Were These Sweet Memories In Revenge?

Кейт Бишоп была совсем не такой, как Клинт ожидал. Когда они впервые встретились, он думал, что она просто ребенок, который оказался не в том месте не в то время. Но он ее недооценил. Конечно, она неплохо управлялась с луком и ей еще многому нужно научится, но у нее были неплохие инстинкты. Она узнала, что ухажер ее матери Джек оказался генеральным директором компании, которая сотрудничала с Траксьют мафией. А еще она… задумчивая. Он явно планировал провести Рождество не так, а провести все эти дни с семьей. Но все случившееся смыло его планы куда подальше. Но с Кейт ему было не так грустно, и он даже жалел о том, как повел себя с ней в самом начале. Она пыталась подарить ему частичку Рождества, хоть и не должна была. Но все-таки она делала все это и он был ей за это благодарен. Ему лишь оставалось надеяться, что однажды он окажет ей ответную услугу. Клинт оторвался от своих размышлений, наблюдая, как Кейт что-то печатает в телефоне, улыбаясь так широко, как только возможно. — Кто это тебя так развеселил? — Хм? Никто? — она откладывает телефон в сторону, падая на диван с огромной кружкой какао. — Тебе меня не обмануть, — усмехается он, качая головой. — Знаю я этот взгляд. Тебе кто-то нравится. — Это… — Кейт прикусывает губу, как поступает всегда, когда нервничает о чем-то. — Не знаю. Это что-то новенькое. Я просто не хочу все испортить. — Понимаю, — Клинт похлопал ее по плечу. — Не буду совать свой нос туда, куда не следует. Рад… видеть тебя такой. Надеюсь, у тебя все получится. — Я тоже, — Кейт улыбается ему в ответ, прихлебывая какао. — Теперь моя очередь задавать вопросы. Твой лучший выстрел? Слова слетают с его губ прежде, чем он успевает подумать. — Тот, который я не сделал. Брови Кейт взлетают вверх. — Что это значит? — Эх, это значит… — Черт. — Не важно, мне не стоило так говорить. — Ну же, нельзя так поступать. — Не обращай внимание. Это не важно. Кейт не сдавалась. — Что? Ну же, будем считать это моим подарком на Рождество. — Нет, не в этот раз. — Ладно. Уверена, что это крутая история… — Это не крутая история, понятно? — его голос звучит хрипло и отчаянно. Кейт с беспокойством смотрит на него, в ее глазах виднеется извинение. Нет, она не советник Клинта. И не его психолог. Она его друг, самый близкий на этот момент, и ее любопытство только вредит ему. С другой стороны, это он начал этот раунд расспросов. — Прости, я не хотела… — Ничего, — быстро отвечает Клинт. — Это… в то время я кое-кого встретил. Я должен был убить ее. Но когда я наконец добрался до туда, когда настало время… я просто не смог. - … почему? — Я просто… у меня было чувство, что я должен ее отпустить. Так и оказалось. В мозгу Кейт что-то щелкает. — Ты говоришь о Наташе. — Ага, — Клинт проводит ладонью по лицу. — Она была неповторима. — Прости, — Кейт вздыхает. — Все хорошо, — он отмахивается от нее, но Кейт знает, что мысли съедают его изнутри. — Это… я… Когда проживешь с мое… Потерь не избежать. Так что… Клинт привык к утратам. Одна дверь закрывается, другая открывается. Вот только шрамы никуда не исчезают. — Ты потерял семью после Щелчка? — спрашивает Кейт. — Да. Как и половина населения мира. — Должно быть было ужасно… — Словами не описать, — Клинт вздыхает, избегая ее взгляда. — Тогда ты встретил Ронина? Он не отвечает ей, но вина и стыд искажают его лицо, а ответ сам приходит в голову Кейт. — Это был ты, да? Он смотрит на свои руки, не в силах скрыть дрожь. Как будто на них все еще была кровь, оскверняющая его плоть своими грехами. — Каждый справлялся по-своему. Я продолжил делать то, чему меня учили. — Защищать людей. — Вредить людям, — поправил Клинт. — Сначала я собирал факты, но все заканчивалось тем, что я вредил множеству людей. — Ты был героем. — Я был оружием, которое направляли на нужные цели. — Да, ты совершал ошибки, но это уже позади. — Дело во мне и моей семье, Кейт. Вот