уизли прижала его к себе, страстно отвечая на поцелуй. Он чувствовал, как дрожит ее тело от напряжения и желания. Хотелось жестко трахнуть ее прямо сейчас, на этом столе, но Малфой решил, что не будет спешить. Он ждал слишком долго. Он слегка толкнул ее, снова заставляя лечь на стол спиной и задрал тонкую ткань майки, обнажая грудь. Склонился и захватил сосок губами, слегка посасывая его и чуть прикусывая, пока второй рукой сжал другую грудь, обводя сосок большим пальцем. Джинни захныкала и выгнулась ему навстречу, но Малфой отстранился, и ей не удалось его коснуться так, как она хотела: всем телом.       — Так ты скучала по мне, Уизли? — спросил Драко, тяжело дыша, но с надменной усмешкой глядя на девушку перед ним. Она облизала губы, глядя на него потемневшим, горящим от желания взглядом.       — Скучала…       Кривая ухмылка пересекла его губы, когда он чуть откинул голову назад, глядя на нее из-под полуопущенных ресниц.       — И что ты делала, когда скучала?       Джинни чуть наклонила голову набок, прищурившись и изучающе уставившись на него, не в силах поверить, что он собирается ее дразнить таким способом.       — Малфой…       — Уизли, — вторил он ей, с ехидной улыбкой. А потом облизал нижнюю губу, привлекая ее внимание и повторил вопрос: — Что ты делала?       Его руки легко поглаживали ее бедра кончиками пальцев, пока он изучал ее своими темными от желания глазами. Чувствуя, как жар подбирается к лицу, Джинни откинула голову и закрыла глаза. Он хочет знать, что она делала? Девушка медленно выдохнула. Ее рука с живота медленно скользнула вниз, и она накрыла клитор пальцами. Напряженное тело тут же отозвалось удовольствием, пронзившем внутренности, и она тихо застонала. Джинни услышала его судорожный выдох. Она знала, что он наблюдает за ней, пристально, как всегда. И хоть она чувствовала себя немного скованно, когда он изучал ее в данный момент, но его тяжелое дыхание придало ей немного решимости и Джинни чуть более смело начала ласкать себя.       — Смотри на меня, — хрипло приказал он, чуть сжав ее бедро пальцами, и Джинни подчинилась. Она открыла глаза и это было гораздо лучше, чем представлять его в своей голове, занимаясь подобным. Его пальцы все еще впивались в ее кожу, грозя оставить синяки, пока он наблюдал за ней. Серые радужки пронзали ее, точно так же, как и волны удовольствия, расползающиеся внизу живота. Но стоило ему заметить, что она снова близка к финалу, он захватил ее руки и поднял над головой, оказавшись к ней лицом к лицу.       — Моя малышка, — прошептал он ей в рот, склоняясь к ней и проводя языком по её губам. Джинни застонала, подаваясь вперед. Он позволит ей сегодня кончить или нет?       — Драко… — она попыталась вырвать руки, чтобы обнять его и заставить прижаться теснее, но он не позволил. — Ну хватит, пожалуйста…       Малфою безумно нравилось дразнить ее, но он и сам нуждался в ней ничуть не меньше, и был на грани. Одной рукой он спустился вниз, послышался звук брякнувшей пряжки ремня и расстегивающейся ширинки, зашуршала ткань спускающихся джинсов и белья. Мгновение, и он медленно толкнулся в нее, влажную и горячую. Оба замерли, выдыхая от переполняющих чувств. Это было похоже на блаженство.       — Мелкая, как я скучал… блядь…       — Двигайся, черт тебя подери, Малфой….       