MY WOLFIE

      Вымотанный и изможденный, он проспал до следующего утра.       Луч солнца, нагло пробившийся сквозь одну из многочисленных брешей в крыше, досаждал и колол глаза, из-за чего Хёнджин в полудрёме недовольно сморщил нос и издал тихий стон. Открыв наконец глаза, он медленно потянулся и сел в импровизированной постели. От долгого сна тело затекло, а мышцы на руках и ногах будто налились свинцом. Несмотря на ранний час, было довольно жарко. Хёнджин облизнул сухие губы и потянулся к глиняному кувшину с водой и сделал несколько спасительных глотков. После утоления жажды он решил выйти наружу, чтобы немного размять одеревеневшее тело и собраться с мыслями. Только сейчас он заметил, что его штаны были порваны, а сам он был накрыт накидкой. И события прошлого дня сразу всплыли перед глазами, а в голове моментально запульсировало имя спасителя. «Бан Чан. Бан Чан. Бан Чан. Кто он такой? Почему спас меня?». Гудящий рой мыслей был прерван совершенно подлым урчанием в плоском животе. Эльф вспомнил, что вчера он сумел купить мешочек крупы. Вспомнив, что оставил его где-то рядом со входом, он направился наружу.       То, что он увидел очень удивило его. У порога аккуратно были сложены различные припасы. Корзинки с дикими ягодами и грибами, пара уже выпотрошенных кроличьих тушек и даже медовые соты. Всё было свежим, а значит кто-то совсем недавно принес их сюда. Хёнджин не мог поверить глазам. Он повертел по сторонам головой, но вокруг никого не было ни видно, ни слышно. Только ветер шумел листвой, да трещали цикады. Эльф с мягкой улыбкой на лице сгрёб все корзинки и свёртки со снедью, посмотрел в сторону леса и беззвучно, одними губами, прошептал: «Спасибо». Он зашёл внутрь своего жилища, не зная, что лес в этот момент тоже улыбался и смотрел на него парой янтарных глаз.       С того дня Хёнджин стал регулярно находить такие подарки. Они всегда появлялись в тот момент, когда предыдущие почти заканчивались, будто кто-то заботливо следил за остатками пищи. Орехи, ягоды, дичь — благодаря этому юный эльф забыл про голод и немного набрал вес. Пропали впалые щёки, стали меньше торчать рёбра, а кожа из болезненно-бледной стала здорового розоватого оттенка.       Все синяки и ссадины почти зажили, и теперь Хёнджину для того, чтобы не умереть с голоду не нужно было оказывать постыдные услуги местным деревенщинам. Да и после вмешательства Чана никто не смел даже приблизиться к его дому. Новость о произошедшем быстро разнеслась. В деревне отшельника не только знали и боялись, но и уважали. Он не раз помогал вернуть владельцам отбившийся скот, возвращал заплутавших в лесу детей, а одну особенно суровую и голодную зиму спас жителей, принеся на волках несколько оленьих туш. Чан из леса присматривал за раздражающими его людишками, имея обличье волка с человеческим сердцем.       Вскоре окрепнув и восстановив силы, Хёнджин первым делом сходил в деревню к портному. Там за пару диких уток и кроличьи шкурки он выменял себе новые льняные штаны и рубаху. Плотная накидка хоть и хорошо скрывала его от любопытных глаз, но в ней было невыносимо жарко. Новая одежда не стесняла движений, была легкой и не раздражала нежную кожу. И теперь он самостоятельно часто ходил в лес, чтобы пополнить запасы съестного, а иногда просто прогуляться с неугасимой надеждой встретить там Бан Чана. С каждым разом такие прогулки заводили эльфа всё глубже в лес, открывая новые живописные места. Возвращался Хёнджин иногда уже после захода солнца.       В одну из таких вечерних прогулок юноша набрёл на небольшое озеро. Уже стемнело, но благодаря полной луне и её серебристому свету, Хёнджин смог рассмотреть местность вокруг водоёма. На противоположном берегу росло множество ив, их ветви-плети нежно касались водной глади и слегка раскачивались от каждого дуновения ветра. С другой стороны озера, куда вышел Хёнджин, царствовал камыш, его стебли доходили до груди эльфа и немного щекотали кожу своими соцветиями колосков, собранных в метёлочку.       