почему я здесь и не могу уехать, пока все не исправлю. Если бы не Наташа… — он вздыхает, а воспоминания пролетают в его голове. — Она меня спасла, вернула меня домой. А я не смог отплатить ей тем же. Я позволил ей… — он с трудом произносит все эти слова, ведь они отзываются болью в его душе. — Она пожертвовала собой ради меня… Я никогда не смогу расплатиться с ней… Кейт смотрит на него, как будто осознавая все, о чем он говорит, а Клинт замолкает. Он чувствует, что недостаточно силен, чтобы справится со всем этим в одиночку. Чувствует себя беззащитным и немощным. Как будто никак не может отвязаться от всех этих проблем. Клинт знает, что он должен принять это как должное, что прошлое не изменить. Ничто не может. Нужно продолжать жить. Он просто хочет жить дальше. Клинт вздыхает. — Я благодарен тебе за то, что ты сделала. Это много для меня значит. Кейт лишь улыбается. — Знаешь ли, тебе стоит отдохнуть. Завтра сложный день. Пожелав спокойной ночи и получив в ответ кивок, она встает с дивана и идет в другую комнату, а Пицца-пес неизменно следует за ней. Клинт вздыхает и откидывается на стуле, выключая за собой лампу. Время идет слишком медленно. Он уже не может заснуть. Не тогда, когда она вновь смотрит на него из глубин его памяти. Не успел он опомниться, как снова оказался на краю обрыва, крепко держа ее руки в своих. Они встречаются взглядами, и они успевают все друг другу рассказать. Она так заботится о нем, ей так больно, она сожалеет и извиняется… и он знает, что она не может поступить по-другому. Она должна это сделать, даже если ей придется все потерять. Собрав все силы, на которые она была способна, она слабо улыбнулась и прошептала: — Отпусти меня… — Нет. Прошу, не надо… — Все хорошо. Скажи им… Что я любила их больше, чем кого-либо… и присматривай за ними. Особенно за ним… ты ему нужен. — Скажешь им сама. Ты нужна им больше. — Обещай мне, Клинт… Ее губы дрожат, но она не прекращает улыбаться, и прежде чем Клинт осознает это, отпускает его ладонь. Она медленно падает, и Клинт чувствует, как его голос раздается эхом от стен обрыва, но он не слышит ничего вокруг. Его сердце разбивается на тысячу кусочков, и лишь это он способен чувствовать в эту секунду. Он не смог спасти ее тогда, но он не позволит этому повториться. Он будет лучше. Он должен стать лучше.

***

Отправить Кейт в темную квартиру было не самой хорошей идеей, но она была так упряма, что спорить было бесполезно. Никаких следов врагов, так что это их единственный шанс. Вспышка света и свист стрелы, раздающийся в наушнике, отрывают его от бинокля, заставляя пристальней рассматривать квартиру издалека. — Что это было? — Не знаю, — шепчет Кейт. — Что-то блистает на стене. — О чем ты? — Не знаю. Странно. — Ага. Что еще видно? — А что должна? — Часы, старинные Ролексы. Принадлежат одному моему бывшему коллеге, — быстро поясняет он. — А поподробней, Клинт? — Он уже не в игре, но эти часы могут его раскрыть. — Хм. А что, если бандиты все-таки найдут их первыми? Клинт с трудом сглатывает. — Значит его прикрытие раскрыто. Прощай, друг. Пару моментов спустя он все же слышит в ответ: — Нашла часы. — Хорошо. — Подожди минутку. Клинт, тут кто-то вел записи о твоей семье. Это выводит его из строя. — Что? — Жена Лаура, дочь Лила (возраст 14), сын Купер (возраст 16), сын Нейт. Что… Он вглядывается в квартиру. — Кейт, убирайся оттуда. — Что? Почему? — На стене сигнализация. Для глухих. Это квартира Майи. — О, Боже… Клинт не тратил времени зря. Он выхватывает стрелу и выстреливает крюком, стремясь попасть на соседнее здание. — Все хорошо, я иду. Бенг. Он чувствует, как его голова раскалывается, как будто кто-то хорошенько приложил его об асфальт. У него едва хватает времени блокировать следующую атаку, а в поле его зрения наконец складывается женская фигура. Стройная, подтянутая, одетая в кожаный костюм и маску с зелеными светодиодами. Могло бы быть хуже.

