Ее ошибка, его план

Косой переулок был переполнен людьми, несмотря на бушующую за окном метель. Волшебники то и дело бегали между магазинчиками и кафешками, пока холодный ветер задувал каждому снежинки за воротник. Обхватив руками горячую кружку с глинтвейном, Гермиона с наслаждением сделала глоток. На улице стояли рождественские морозы, а она вновь забыла взять с собой перчатки, за что теперь поплатилась несгибающимися от холода пальцами. — Черт, я просто ненавижу такую погоду! — Джинни с грустью взглянула на собственное отражение в оконном стекле. Они сидели за столиком любимого кафе новоиспеченной миссис Поттер, наслаждаясь уютной домашней атмосферой и пропитавшим помещение пряным ароматом специй. Здесь всегда было мало посетителей, но девушкам это даже нравилось. Они часто называли это место своим тайным убежищем. Джинни провела по волосам рукой, осматривая масштабы катастрофы. Ее укладка, на которую та потратила кучу времени, была окончательно испорчена. Намокшие от снега пряди вновь выпрямились, не оставив от вьющихся локонов и следа. — Вот знала же, что так будет… — она разочарованно сморщила носик и, вздохнув, сделала щедрый глоток согревающего напитка. — Уверена, Гарри нравятся твои волосы в любом виде, — попыталась подбодрить ее Гермиона. — Да не в этом дело, — тут же отмахнулась Джиневра. — Эта прическа была нужна для одной из его заветных сексуальных фантазий. Я хотела сделать ему сегодня сюрприз. Гермиона смущенно улыбнулась. Слушать про сексуальную жизнь друзей всегда было для нее довольно неловким занятием. В отличие от Поттеров, которые любили эксперименты, она была куда менее опытна в этом вопросе. Рон не особо любил пробовать что-то новое, предпочитая привычные и простые варианты, а после их расставания девушка и вовсе не искала отношений, так что большинство того, о чем говорила подруга, звучало для нее крайне смущающе. — Кстати… — Джинни вдруг улыбнулась, прожигая Гермиону хитрым взглядом. — Как там обстоят твои дела с Драко Малфоем? Грейнджер лишь разочарованно вздохнула, опустив взгляд на дольку апельсина в кружке. Эта тема, похоже, начинала становиться для нее немного болезненной. Она уже несколько месяцев работала вместе с Малфоем над совместным проектом для Министерства. За это время девушка успела сильно поменять свое мнение о нем и даже больше… Он начал ей нравиться. За те пять лет, которые она не видела Драко, слизеринец сильно изменился. Он уже не был тем заносчивым придурком, с почти маниакальной помешанностью на чистоте крови. Решив отделиться от родителей и их взглядов, он, наконец, начал думать своей головой и буквально за пару лет добился места главы Отдела международного магического сотрудничества в Министерстве, став одним из самых желанных холостяков по версии журнала «Спелла». Парень чувствовал себя как рыба в воде, умело находя полезные связи и используя их в собственных целях. Гермионе казалось, это умение досталось ему от Люциуса, который в свое время так же ловко манипулировал знакомыми ему людьми. Однако, в отличие от отца, Драко пользовался своими способностями в благих целях, и этот проект, который они сейчас вместе курировали, был прямым тому доказательством. Его суть заключалась в создании Центра поддержки оборотням для адаптации тех в волшебном обществе. Гермиона, которую цепляла эта тема еще со школы, давно хотела создать нечто подобное, но в связи с отсутствием средств и поддержки Министерства никак не могла воплотить планы в жизнь. Пока на одной из корпоративных встреч сотрудников Малфой не услышал, как она жаловалась по этому поводу коллеге, и не предложил свою помощь. Ему за месяц удалось сделать то, что ей не удавалось почти два года, а именно — найти спонсоров и получить разрешение Министерства на подобный проект. Гермиона была на восьмом небе от счастья и безумно благодарна Драко, о чем тут же сказала ему, когда они начали работать вместе. На что получила ответ: «Это моя попытка извиниться, Грейнджер. И я надеюсь, ты когда-то ее примешь…». С тех пор они часто находились вместе, стараясь нанять подходящих сотрудников, уговорить оборотней участвовать в этом и решали еще сотни других организационных вопросов. И в процессе совместной работы Малфой открылся ей с другой стороны, заставив Гермиону, наконец, заметить в нем те хорошие качества, из-за которых сотни девушек мечтали выйти за него замуж. Он был обаятелен, умен, с хорошим чувством юмора и чертовски красив. Не удивительно, что спустя пару месяцев Гермиона прониклась к нему чувствами. Однако как она ни старалась привлечь его внимание, дальше комплиментов и восхищенных взглядов дело не доходило. Он словно выстроил перед собой невидимую стену, не позволяя их отношениям переходить определенные рамки. — Никак. Просто общаемся по работе и все. Похоже, как девушка я его все же не привлекаю, — пробормотала Грейнджер, все еще не поднимая взгляд. Джинни фыркнула. — Бред. Я видела, как он на тебя смотрит. Малфой почти что раздевал тебя взглядом на том благотворительном вечере! — тут же опровергла она опасения Гермионы. — Просто, похоже, его нужно чуть-чуть подтолкнуть! — Я уже и так намекала ему, как могла! — возмутилась Гермиона, с обидой вспоминая свои попытки флирта. — А он словно и не замечает! Младшая Уизли чуть откинулась назад на стуле и снисходительно улыбнулась. — Ты даже не представляешь, насколько недогадливыми мужчины могут быть. Уж поверь! Мои братья прямое тому доказательство. Я уж молчу про Гарри! Один раз в баре я его немного приласкала и, подмигнув, пошла в уборную. Так я его там полчаса ждала! А когда вернулась, он спросил, хорошо ли я себя чувствую! Ты представляешь?! Гермиона еле сдержала смех, видя искреннее негодование Джинни. Гарри и впрямь часто не понимал намеков супруги, чем создавал кучу неловких ситуаций, о которых пара еще долгие годы вспоминала. — Так вот, к чему я это… Тебе следует намекнуть так, чтобы у него не осталось никаких сомнений в твоих намерениях! — И как же? — Есть у меня одна идейка… — в глазах Джинни на миг мелькнул какой-то озорной огонек, отчего у Гермионы появилось смутное опасение, что ей эта идея явно не понравится.

