Призрачный предвестник хаоса

— Ах, святые Архонты, он задаёт сочинения уже в миллионый раз! Люмин, вот по-твоему это нормально — задавать одни сочинения, будто бы других заданий и не существует? — без всякого стеснения Итэр скулил прямо в общей столовой, пока Люмин, его сестра, с хмурым выражением лица сидела рядом и что-то настойчиво списывала. — Слушай… Может свяжешься с призраком Барбатоса или что-то типа того? Пусть лично расскажет о войне Архонтов, может будет смешно шутить… Люмин никак не могла заснуть прошлой ночью. В начале к ней привязался какой-то призрак, который, как и все остальные, не понимал слов, после чего пришлось применить силу; она устроила настоящую битву с ним и умудрилась разбить зеркало, один из осколков которого вонзился в руку. Однако самое страшное — после драки она чувствовала себя ужасно истощённо, но даже тогда не смогла заснуть! А сейчас давила на нервы гребанная философия, конспект по которой Люмин пыталась наспех скатать у своего брата поврежденной рукой. Если бы не преподаватель, проверяющий конспекты настолько тщательно, она бы даже и не стала заниматься таким бредом, а просто ласково попросила бы переписать брата. — Во-первых, — девушка шумно выдохнула и захлопнула блокнот. — я не буду ни с кем разговаривать! Стоит только обратить внимание на призрака — он не отцепится никогда в жизни…. А во-вторых, Барбатос не участвовал в войне Архонтов! — А ты, я вижу, отлично разбираешься в истории, — проигнорировав явное раздражение в голосе сестры, наклонился Итэр. — А как он мог не участвовать? Он же типа… тоже архонт. — Барбатос был любовником Архонта контрактов, и тот запретил ему лезть в эту войну, потому что безумно боялся потерять его, — выпалила на одном духе Люмин, пытаясь сдержать смех, глядя как внимательно слушает эту информацию её брат. Она знала — он не откроет учебник, поэтому правду и не узнает. — Если не напишешь об этом в сочинении, тебе точно поставят два — это очень важный факт. — Я, кажется, уже начинаю разбираться в теме, — воодушевился Итэр, пока Люмин потянулась к чаю, чтобы хоть чем-то сбить смех, который вот-вот вырвется и испортит всю авантюру. — Ты лучшая, ты знала об этом? — Разумеется. Дай мне потом прочитать сочинение, как напишешь, — конечно, чтобы потом его распечатать, вложить в файлик и вставить в рамочку, а потом показывать каждому встречному. Настроение явно улучшилось, несмотря на явный недосып. Итэр продолжал рассказывать, как недолюбливает преподавателя истории, а Люмин слушала и не перебивала — если брата что-то бесит, то его будет разрывать от эмоций. Итэр просто не сможет молчать и всплеском будет рассказывать всё, что так сильно вырывается. А Люмин честно пыталась слушать, пока не увидела рыжее пятно, пролетевшее по столовой так, словно его ничто и никто не интересовало в этой вселенной. Девушка нахмурилась. Как можно жить в обществе, не имея хоть капли такта? Так ведь ненароком можно сбить какую-нибудь даму, которая несет обед к своему столу. Лично за такое Люмин могла бы и убить… Ладно, пора признать, что Люмин сейчас будет раздражаться от любой мелочи — пусть то будет брат, болтающий без умолку на одну и ту же животрепещущую тему, либо рыжеволосый предвестник хаоса (как она уже умудрилась прозвать незнакомца). От своих мыслей девушка нахмурилась. Срочно, нет, просто экстренно после пар необходимо поспать! — Ты не знаешь вообще, у господина Сяо имеется жена? Вдруг его просто плохо кормят, поэтому он такой обозленный на весь мир? — высказал своё чертовски логичное предположение Итэр. — А давай… проникнем в базу школы и узнаем это? Или ты попросишь какого-то призрака проникнуть туда? Вот сейчас мне до жути интересно! — Ты просишь меня узнать, есть ли у нашего преподавателя истории жена? — растерянно повторила Люмин то, что краем уха услышала. Она повернулась наконец к брату, готовая от такого поворота разговора слушать очень внимательно. Люмин была настолько ошарашена, что даже не стала в очередной раз рассказывать о нюансах в общении с призраками. — Ну да, а что в этом такого? — беззаботно ответил Итэр. — Вдруг нароем что-то сумасшедшее, тогда автомат по истории точно будет нашим. — Ты невыносим. — Ты просто не представляешь, от чего отказываешься… Под настойчивые убеждения Итэра, близнецы пришли к лекционной аудитории. Заняв место у окна и где-то в конце, они быстро достали свои конспекты. И, пока Люмин боролась с желанием просто поспать, Итэр же хмуро смотрел на ряды, пытаясь там найти своего лучшего друга, Кадзуху, чтобы, вероятно, огласить ему свой невероятно гениальный план. Люмин хмыкнула. Стоило брату вбить что-то себе в голову и всё — оставалось лишь прятаться по углам, потому что тот будет стоять до последнего. Справедливости ради, Люмин обожала эту черту своего брата, но не тогда, когда в этих (иногда очень безумных) планах обязательно должна была принимать участие и она