***

Но и это не хорошо. Кейт и сама была слегка занята, а драка Клинта и таинственной женщины на крыше ничуть не помогало сосредоточится. Она приземлилась не так удачно, как планировала, сразу же заработав удар по ребрам. — Ауч, больно. Звук щелчка затвора заставляет ее замереть на месте, а мороз пробирает с ног до головы. Ее взгляд встречается с зеленым светом линз и смотрящим на нее дулом пистолета. Но, медленно и неожиданно, женщина опускает пистолет. Как будто узнав ее. Как будто она не хотела ей навредить. Но Майа вновь оказывается около нее, и битва для нее возобновляется. Женщина в кожаном не похожа ни на одного бойца, что она видела ранее. Она атакует Клинта так яростно, что он с трудом уворачивается. Он отступает и не может найти брешь в ее атаках. — Кто это?! — кричит Кейт в удивлении, уворачиваясь от кулаков Майи. — Не знаю, но я явно ей не нравлюсь! Женщина как будто совсем не замечает их разговора, продолжая атаковать, дико, но грациозно замахиваясь на Клинта. Он не понимает, как она двигается так быстро. Он блокирует ее атаки, но пропускает все больше, отходя все дальше. Она была хороша, и что-то в ней вызывало это бешенное чувство дежавю… Краем глаза он успевает заметить, как Майа ломает лук Кейт, роняя девушку на спину. Это отвлекает женщину, и она стреляет в Майу красными разрядами из орудий на ее предплечьях. Его сердце пропускает удар. Вдовьи приемы. Нет… это невозможно… Кейт быстро вскакивает, используя передышку в свою пользу. Она была хороша, но женщина была лучше. Она успевает оттеснить Кейт к самому краю, и одним ударом сбивает ее с ног, так, что девушка с трудом успевает осознать, что падает с крыши вниз без всякой страховки. Клинт бросается к ней, как будто от этого зависит его жизнь. — Нет, нет, нет! Нет! — он боится смотреть за край, не в силах увидеть это вновь. Одно лишь воспоминание разрывает его на части. Кейт болтается в воздухе, и лишь крюк, прикрепленный к ее бедру, чудом успевает даровать ей спасение. Его взгляд пугает ее. Она знает, о чем он думает. Она была готова, Клинт, она хотела уйти. А ты бы не смог ее спасти. Как будто бы он вновь бессилен. Как тогда. — Подними меня! — просит Кейт, пытаясь освободится. Обещай мне, Клинт… Не могу. Не еще раз. — Убирайся отсюда! — он вынимает складной нож из рукава и обрезает веревку, позволяя ей упасть. Он оборачивается, намереваясь продолжить битву, но не замечает Майу. Женщина наносит ему несколько быстрых ударов, в ответ он хватает ее за плечо, успевая сорвать маску с ее лица. Но прежде, чем он успевает разглядеть ее лицо, острая боль пронзает его шею, и он падает на землю. — Стоп! — Кейт врывается на крышу, успев подняться по этажам, направляя лук на женщину, стоящую к ней спиной и наклонившуюся над Клинтом. — Медленно повернись. Девушка оборачивается, а сердце Кейт останавливается. Это… нет, этого просто не может быть. — Елена… — ее глаза темны от злости. Все ее инстинкты кричат, чтобы она стреляла, что пора уже отпустить стрелу. Но она не может. Знает, что Елена опасна, что она хочет убить Клинта, но не может. Почему? Они едва друг друга знают, так, встречались пару раз… почему она не может выстрелить? Она знала ответ, но лучше от этого не становилось. На лице Елены не отображается ни единой эмоции, лишь губы беззвучно проговаривают что-то, прежде чем девушка скрывается из виду, грациозно спрыгивая с крыши. Почему, Елена? Почему? — Ты ее знаешь? — бормочет Клинт, протирая шею. — Что здесь происходит, Клинт? — Ты не захочешь этого знать, — лучник поднимается на ноги, а лицо его искажено тенью страха. — Как я могу быть твоим напарником, если ты мне ничего не рассказываешь? — Ты не мой напарник. Как ты это не поймешь? И никогда им не была, — его слова глубоко ранят ее, и он желает забрать их назад. Почти. — Это была Черная Вдова. Все происходит слишком быстро, слишком опасно, я справлюсь в одиночку. — Нет, ты не станешь, — она яростно качает головой из стороны в сторону. — Знаю, сегодня все пошло не по плану. Но я хочу быть здесь. Я понимаю все риски. Я все осознаю. — Я не позволю. Слышишь меня? Ты меня слышишь? Не хочу смотреть, как ты умираешь… Он поспешно подходит к ней и отбирает ее лук.