***

Забини просто ненавидел эти еженедельные собрания. Сидеть в душном кабинете, слушая бесконечные отчеты коллег, казалось ему сущим адом. Парень умирал со скуки, смотря на главу Департамента магического транспорта, который уже битый час рассказывал Кингсли о сложностях своего отдела. Месяц назад в продажу поступила неисправная партия летучего пороха, и бедняги до сих пор разгребали последствия. Блейз в очередной раз расслабил галстук. При такой температуре в кабинете тот казался подобен удавке. Сотрудники Отдела магического хозяйства явно издевались, всячески намекая начальству, что являлись пока единственным отделом, которому до сих пор не выплатили рождественскую премию. Черт бы побрал этого Кингсли с его задержками в подобном вопросе. Забини уже сам был готов выдать им эти премии, лишь бы тут вновь было чем дышать. Еще и Грейнджер сегодня, похоже, решила поднять на пару градусов температуру в комнате. Блейз еще никогда не видел, чтобы эта пай-девочка выглядела настолько… горячо. Легкая хлопковая блузка с откровенным вырезом позволяла в полной мере насладиться формами девушки, не давая мужскому окружению даже шанса вспомнить, куда именно нужно смотреть при разговоре. Что уж говорить о короткой темной юбке и черных лодочках на высоком каблуке, в которых гриффиндорка и вовсе выглядела, как образ из мужских фантазий. Черт. А ведь Забини обожал такую обувь, однако все же предпочитал видеть ее в сочетании с красивым кружевным бельем и явно не на работе. И сегодня он был не единственным, кто заметил удивительное преображение Грейнджер. Почти весь мужской коллектив то и дело бросал на девушку заинтересованные взгляды. Правда, большинство все же предпочитало делать это скрытно, не желая выдавать собственные плотские желания. Чего только стоило голодное выражение лица Малфоя, который, судя по всему, уже мысленно поимел гриффиндорку прямо на этом столе. Бедный аристократ на протяжении всего совещания старался даже не поворачиваться в ее сторону, явно опасаясь выдать свои грязные помыслы. Блейз усмехнулся. Бедняга Малфой. Он ведь с ней уже пару месяцев какой-то проект курирует. Не удивительно, что последнее время тот часто пребывал не в самом хорошем расположении духа. Если она и на встречи одевалась подобным образом, то на месте парня Забини давно бы уже не выдержал и затащил бы эту недотрогу в постель. Но Малфой так бы не поступил. Насколько Блейз помнил, аристократ еще со школьных времен заглядывался на Грейнджер, но упорно отрицал свою симпатию, заранее решив, что между ними ничего не может быть. Слишком хорошо он помнил, через что заставил девушку пройти, и твердо был уверен, что она никогда за это его не простит. Теперь этот идиот героически строил из себя монаха-мученика, который, скорее, будет соблюдать целибат до конца жизни, чем опорочит невинную деву. Блейз хмыкнул, еще раз взглянув на гриффиндорку. Та, похоже, чувствовала себя крайне неловко. Она уже раз четвертый ерзала на стуле, смущенно вглядываясь в лица окружающих. Словно проверяя, никто ли на нее не смотрит. Удивительно, с чего она вообще решила одеться подобным образом, если это заставляло ее так нервничать. Парень, читающий отчет, принялся рассказывать о проблемах с использованием неподтвержденных Министерством портключей на предыдущем чемпионате по квиддичу, и Забини вновь попытался сфокусировать свое внимание на работе. Все же Блейз являлся главой Отдела магических игр и спорта, и именно под его руководством проходила организация предыдущего чемпионата, а пропустить какие-то намеки на собственную халатность в речи коллеги ему бы не хотелось. Однако послушать, что говорит парень, ему все же не удалось. Через пару секунд слизеринец почувствовал, как кто-то неуверенно коснулся его лодыжки. Сначала он предположил, что это случайность, и не придал этому особого значения, но спустя секунду касание повторилось. Вот только в этот раз оно продлилось чуть дольше. Решив, что кто-то пытается обратить на себя его внимание, Забини вновь осмотрел присутствующих. Большинство все так же сидели, сосредоточенно слушая отчет и явно не обращая на него никакого внимания. Лишь Грейнджер почему-то бросила на парня испуганный взгляд, прежде чем вновь повернуться в сторону Кингсли. Блейз едва не чертыхнулся. Это уже, и правда, начинало смахивать на паранойю. Он вновь постарался сконцентрироваться на работе, неосознанно продолжая прислушиваться к собственным ощущениям. И почти минуту ничего не происходило…