сама. — Почему бы тебе не предложить Моне узнать это по картам Таро? — прошептала Люмин, близко наклонившись к брату. — Потому что мне нужна стопроцентная инфа, — горячо проговорил Итэр в ответ. — А карты мало ли что ответят. — Ну да, например то, что мой брат влюблён в своего преподавателя по истории, — съязвила тихо светловолосая. Не сказать, что она в это верила, но ведь подшутить над братом было просто обязательным пунктом. — Ты… ты… — запнулся Итэр, пока Люмин наблюдала, как от злости краснеет его лицо. — Иди поспи, у тебя от недосыпа пропадает мозг и появляются идиотские мысли. — Может, наоборот растёт? — хихикнула девушка, подавляя зевок. Стоило лишь вспомнить слово «поспать», как она тут же была готова свалиться на парту. — Я от тебя отрекаюсь. Зато теперь можно и поспать. Люмин положила руки на парту и легла на них, закрывая глаза. Оставалось надеяться, что Итэр всё же разбудит её по окончании лекции, а не оставит на растерзании преподавателю, хотя тот и может… Люмин до сих пор помнила, как какой-то первокурсник разбудил её через час после конца лекции и очень скромно пояснил, что у них сейчас тут пара. Ах, как же смеялся Итэр и как долго с ним не разговаривала Люмин! Целых два часа. — Ну и отстойник вы устроили, — сквозь сон услышала девушка. Раз такие фразы дошли и до неё, значит это услышал и преподаватель, а даже сонный мозг Люмин понимал — кое-кому сейчас перепадёт. — А как же настоящие философские вопросы? Робот сочинит симфонию? Робот превратит кусок холста в шедевр искусства? Люмин хотела только прыснуть, дожидаясь ответной реакции от преподавателя. Вот уж сейчас философ точно разойдётся — это же был настоящий достойный противник, коих раньше и свет не видал, что уж тут говорить про обычный университет. Девушка разлепила глаза и устремилась взглядом в этого храбреца, как опять встретилась с рыжеволосым предвестником хаоса. Да уж, ты, рыжий друг, точно жил не напрасно… Но преподаватель будто бы и не заметил подобной эскапады, а просто размеренно продолжал вести лекцию, как обычно вставляя свои уточнения. Люмин нахмурилась. Неужели она сейчас и правда спит? — А чего это он такой спокойный сегодня? — Люмин ткнула в бок брата, который, в отличии от неё, усиленно писал конспект. — Да обычный, по-моему, — в непонятках ответил Итэр, не глядя на сестру. — А что не так? Люмин и вовсе растерялась. — Ну ты слышал этого рыжика с задних мест? Он там распинается так, а в ответ ничего. — Кто распинается? О чём ты говоришь? — без тени шутки в глазах ответил Итэр, уже посмотрев на сестру. Он нахмурился. — Опять призраки? Жалко, что я не вижу. Наверное, рыжик твой по полной там оттягивается. Но ведь рыжик не был призраком: он выглядел, как обычный человек. Никакой не серый, не прозрачный, да и вообще очень даже симпатичный! Обычно все призраки безумно убитые горем, с ужасными выражениями лиц, бывают и вовсе страшилы с мясом вместо кожи, от которых Люмин всегда тошнило, сколько бы лет не проходило. Ни в один из признаков этот предвестник хаоса не вписывался, из чего следовал вывод: либо Итэр всё припоминает своей любимой сестренке и стебется, либо происходит какая-то аномалия. — Так! — шепотом выпалила Люмин, решив отсечь первый вариант. — Итэр, отбрось, пожалуйста, все свои заскоки и скажи честно: ты видишь того рыжего парня на задних рядах? И в глаза мне смотри! — О, пресвятые Архонты, завезите новую сестру, эта сошла с ума, — бормотал себе под нос Итэр, но всё же решил ещё раз по просьбе Люмин посмотреть на пресловутые задние ряды, чтобы, как и раньше, никого из семейства рыжих там не увидеть. — Там и правда никого нет… Ты ведёшь себя так, будто призрака увидела в первый раз в жизни. — Можно и так сказать… — растерянно произнесла девушка. Главной целью у Итэра по жизни всегда было раззадоривать Люмин. Но, даже несмотря на это, он никогда не был хорошим актёром, что девушка знала еще с пеленок. Итэр и правда сейчас не врал, что подтверждало вторую теорию… Мир что, сейчас сломается и этот недопризрак — единственный намек? В таком случае судьба вместе с рыжиком состоит в одном клубе юмористов. Иначе как объяснить тот факт, что он кардинально отличался от других призраков? Люмин вновь посмотрела на ходячую аномалию, которая молчала уже несколько минут, потому что тот прожигал взглядом светловолосую. Чёрт! Если он и правда был призраком, то, заметив Люмин, которая абсолютно точно дала понять своим видом, что видела его, он теперь явно не отстанет. Они встретились взглядами и не отводили их друг от друга: рыжик — крайне заинтересованного, а Люмин — раздражённого и ошарашенного. Кто ещё, как не она, мог так бездарно спалиться? В своё оправдание, предвестник хаоса и правда был совершенно уникальным призраком! А ещё уникальнее он станет, если сделает вид, что этих гляделок не существовало и исчезнет из её жизни так же сумбурно, как и появился. И, конечно, Люмин ошибалась.