Драко старался не спешить, но возбуждение достигло своего предела, и он быстро нашел ритмичный, жесткий темп, с силой вбиваясь в нее, и с удовольствием обнаружил, что Джинни подмахивает бедрами навстречу, подстраиваясь по него. Она стонала, сжимая края столешницы до побелевших костяшек. Ее дыхание сбивалось, она хмурила брови и закидывала голову назад. Малфой не мог отвести от нее взгляда, наблюдая за тем, как испарина покрывает ее тело и за реакциями на темп, угол проникновения, старался уловить малейшие изменения в мимике, в том, как она закусывала губы и стонала. Он дернул ее на себя, заставляя подняться, и прижал к себе, жестко впиваясь в ее губы. Драко ускорялся, вбиваясь в нее сильно, глубоко и резко, ловил губами ее иступленные крики.       Рычание вырвалось из его груди, когда он почувствовал, как мышцы влагалища сокращаются, теснее обхватывая его член. Джинни задрожала, вдыхая часто и прерывисто, пока не закричала, выгнувшись ему навстречу. Он удерживал ее бедра, продолжая фрикции, но надолго его не хватило, и он кончил, притягиваемый ее руками к себе. Она обессилено откинулась назад на стол, и Драко положил голову ей на грудь, восстанавливая дыхание и слушая, как бешено стучит ее сердце. Он был уверен, что его сердечный ритм точно такой же. Малфой закрыл глаза, чувствуя, как она зарывается в его волосы пальцами и перебирает платиновые пряди. Рыжая ведьма свела его с ума, заставляя вечно думать о себе. Хотеть ее. Сейчас ему было невероятно уютно с ней. Даже на этом жестком столе.       — Прости, — услышал Драко голос Уизли и поднял голову, держась над ее телом на локтях.       — За что? — спросил он серьезно, без привычной насмешки, глядя в ее удивительные светло-карие глаза, словно подсвеченные изнутри.       — За то, что не сдержалась и пришла…       Драко ненадолго завис, ощущая, как волшебство между ними тает, и возвращается неприятное напряжение. Никто из них не хотел говорить сейчас об этом. Малфой фыркнул, не желая дальше развивать эту тему. Это было опасно.       — Брось, Уизли… это всего лишь секс…       Она подняла голову, вглядываясь в лицо долго и напряженно.       — Просто секс? — уточнила Джинни, прищурившись.       — Именно. Мы же с самого начала договорились…       И правда договорились.       Джинни снова откинулась на стол, уставившись в красивый резной потолок. Просто секс. Звучало достаточно безопасно. Может, пока он не женился, нет ничего такого в том, что они делают это. Если не придавать тому, что происходит, такого большого значения, то почему бы не развлечься, просто пока он еще свободен. Ну, почти свободен. Джинни коротко улыбнулась, заключив сделку с совестью, и дернула бедрами, заставляя его чуть отстраниться.       — Уже уходишь? — спросил Малфой, выпрямляясь и натягивая белье и джинсы.       — Да, мне пора, — не глядя на него, сказала Джинни, осторожно слезая со стола. Она получила парочку хороших ушибов об него, поэтому некоторые места болели. Уизли нашла свою одежду и принялась быстро одеваться, не глядя на Драко.       — Тебя еще восемь месяцев ждать придется? — как бы между прочим поинтересовался Малфой, подходя к бару и наливая себе в бокал бурбон.       Джинни, стоя спиной к нему, усмехнулась. Считал, паразит. Она обернулась, натягивая свитер.       — Когда у тебя свадьба? — она придала лицу совершенно бесстрастное выражение.       Малфой выжидательно смотрел на девушку, что так хладнокровно интересовалась такими вещами.       — В июне, — медленно ответил он, наблюдая, как она кивает и натягивает пальто. Выправив волосы, она достала палочку. Он не мог отпустить ее просто так, не зная, чего ждать. — Уизли…       Она вскинула голову, решительно глядя на него.       — Я приду на выходных. В субботу.       Джинни прошла на ковер и, чуть улыбнувшись ему, трансгрессировала, оставив Драко опешив стоять и смотреть в пустоту.

