драбблы | 13 карт

      После того, как бедный живот заурчал в очередной раз, Пик наконец решает позвонить Роме. Около двух часов назад он ушёл по важным делам и парень надеялся, что они действительно стоили того, чтобы он прямо сейчас мучился тут от недостатка еды в своём организме.       Заученный наизусть номер, записанный как: «Белая черёмуха». Это его любимые цветы. Гудки. Раз гудок, два гудок, и наконец, родной, ласкающий слух, голос. — Да, милый? — Ты скоро придёшь? — Да, солнышко, ещё немножко осталось. — Немного погодя, слышится, какое-то…весёлое? — А что, уже кушать хочешь? — Мм, улыбается, зараза… — Сколько по времени тебе идти? — Минут десят, кис. Поставь пока чайник, я приду, покушаем блинчики, согласен? — Угум — Вот и славно) Не грусти~ — И он отключился. Обречённо вздохнув, пиковый ступает на территорию своего злейшего врага — на кухню.       Сколько бы он не старался, ещё ни разу у него не выходило приготовить что-нибудь стоящее самому. До сей поры лишь иногда помогает Ромео, а так, в основном наблюдает за процессом.       Секунда — и доступ к газу открыт. Ещё одной хватает, чтобы достать пачку спичек с верхней полки. Первая пошла в бой, но тут же с треском провалилась — король открыл комфорку слишком рано, отчего горячий воздух слегка обжог его руку. Спичка выпала и потерялась где-то позади плиты. Благо, парень успел потушить её, пока тряс больную руку.       Вторая деревяшка оказалась не промахом и железный конь, наконец, отправляется на металлические прутья.       Обладатель жёлтых глаз даже не заметил прихода своего любимого: уж больно усердно следил за кухонным агрегатом. Очнулся, только когда его нежно потрепали по голове. — Ну ты чего залип тут? Он уже давно свистит. Не слышишь что-ли, дурашка? — Поэт шустро выключает плиту и отходит к кухонному столу, разобрать покупки с супермаркета. — Разлей пока кипяток по кружкам, будь добр.       Огненная вода тонкой струёй стекает с ржавого горлышка. Кажется, парень отвлёкся на что-то: то ли услышал, то ли заметил что-то в окне.       Внезапно, крышка открылась полностью и поток до чёртиков горячей жидкости льётся, да ещё и мимо кружек: прямо на тыльную сторону левой руки лидера.       Болевой шок наступил секундой позже. Короткого шипения оказалось достаточно, чтобы романтик подорвался со своего места и в миг оказался рядом с восьмым.       Началась настоящая борьба. Седьмой отчаянно просил клона показать ему свою руку, когда пиковый, продолжал держать её за спиной. Он очень хотел выполнить просьбу возлюбленного до конца, чтобы они вместе смогли выпить чаю и покушать блинов…       Стало вдруг ужасно стыдно и противно.       Оба продолжали буравить друг друга суровым взглядом, пока лидер решил более не усугублять ситуацию. Завершив начатое и поставив своего верного обидчика обратно на плиту, уже со спокойным видом он протянул партнёру пораженную руку.       Вокруг ожога виднелась интенсивно красная кожа, которую украшали разного размера волдыри, наполненные прозрачной жидкостью. — Ну у тебя что, совсем лапки растяпки? — Вздыхая в очередной раз за эти два часа, романтик, заканчивал накладывать стерильную повязку. — Ром, тут кровь. — Всмысле?! — Ох, а он так надеялся, что с этим покончено… И правда. На белой ткани показались несколько небольших пятен красного цвета. — Ты что, лопал волдыри? — Ну, вкусно? — Получив кроткий кивок и смущённый взгляд он довольно улыбнулся, наблюдая за этим чудом света. — Ром… — Да? — А когда оно заживёт? — Взгляд неестественно невинных жёлтых глаз устремился стрелой прямо в сердце Ромео… Слишком мило, так бы и помер тут… — Если будешь хорошим мальчиком и не будешь ничего делать со своей рукой без моего ведома, то через недельку, если не через две. Сиди ешь давай)       А всё-таки не зря на медика учился…