Чай без сахара

У Чуи дома тепло. Квартира не большая, но на удивление очень уютная. Кухня, уборная, ванная, спальня и небольшой балкончик. Осаму долго стоит в коридоре и смотрит по сторонам, пока Накахара ходит со стороны в сторону, говоря что-то о том, что у него не убрано. Честно, Дазаю всё равно. Голубоглазый выглядывает из кухни с полупустой бутылкой вина в руках. — Первое — хватит уже там стоять, снимай обувь и заходи. Плащ можешь на вешалке оставить. Второе — глинтвейн любишь? У меня просто вино осталось… — Глинтвейн, алкогольный? Да люблю, конечно. Осаму не особо любит вино, но глинтвейн — вид чая, поэтому считает его тоже очень вкусным. Он всё же заходит на кухню и садится за стул, наблюдает за Чуей, стараясь не делать лишних движений. Тот в свою очередь высыпает в кастрюлю разные пряности. Палочка корицы, молотый имбирь, гвоздика, мускатный орех, кардамон и бадьян создают приятный, но слишком сильный аромат в комнате. Всё это кипятится в воде и запах становится ещё сильнее. Немного сахара, вино и апельсин, нарезанный дольками — несколько минут и на столе стоят две кружки глинтвейна. Шатен берёт одну из них, согревая руки. Накахара садится напротив. — А теперь.что ж такого случилось, что ты уже больше года смысл жизни в наркотиках ищешь? — Будто, тебя это сильно волнует. — Допустим волнует, как минимум я — староста нашей группы и должен следить за остальными. — Сделай вид, что всё хорошо и точка. — Нет, так нельзя. Меня совесть замучает. — Тц. Откуда мне знать, может ты кому-то потом расскажешь. — И мысли не было. Зачем мне это? — Понятия не имею. Все вы такие. — Может всё же расскажешь? — Если ты из-за всего не уйдёшь как остальные. — Ам.ладно. Я думал ты попросишь наоборот, чтобы я отстал. Даже если взять стаканы с чаем сегодня… — Слушай уже. Как ты мог заметить я не с кем особо не общаюсь. Точнее наоборот, никто не хочет со мной общаться. Я был изгоем всю свою школьную жизнь — одинадцать лет в четырёх школах. И уже третий год в колледже. Я хочу съехать от родителей и наконец-то заняться тем, то нравится. Но они заставляют учить всю программу на перед, паралельно с этим я хожу на китайский и испанский, хотя не имею ни малейшего желания. Я уже несколько лет хочу заниматься рисованием и гитарой, но в моей ситуации это просто невозможно. Я пытался сбегать из дома, устраивался на работу, но они находили меня и устраивали скандал. Мои родители делают из меня «примерного сыночка». У меня в комнате и по всей квартире стоят камеры. Они буквально видят каждый мой шаг. Я не мог бы задержаться после учёбы где-то с друзьями, потому что нужно домой, а затем на занятия. Я устал. Всё это жутко утомляет. Плюс у меня проблемы со здоровьем. Отстранение от любых спортивных нагрузок. Иначе становится жутко плохо, но они ничего с этим не делают. Даже таблетки, прописанные врачом мне запрещают пить. Ну и бинты, как ты мог заметить, на моём теле не просто так. Я нормально не спал уже очень давно. Моё психологическое состояние не выдерживает. Недавно я проснулся ночью с мыслью, что не знаю какой мой любимый цвет. Я боюсь, что просто потерял себя как личность. Он на время замолкает и делает глоток из кружки, по горлу растекается тепло. Всё тело немного дрожит, но не от холода. Ведь он впервые рассказал что-то про себя и тем более про родителей. Накахара смотрит на него с какой-то тревогой в глазах. Осаму не уверен, что это тревога, может жалость. — Прости. Тебе не нужно было всё это знать. — Не стоит извиняться, я сам спросил. — Ладно, ну и что теперь? — Хотел спросить то же. — Так-то ты первый, кто что-то узнал, поэтому понятия не имею. — А.ладно. В общем у нас сегодня три пары должно быть, но первую уже прогуляли смысла возвращаться не вижу.может останешься до конца пар у меня? Я сам живу, да и не первый же день знакомы.как ни как третий год в одной группе. Да и расстояние между моим домом и колледжем не большое, даже если идти отсюда, время от учебного отличается всего на одну минуту. Со стороны шатена слышится тяжёлый вздох, будто он думает, стоит ли согласится. Вот только единственная мысль в его голове — «Вот бы сегодня вообще домой не придти. Но это невозможно». — Ладно.если тебя и правда не напрягает моя компания. — Нет, конечно, всё хорошо. Накахара мило улыбнулся, продолжая смотреть на Осаму. Иногда он казался рыжему слишком странным, иногда до жути скучным, а сейчас перед ним был буквально ребёнок с огромным количеством травм. Ребенок которому нужно банальной родительской любви и понимания. Ну или хоть кто-то, кому можно доверять и не бояться, что все всё узнают. У них ещё было несколько часов, время достаточно и тогда Чуя предложил посмотреть фильм. Оказалось, что дома у рыжего был попкорн, который можно приготовить в микроволновке. Что они собственно и сделали. Теперь парни сидят на большой кровати с ноутбуком на коленях и большой тарелкой вкусности. О и ещё у них есть небольшая бутылка сока. Просто Накахара из тех людей, который идут в магазин не когда надо, а когда хочется и поэтому у него дома можно найти много чего. Смотрели какую-то драму, под конец которой шатен попросту уснул. Вся эта обстановка казалась ему очень уютной и, видимо, поэтому наконец-то почувствовав себя в безопасности его организм решил отдохнуть. Ну или же фильм был совсем скучный. Хозяин квартиры заметил, что его новый друг спит, когда фильм уже закончился. Осталось ещё сорок минут до конца пар и он жутко не хотел будить этого большого ребёнка. Он хотел встать и снова время удивляться. Осаму уснул у него на плече ещё и обнимая за руку. Чуя не заметил этого ранее, но сейчас он попросту не может встать и отойти. Стоило ему немного шевельнуться, пытаясь выбраться, как его руку сжали ещё сильнее и послышалось тихое «Мягкий.». Оно только звучит странно, а на деле так и есть. На рыжеволосом красуется большое белое тёплое худи, оно почти плюшевое и спать на нём очень удобно. И никто не против, если бы не время. Конечно, Накахару время не волнует, а вот Осаму, которому достанется если он не придёт домой вовремя. Голубоглазый аккуратно будит обладателя, как оказалось, очень мягких шатенистых волос, поглаживая по голове. Вся эта ситуация вызывает слишком сильный трепет. Дазай открывает глаза и смотрит на Чую. Спустя какое-то время он всё же понимает где находится и что происходит. Его щеки быстро алеют, а сам он резко смотрит на свою руку с часами. Время 15:14 — это значит, что у него есть ещё ровно 16 минут. Он много извиняется, что уснул в такое позе. И быстро уходит, надеясь, что ещё вернётся сюда хотя бы раз. Дома его опять ждут огромное количество камер и одиночество.