* * *

      — Милый, Блейз и Дафна приглашают нас в гости, — сообщила Астория, отложив прибор, и подняла голову, чтобы оценить реакцию Малфоя.       Тот постарался придать лицу бесстрастное выражение.       — Ты уже помирилась с сестрой? — вскидывая бровь, с легкой усмешкой спросил он и увидел, как мать бросила на него укоризненный взгляд.      Отношения сестер, мягко говоря, были натянутыми, в основном из-за мерзкого характера Дафны, которая считала Асторию слишком бесхребетной и вечно пыталась научить жизни. Драко едва сдержал улыбку, отводя взгляд от Нарциссы, и внимательнее посмотрел на Асторию. — Когда?       — В эти выходные, — с готовностью ответила Астория, и ее глаза заблестели от предвкушения. — Они предлагают нам поехать с ними в Италию. У Блейза там дела, но мы могли бы приятно провести время…       — Нет, — отрезал Драко чуть резче, чем ему бы хотелось. Он едва не выругался, когда Астория замолкла, растерянно открыв рот, а Нарцисса слегка наклонила голову, впиваясь своими проницательными глазами в его лицо. Драко вздохнул и пояснил уже мягче: — У меня тоже дела, которые требуют присутствия в Англии.       — О, — протянула Гринграсс, опуская голову, — я просто подумала, что ты такой напряженный в последнее время, и тебе не мешало бы отдохнуть, а я никогда не была в Италии…       — В другой раз, — спокойно, но настойчиво перебил ее Драко, не желая слушать, как она продолжает свои сетования. Он вернулся к завтраку, но вдруг снова посмотрел на Асторию. — В чем проблема поехать одной?       Она вскинула голову, чуть нахмурив брови.       — Это ведь очевидно, разве не так, Драко?       — Мы не женаты пока еще, — скривился он, но Астория упрямо покачала головой.       — И тем не менее, я хотела бы побывать в Италии с тобой…       — Хорошо, — равнодушно пожав плечами, согласился он, не желая спорить дальше, — но придется подождать.       Драко отложил прибор и, пожелав обеим дамам хорошего дня, прошел в кабинет. Его бесила просьба матери о совместных завтраках, которые, по ее мнению, помогали лучше узнать друг друга, потому что чаще всего Нарцисса придумывала им занятия на двоих после завтрака, и, когда у Драко не было дел, он вынужден был развлекать Асторию. Иногда ему даже нравилось, но чаще всего влюбленные глаза Гринграсс и ее же чрезмерный энтузиазм, — только раздражали.       Откинув мысли о будущей жене, он углубился в бумаги, хмурясь и отвечая на бесконечные запросы и письма от партнеров, которых отец переложил на него. Сам Малфой-старший был в Лондоне, решая какие-то дела, связанные с политикой Кингсли. Как и всегда, в работе время пролетело незаметно, и Драко устало потер переносицу, отложив очередную кипу бумаг, когда в кабинет изящно скользнула Нарцисса.       Она присела в большое мягкое кресло у камина и задумчиво посмотрела на сына. Драко уже привык, что мать часто приходила в его кабинет, устраивалась в кресле, накинув плед на ноги и читала, пока он занимался своими делами. Но сегодня она пришла без пледа и без книги. И разговор не заставил себя ждать.       — Дорогой… — Нарцисса выдержала эффектную паузу, и Драко захотелось закатить глаза, но вместо этого он внимательно посмотрел на мать, всем своим видом демонстрируя, как он рад ее выслушать. — Я решила, что в этом году мы не будем устраивать Рождественский прием…       — Слава Салазару, — не удержался от едкого комментария Драко, но, проигнорировав его, миссис Малфой продолжила.       — У нас. — Уточнила она, и ее бровь многозначительно изогнулась. — Бал состоится у Забини. Я помогаю матери Блейза решить все организационные вопросы. Чаррис хочет объявить о своей помолвке на балу и представить будущего супруга английскому обществу.       — Какова вероятность, что мы его не знаем? — усмехнулся Драко, и Нарцисса едва улыбнулась на колкость сына.       — Не знаем. Он из Италии. Какой-то важный судья в Министерстве Магии, они познакомились, когда Чаррис ворвалась туда, из-за того, что Блейзу четвертый раз отклонили ходатайство…       — Мам, давай без подробностей… Что ты хочешь от меня?       — Мне нужно твое присутствие на этом балу… — чуть склонив голову она углубила взгляд, словно собралась заглянуть прямо в душу, — без выходок, подобных той, что ты устроил на прошлое Рождество.       — У меня дела, мама, — тут же соврал Драко, пожав плечами. Он сам не понимал зачем. Он не планировал на Рождество ничего важного, но почему-то быть на очередном собрании всех этих снобов не хотелось. Ему вообще только после отказа пришло в голову, что он мог бы провести еще одно Рождество с Джинни, если бы та согласилась.       — Какие? — Нарцисса испытывающе смотрела на него.       — Я уезжаю. У меня важная встреча.       — Астория едет с тобой?       Драко покачал головой. Нарцисса вздохнула и встала, долгим взглядом обводя лицо сына.       — Она прекрасная девушка, к тому же ты ей далеко не безразличен, — начала она, но потом чуть мотнула головой. — Астория будет прекрасной женой, если ты не сломаешь ее своей холодностью.       — Я не…       — Очень, Драко, — Нарцисса с горечью посмотрела на него. — Ты стал таким, по понятным мне причинам, но позволь себе немного расслабиться рядом с ней. Ты получишь больше, чем мог бы представить.       — Мам…       — Ее сестра, Дафна, она бы и бровью не повела от такого поведения, ты ее знаешь, но Астория — присмотрись, Драко, — она слишком привязана к тебе.       И не дав сказать и слова себе в ответ, она развернулась и вышла из кабинета, мягко прикрыв дверь и оставив Драко хмуро смотреть ей вслед. Чертова Астория. Ему не нравилось, что их соглашение вышло за рамки официального. Это просто выгодный брак, который позволит обоим семьям остаться на плаву после опустошившей кошельки войны. Никто не обязан друг друга любить, и ему казалось, что Астория это понимает. У них несколько лет продолжались отношения, не выходящие за границы простого секса, и это было замечательно. Они знали, что их родители поговаривали о браке, потом заключили соглашение, состоялась помолвка, и вот тогда-то все и изменилось. Либо у Астории резко появились к нему чувства, либо она позволила себе продемонстрировать их, когда стала уверена, что именно она станет его женой. Это раздражало.       Драко прикрыл глаза и устало откинулся на спинку кресла. Под веками сразу замелькали воспоминания, образы, улыбки и глаза, цвета солнечного янтаря. Ничего, связанного с Асторией.