***

Гермиона едва успокоила дыхание. Сердце неудержимо стучало в груди, распространяя по телу адреналин. Мерлин бы побрал эту Джинни с ее гениальными планами по привлечению парней. Гермиона бы никогда не согласилась на подобное, зная, что это будет так страшно и неловко. Эта одежда казалась ей самым откровенным нарядом, который девушка когда-либо надевала на публику. Юбка была слишком короткой, а излишне откровенный вырез на рубашке хотелось прикрыть всеми доступными способами. Про туфли и вовсе лучше было не упоминать. Она едва не упала, пока дошла до зала конференций, и чувствовала себя в них крайне неуверенно. Однако в одном Джинни явно была права — это и впрямь возымело эффект. Пускай всего на секунду, но Гермиона заметила, как потемнели глаза Малфоя, стоило ему ее увидеть. Быть может, не все потеряно, и ей, и правда, стоит намекнуть о своих намерениях чуть понятнее… Вот только воплотить тот самый намек оказалось куда страшнее и смущающе, чем прийти в таком виде в зал совещаний. Едва она коснулась ноги Малфоя, как сидящий рядом с ним Забини тут же обернулся, чем до чертиков испугал Гермиону. Девушка едва не вскрикнула от неожиданности, все же успев вовремя взять себя в руки. Попасться на подобном было бы равносильно катастрофе. Она бросила быстрый взгляд на Малфоя, который все так же неотрывно всматривался в текст лежащего перед ним документа. Быть может, он не заметил? Очередной раз убедившись, что на нее никто не обращает внимания, Гермиона чуть откинулась на кресле, едва слышно придвинув его ближе к столу. Она продолжала смотреть в сторону Кингсли, делая вид, что внимательно слушает, а сама тем временем высвободила ножку из туфельки и протянула ее к противоположной части стола. Гриффиндорке хватило пары секунд, чтобы отыскать носочком гладкую кожу его обуви и, твердо решив сделать свой намек чуть заметнее, она плавно провела по внутренней стороне его ноги. Несмело, едва ощутимо она поглаживала его, поднимаясь до колена и вновь спускаясь вниз. Гермиона чувствовала, как он вздрогнул, стоило ей его коснуться, но ногу сдвигать не стал. Парень словно ждал, что будет происходить дальше, и это даже распаляло девушку, подталкивая ее действовать чуть смелее. Все еще продолжая смотреть в сторону читающего отчет коллеги, она завела стопу за ногу Малфоя и большим пальчиком неспешно провела по икре, поднимаясь выше. Едва ощутимо скользнув по чувствительному месту под коленкой, Гермиона дотронулась до внутренней части его бедра, неумолимо продвигаясь к паху. Адреналин в крови смешивался с возбуждением, явно мешая мыслить здраво. Ей хотелось распалить его, заставить посмотреть на себя, как на девушку, чтобы окончательно понять, интересна ли она ему в этом плане. Гермиона слишком устала гадать и постоянно стучаться в выстроенную перед ним стену. Вот только когда до его ширинки оставалось буквально пару сантиметров, она вдруг замерла в нерешительности, не осмеливаясь двинуться дальше.

