Отчаяние проклятой бесконечности

Тьма не может изгнать тьму: только свет может сделать это. Ненависть не может изгнать ненависть: только любовь может сделать это.

— Мартин Лютер .

2005 год Научная лаборатория Чон. Пятилетний Чон Чонгук, сын Элис и Со Джуна, тихо стоял за большой металлической дверью, ведущей в лабораторию его родителей. От ночного холода по его светлой коже табуном побежали холодные мурашки. Крепко держа в руках плюшевого мишку, ребенок не знал, как подойти к спорящим родителям, требуя поцелуя на ночь. Вместо этого он стоял в тени, спокойно наблюдая за ними. — Мы должны спрятать шкатулку, мы не можем допустить, что бы дух Итачи, попал в руки клану Вольтури! — крикнула женщина. — Тише, милая, мы справимся, — мужчина пытался успокоить свою жену. Он поцеловал ее в щеку, прижимая к себе. — Я так устала от всего этого, Джун. Я больше не могу. Если клан Вольтури получит шкатулку, не только мы, но и весь волшебный мир будет обречён. — Элис повысила голос, выглядя уставшей, это можно было понять по её внешнему виду: впалые щеки, темные круги под глазами. Даже витамины, которыми её пичкали всё это время, не могли заменить нормальную жизнь. — Элис, милая — мужчина пытался успокоить ее, но его прервал звук сигнализации. - Чёрт. — Не может быть… — Вольтури…. — глаза Элис испуганно расширились.. — Но… Но как они нас нашли? Разве наша лаборатория не спрятана за горами леса, куда им вход воспрещён. Чёрт, как они могли пройти через сильнейшие защитные чары — голос женщины звучал тихо, а тон был спокойным. Джун ожидал чего угодно: криков, упреков, обвинений, но не только смирения. Он быстро схватил ее за руку и в спешке потащил к сторону двери. — Мы должны найти Чонгука. — Не говоря больше ни слова они ринулись к выходу и распахнули дверь. — Господи, Чонгук! — побледнев, воскликнул Джун, увидев на пороге испуганного сына, перед которым он тут же упал на колени и потянулся к маленьким ручкам, которые мальчик прижимал к груди, опасаясь худшего. Чонгук, внезапно разревелся и, не обращая внимание на страх, бросился к отцу на шею. Джун, не теряя времени, подхватил испуганного ребенка на руки и усадил на стол. — Тихо, малыш, тихо, — пробормотал он и с трудом разжал хватку сына на шее, стремясь рассмотреть его раны. Волны страха продолжали омывать его с ног до головы напополам с гневом на людей Вольтури, которые посмели напугать его маленького сына. Элис, под ногами которой на секунду при виде испуга на лице ребёнка, земля вдруг стала крутиться быстрее, сделала глубокий вздох, и подойдя, с другой стороны от Джуна, присела рядом с ним на стол. Чонгук, по лицу которого все еще градом текли слезы, прижался к ее боку и еще сильнее заревел. У нее внутри все сжалось, и аккуратно, чтобы, ещё больше не навредить ребенку, Элис нежно обняла мальчика и, уткнувшись носом в его макушку, стала потихоньку его укачивать, не замечая ничего вокруг, полностью сосредоточившись на сыне. Побледневший Джун встал неподалеку от нее, не зная, что делать, и стараясь унять дрожь в руках. — Элис, мы должны уйти сейчас. Быстрее. — Чонгук милый, все будет хорошо. Давай пошли — паника в голосе матери напугала маленького Чонгука, но он тихо подчинился. Держа ребёнка на руках, Элис в отчаянии бежала к выходу здания, последнее, чего она хотела, чтобы ее единственный сын пострадал. Элис чувствовала приближающуюся темную магию, но изо всех сил пыталась сохранить спокойствие. — Элис —раздался отчаянный крик сзади. Женщина, остановившись, повернулась к мужу и посмотрела на него с растерянным выражением лица. Джун вручил ей шкатулку, вещь, которую они оба поклялись защищать и хранит в тайне. — Элис, возьми это. Мы незнаем, точное количество людей Вольтури, которые находятся на нашей территории. Я останусь здесь и попробую задержать их. А ты убеги. Найди безопасное место, защити шкатулку и… — он замолчал, слёзы от бессилия навернулись на его зелёные глаза. — Защити нашего сына. — Но… Джун. — Элис, ты должна бежать! Они идут сюда! — крикнул Джун. — Быстрее! Я отвлеку их! Знай, я люблю вас — это были последние слова Джуна, он быстро обнял их. Он так сильно любил и боялся за них. Он знал, что пути назад нет. Это больно, но он хочет защитит их. Элис схватила Джуна за воротник, притянув его ближе к себе поцеловала. Она не могла остановить бегущую по ее лицу слезы, она так сильно кричала, пытаясь остановить своего возлюбленного. Элис чувствовала себя такой разбитой и сломленной, понимая что это их последняя встреча. Она не могла жить с мыслью о том, что потеряет его. Джун всегда вызывал в ней улыбку. Всегда заботился о ней, рисковал своей жизнью ради неё бесчисленное количество раз. И сейчас рискнул своей жизнью, что бы спасти их. Ей хотелось взять его за руки и сказать, что она никогда не бросит его. Что всегда будет на его стороне, несмотря ни на что, даже если это будет означать смерть. Может быть, умереть вместе с ним было бы не самым плохим решением. Но есть Чонгук, их маленький сын, который тихо всхлипывает у нее на плече. Она не могла допустить, чтобы он попал в руки этих жестоких людей. У неё нету другого выбора. — Беги, Элис! - закричал Джун. Он разорвал объятия, подтолкнул ее к выходной двери и побежал в противоположном направлении, навстречу