* * *

      Джинни закинула сумку на плечо и, лениво листая свой блокнот, куда записывала все сегодняшние указания Сметвика, вычеркивала сделанное прямо на ходу. Она вышла из огромного крыла, где располагалась больница, спустилась на первый этаж и, не поднимая глаз, шла мимо людей, которые ненароком толкали ее, грубо указывая смотреть, куда она идет.       На одного такого Джинни налетела, и блокнот с ручкой выпали из ее рук, а она растерянно вскинула голову, собираясь извиниться.       — Простите, сэр… — она замолкла, увидев перед собой Драко, такого серьезного и важного, в черной водолазке и длинном пальто, с идеально уложенными платиновыми волосами. Он выделялся среди окружавших их людей, и Джинни видела, какие заинтересованные взгляды кидают на него все вокруг. — Драко?       — Мне понравилось — сэр, — чуть улыбнулся он, заставляя Джинни перевести взгляд от его глаз на губы. Она насмешливо хмыкнула и нагнулась, чтобы поднять блокнот, ручка куда-то укатилась, и она решила ее не искать.       — Что ты здесь делаешь, Малфой? — выпрямившись, спросила Джинни, стараясь сохранить в душе то раздражение, которое испытала при столкновении, но внутри уже безнадежно все негативные чувства заливало удовольствие. Видеться и говорить с Малфоем… Черт, кто бы мог подумать, что это так приятно.       — Ты сказала, что мы встретимся на выходных, — Малфой вскинул бровь, на нервный смешок Джинни.       — Да, и суббота завтра, — она многозначительно посмотрела на него, чуть склонив голову.       — Да? — Драко придал лицу крайне удивленное выражение. — Но фактически выходной у тебя уже начался, правильно?       Джинни не сдержала улыбки, глядя в его серые, такие искрящиеся весельем глаза. Она облизала нижнюю губу, раздумывая, что бы ей такого ответить, но неожиданно оказалась в его крепких объятиях, и он вовлек ее в томный, чувственный поцелуй, и все разумные мысли мгновенно покинули ее. Его запах будоражил кровь. Она отвечала ему, прижимаясь всем телом и обхватив его шею руками, позволяя иногда зарыться пальцами в его безупречную прическу.       Так они и стояли посреди огромного холла торгового центра, целуясь и привлекая внимание проходящих мимо них людей.       Да, кажется, выходной у нее начался только что.       Драко оторвался от нее и, улыбнувшись так, что у Джинни едва не подкосились ноги, потянул на выход.       — Нам не стоит ходить здесь вместе, — запоздало заметила она, стараясь приподнять воротник своего пальто, но Драко лишь насмешливо усмехнулся и увлек ее к краю улицы, выставив руку. — Никогда не привыкну к тому, как вы вызываете такси, — она с издевкой, многозначительно посмотрела на его вытянутую руку.       Уизли рассмеялась, поймав мрачный взгляд Малфоя, обещавший ей расплату за ее слова. Не успела она успокоиться, как черный лондонский кэб притормозил рядом. Драко подхватил ее под локоть, потянув к машине, и они, наконец, оказались в тепле салона.       Сказав водителю адрес, он повернулся к Джинни, испытывающе глядя на нее. Некоторое время она делала вид, что внимательно рассматривает улицы, но вскоре притворяться стало сложнее, и Уизли, вздохнув, повернулась к Малфою.       — Объяснишь? — поинтересовалась она, и Драко непонимающе вскинул бровь. Джинни закатила глаза, а потом неопределенно взмахнула рукой. — Ты пришел за мной на работу. Теперь мы куда-то едем, вместо тран… ты сам знаешь чего. Что происходит?       — Каковы твои мотивы, Уизли? — задал встречный вопрос Драко, заставляя ее нахмуриться. Повисла пауза, и Драко решил уточнить. — Ты дала понять тогда, почти год назад, что тебе это не подходит.       — А ты дал понять, буквально несколько дней назад, что это только секс, Малфой, — грубо выпалила Джинни, ловя заинтересованный взгляд таксиста в зеркало заднего вида. Она сбавила тон. — Так какого хрена ты сейчас спрашиваешь про мою мотивацию?       — Я хочу знать, чего ожидать…       — Хорошо, — елейно протянула Джинни. — Мы трахаемся, пока ты не женишься, а потом расходимся. Устраивает?       Драко нахмурился. Все было так просто на словах. А что, если они не захотят расходиться, и потом все станет слишком невыносимо? Каждый из них игнорировал ту сцену в библиотеке Штаба, когда наружу вырвалось не просто желание заняться сексом еще разок, а совсем другая потребность. Оба почувствовали это, обоих именно это чувство привело в данную точку. И Драко больше, чем Джинни отдавал себе отчет в том, что это что-то опасное, от чего бежать надо, а не подкармливать сексом время от времени. Но от необходимости отвечать прямо сейчас его избавил таксист, сообщивший, что они приехали.       Драко помог Джинни выйти, и они прошли в небольшую уютную кафешку на набережной. Город светился миллионами огней, отражаясь в Темзе, и с их столика открывался прекрасный вид на этот пейзаж. Уизли только отдежурила смену, поэтому была одета повседневно и небрежно, из-за чего чувствовала себя не в своей тарелке, особенно на фоне Драко, который выглядел идеально, но он и виду не подал, что что-то не так.       Заметив ее напряжение и правильно истолковав его, Драко чуть наклонился к ней, шепнув на ухо:       — Это не ресторан. Расслабься.       Он помог ей устроится и сел напротив.       — Мы могли бы заказать доставку еды и поесть в постели, — многозначительно посмотрела на него Джинни, словно предлагая ему передумать, пока не поздно. Но вот подошел официант и принес меню. Джинни в выборе блюда положилась на Малфоя, поэтому он сделал быстрый заказ и, стоило официанту уйти, заверил:       — У нас все впереди. — Малфой усмехнулся, заметив, как сверкнули глаза Джинни и перевел взгляд на открывающийся городской пейзаж. — Мне нравится это место. Я хотел, чтобы ты тоже его увидела.       Его последние слова приятно поразили Джинни, и она больше не сказала и слова против, решив, что раз даже Малфою плевать на ее внешний вид, то ей уж тем более, и просто обводила взглядом его профиль, пока они ждали свой заказ. Ее нервировало его желание поговорить о мотивах, выявить ее цели. Просто потому, что она не хотела об этом думать. Даже с собой она не обсуждала это и уж точно не будет с ним. Не сейчас. Все эти терзания того не стоят. У них есть несколько месяцев. Так почему не провести их в удовольствие?       С Малфоем было интересно. Пока они ждали свой ужин, он рассказывал ей, как нашел это кафе. Его лицо не было искажено никакими гримасами, и она не могла отвести взгляда от красивой улыбки и серых глаз.       — Никогда не замечала в тебе тяги к маггловским вещам, — чуть подтрунивая, сказала Джинни, — но вот ты мне рассказываешь историю появления елки на Трафальгарской площади, умеешь ловить такси и приводишь в кафе, полное магглов…       Драко растянул губы в насмешливой улыбке.       — Все меняется, Уизли. Ты же знаешь, после войны нам и шагу ступить не давали, — рассказывал Драко, слегка хмурясь. — Дом был единственным укрытием, но в тот момент там все пронизывала магия Волдеморта, и я в прямом смысле задыхался внутри поместья. — Драко задумчиво посмотрел в окно, а Джинни поборола желание протянуть руку и коснуться его пальцев в молчаливом жесте поддержки. — Единственное, что я мог на тот момент — уйти из магического мира. Я купил квартиру в маггловской многоэтажке, проводил время на улицах, в кафе и клубах. Пока мы не уехали во Францию. Там стало легче. Благодаря Снейпу, по большей части…       — Ты был один, пока переживал все это время до отъезда?       — К счастью, пока мы не уехали, со мной был Забини. И среди магглов, и в клубах, и в моей квартире. Он вытащил меня из такой задницы… — Драко замолчал, задумавшись, но тут же дернул головой и вздохнув, улыбнулся. — А потом я поступил в школу мракоборцев при французском Министерстве Магии, а через пару лет мы с тобой встретились в доме Грейнджер…       Драко замолчал, глядя в глаза Джинни и слегка приподняв уголки губ в улыбке. Джинни отвела взгляд, не в силах выносить этого напряжения, что моментально возникало между ними и пробурчала в стакан с водой:       — Насколько все было бы проще, если бы не встречались…       Драко лишь криво усмехнулся на ее слова и чуть склонил голову набок, скользя по ней внимательным взглядом.       — Ну, а ты?       — Что, я?       — Ты подавала большие надежды, тебя же приглашали в известную команду… так почему же ты стала целителем, а не игроком в квиддич?       Джинни вздохнула. Она понимала, что должна отплатить Малфою откровенностью за его откровенность, но язык не поворачивался жаловаться.       — Знаешь…       — Драко? — раздался за спиной Джинни удивленный и неприятно высокий голос, и она с трудом заставила себя не обернуться порывисто, как будто ее застали на месте преступления. Но взглянув на Малфоя, она увидела, как его челюсти напряглись. — Блейз, конечно, говорил, что ты показал ему это отвратительное место когда-то, но не думала, что ты все еще здесь ужинаешь… Не против, да?       Высокая красивая блондинка обошла Джинни и, отодвинув стул, присела, тут же впиваясь в нее цепким взглядом и препарируя светлыми радужками с презрительной улыбкой на лице.       — А, теперь понятно… — небрежно бросила она, будто Джинни здесь и нет. — Ты что, занимаешься благотворительностью и помогаешь убогим?       — Блейз, ты сегодня не откачал яд у своей змеи, — холодным равнодушным тоном, заметил Драко, совершенно игнорируя выпады девушки и обращаясь к Забини, который тоже отодвинул стул и бесцеремонно присел рядом, окидывая темным внимательным взглядом Джинни. Впрочем, он быстро отвернулся к Малфою, и они пожали друг другу руки.       — Потому что у меня уже к нему иммунитет, а в люди мы не планировали сегодня выбираться, но мыши кончились. — усмехнулся Блейз подмигнув жене, отчего та закатила глаза. — Не знал, что ты еще ходишь сюда…       — Это все еще удобное место для решения различных дел, — отмахнулся Малфой, отпивая из бокала вино, к которому до этого решил не прикасаться. Но планы вдруг поменялись. Пока Дафна вновь обратила свой убийственный взгляд на Джинни, Драко многозначительно посмотрел на Блейза.       — Какие дела у тебя могут быть с… предателями крови, — прошипела Дафна, впиваясь взглядом в Джинни, и та вскинула бровь, глядя на нее в ответ совершенно бесстрастно.       — Война закончилась шесть лет назад, Гринграсс, — устало напомнила Уизли отворачиваясь.       — А предателями крови ты и твоя семейка быть не перестали. Драко, Люциус только недавно рассказывал о надоедливом старом Уизли, ведь так?       — Ты уверена что хочешь так со мной разговаривать? — Джинни тоже потянулась к бокалу с вином, как и Малфой, неторопливо пригубив его, но тон ее голоса понизился до градуса арктической стужи.       — Джинни, вы же с Малфоем работали вместе? — как бы невзначай спросил Блейз, привлекая ее внимание, и она, еще пару мгновений посверлив Дафну взглядом, посмотрела на Забини. Тот, к счастью, не выглядел настолько же высокомерно, как его жена, хоть в темных внимательных глазах и читалась некая холодная заинтересованность.       — Драко работал с моими друзьями, а я была вынуждена пару раз оказать им помощь медицинского характера и участвовала в последней операции, — ответила Джинни, и обменялась взглядом с Малфоем, красноречиво наклонив голову в сторону Дафны, которая делала заказ, не собираясь, похоже, пересаживаться за другой столик и решив совместить ужин с приятным для себя времяпровождением, унижая Джинни. Оба посмотрели на Забини, но тот едва заметно покачал головой.       Этот быстрый обмен взглядами и заминка привлекла внимание Дафны, и она, подозрительно осмотрев каждого, закончив с официантом, вдруг спросила у Драко:       — Как Астория?       — Ты мне скажи, ты ведь ее сестра.       — Но живет-то она с тобой, — ехидно парировала Дафна и перевела взгляд на Джинни, — так что за операция?       — Нам запрещено распространяться об этом, — бросила она в ответ, пожав плечами. Ей было все более неуютно из-за колких взглядов Дафны, из-за изучающих Блейза и напряженных Малфоя.       — О, но, если мне не изменяет память, это же было почти год назад?       — Тебе не изменяет память, — процедила Джинни.       — И что же общего у мракоборцев, спасших магическую Британию и целый маггловский город, и сраной, никчемной целительницы? — Дафна сбросила все маски, взглянув прямо и враждебно.       Да, Джинни видела, что Гринграсс все поняла. Ей казалось очень странным, что будущий муж ее сестры встречается наедине где-то в маггловском кафе с другой девушкой. Дафна злилась и не пыталась скрыть это. Возможно, она вела бы себя более прилично, если бы на месте Уизли была, например, Грейнджер. Но Джинни, ее семья, ненависть отца к Малфою-старшему, которая до сих пор была взаимной… Это было так очевидно — что у них с Малфоем нет общего, что Джинни захотелось спрятать лицо в руках, чувствуя собственную ничтожность. Но она не позволит этой мерзкой Гринграсс вытирать об себя ноги, поэтому лишь вскинула бровь, медленно сделала глоток, слушая, как Блейз и Драко говорят Дафне, что та далеко зашла, а потом громче, чем следовало поставила бокал, чувствуя, как алкоголь заиграл в крови, и все сидящие за столом уставились на нее.       — Ты же работаешь в Министерстве, да? — как ни в чем не бывало спросила Джинни. — В Отделе по контролю несанкционированного использования магии?       — Да, а что? — Дафна подозрительно покосилась на нее.       — Один мой хороший друг как раз собирается устроить у вас проверку, — Джинни заставила себя не улыбаться, видя, как Дафна щурится. — Его зовут Гарри Поттер. Возможно, твои куриные мозги помнят такого? Потому что я как раз собираюсь ему напомнить о тебе.       — Гарри Поттер? — Дафна рассмеялась. — Бывший?       — Бывший, который очень трепетно относится к сестренке своего друга, если ты понимаешь, о чем я…       Повисло неприятное молчание, но всего на пару секунд. Дафна приготовилась выплюнуть еще порцию яда, но Блейз ее перебил:       — Вот и прекрасно. Всем пора заткнуться. — Он положил руку жене на плечо и сжал чуть сильнее. — Кажется, это наш заказ несут?       Им действительно принесли еду, и Драко, Блейз и Дафна, как по волшебству забыв о склоках, завели разговор о каком-то предстоящем балу, делах и Италии. Джинни молчала, не встревая в беседу, и почти не ела — кусок в горло не лез. Вечер, обещавший стать волшебным рядом с Драко, превратился во что-то мерзкое, отвратительное, горьким осадком выпадая где-то внутри. Джинни снова сделала знак официанту, и он налил ей еще вина. Наблюдая, как смеется над какой-то репликой Дафны Малфой, Джинни вдруг наткнулась на взгляд Блейза: твердый, пронизывающий, недружелюбный. Мазанув глазами по его лицу, она отвернулась к плывущему по Темзе парому. Со своими друзьями пусть Малфой разбирается сам.       Но этот вечер должен подойти к концу. Жаль, что Малфой только почему-то и не думает завершать этот ужин, продолжая вести живую беседу. После того, как он оценил еще одну реплику Дафны, рассмеявшись, у Джинни кончилось терпение. Она не выдержала и пнула его под столом, но тот даже и бровью не повел, продолжая кивать, глядя на Дафну. Она пнула еще раз, на этот раз сильнее и почему-то тяжело вздохнул Блейз. Но Джинни этого не заметила. Малфой бесил и она уже представляла, как выскажет ему все, а потом уйдет домой, наказывая, конечно, не только его, но и себя. Но для этого надо было, чтобы он закончил этот идиотский вечер, а не растягивал его, ведя разговоры о балах, других странах и делах с этой беловолосой змеей.       