Взгляд Хёнджина проскользил вправо, и там он заметил небольшой участок берега, покрытый лишь мелкой галькой вперемешку с песком, к которому вела небольшая тропинка из леса. «Хорошее место, чтобы искупаться, надо попробовать там зайти в воду», подумал он.       Внезапно из леса показалась фигура. Человек не спеша направлялся прямо к озеру, попутно снимая с себя одежду. Через мгновение следом из-за деревьев вышел огромный белый волк. Сомнений больше не было — это точно Бан Чан. От неожиданности Хёнджин замер, спрятавшись в камыше. Он почти не дышал и что есть сил вглядывался в знакомый силуэт.       Бан Чан тем временем подошёл к воде, расстегнул ножны с кинжалом и избавился от последнего элемента одежды. Вышедшая из-за облака луна хорошо освещала берег, и от увиденного у Хёнджина перехватило дыхание, а по телу пробежала сладкая волна жара. А посмотреть было на что.       Точёное лицо с пухлыми губами обрамляли тёмные, немного вьющиеся волосы, доходившие до мочек ушей. Широкие плечи переходили в мускулистые руки, на которых отчетливо выделялись крупные вены. Эльф не обделил вниманием крепкую грудь и рельефный живот, задерживая взгляд в области паха. Вид немалых размеров члена отшельника выдавил из Хёнджина тихий стон, но юноша зажал себе рот ладонью, и поэтому не был услышан. Вторая ладонь с момента появления Чана на берегу скользнула под рубаху и ласкала грудь эльфа, играясь с затвердевшими сосками. В штанах тоже уже было всё напряжено, но Хёнджин пока удерживал себя от прикосновений к себе там.       Вдруг эльф почувствовал на своей шее горячее дыхание. Он медленно обернулся и увидел прямо перед собой белого волка, с заинтересованной мордой смотрящего на него. Хёнджин пискнул от испуга и рефлекторно сделал пару шагов назад. Но волк совершенно не проявлял агрессии, что несомненно немного успокаивало.       — Юки! — это был Чан.       Волк напряг уши и посмотрел в сторону хозяина. И дальше сделал совершенно неожиданное для Хёнджина действие. Передними зубами зверь осторожно прихватил ткань рубашки и потянул за собой перепуганного эльфа. Тот не смел сопротивляться и покорно посеменил за Юки вдоль берега. Он уже понял куда, а точнее к кому, ведёт его волк.       Чан стоял по пояс воде, когда из зарослей показался Юки, тянущий за собой светловолосого юношу. Волк довёл его почти до кромки воды и только тогда отпустил рубашку. Хёнджин стоял, опустив голову так, чтобы за спадающими волосами скрыть пунцовое от смущения лицо.       — Что ты здесь делаешь? — Чан первым нарушил молчание. Голос звучал уверенно, громко, но в то же время довольно мягко.       — П-простите… Я просто гулял и случайно сюда забрёл, это правда… Я больше не буду сюда приходить, обещаю, — голос предательски дрожал, — простите, господин Бан Чан. Только не скармливайте меня волкам, пожалуйста, — Хёнджин был готов провалиться сквозь землю. Хорошо, что волк не умел говорить и не рассказал Чану о том, чем эльф занимался, глядя на него.       — Хорошо. Я верю тебе. И я не собирался тебя скармливать волкам, ты меня за кого принимаешь? — Бан Чан еле заметно улыбнулся уголком рта, — и не называй меня господином. Просто Чан достаточно будет.       — Ох…       — Хёнджин выдохнул с облегчением и наконец осмелился поднять голову и посмотреть на собеседника, — спасибо, господ… ой, то есть Чан.       Всё это время мужчина не сводил глаз с эльфа. Когда тот поднял голову, то в свете луны Чан заметил невероятные глаза глубокого синего, почти фиолетового цвета и небольшую аккуратную родинку под левым глазом. Ему хотелось рассмотреть в подробностях это красивое лицо.       — Хёнджин… Верно?       — Да… — сердце эльфа бешено заколотилось, когда Чан позвал его по имени.       — Хватит там стоять уже. Раздевайся и заходи в воду.