***

— Иди домой, Кейт. Все кончено. Она так и поступает, не оглядываясь на человека, который раньше был ее кумиром. В ее голове так много мыслей. Она лежит в кровати и не может уснуть, размышляя о произошедшем. Во-первых, Клинт сказал, что они не напарники. Как он вообще посмел такое произнести? Конечно же они напарники, они столько пережили вместе. Да, она вляпалась по уши. Но они помогали друг другу, даже если в большинстве случаев это была их же вина. А теперь он заявляет, что это ничего не значило, все то время, что они провели вместе, было зря? Дерьмо, вот дерьмо. И она… Елена… оказалась Вдовой. Она даже не осознавала происходящего. Не признавалась сама себе, но часть ее не могла этого отрицать. Кейт не знала, была ли Елена с ней искренней. Было ли ей не все равно, или же все это часть большого плана, о котором она даже не догадывалась? В чем же дело? Дело в Наташе? Они знакомы? Что-то личное? Может она никогда этого не узнает, и, если быть честной, ей не хотелось этого знать. Пицца-пес все это время лежал рядом, уткнувшись мокрым носом ей в ладонь. Это отвлекает ее от раздумий. Кейт чешет ему за ухом, стараясь не думать обо всем этом, но мысли о Елене и Клинте захватывают ее разум. Раз за разом. Она не может уснуть. Может хоть перекусит. Пицца-пес грустно скулит, смотря на нее огромными глазами. — Хорошо, — утешает она, легонько отталкивая его и вставая на ноги. — Скоро вернусь, малыш. В квартире тихо, лишь тихонько шумит холодильник на кухне.Она заходит в комнату и включает свет, сразу же замечая фигуру со скрещенными руками. Кейт чуть ли не подпрыгивает от удивления, но страх приковывает ее к полу. — Не можешь уснуть? — Елена… — выдыхает она. — Что ты здесь делаешь? Елена стоит прямо у нее в кухне, смотря на нее, одетую в белую футболку и короткие шорты. Девушка прокашливается, как будто это не она ворвалась в чужую квартиру. — Я пришла поговорить. — Как ты… — она прерывается, качая головой и проводя ладонью по волосам. — Точно. Убийца Черная Вдова. — Я здесь не для того, чтобы убить тебя, Кейт. Не хочу тебе навредить. — Тогда зачем ты тут? — Кейт упирается спиной в стену, ища опоры. — Ты все это время играла со мной? Чтобы добраться до Клинта? Скажи мне правду, я справлюсь. Елена прикусывает губу, пожимая плечами. — Я пришла не за тобой. Моя цель — Бартон. — Вранье. — Это правда. — И почему я должна тебе поверить? Что ты общалась со мной не только ради того, чтобы поймать его? — Да, я много о тебе знала еще до того, как мы впервые встретились, — Елена смотрит на нее, не отрываясь. — Знаю, что твоя мать живет на пересечении Парка и 41ой. Что твой отец умер, когда ты была еще совсем маленькой. Что ты… — Я поняла, — прерывает ее Кейт. — Так почему? Почему ты пытаешься его убить? Он же спас целый мир… Елена смотрит на нее, а ее взгляд наполняется яростью и грустью. — Нет. Это моя сестра спасла мир. Наташа Романова, вот кто всех спас. Она умерла из-за него… — Что? — выдыхает Кейт. — Наташа Романоф… твоя сестра? Детали ее гибели не поддавались огласке. Черт, не было даже официальных похорон. Но как Клинт, ее лучший друг и союзник, мог ее убить? Нет, это невозможно. Она в этом уверена, пусть он и совершил в прошлом много ошибок. Но Клинт бы не навредил дорогому ему человеку. — Нет, я тебе не верю. Он заботился о Наташе. Ты не знаешь, о чем говоришь. — Верь во что хочешь, — Елена говорит резко, теряя терпение. — Я пришла сюда, чтобы предупредить тебя о нем, а не ковырять старые раны. Не мешай мне на задании, в следующий раз я не дрогну. Кейт приподнимает бровь. — Так тебя наняли его убить? — Даже если так? — Тогда если где-то там есть кто-то, кто сказал тебе, что Клинт плохой, тогда возможно тебе стоит спросить себя, так ли ты ему доверяешь. Клинт не идеален, но он хороший человек. Елена смотрит на нее так, как будто глядит прямо в ее душу. — Что бы он тебе не говорил, меня это не касается. Это ничего не меняет. Он умрет. От моей руки. — Так вот какая ты на самом деле? — Кейт осматривает ее с ног до головы, как будто видит впервые. Это была совсем не та девушка, которую она встретила в баре. Эта девушка была расчетливой и опасной. — Бессердечная убийца? Елена ухмыляется. — Может и такая. Меня учили быть