опасности, навстречу смерти, ни секунды не колеблясь и не оглядываясь. Я защищу тебя, Чонгук — с этими словами она крепче обняла сына и побежала в сторону леса. Она увеличила скорость с помощью магии, не обращая внимания на смесь разбитых чувств внутри себя, она хотела спрятать Чонгука в безопасном месте и вернуться, что бы помочь Джуну, пока еще не поздно. Она молилась, чтобы он остальная жив. Она побежала в сторону леса, оглядываясь по сторонам в поисках неизвестной опасности. Она точно знала, куда идти. Место, которое значило для нее и Джуна в то время, когда они были ещё подротсками. Хогвартс - древняя магическая школа, стоявшая прочно и твердо на вершинах гор, где обучают детей обладающих магическими способностями. Они хотели отправить Чонгука туда, как только ему исполнится восемнадцать. Она и Джун — прирожденные маги, способные управлять магией, поэтому вполне разумно, что Чонгук так же сможет. Элис, быстро поднявшись на гору, спотыкаясь, бежала, не сбавляя скорости, потому что знала, что одна секунда задержки может стать для них концом. Она испуганно остановилась, когда увидела темных фигур прямо перед собой. Человек пять: полностью одетые в черное, с закрытыми лицами, кроме глаз, которые жадно и дико смотрели на нее. Все они вытянули руки в ее сторону, и тёмная магия медленно тянулась к ней, словно приглашая ее. Она обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть еще троих позади нее. Их руки также выпускали темную магию, а глаза их были темными, оказывая на Элис невидимое давление, которого она никогда не чувствовала в своей жизни. Теперь она никуда не может уйти. Она обречена. Она никак не может пойти против восьми магов Вольтури. Она осторожно опустила Чонгука, завернув его вокруг своей мантией. — Чон Элис. Отдай нам шкатулку, немедленно!— потребовал лидер Вольтури. Делая шаг вперед, Элис обернулась, пытаясь придумать план. Она пыталась вести себя спокойно, но не получалось. Она знала, что их враги очень сильны. Она не может допустить, чтобы её сын пострадал. — Дорогая Элис. У нас для тебя небольшой подарок — сказал один из них отвратительным голосом. Ей казалось, что она может видеть мерзкую ухмылку спрятанную за его маской. Он протянул руку, а другой обвел свою ладонь, и вокруг рассеялась тьма. Что-то начало формироваться на его правой ладони. Она прищурилась, чтобы лучше разглядеть, и вдруг что-то болезненно щелкнуло внутри нее. Сердце Элис от ужаса разбилось на мелкие кусочки. Это была голова Джуна. Она чувствует, как хватка Чонгука на ее джинсах становится сильнее. Ей казалось, что мир вокруг неё рушится, и земля уходит из-под ног. Её окутал холод, она не могла двинуться с места. Она хотела кричать, но слишком хорошо знала, что не сможет. Ее руки сжались в кулаки, даже не заметив этого. Ее тело сильно дрожит. Глаза плотно закрыты, как будто это защитит ее от ужаса, свидетельницей которого она стала. Она так устала. Видеть, как ее возлюбленный умирает от рук врага, это уже слишком. Она действовала очень быстро, окружая себя и Чонгука невидимыми чарами. Вольтурия немедля выпускали повсюду магию, пытаясь найти ее. Она отодвинула Чонгука на метр от себя, за долю секунды вытащила с большого кармана шкатулку. Остался только один путь. Она скорее поместить дух Итачи в собственного сына, чем отдаст их Вольтури. Как только он попадёт в их руки, мир будет обречен. Несомненно, по всюду будут смерти и разрушения. У неё осталось мало времени, чем защитные чары спадут. Прошептав заклинание, она разделила дух на две части, зная, что ее пятилетний сын не сможет принять душу целиком. — Все в порядке, дорогой, тебе не будет больно. Верь маме. Хорошо. — Элис пыталась успокоить сына, поглаживая его по макушке. Часть духа она взяла в ладонь и выпустив свою магию, вдавила её в сердце Чонгука. Чон не знал что делать. Он замер и уставился на мать, не понимая, что происходит. Когда Элис собиралась ввести вторую часть, по спине, ее сильно ужалили тёмной магией. Черт! Чары спали. Она спрятала Чонгука за спину. Из-за боли на ее лбу выступил холодный пот. Обернувшись на ребёнка, она вернула вторую часть духа шкатулку и быстро сунула её в руки Чонгука. — Чонгук. Береги шкатулку. Не потеряй его. Знай, это очень ценная вещь. Мы с папой любим тебя, Чонгук. Никогда не забывай об этом. А теперь прощай, мой золотой. Она почувствовала, как острая боль пронзила ее за шею. Ее глаза от слишком сильной боли зажмурились. С помощью своей магии она создала портал и, схватив Чонгука за рукав пижамы, толкнула его внутрь, прежде чем кто-либо смог добраться до него. Она молилась, что бы там был тот, кто смог бы помочь ему. Она ни когда не сможет забыть выражение лица ребенка перед тем, как она его отослала. На его бледном лице отразился страх, какой не должен быть на лице пятилетнего ребёнка. С ней осталось воспоминания обо всех счастливых моментах, которые она провела с мужем и сыном. Воспоминания, которые она хотела, сохранит навсегда. Она чувствует, как изо рта течёт ее собственная кровь. Элис опускается на землю, жадно хватая ртом воздух и пытаясь отдышаться. — Прощай, Джун. Прощай, Чонгук. Это были её последние слова, перед тем как мужчина схватил ее за шею. Она больше не могла дышать, когда полная тьма окутала ее и поглотила.