***

На этот раз он не собирался повторять своей ошибки и, когда кто-то вновь коснулся его ноги, Забини не позволил себе повернуться, все так же продолжая смотреть на читающего отчет коллегу. И каково было его удивление, когда он почувствовал, как девичья ножка принялась поглаживать его сквозь ткань брюк в явном намерении соблазнить. В целом, Блейз любил подобные игры, и такая прелюдия, пускай и в общественном месте, совершенно его не смущала. Настораживало другое. Кто это мог быть? Едва заметно повернув голову, словно опасаясь спугнуть, он скосил глаза на противоположную часть стола, пытаясь отыскать ту самую любительницу острых ощущений. И тут его взгляд наткнулся на Грейнджер. Сомнений в том, что это была она, не оставалось. Девушка и сама, похоже, не понимала, насколько выдавала себя. Она сидела, небрежно откинувшись на спинку стула, хотя ранее на каждом собрании походила на школьницу с идеально ровной спиной, и, почти не отдавая себе отчета, постоянно прикусывала нижнюю губу. Та уже слегка покраснела от подобного обращения, добавляя лишь еще большей сексуальности своей обладательнице. Взгляд Гермионы, обращенный в сторону Кингсли, был расфокусирован, выдавая полную сосредоточенность лишь на собственных мыслях, но никак не на теме разговора. А заливавший ее щеки румянец слишком отчетливо указывал на то, какие именно мысли посещали гриффиндорку. В общем весь вид девушки явно указывал на ее возбуждение, что в сумме с откровенным нарядом было чертовой бомбой для либидо любого здорового парня. Что уж говорить о имеющем слабость к женской красоте Блейзу. Еще и ножка обольстительницы скользнула по внутренней части бедра, заставляя слизеринца почувствовать, как натянулась ткань в области паха, требуя продолжения. «Черт, Грейнджер, ты что творишь?» — он уже не скрывал возбужденный взгляд, обращенный на гриффиндорку, которая, казалось, совсем уже забыла о существовании окружающих, слишком сконцентрировавшись на том, что происходило под столом. И вдруг пальчики замерли в сантиметре от натянутой ткани брюк, и на лице девушки промелькнуло сомнение. Она облизнула искусанные губы и бросила взгляд на сидящего напротив Малфоя, словно проверяя его реакцию. И этого вполне хватило Блейзу, чтобы, наконец, понять, что тут происходит. Какого Салазара? Она перепутала его с Драко? Но как вообще можно было допустить подобную ошибку? Он взглянул на друга, уже пару минут не сводящего взгляда с собственного отчета, который — Блейз был точно уверен — тот и так знал наизусть. «Да вы издеваетесь!» — мысленно возмутился Забини, понимая. Малфой точно так же, как и сидящая перед ним девушка, пребывал в плену собственных пошлых фантазий, навеянных откровенным нарядом гриффиндорки. Проводя пальцем правой руки по строчкам, словно поглаживая текст, он невидяще уставился перед собой, явно игнорируя все происходящее на собрании. И, похоже, его отрешенный вид заставлял Грейнджер думать, что именно его она сейчас продолжает гладить под столом. Блейз, все еще чувствуя напряжение в паху и женскую ножку на своем бедре, вдруг преисполнился легкой обидой на этих двух идиотов. На Малфоя за его упертость и слепоту, а на Грейнджер за то… Да он сам не знал, за что. И если Малфою он потом как-нибудь отомстит, то Гермиону ему хотелось проучить именно сейчас. Поэтому парень, не отводя горящего взгляда от гриффиндорки, взял ее стопу и положил прямо на уже затвердевший под тканью брюк член, с удовольствием замечая, как глаза бедняжки внезапно ошарашенно распахнулись.