такой все время, как я себя помню. Кейт с трудом сглатывает. Елена делает шаг, подходя к Кейт вплотную, наблюдая, как дыхание девушки сбивается от этого движения. — Так кто же я, Кейт? — Думаю… Просто думаю, что ты пытаешься вырваться, — бормочет Кейт тихо и неуверенно. — И ждешь, пока тебя кто-то спасет. Елена холодно смеется, цокая языком. — Меня не нужно спасать. — Нет, тебе нужно помочь. Чтобы ты могла скорбеть и оплакать ее смерть. Потому что тот путь, что ты выбрала, не приведет тебя к счастью. — Звучит так, как будто тебе не все равно, Кейт. Неожиданно Елена кладет руки на бедра Кейт, ее большие пальцы оттягивают ее пояс, приподнимая ее футболку, бросая Кейт в дрожь. Она ждет, что Кейт отпрянет, что-то скажет, но она лишь смотрит на Елену этими большими, зелеными глазами, Как если бы у Елены были ответы на все вопросы. А Елена в ответ смотрит на нее так, как будто Кейт и сама могла бы ответить хотя бы на один. — Мне не все равно, — Кейт все же пытается отодвинуться от Елены ближе к кухонной стойке, даже если теперь она упирается в девушку, закусывая губу. Елене не нужно знать больше. Она кладет руку на центр груди Кейт, чувствуя, как та дышит, а под тонкой тканью чувствуется быстро колотящееся сердце. — Krasivaya, — мягко произносит она. — Что же ты делаешь со мной, Кейт Бишоп? — ее рука скользит по груди Кейт, намеренно задевая сосок большим пальцем. Елена все еще смотрит прямо ей в глаза, пока до Кейт лишь доходит происходящее. Ее дыхание сбивается. — Ты едва меня знаешь, и я тебе не безразлична? — спрашивает Елена, проводя линию по ее ребрам, потакая ее дыханию. Кейт с трудом сглатывает, прикрывая глаза. — Думаешь, что можешь меня спасти? Она наклоняется ближе, чуть не касаясь губами мочки ее уха. — Я задала тебе вопрос, Кейт Бишоп. Бедра Кейт дрожат от напряжения, а язык скользит по сухим губам. Слова сами слетают с ее языка. — Нет… но это не значит, что я не попытаюсь. Елена не ждет продолжения, другой рукой гладя Кейт по бедру, а другая захватывает подбородок Кейт, пока сама девушка мягко целует ее. Ярко, нежно и уверено. Руки Кейт прижимают Елену ближе, обводя ее изгибы поверх кожаной куртки. Елена и сама тянется к ней в поисках тепла. Она прерывает поцелуй, позволяя Кейт вздохнуть, а звук ее вдоха заполняет тишину кухни. Елена мгновенно стягивает с Кейт шорты одной рукой, вновь ловя ее губы. Кейт резко выгибается назад, обвиваясь вокруг Елены. Она опирается на мрамор позади, пытаясь быть к Елене все ближе. Девушка скользит рукой под футболкой Кейт, захватывая пальцами сосок, заставляя лучницу ахнуть и стонать, в ответ все яростней целовать Елену. В ответ та опускает руку, задевая кожу холодными костяшками пальцев. Она замирает, а пальцы проникают внутрь Кейт. Медленно скользя. Кожа Кейт блестит от пота, а сама девушка интуитивно тянется к руке Елены. Слишком медленно. Слишком хрупко. Елена целует ее в подбородок, ее мочку уха. Кейт что-то бессвязно бормочет, периодически переходя на стоны, пока Елена продолжает приносить ей удовольствие. Так просто, вот о чем она думает. Это было бы так просто. Эта девушка, полная жизни и непонимания. Кейт обхватывает ногами талию Елены, опускаясь на локти, резко сжимая кулаки. Она откидывает голову, обнажая бледную шею. Елена целует каждый дюйм, выворачивая запястье, стараясь захватить как можно больше. Пятки Кейт впиваются в ее поясницу. Елена чувствует, как девушка пытается до чего то дотянуться, напрячься, расслабиться. Но прежде чем она достигает желаемого, Елена останавливается, и Кейт чуть ли не рыдает от отчаяния. Елена убирает руку, скользя пальцами по талии Кейт. — Держись от Клинта подальше, если хочешь жить, — тихо шепчет она, утыкаясь в шею девушки. — Запомни. Она отходит назад, а Кейт смотрит на нее, не в силах ответить. — Елена, прошу… — Я больше тебя не побеспокою, krasivaya. Не попадайся мне на пути. Глаза лучницы закрываются, пока она умоляет. — Елена… Девушка отстраняется от нее еще дальше, и девушка больше не чувствует ее тепла. Кейт скользит по стене вниз, не в силах устоять на ногах, краем глаза замечая, как Елена исчезает в проеме ее окна. Пол на кухне такой холодный. Ей нужно отдышаться. Боже… Клинт был прав. Все происходит… слишком быстро.