Уизли слегка облизала губы. Она никогда не была сильна в соблазнении, ей просто не требовалось это умение. Но сейчас она подумала, почему бы не напомнить Драко, зачем они собирались встретиться на этих выходных? Пригубив еще вина и чуть отвернувшись, она осторожно, чтобы не задеть других, подняла ногу и ласкающе провела ею по ноге Драко.       — … содержание жилого поместья обходится в круглую сумму, поэтому я понимаю, почему Чаррис против того, чтобы вы уезжали. Все наши поместья поглощают огромный бюджет, но он ни в какое сравнение не идет с содержанием только одного жилого Малфой-мэнора…       Он говорил, будто ничего не происходило, и Джинни, тяжело вздохнув, убрала ногу и сделала еще глоток. Взгляд снова наткнулся на Блейза, который смотрел на нее прямо, и так, будто все знал. Джинни едва не поперхнулась, когда он чуть наклонил голову, а уголок его губы потянулся вверх, как и бровь. Это было издевательское выражение. Он действительно все знал про нее, и теперь стало так понятно, почему не реагировал Малфой. Джинни резко отвернулась, чувствуя, как бешено колотится сердце, и борясь с желанием вскочить и убежать отсюда подальше.       Стоило Дафне отложить вилку и нож, Блейз почти сразу, ссылаясь на дела, начал собираться и прощаться, игнорируя протесты Дафны, которая хотела заказать еще и десерт. Вскоре они покинули кафе, оставив Малфоя и Джинни в повисшей неприятной тишине.       — Прости, — Драко протянул руку и накрыл ею пальцы Джинни, а она, качая головой, смотрела на темную Темзу.       — Как вы можете общаться так мило, после того, что она наговорила вначале?       — В этом и суть, Уизлета, — Малфой тяжело вздохнул, опуская голову и массируя переносицу. Его голос стал звучать глуше. — Делать вид, что все нормально, и поддерживать светский разговор, даже не смотря на ненависть и прочие недомолвки… Если бы я не отвлек ее, она продолжала бы давить, а нам нечем было отбиваться.       — Они не дураки, Малфой, точно догадались, что тут к чему…       — Я поговорю с Блейзом, на него можно положиться, а для Дафны придумаю легенду…       Это звучало так мерзко… Но, если смотреть правде в глаза, вся эта ситуация таковой и являлось.       — Я устала, — Джинни решительно встала и потянулась к сумке, закидывая ту на плечо. — Сегодня я хочу домой, Драко… Так будет лучше.       Он ничего не сказал, только, чуть прищурившись, посмотрел на нее. Джинни и правда выглядела уставшей. И расстроенной. И он не мог ее отпустить в таком состоянии после всего, что ей довелось вытерпеть в этот вечер. Расплатившись с официантом и оставив щедрые чаевые, Драко бросился за ней.       — Постой, Уизли, — он нагнал ее уже на улице, когда она неуверенно выставила руку, пытаясь поймать такси, собираясь доехать обратно до торгового центра, откуда можно было трансгрессировать. Малфой неторопливо подошел к ней, и повернул к себе, поправляя лацканы ее пальто. Он заставил ее опустить руку и взглянуть на него. — Я не отпущу тебя сегодня.       — Это был худший вечер, который я только могла вообразить, Малфой. Спасибо, но я не хочу его продолжать, — Джинни повела плечами, выпутываясь из его рук, и, развернувшись, пошла вперед, но Драко нагнал ее и, схватив за руку, развернул рывком к себе.       Длинные огненные пряди хлестнули ее по лицу.       — Так насколько трепетно к тебе относится Поттер? — прорычал он, нависая над Джинни, в глазах которой полыхнула ярость.       — Живешь с ней? — парировала она, вскидывая подбородок и не опуская взгляда.       Пару мгновений они стояли, глядя друг на друга, и метали молнии, а потом Драко притянул ее к себе и, не дав опомниться, поцеловал, зарываясь пальцами в волосы и крепко сжимая их в кулак, чтобы она не смела двинуться или уйти. Целовал страстно, глубоко, желая, чтобы она почувствовала, как нужна ему в данный момент, и осталась. И Джинни, открывая рот навстречу его языку, понимала, что не в силах оставить его сегодня.