***

Гермиона едва слышно пискнула от неожиданности. Все же она не планировала заходить так далеко, посчитав, что простых поглаживаний будет вполне достаточно, чтобы, наконец, намекнуть ему на собственную заинтересованность. В тех паре сантиметрах между его бедром и тем, что она ощущала сейчас, таилась какая-то незримая грань, которую девушка вряд ли решилась бы перейти сама. Она сглотнула, все еще теряясь в собственных ощущениях. Игнорировать жар и твердость его плоти было почти невозможно. Она чувствовала его эрекцию, и это было чертовым сумасшествием, которое почему-то заставляло еще сильнее хотеть продолжения. Вновь прикусив уже и без того израненную губу, девушка ужаснулась собственной пошлости и, в поисках поддержки, попыталась словить взгляд Малфоя. Ей до чертиков хотелось увидеть то неоспоримое желание в его глазах и ту привычную самоуверенную усмешку, которая так ей нравилась, но слизеринец упорно продолжал игнорировать ее, не сводя глаз с проклятого пергамента. «Да посмотри же ты на меня!» — мысленно закричала на него Гермиона. Почему-то факт того, что даже несмотря на происходящее он продолжал избегать ее взгляда, ее чертовски злил. Девушке хотелось, наконец, разглядеть в его глазах ответ на свои вопросы, убедиться, что именно о ней он сейчас думает, возбуждаясь. И, в попытке заставить, наконец, обратить на нее внимание, она чуть надавила на его член своими пальчиками и провела по всей его длине, продолжая делать плавные поглаживающие движения. Теперь она уже не отрывала от Малфоя взгляда, с жадностью следя за каждым его вдохом. Гриффиндорка твердо решила, что если и после этого он не посмотрит на нее, она точно поставит крест на мыслях о возможности их дальнейших романтических отношений. Ну не может же он игнорировать подобное, правда? Она почувствовала, как парень дернулся и попытался отстраниться. Словно внезапно осознал, что она делает, и решил, что это ошибка. Гермиону это лишь сильнее разозлило. Ну уж нет! Поздно идти на попятную! Я не могу так легко отступиться. Не после того, что уже сделала. Подними на меня взгляд, Малфой! Она уперто вернула ногу обратно и продолжила начатое, чувствуя, как он пытается остановить ее движения руками, но тщетно. Она ловко изгибала ножку и пыталась продолжить, когда до нее вдруг дошло. Руки! Обе руки Малфоя были на столе! Она замерла, и холод пробежал по ее спине. О, Мерлин…

***

Блейзу, наконец, удалось отодвинуть от себя стопу Грейнджер, и он победоносно выдохнул. Не то чтобы ему не нравились ее действия, но он предпочитал, чтобы девушка, делая подобное, думала о нем, а не о каком-то другом парне. Вся эта ситуация явно принижала его достоинство. Положив ножку Гермионы на свое причинное место, он планировал лишь проучить ее, ожидая, что гриффиндорка сразу обо всем догадается. Все же руки Драко все это время лежали на столе, прямо на виду, но, похоже, она была сконцентрирована совершенно на других вещах, чтобы заметить такую «совершенно не важную» деталь. Вместо этого девушка упорно вглядывалась в лицо Малфоя, стараясь разглядеть в нем хоть какую-то реакцию на свои действия. «Глупая, парень бы не стал так откровенно тебя игнорировать, если бы именно его промежность ты сейчас поглаживала», — подумал Блейз тогда, пытаясь убрать ее шаловливые пальчики. Но теперь на лице Грейнджер отразилось осознание, следом за которым последовала полнейшая паника. Девичья ножка замерла в его руках, боясь даже шевельнуться, пока взгляд Гермионы медленно, почти с первобытным ужасом переползал с Драко на сидящего рядом с ним Блейза. — Ну привет, малышка, — одними губами произнес он, ухмыльнувшись. Брови гриффиндорки взметнулись вверх, еще больше делая девушку похожей на напуганного олененка. Судя по выражению ее лица, она была готова сейчас провалиться под землю от стыда или просто упасть в спасительный обморок. Решив хоть как-то привести Гермиону в чувство, Блейз едва ощутимо провел по ее стопе пальцем. Та непроизвольно дернулась и тут же испарилась из его рук, пока ее обладательница, наконец, поборола оцепенение и сменила испуганный взгляд на гневный. Дальше все происходило ровно так, как он и ожидал. До самого конца совещания Грейнджер сидела, опустив взгляд на стол и явно молясь Мерлину, чтобы время пошло побыстрее. Не трудно было догадаться по ее розовеющим щекам, что бедняжке безумно стыдно, и она не представляет, что ей теперь делать. Забини хотел успокоить глупышку и дать понять, что ни в коем случае не намерен никому об этом рассказывать, так что ей не стоит впадать в такую панику, поэтому как только совещание закончилось, он попытался выловить Грейнджер. Вот только не успел он и глазом моргнуть, как та уже скрылась за дверью, оставив после себя лишь едва ощутимый запах ванили. И что-то подсказывало парню, что отыскать ее теперь будет не так уж и просто.